Глава 8

17 июня, четверг

Так Джихе. Сегодня у тебя первое свидание с Юджэ. С парнем, который тебе нравится. Одним из них. Нужно красиво накраситься и одеться, хотя бы в первую очередь для себя. По прогнозу на сегодня небольшой дождь. Может, стоит отменить прогулку? Или просто предложить сходить в кафе? Ладно, разберусь на месте.

Я прошла в ванну и, приняв душ, почистила зубы. Умылась и очистила кожу для макияжа. За эти несколько дней я успела сходить к парикмахеру и обновить цвет челки и прядей по бокам у лица. Теперь он насыщенный, а не грязно смывшийся. 

Я сделала макияж чуть ярче, чем обычно, добавив больше хайлайтера на веки и нарисовав несколько маленьких родинок. Последний штрих —  малиновый тинт и блеск для губ. Я посмотрела в зеркало. Очень даже миленькая девушка, хоть в модели.

Теперь нужно поковыряться в шкафу и найти что-то реально красивое. Время поджимало, поэтому я усиленно стала искать и наконец нашла: белые каблуки, розовую юбку и белую рубашку с цветами и рукавами-воланами у запястья. Как же без моих любимых аксесуаров для волос? В тумбочке у кровати нашла ободок с жемчужинами и сумочку. Перед уходом, хихикая и перешептываясь, соседки пожелали удачи. Правда Джимин от досады, что я иду с Юджэ, кинула в меня подушку. Я со смехом увернулась и выбежала. 

В университете я получила множество комплиментов по поводу наряда, а Чои Хубин и вовсе все пары охала и ахала, и все говорила, что сегодня я превзошла ее собственный вкус.

Открыв окно в аудитории, я уловила терпкие фруктовые нотки магнолии. Я вдохнула и набрала полные легкие. Вскоре, когда пары почти закончились, Хенджэ написал, чтобы я не ждала его у автобусной остановки, а шла ко входу университета.

Попрощавшись с одногруппниками, я вышла на крыльцо под навес, чтобы не промочить одежду. Постояв пару минут, я увидела между столпившимися студентами Хенджэ и несколько человек, всего скорее его одногруппников. Он прощался с ними, улыбаясь и хлопая по спине парней. Компания громко смеялась. Я задумалась.

Он так легко и естественно вливается в любую группу. Всегда и со всеми веселый и улыбчивый. Он словно луч солнца, среди остальных людей, похожих на серую массу. Да и девушки чуть ли не пожирали его взглядом и все ненавязчиво, будто не специально, дотрагивались до его плеч или рук.

Юджэ обнялся со всеми, даже с девушками, прежде чем подбежать ко мне. Стало как-то обидно, что он обнял девушку, и даже не одну. Надеюсь, он и меня обнимет. Мне бы этого хотелось.

— Джихе, привет! —  Он выпрямился, улыбаясь. —   Выглядишь просто...потрясающе.

Он изумленно оглядел меня, на что я усмехнулась.

— Ты тоже ничего.

Между нами чувствовался контраст. Я была одета в нарядное, он —  в повседневное. Но как же ему это шло. Никогда не видела, чтобы человек оставался красивым, особо не наряжаясь. На нем желтая оверсайз футболка, джинсы грязно-серого цвета и вансы. На плече рюкзак. 

Юджэ поправил очки и вытянул кулак, чтобы мы стукнулись. Странно. Я думала, что он обнимет меня. Может, со мной что-то не так? Хотя вряд ли, он просто пока не готов меня обнимать.

— Достану зонт из рюкзака, и побежим до такси. Я его уже вызвал.

— Подожди, куда мы едем?

Он игриво улыбнулся.

— Я ведь говорил, что будет сюрприз. Не волнуйся, в лес не отвезу.

Я рассмеялась. Юджэ вытащил зонт и, раскрыв его, поднял над нами. Мы стали спускаться по большой лестнице. Он указал пальцем на черную машину.

— Вон она. —  Мы ускорили шаг, но лестница была слишком длинной, а на мне каблуки. —  Блин, она может и уехать!

Подметил он. Я не понимающе глянула на него. Как это она может уехать, если ты ее вызвал? Он лукаво посмотрел на меня и, взяв крепко за руку, стал быстрым шагом спускаться по лестнице.

— Эй, что ты делаешь?

Пораженно спросила я.

— Не отставай, Джихе. Ну же!

Со смехом мы добежали до машины и благополучно сели в нее. 

— Ты соврал. Это не прогулка, а свидание.

Он улыбнулся мне.

— Свидание? Ну конечно, дружеское.

— Да, дружеское...

Разочарованно прошептала я, отвернувшись к окну. Если бы он услышал, то стал бы утешать. Но мне не нужна его жалость. Чтобы не портить себе и ему настроение, я искренне улыбнулась как могла и спросила:

— Расскажи немного о себе. У тебя есть братья или сестры? 

— Две маленькие занозы в виде мальчика и девочки считаются?

Я задорно улыбнулась и выгнула бровь:

— Сколько им? Как звать?

— Сестренке шесть, брату десять. Зовут их Суджин и Сухун, соотвественно. А у тебя кто?

— Никого. Мама оказалась бесплодной после меня.

Я грустно улыбнулась

— Ты хотела брата или сестру, да?

Я кивнула, и он ободряюще, но нежно потрепал меня по плечу.

— Ничего страшного. Знаешь, зато делиться не нужно всем подряд и прятаться, чтобы съесть вкусняшки.

Мы снова рассмеялись.

— Это верно, но мне так хотелось быть чьей— то опорой и поддержкой...—  Я снова отвернулась к окну, рассматривая ускользающие силуэты людей. —  Слышать детский смех, учить тому, что знаешь, и вместе исследовать новое —  вот что я хотела ощутить, чтобы немного заполнить пустоту.

— Пустоту?

Спросил он тихо, но резко. Значит, сильно удивился. Я повернулась к нему и неловко кашлянула. Почему-то я чувствовала, что могу ему доверять, что этот человек всегда поймет меня и поможет.

— На самом деле у меня не так много друзей, как может показаться. И так было еще с детства...Ты, наверное, думаешь, что я жалу…

— Нет, что ты! Мне хочется узнать тебя получше.

Перебил меня Юджэ. Я ошарашенно взглянула на него, а потом боковым взглядом на пожилого водителя с ехидной ухмылкой. Лучше не обращать на него внимания. Я несколько раз открыла рот, так и ничего не сказав.

Внезапно такси остановилось, и мы дернулись. Юджэ качнулся и чуть не повалился на меня, но вовремя отстранился.

— Извините. Поездка закончена.

Равнодушно сказал водитель.

— Благодарю вас.

Юджэ быстро расплатился с водителем и, попрощавшись вдвоем, мы вышли.

Он мигом открыл зонт, и мы побежали по мостовой до лестницы Пусанского музея.

— Ты про этот сюрприз говорил?

Спросила я, стараясь бежать с ним наравне.

— Да. Тебе не нравится?

Он состроил милашную физиономию. Даже если бы мне не понравился сюрприз, то я лучше бы промолчала в таком случае.

— Нравится, да еще как! Я ведь рисую и люблю искусство!

— Вот и отлично!

Он немного замедлил бег, вспомнив, что я на каблуках.

— На крыльце под навесом Ю встряхнул зонт и сложил его.

В музее оказалось много народу. Мы огляделись с Юджэ. К нам подошла одна из сотрудниц, видимо, гид. Ю объяснил мне, что остался час до закрытия музея, поэтому с вежливой улыбкой мы отказали женщине. 

— Пройдемся дальше? —  Он поправил очки и указал пальцем на корейские наряды за стеклом. —  О, история наших традиционных нарядов!

Я кивнула, и мы подошли ближе, чтобы рассмотреть. Рядом стояли книжки на подставках. В них рассказывалась история создания и культурные особенности костюмов.

Например, ханбок произошла от нарядов северносибирских кочевников еще до нашей эры. На протяжении веков мужской костюм почти не претерпел изменений, а женский менялся довольно сильно. Жакет чогори был то длиннее, то короче, то более свободный, то приталенный. Цвет имел очень важное значение в костюме. В наряде использовали пять базовых оттенков, каждый из которых что-то символизировал: красный - богатсво, синий - стабильность, черный - созидательность и так далее.

На ханбоке вышивали узоры, отражающие пожелания владельца. К примеру, пионы на свадебном платье символизировали желание почестей и богатства, а летучие мыши и гранаты —  желание иметь детей. Выбор ханбока мог указывать на социальное положение: яркие цвета обычно носили дети и молодые девушки, а приглушённые —  мужчины и женщины среднего возраста.

— Как тебе?

Поинтересовалась я с улыбкой, посмотрев на Ю

— Как мне, для коренного корейца или по вкусу? — Я хихикнула — Не особо разбираюсь в стиле, как ты. —  Он провел в воздухе рукой, указывая на мой наряд. —  Однако, считаю ханбок одним из наших главных достоинств. Согласна?

— Я хоть и наполовину кореянка, но полностью с тобой согласна.

Хмыкнула я

— Ах, да. У тебя ведь отец — русский.

Юджэ стукнул себя по лбу

— Да, но откуда ты знаешь?

Я выгнула бровь. Я никому этого из ребят по проекту не рассказывала, да и похожа на кореянку больше, чем есть.

— Извини, я тебя смутил? Мне знакомые девушки с твоей группы рассказали.

Он вдруг покраснел и отошел на шаг назад.

— Они сами тебе сказали?

Поинтересовалась я.

Юджэ неловко потер затылок.

— Вообще-то я сам спросил... —  Ю вдруг посмотрел мне в глаза и улыбнулся до ямочек. —  Мы же друзья теперь?

— Д-да. Конечно, друзья.

Я улыбнулась ему, но вышло натянуто. 

Меня сильно насторожила его любопытность. Видимо, у меня начала зарождаться паранойя. Нехорошо, ведь Ю добрый парень, и вряд ли у него могут быть какие-то злые намерения на меня. Да и к тому же, я по-настоящему чувствую себя с ним комфортно. Могу и доверяю ему. Пока что.

Из-за своих мыслей я не заметила, как народу прибавилось, и пришлось почти вальсировать между людьми. Мы шли по большому залу, чтобы посмотреть на портреты активистов движения за независимость, как вдруг незнакомый парень вихрем пролетел мимо нас, задев меня плечом. Мои ноги пошатнулись. Каблуки не выдержали равновесия, и я стала падать. Думала, какой сейчас будет позор если не удержусь или хотя бы не схвачусь за Ю.

Я уже вытянула руку, чтобы схватиться за плечо Юджэ, но тут он взял меня за талию и притянул к себе. Все это было словно в замедленной съемке. Я совсем не успела опомниться, как к нам подбежал тот парень

— Прошу прощения, я торопился! Вы не ушиблись?

Я взглянула на Ю, чувствуя что покраснела. Подумала, что он сам извинится или с улыбкой скажет, что нужно быть осторожнее, но вместо этого Юджэ выдал совершенно другое:

— Нужно смотреть куда бежишь.

Его брови встретились у переносицы, но во взгляде и голосе не чувствовалось злобы. Я все еще находилась у него в руках. Да и он сам не торопился меня отпускать. Парень еще раз извинился и убежал. Ю посмотрел на меня

— Ты в порядке?

— Да-да, все нормально. Спасибо, что...поймал.

Я неловко отвела взгляд, пытаясь встать обратно на ноги. Ю несколько секунд смотрел на меня расстеряно, а потом мягко, словно нехотя отстранил от себя.

— Мда уж, люди иногда бывают такими неуклюжими и безответственными.

Пошутил он, чтобы скрасить повисшее молчание между нами. 

— Он не виноват, все в порядке. Я же не пострадала.

Ю мягко рассмеялся:

— Хорошо, что он извинился, иначе мне бы пришлось поговорить с ним. 

Я не знала, что сказать, поэтому напомнила, что мы хотели посмотреть на портреты активистов.

На стенде портреты висели в красивых рамках из золота. Из нескольких портретов мое внимание привлекла активистка Пак Чачжоня, которая родилась 8 мая 1910 года. Единственная женщина, которая висела среди портретов. Я прочитала ее биографию:

“ Пак Ча-джон ( 8 мая 1910 - 27 мая 1944) была активисткой движения за независимость Кореи и второй женой Ким Вон-бона. Её предполагаемые имена —  Ким Чхоль-э и Ким Чхоль-сан. Она возглавила студенток, выступавших за независимость, в Корейской женской лиге.

Пак родилась в Пусане. Её отец покончил с собой, сражаясь с Японией, а её семья была активистами движения за независимость. В 1929 году она окончила Мемориальную школу Дж. Б. Харпера, первую австралийскую миссионерскую школу, основанную в Корее. В 1930 году она отправилась в Китай и работала в Пекине над восстановлением Коммунистической партии Кореи. В 1931 году она вышла замуж за Ким Вон-бона. В 1939 году она была ранена в Цзянси и умерла в Чунцине в 1944 году. Она была похоронена в Миряне, где родился Ким Вон Бон. В 1995 году она была посмертно награждена Орденом за заслуги перед национальным фондом.

Традиционное угнетение нарушило права корейских женщин как людей, и снова наше право на жизнь было отнято японским империализмом. Мы стали не только рабами своих домов из-за традиционного угнетения, но и рабами наёмного труда, продуктами рынка японского империализма. Если мы не свергнем Японскую империю, мы, женщины, не сможем освободиться от ограничений феодальной системы и колониального гнёта. И даже если Японская империя будет свергнута, если революция Чосона не станет настоящей, свободной и равноправной революцией в политическом, экономическом и социальном плане, мы, женщины, не достигнем истинного освобождения. “

— Эй, Юджэ, посмотри на эту девушку! Она единственная женщина-активистка, а ее история такая грустная. 

Я осторожно постучала его по плечу, привлекая внимание к стенду, так как он уже десять минут рассматривал фарфоровые вазы.

— М? —  Он повернулся и посмотрел на женщину и других активистов. —  Действительно единственная девушка. 

Я кратко пересказала ее историю:

— Как тебе?

— Она молодец. Сильная

— И все?

— Не совсем понимаю, что ты хочешь сказать. Хотя...—  Я вопросительно смотрела на него, словно с вызовом. Он широко улыбнулся. —  Ах, кажется, я понял...Ну, эта девушка —  не просто девушка, она также сильная личность, которая боролась за права женщин. Она большая молодец, раз пережила военные годы и революции. И такими девушками я горжусь. Они не просто приносят красоту в нашу мир, но и свет.

Равноправие еще не потеряно.  Я похлопала в ладоши:

— Мне нравится твоя позиция. Знаешь, я считаю..

Звонок прервал меня. Я хотела проигнорировать, но на экране высветились не друзья или клиенты, а отец. Даже не мама. Снова она про меня забыла... Звонит только раз в месяц, если повезет, а так раз в два-три месяца. Папа же звонил каждую неделю, но последний год стал звонить реже —  раз в полгода. Что сейчас ему было нужно? Стало страшно. Не так страшно, когда, например, в детстве он звонил, чтобы узнать про оценки у учителей. А просто страшно на уровне инстинктов.  

— Не будешь отвечать?

Вывел меня из раздумий звонкий голос Ю. 

— Это папа…Я отойду, ладно?

Мне не очень хотелось разговаривать при нем с отцом.

— Конечно, но до закрытия осталось пятнадцать минут. Поторопись.

Я кивнула и подбежала к сотруднику, чтобы узнать, где находится уборная. Юджэ остался рассматривать стариные свертки с рисунками и глиняные чаши, однако без особо интереса.

В уборной стояли несколько девушек и переговаривались. Я юркнула в единственную пустую кабинку и ответила на непрекращающийся звонок.

— Здраствуй, папа.

— Почему на звонки не отвечаешь?

Спросил в лоб низкий, басистый голос.

— Занята была, извини. 

Беседующие девушки рассмеялись.

— Где ты?

— Папа, кажется, я уже взрослая, чтобы не отчитываться тебе.

Он помолчал несколько секунд. Я знаю, он хотел возразить мне или упрекнуть меня, но мы, к счастью, прошли такие мелочи.

— Просто интересуюсь, дочка.

— Я в Пусанском музее вместе с другом.

— Что за друг? Как зовут?

Я выдохнула.

— Мы просто на свидании. Ничего серьезного.

— На свидании? София, не уклоняйся от вопросов.

Он всегда называл меня этим именем только в моменты, когда был зол или сильно беспокоился. Изначально отец хотел назвать меня именно так, но мама настояла на Джихе, так как и фамилию мне дали от нее. Отец согласился, но лишь из-за большой любви к маме. Он очень хотел, чтобы во мне осталось что-нибудь с его русской стороны, так как я практически не была похожа на таковую. Мне же никогда не нравилось это имя. В основном из-за ассоциаций в прошлом.

— Папа, сколько раз я должна говорить тебе, что мне не нравится имя София? Мне двадцать пят лет, а ты не можешь услышать меня...Ты достал, если честно.

Девушки прекратили смеяться и резко замолкли. Остальные вышли из кабинок, а потом и вовсе из туалета.

— Не разговаривай со мной в таком тоне. Даже если ты уже взрослая, я все еще твой отец.

— Папа, мне сейчас неудобно.  Давай я перезвоню через час.

— Что значит...

— Мунсон, хватит мучать ребенка! Дай сюда телефон!

Мама? Да, это был мамин голос. Мелодичный и задорный.

Я решила выйти из кабинки, чтобы не выглядеть странно. Девушки глянули на меня, оценив наряд, и вышли из туалета, обсуждая его. Наплевать на них. 

— Джихе, ты там?

Я вздохнула.

— Привет, мам...Как ты?

— Доченька, да со мной все хорошо. Ты как? Что нового? Что за друг-то? Как зовут?

— Мам, и ты туда же! 

Я нахмурилась, но все же улыбнулась. Я так скучаю по маме. По ее прикосновениям и словам поддержки, которые не мог сказать мне папа, потому что был горд.

— Доченька, я как твоя мама должна знать. Я же женщина, помогу с чем надо.

— С чем надо, это с чем?

Я взглянула в зеркало. Поправила челку.

— Ну с тем, как надо себя вести, чтобы перейти к интимной близости…

— Мама, прекрати. Мы пока просто дружим. Что за глупости ты говоришь?

— Нет уж, никакие глупости я не говорю. Я всего-то хочу внуков, и папа тоже. Верно? —  В трубке послышался тяжелый вздох папы. —  Но, конечно, не от кого попало. Вот поэтому и спрашиваем.

— Я и сама толком его не знаю...Но не переживайте, он очень хороший и добрый человек. Его зовут Ю Хенджэ, ему двадцать шесть. Учится на втором курсе, на факультете информационных технологий. - Я припудрила лоб. -  Он, кстати, возглавляет наш проект. Такой ответственный и хороший лидер! Вот только сегодня узнала, что у него есть младший брат и сестра.

Я посмотрела на время. Вот черт, осталось всего не больше пяти минут.

— Хм, кажется душкой. Мы обязательно с ним как-нибудь познакомимся. Только не забывай, что интимная близость до брака все же приносит страдания по нашим буддистским понятиям.

— Мама права: не торопись с этим и вообще с любовью. Тебе нужно окончить магистратуру и найти работу. Там обоснуешься, а потом делай что хочешь. Поняла?

— Да-да, знаю. Я поняла, правда. Ну все, мне пора бежать, время музея заканчивается, и вообще Ю Хенджэ потерял, меня, наверное. —  Я хотела уже сбросить трубку, как вдруг поняла в необходимости важных слов.

— Я люблю вас

— И мы тебя очень любим, Джихе!

Сказала мама. Папа промолчал.

Несмотря на это, в душе стало тепло, словно что-то светлое расцвело в ней. Я побежала к Ю  и попросила прощения за ожидание. Мы поблагодарили сотрудников и поделились своими впечатлениями. Они искренне улыбнулись нам и провели до выхода, как одних из последних посетителей. 

Мы вышли под зонт и прошлись под деревьями в парке рядом с музеем. Я старалась идти аккуратно, не по лужам, чтобы не испачкать белые каблуки. Получалось не очень. Неожиданно сверкнула молния и прогремел гром. Я рефлекторно вздрогнула. Юджэ резко остановился и обеспокоенно посмотрел на меня. Он побледнел до ужаса.

— Юджэ, что случилось? — Его беспокойство передалось и мне. Он молча продолжал смотреть на меня таким взглядом, а потом стал трястись. Его дыхание стало прерывистым. Мне стало не по себе. Я дернула его за плечо. — Эй, все хорошо?

Гром еще раз прогремел, только на этот раз сильнее. Юджэ вздрогнул и выпустил из рук зонт.

Что он делает? Я поняла не сразу и хотела возмутиться, но, посмотрев на Юджэ, который зажмурился и закрыл уши, все поняла. Как я не догадалась, когда он сказал, что ненавидит дождь? 

Я не стала сразу поднимать зонт. Дождь стал мочить рубашку и волосы. 

— Юджэ, все хорошо. Все нормально.

Я мягко положила руку на его плечо и сжала. У него началась паническая атака, а я не знала, как с ней справиться. Я чувствовала, как капли смывают мой макияж. Какая разница, когда человеку так плохо?

— Почему ты не сказал мне раньше, что боишься грома?

Он медленно открыл глаза и убрал руки. Я повторила вопрос.

— Ты ведь сказала, что ты любишь дождь...Я подумал, тебе понравиться прогуляться под ним, —  Он с трудом выговорил слова. Я удивленно посмотрела на него. Вот же дурак. Как так можно? —  И к тому же, сейчас ты стоишь и портишь свой прекрасный образ. Из-за меня ты замерзнешь и заболеешь.

— Ну и что? Я не могу оставить тебя в таком состоянии. Ты бледный, как мел. Я подожду, пока ты успокоишься.

Он внезапно обнял меня, все еще дрожа. Обнял двумя руками, но не прижимаясь. Я положила голову ему на плечо и похлопала по спине. 

— Я рядом. Ничего страшного не случится.

Я успокаивала его, аккуратно поглаживая по спине. Так мы простояли под дождем несколько минут, пока он не перестал дрожать и восстановил дыхание. Юджэ поднял зонт с земли, хотя это уже не имело значения. Мы оба промокли до нитки. 

— Пожалуйста, извини. —  Мы двинулись ближайшему навесу, чтобы просохнуть. Он виновато вздохнул —  Боже, ты не должна была это видеть...

— Это нормально, не нужно стесняться.

— И все же, мне теперь неловко...Я, наверное, теперь совсем не мужественный в твоих глазах?

Я рассмеялась. Увидев, что я вовсе не злюсь, он тоже рассмеялся. 

— Получается, ты каждое лето вот так страдаешь?

Он медленно кивнул, а потом попытался мне улыбнуться:

— Но жалеть меня не надо. Я хожу к психологу.

Что-то не видно. Паническая атака все же случилась. Хотя это не мое дело. Он такой же взрослый человек. 

Под навесом я поняла, что уже второй раз дождь  приносил в мою жизнь неожиданные повороты судьбы и словно приносили вместе с этим очищение. 

— Можно спросить тебя?

Юджэ посмотрел мне прямо в глаза. 

— Конечно

— Спрошу прямо: тебе нравится Кан Ынсок?

— Что? Почему ты так резко это спросил?

Он недовольно фыркнул.

— Мне просто интересно.

А вот мне интересно другое. Какого черта все вдруг начали интересоваться тем, кто мне нравится? Лезть в мою личную жизнь?

Я нахмурилась:

— Знаешь, я не хочу отвечать на этот вопрос. Просто скажу, что Кан Ынсок странноватый, но не кажется плохим. С ним приятно работать, я думаю. Ты ведь видишь, как он серьезно относится к проекту?

Ю почему-то отвернулся.

— Разумеется...Он славный парень.

Его голос звучал спокойно, но я не видела лица, чтобы распознать эмоцию. 

Почему он не спросит про мое отношение к другим? Не имеет значения, потому что Юджэ поглядев в даль, выдал интересное предложение:

— Слушай. —  он повернулся ко мне. —  Ребята молодцы, они стали наверстывать упущенное и нагонять план. Удивительно, но почти в один и тот же момент, словно неведомая сила снизошла до них. - Он достал телефон из джинс и стал что-то искать. - Так вот, я думаю, что нам всем нужно немного расслабиться. На носу еще сессия и защита диплома, помимо проекта, а у всех, кроме Рэйхи и Ынсока, и вовсе выпуск из университета. Я так подумал, еще несколько дней назад, что мы можем в ближайшее время на выходных поехать на остров Чеджу.

— Вау, мне очень нравится! Мы будем плавать, да?

Идея действительно мне понравилась. Эта совместная поездка объединит нас и поможет избавиться от рутины. И все же не стоит забывать про расследование. Я все еще не сдвинулась с мертвой точки. Время от времени ругаю себя за это.

— Мы снимем номера в отеле около какого-нибудь пляжа. Так что да, мы будем плавать, если ребята согласятся. 

Ю показал мне сайт какого-то отеля.

— Думаю, они будут не против. Только пока не будем им рассказывать. Это будет наш сюрприз для них.

Я подмигнула ему. Он улыбнулся и кивнул, подмигивая в ответ.

В наше общежитие мы добрались на автобусе, так как недалеко от нас оказалась маленькая автобусная остановка Я оплатила за нас обоих, хотя Юджэ возражал. В родном и милом “доме” мы приняли душ и переоделись в сухое, а мокрое закинули в сушилки. Без макияжа я чувствовала себя словно голой. Не то чтобы я отвыкла от своей естественной красоты, просто красилась почти каждый день.  

— Мне понравилась галлерея.

Отметила я.

— В самом деле?

Ю широко улыбнулся и сердечно взглянул на меня, пока мы стояли около кабинета для занятий.

— Да, она стоила того, даже если это был всего лишь час. Тем более с тобой мне весело и приятно.

— Рад слышать. В следующий раз точно пойдем в зал с автоматами. Я очень хочу поиграть с тобой . Или я расскажу тебе про видеоигры, которыми интересуюсь. Или мы обсудим наш музыкальный вкус...

Я хихикнула.

— Обожаю музыку, да и видеоигры мне тоже нравятся.