Глава 18. Змей и львица

  - Это не эротика, а порнография, - до её сознания вдруг донёсся его голос. С трудом разлепив глаза, подавляя в себе желание схватиться за раскалывающуюся от боли голову, Гермиона повернула её, завидев сидевшего на кровати голого Малфоя со стаканом, несомненно, огневиски в руках.- Скажи мне, что это был просто кошмарный сон, - потерев лицо руками, хриплым голосом произнесла служанка.- Не надейся, - с усмешкой ответил тот, кинув ей одну из колдографий. Медленно приподняв, Грейнджер приблизила её к лицу, рассматривая. Драко не смог сдержать смеха, когда увидел её округлившиеся глаза.- Я минет тебе делала?! – переведя поражённый взгляд на молодого аристократа, она уставилась на него, искренне надеясь, что он опровергнет эти слова.- По-твоему колдографии могут врать? – усмехнулся тот, - Скажу больше, я даже помню обрывками те ощущения, так что да.Она почти отбросила от себя фотографию, швырнув её рядом с ним и откидываясь назад на подушки. Теперь всё случившееся ночью казалось каким-то сумасшествием. Словно бы не она это была. Кто угодно другой, но никак не Гермиона Грейнджер.- Куни, минет - все прелести оральных ласк. Плюс четыре позы, в которых мы в последний раз успели позаниматься сексом, - сделав ещё один глоток из стакана, с усмешкой произнёс аристократ.- О Мерлин! Это не я была, а полтора литра огневиски, - натягивая на себя шёлковое одеяло, прячась под ним с головой, страдальчески простонала служанка, словно бы пытаясь спрятаться от жестокой реальности.- Как тебя только не стошнило ещё?! - хмыкнул Драко, продолжая перебирать колдографии. Заколдованный колдоаппарат делал снимок через каждые три секунды, отчего в итоге вышла довольно немалая коллекция из пары сотен колдографий. В последний раз они с Гермионой извращались в полной мере, напрочь откинув все приличия и отдавшись откровенной похоти. Секс вышел страстным, пошлым, развратным, однако помнил о нём не слишком много даже сам Малфой, который переносил такие дозы спиртного в разы легче девушки, но вот снимки то и дело освежали в памяти картины случившегося, - Хороший кадр. Лиц не видно, - произнёс вдруг он, также откинувшись на подушки. Выглянув из-под одеяла, Грейнджер взглянула на колдографию. На нём были видны только тела, начиная с груди. Её грудь выделялась на фото сильнее всего, руки Драко сжимали её, в то время как девушка, сидя на нём задом наперёд, скакала на молодом аристократе. - Убери это с глаз моих! - вновь уткнувшись лицом в подушку, еле слышно попросила Гермиона, зажмурив глаза. Беззвучно рассмеявшись, Малфой всё же отложил колдографии, переведя на неё взгляд, - Сколько сейчас времени?!- Одиннадцать.- Сколько?! – она вновь выглянула из-под одеяла, изумлённо уставившись на него.- Одиннадцать. Завтрак мы проспали. Нас пытался разбудить кто-то из эльфов, но всё что помню, это как запустил в него собственным ботинком, а после вновь улёгся спать, - сделав глоток, Малфой на секунду зажмурил глаза. Он также мучился от головных болей, хоть и старался не показывать этого. А вот ей было всё равно. Слишком непривычная гамма до жути неприятных, если не сказать больше, болезненных ощущений.- Жутко хочу пить, голова просто раскалывается и меня тошнит, - нажаловалась Гермиона, шумно выдохнув и отвернувшись от Драко.- То же самое, - рассмеялся молодой аристократ, сделав ещё один глоток, но после протянув ей стакан, - Пей.Она аккуратно взяла его, преподнесла к губам, сделала маленький глоток и тут же поморщилась.- Как я вообще вчера могла пить эту дрянь?! – вернув стакан Малфою, проговорила служанка.- И даже высадить полтора литра, - продолжал потешаться парень.- Кто бы говорил, - зло буркнула Гермиона, кинув на него разозлённый взгляд.- Сравнила. Ты вообще этот напиток вчера пила первый раз в жизни...- И искренне надеюсь, что в последний, - договорив, она вдруг придвинулась к Малфою и уткнулась носом в его шею, - А давай ты меня просто заавадишь? Я буду бесконечно тебе благодарна.- Служанка попутала, где её место? – вдруг жёстко произнёс Драко, оттолкнув её в сторону и отвернувшись от Гермионы, улёгшись на бок. И снова в его поступках прослеживалось явное высокомерие, голос довольно быстро стал холодным.- Лишь бы ты знал, где твоё, милорд, - выплюнув последнее слово, она внезапно резко с силой толкнула его. Не ожидая такой выходки девушки, Малфой, перекрутившись, свалился на пол, ухватившись за одеяло, уже когда оказался на ковре. Поспешно поднявшись с кровати, Гермиона, гордо вздёрнув нос, с усмешкой взглянула на него. О да, она разозлила его. Снова.- Сука, - прошипел тот, суженными глазами глядя на служанку. Рассмеявшись ему в лицо, она вдруг приблизилась к нему и, усевшись на корточки совсем рядом и взяв его лицо в свои руки, заглянула в серые глаза. Он не вырывался, не пытался отстраниться, просто глядел на неё. Ярость в его глазах давала знать о его внутреннем настрое. Однако Драко не пытался ответить на её выходку, ударить её, оттолкнуть. Он отомстит, несомненно, но чуточку позже. - Да ладно, Малфой, - усмехнулась та, проведя рукой по его щеке, не прерывая зрительного контакта, - тебе же нравится это противостояние. Тебе ведь было скучно с той же Панси, потому вы и не встречались. А любая строптивая барышня вроде меня, тебя как раз таки только заводит. Тебе интересно противостояние, приходится по вкусу наша борьба, потому я и здесь.- Смотри не переоцени свои возможности, - откинув её руки, раздражённо ответил Драко, поднимаясь с пола и тут же, схватив салфетку, стал протирать свои руки от пролитого прямо на его тело огневиски, остававшегося прежде в стакане. - А ты не берись недооценивать меня, - в очередной раз вздёрнув носик, высказалась Гермиона, также поднимаясь и демонстративно покидая его комнату, прихватив по пути свои вещи. Обнажённая, не ставшая даже тратить время на переодевания в его спальне. Разумеется, она оденется в соседней, не посмеет попасться на глаза в таком виде кому-то ещё из обитателей замка, но всё же. Глядя ей вслед, Драко усмехнулся. Строптивая и высокомерная. А ведь её правда: ему это по душе - но сейчас она создаёт ему слишком много проблем. Теперь он окончательно поставит свою любовницу и служанку на место.

***

- Такой плотный ланч вышел, - покачав головой, глядя на сына, который ел жаренный бекон, сказала леди Малфой, сделав глоток свежевыжатого апельсинового сока.- В моём случае это завтрак, так что, - усмехнулся сын, отправляя в рот очередной небольшой кусочек мяса.- Отец оставил тебе записку, - вдруг достав из кармана в несколько раз сложенный пергамент, протянула его сыну Нарцисса, - Твоё очередное задание,- опустив глаза, добавила она.- Прочту позже, - забрав бумажку и отправив её в карман пиджака, кивнул Драко, после чего сделал глоток вина.- Сколько ты вчера выпил?! – покачав головой, недоумённо произнесла аристократка, внимательно наблюдая за сыном.«Самую малость» - пронеслось в голове служанки, которая мимолётно кинула взгляд на молодого господина, продолжавшего поедать свой плотный завтрак, пришедшийся на ланч. Он выглядел как и всегда – ухоженно, как и подобает аристократу, вот только его лицо было бледным. Она и сама была бледна, её тошнило, самочувствие было далеко не лучшим, но выказывать слабость было нельзя. Не перед Нарциссой, и уж тем более не перед Драко. Ничто не помогло, даже плотный завтрак, который она съела с трудом. Оставалось только терпеть, пока состояние не стабилизируется окончательно. Вне сомнений, они оба промучаются до самого вечера, не меньше.- Прилично, - коротко ответил тот.- Знай меру, - жёстко произнесла мать, после чего откинулась на спинку стула.- Кстати о мере, знать которую я не жажду, - протерев губы салфеткой и откинувшись на спинку стула, вдруг самодовольно заговорил Малфой-младший, - Я уже говорил тебе, что наша служанка по совместительству теперь ещё и моя любовница? Поражённый взгляд впавшей в ступор девушки, подавившаяся соком леди Малфой, эльф, глаза которого прилично расширились, отчего создание с огромными ушами теперь выглядело довольно забавно. Беззвучно засмеявшись, Драко кинул взгляд на служанку, встретившись с её карими глазами. Сказать, что она была поражена его выходкой – было ничего не сказать. Шок. Она никак не могла представить, что он вот так вот просто раскроет все карты леди Малфой за завтраком, расскажет ей всё то, что прежде оставалось за семью печатями, втайне от всех людей. Придя в себя, Гермиона шумно втянула воздух, вдыхая его полной грудью, а затем не менее шумно выдыхая. Она никак не хотела привлечь к себе сейчас внимание присутствующих, скорее наоборот, жаждала стать невидимкой, раствориться, исчезнуть из этой комнаты, вот только вышло всё с точностью да наоборот – даже леди Малфой обернулась к ней. Не желая встречаться с её чёрными глазами, взгляд которых был разозлённым и поражённым одновременно с тем, девушка уставилась в стену, но уже не перед собой, а в ту, что была справа от неё. Почему-то сейчас ей было не просто неловко глядеть на Нарциссу, а стыдно. - Что ты сейчас сказал? – медленно повернувшись к сыну и стирая с лица капельки сока, что попали на её подбородок, хрипло проговорила хозяйка мэнора, вновь откашлявшись, закрыв рот рукой.- Что сплю с Грейнджер, - спокойно, как ни в чём не бывало, ответил Драко, скрестив руки на груди и с интересом наблюдая за реакцией матери.- Ты спятил?! – громкий, такой неестественный для этой извечно холодной, спокойной женщины голос раздался на всю комнату. Гермиона тут же зажмурила глаза, не желая видеть её реакции, хоть госпожа и сидела сейчас спиной к ней. - Отчего же? – усмехнувшись, лениво взяв в руки вилку, насадив на её зубцы кусочек мяса и отправив в рот очередной кусочек бекона, будничным тоном осведомился парень.- Ты хоть понимаешь, что сделает с тобой Белла?! – не став отвечать матери сразу, неспешно дожевав кусочек и запив его вином, Драко, наконец, перевёл взгляд на Нарциссу, после чего приподнял бровь.- И при какой здесь моя тётка?! – высокомерным тоном поинтересовался тот, сощурив свои холодные глаза, взглядом которых сверлил теперь леди Малфой.- Если она узнает, что её племянник, чистокровный аристократ, связался с магглорождённой. Ты хоть представляешь...- Та-ак, - откинув вилку на стол, раздражённо произнёс парень. Открыв глаза, Гермиона с удивлением взглянула на него. Сейчас ей была интересна реакция Драко. Она понимала, что именно его возмущало: власть Беллы, которую та имела над ними. Даже на него. Свободолюбивый – таким был молодой аристократ, и даже излишнее участие в их жизни родной тётки приводило его в состояние как минимум раздражения, если не сказать больше - злило его. Малфой-младший неотрывно глядел на свою мать, его глаза вновь потемнели, - Давай ка расставим все точки над «i»: это та женщина, что влюблена больной, фанатичной любовью в полукровку?!- Да как ты... - возмущённо начала было мать, но он перебил её, приподняв руку и таким образом повелевая ей замолчать.- Я его покорный слуга, и так будет всегда. Однако факта пристрастий Беллы это не отменяет. Полукровка из приюта без рода и, до определённых пор, имени - всю историю Лорда затрагивать не будем – вот с кого она тащится, а я с нашей служанкой всего лишь сплю. И позволь напомнить: у меня есть мать и отец, а кодекс нашего рода Малфоев, к которому Белла не имеет никакого, не считая родства с тобой, отношения, позволяет иметь в числе любовниц кого угодно, независимо от положения в обществе и статуса крови. Так что скажи-ка мне, мама, при каком здесь твоя сестра?! – последние слова молодой аристократ произнёс медленно, жёстко, выделяя каждое слово. Шумно выдохнув, Нарцисса покачала головой, ещё сильнее прищурив свои тёмные глаза.- Ты доиграешься однажды! – неожиданно прошипела та, немного приблизившись к сыну лицом, наклоняясь к нему через стол, - Ты идёшь по слишком скользкому пути, Драко. Твой плевок в лицо обществу и Пожирателям в том числе – всё это приведёт к крайне плачевным последствиям!- Сказала та женщина, супруга правой руки Лорда, что предала собственного Хозяина, ринувшись помогать Поттеру, - встав со стола, уперевшись в него руками, в тон ей ответил вдруг Драко. Покачав головой, Нарцисса изумлённо хмыкнула, глядя на сына так, словно бы впервые видела этого человека, совершенно не являвшегося её отпрыском, которого она растила и воспитывала на протяжении стольких лет.- Да как ты смеешь?! Я волновалась за тебя! – её голос дрогнул, в глазах отразилось неверие происходящему. «Только сейчас узнали, каков ваш неблагодарный сын на самом деле?! Что ж, когда-то это да должно было произойти» - пронеслось в голове служанки, наблюдавшей сейчас за такой неправильной, невозможной даже в её понимании сценой в мэноре, в замке аристократов, Малфоев, чёрт возьми, разыгравшейся на её глазах.- Да наплевать! - Жёстко ответил сын, глядя прямо в глаза леди Малфой. - Ни ты, ни твоя сестра, не смейте мне указывать, как мне жить и что делать! Мне хватило и тех двух лет, когда я учился на пятом-шестом курсах, когда мною вертели, как считали нужным, словно безвольной марионеткой, каждая тварь из клана тёмных магов, поселившаяся в нашем замке. И так было изо дня в день. С кем я сплю, как живу и чем дышу – не вашего ума дело! – откинув салфетку, Драко вдруг резко развернулся и стремительной походкой отправился на выход из столовой, громко хлопнув по выходу из комнаты дверью. Какое-то время в помещении царило молчание. Леди Малфой всё ещё продолжала глядеть ему вслед, застыв на месте от услышанного; Гермиона также, глубоко дыша, отчего её грудь сильно вздымалась, глядела на захлопнувшуюся уже с десяток секунд назад дверь; а эльф, сделавший пару шагов назад, пытаясь не попасться под горячую руку хозяйки, наблюдал теперь за оставшимися в комнате женщинами.- Что у вас с моим сыном?! – Нарцисса развернулась слишком быстро, уставившись на служанку даже уже не разозлённым, а скорее ненавидящим взглядом. Тёмные глаза стали ещё чернее, отчего напоминали теперь глаза Беллатрисы Лестрейндж, грудь женщины также порывисто вздымалась, пальцы были сжаты в кулаки. Окинув её взглядом, Гермиона уставилась в пол, сухо ответив:- Ваш сын уже сказал вам, какого рода отношения нас с ним объединяют, - как же неловко ей было сейчас это говорить, оправдываться перед аристократкой. Если бы она только знала, каким образом Драко вынудил девушку стать его любовницей, что конкретно творил с ней! - Я тебе не верю! Чтобы Драко смел ругаться со мной, да ещё и таким тоном, такими словами, ради просто своей любовницы?! Вы уже коснулись его души, он влюбился в тебя! – не сдержавшись, Гермиона вдруг откровенно рассмеялась, даже не придав значению тому, как с «ты» на «вы», путаясь от злости, то и дело прыгала в своём обращении аристократка. Да и это ли было важно?! Закрыв рот рукой, она рассмеялась в голос, однако вскоре попыталась успокоиться, не желая лишний раз злить и без того разъярённую хозяйку.- Ваш сын не способен любить! - каким же холодным, непривычным и жёстким стал в этот миг её голос. Словно бы не она это говорила. Даже взгляд ожесточился, когда она произносила эти слова, - Он ничем не уступает в жестокости вашему супругу. Эгоистичный, бессердечный циник, жестокость по отношению к другим для которого – обыденность. - Да как ты смеешь?! – громко выкрикнула женщина, сверля служанку своими вконец почерневшими глазами.- Смею! – вдруг громко, в тон ей ответила Гермиона, вздёрнув подбородок, - Если бы вы только знали, что творит ваш сын, каким образом он принудил меня стать его потаскухой, какие угрозы звучали в мой адрес из его уст! Хотя... вы и без того наверняка это знаете. Просто вам ведь привычно закрывать на всё глаза, делать вид, что ваша семья – обычная, среднестатистическая, ничем не отличавшаяся от других. Семья убийц и извергов - вот кто вы! А ваш сын, - служанка вновь усмехнулась, даже криво, как делает и сам Драко, - Мне даже смешно с ваших слов. Ваш сын не способен на нежные чувства. Только на привязанность, которую, допускаю, он испытывает по отношению к вам и мистеру Малфою. Этим список небезразличных ему людей заканчивается, зато начинаются огромные списки тех, кого он вожделеет и получает несмотря ни на что!- Ты забыла своё место?! – высокомерный тон, как у мужа, сына. Истинная Малфой. Только сейчас аристократка проявила себя с другой стороны.- О, не волнуйтесь! Молодой господин неустанно напоминает мне о нём. Вот только даже при всём вашем желании я не забуду, кто передо мной, и какого отношения, какой жизни вы на самом деле заслуживаете! - Пошла прочь! - на выдохе уже более тихо произнесла Нарцисса. Дважды повторять не пришлось. Гордо вздёрнув голову, Гермиона отправилась на выход из столовой, оставляя госпожу наедине с эльфом. Однако ему, в чём служанка всё же не сомневалась, ничего не будет, его не тронут. А вот её ад теперь только начинался...

***

Он неспешно вошёл в Бежевый зал, прошёл к дивану, на котором сидела сейчас за чтением какой-то книги мать, присел на корточки на полу рядом с ней, разглядывая её. Нарцисса не заметила нежданного гостя, всё также продолжая бегать глазами по строчкам. Книга была приподнята высоко перед лицом, страницы фолианта были большими, полностью закрывая ей обзор.- Мама, - неспешно позвал тот. На мгновение опустив книгу, она взглянула на него, но тут же, пару раз моргнув, вновь уткнулась в фолиант, приподняв его ещё выше, полностью закрывая своё лицо, - Решила открыто проигнорировать меня? – усмехнулся Драко.- Нам не о чем с тобой разговаривать! – твёрдо, хоть и негромко произнесла женщина, на лице которой сейчас читались разочарование и даже обида, но показывать её сыну, чтобы он видел её настоящие эмоции, её слабости, ей совсем не хотелось. - Тогда просто оставлю этот маленький подарок в качестве моего извинения здесь, - положив на диван рядом с матерью бархатную коробочку, произнёс Малфой-младший, а затем поднялся на ноги, но так и не ушёл, продолжая глядеть на мать. Отстранив книгу, с откровенно безразличным выражением лица Нарцисса всё же взглянула на подарок. Отложила том, открыла коробочку, взглянула на презент. Колье. Красивое золотое с сапфиром. Его цена была явно не меньше трёхсот галлеонов. Оно уже порядка двух месяцев лежало в мэноре в одном из ящиков стола, купленное уже давно, заранее, но так и не будучи подаренным, ожидая повода. И вот он наступил – перемирие. - Я принимаю твой подарок, но мириться с тобой после случившегося я не намерена! – захлопнув коробочку, сухо произнесла леди Малфой, вновь потянувшись к книге, однако сын, слегка нагнувшись, перехватил её левую руку, заглянув в глаза Нарциссе.- Чего ты боишься? Мою дерзость ты всегда прощала, но здесь другое. Всё дело в Грейнджер, - он говорил негромко, задумчиво, глаза были прищуренными. Попытавшись вырвать руку, женщина отвела взгляд, но Малфой-младший всё же удержал её, не позволив матери отстраниться, - Ты боишься, что наша с ней связь перерастёт во что-то большее?! – угадал её опасения сын, чуть наклонив голову. Вновь встретившись с ним взглядом, Нарцисса, дыхание которой было теперь учащённым, всё же заговорила:- Ты слишком сильно сблизился с ней. Она грязнокровка...- А я чистокровный аристократ, основная обязанность которого – жениться на такой же чистокровной девушке благородного происхождения и продолжить наш род. Я знаю свои обязанности, помню, что от меня требуется, и никогда не отступлюсь от этого. Можешь во мне не сомневаться, но ты же сомневаешься, - криво усмехнувшись, ответил сын. Голос был почти что спокойным, но в его тоне Нарцисса всё же уловила проскользнувшие нотки обиды. Протянув к нему руку, которую он всё также держал за запястье, мать погладила его по щеке, неотрывно глядя в глаза своему отпрыску.- Ты ожесточился, Драко. Я до последнего старалась закрывать на это глаза, ведь именно таковым должен быть последователь Лорда. Изначально ты вступил в его ряды не по своей воле, но в итоге тебе стала нравиться эта роль, ты начал тянуться к власти. Власть и политика... - леди Малфой на секунду замолчала, опустив глаза, но всё же вновь подняла их, встретившись со своим сыном взглядом, - зачастую они развращают людей, заставляют их становиться коварными, безжалостными, бескомпромиссными. И порочными. Таковым становишься и ты. Я понимаю, что в нашем мире, воссозданном Тёмным Лордом, невозможно стать высокоморальным человеком, однако я не думала, что и ты войдёшь в их число.- Я тот, кто я есть, кем я стал и хочу быть. Я твой сын, мама, и либо ты принимаешь меня таким, либо нет, - отстранившись и выпрямившись, сказал на это Малфой-младший, слегка сощурив серые, стального цвета глаза. - Как ты верно выразился - ты мой сын. Я никогда не отвернусь от тебя и не брошу, каким бы ты не стал. Однако не стремись окончательно потерять человечность. Не надо, - покачав головой, с некой грустью произнесла женщина, - Сохрани в себе хотя бы частичку гуманности. Взгляни на то, каким стал наш Хозяин. Он великий человек, однако, разве можно в полной мере назвать его человеком?! Вот к чему привела его жажда величия. Просто задумайся на мгновение, чем всё может закончиться для тебя самого.- Ты никогда окончательно не поймёшь меня, - усмехнулся Драко, отведя взгляд и став осматривать рисунок на ковре. И ведь не поймёт. Для многих он всего лишь мальчишка, отпрыск из богатого семейства. Если он не сумеет сам постоять за себя, не станет ценным последователем Лорда – его изничтожат, превратят в подобие Хвоста, сделают марионеткой. Он уже был в роли мальчика на побегушках. Однако вовремя успел осознать, каким должен стать, и стал им. Она не сможет понять, а он не сможет объяснить, ведь его матери не приходится находиться на поле битвы, убивать по принципу «либо ты, либо тебя». А именно под этим лозунгом протекает их жизнь в последние годы, жизнь большинства Пожирателей. Он заставил себя полюбить жестокость, она стала его сутью, но разве где-то он да не делает поблажек? Той же Грейнджер, чёрт возьми, пусть для неё он и является теперь эталоном абсолютного бесчеловечия. Глупая. Она ещё не видела поистине жестоких людей, и если он не усмирит её, встретится с ними лицом к лицу. Лишь тогда она в полной мере поймёт, каким стал их мир, что на самом деле в нём ценно, и что делают с ей подобными. - Скажи честно, она небезразлична тебе? – вдруг произнесла леди Малфой. Пожалуй, впервые за долгое время в её глазах он увидел искренние переживания, даже опаску. Это не могло не вызвать усмешку. Глупый вопрос.- Безразлична.- Тогда почему ты так уцепился за неё? Конкретно за неё? Ты готов отстаивать её право быть подле тебя, - очередная его ухмылка, напомнившая ей потешность. Неужели он настолько жесток, что ему действительно смешна даже мысль об этом, или же он просто не в состоянии в полной мере осознать страхи матери?! - Я никогда не любил, и искренне надеюсь, что никогда не полюблю. Мне чужда эта эмоция, более того, я считаю её откровенной глупостью и слабостью. Если меня с Грейнджер что-то и свяжет, так это привязанность, но сейчас даже речи о ней не может идти. - Лишь похоть, - откинувшись на спинку дивана, слегка сощурив глаза, рассматривая сына, дополнила его ответ аристократка, - Я никогда не бралась с тобой обсуждать интимные темы. Всегда считала, что это обязанность Люциуса - заниматься этой стороной твоего воспитания. Однако, судя по всему, этой глупой верой я сделала огромное упущение.- И какой же урок ты хочешь преподать мне? – хмыкнув, произнёс Драко, приподняв подбородок.- Секс сближает людей. Зачастую, если партнёры не сменяются, люди привыкают друг к другу, и однажды могут заметить, что их связь уже давно переросла в нечто большее. - И ты боишься, что моя связь с ней также выльется во влюблённость?! – закусив нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, произнёс Малфой-младший.- Да, - коротко ответила Нарцисса, взглянув в глаза своему отпрыску.- Этому не бывать. Я обещаю тебе.- Тогда сдержи своё слово, - на этот раз он ничего не ответил ей, только кивнул, а после, взяв мать за руку, поцеловал её тыльную сторону, а затем отправился на выход. Леди Малфой только молча посмотрела ему вслед. Сердцу не прикажешь – этот подлый закон жизни она знала для себя наверняка. Он дал ей слово и, несомненно, постарается его сдержать. Он не разбрасывается словами. Вот только женщину не покидала тревога. Зачем он прицепился к этой девушке, когда вокруг столько достойных его аристократок? Почему именно к ней? Быть может, ответ элементарен – просто она подходит ему, близка по натуре. Строптивая, гордая, прямолинейная. Она готова бросать вызов, даже если заранее знает, что расплата будет крайне велика. Глупая девчонка или истинная гриффиндорка? Пожалуй, и то и другое. Но ведь именно таковые, к глубочайшему сожалению матери, в его вкусе. Она знает это. К несчастью, знает. Эта история не закончится ничем хорошим. Слишком много плохих предчувствий, которым женщина привыкла доверять. Интуиция никогда не подводила её, она уже привыкла полагаться на свои ощущения. Уже одним своим появлением в мэноре их магглорождённая служанка меняла отдельные принятые в их роду стереотипы, стирала грани, не без помощи хозяйки замка. А ведь та жалела несчастное дитя, питая своевременное чувство благодарности к Гарри Поттеру и желая помочь его подруге. А в итоге Гермиона Грейнджер доставила им хлопот... Чего ещё следует ожидать от этой до раздражения непокорной девчонки? Каких ещё неприятностей она доставит их семейству?

***

Захлопнув книгу в бордовом бархатном переплёте, аристократ поспешным шагом вышел из библиотеки. Он даже не заметил наблюдавшего за ним с портрета молодого сфинкса. Магическое создание не хотело попадаться на глаза хозяину, ибо всегда только лишь раздражало его. Усевшись на полянку в одной из картин, сфинкс опустил голову и с некой тоской взглянул на корешок книги. А ведь девушка была в отчаянии, цеплялась за любую возможность хоть как-то отплатить молодому хозяину. И выбрала такой вот метод. А в итоге получит за него наказание, в очередной раз испытает боль. А ведь она нравилась этому созданию. Светлая, не такая, как другие обитатели мэнора. И в очередной раз расплачивавшаяся за то, что пыталась оставаться собой, не хотела быть сломленной марионеткой. Грустно это всё. Поджав хвост, сфинкс взглянул на дверь. Наверно, молодой лорд уже нашёл её, быть может, уже наказывает. Безжалостно и беспощадно, не оставляя на её теле даже живого места... А ведь без его помощи она бы не нашла эту книгу, не совершила этот отчаянный поступок. И зачем он только сказал служанке об этом чёртовом фолианте...

***

- Ты брала палочку моей матери?! – и снова этот холодный тон, ледяной голос. Это во многом было даже не вопросом, а утверждением. Можно было и не отвечать, но она всё же ответила:- Брала.- Как глупо с твоей стороны признавать это и вконец усугублять своё положение, - подойдя ближе и сорвав один из цветков с фиалок, которые поливала в этот момент на окне в одной из комнат гостей девушка, произнёс тот. Обернувшись к нему, Гермиона пожала плечами, заглянув в глаза молодому аристократу.- Пытать снова будешь? Бить, топить? Или удивишь чем-то ещё?! А может, сломаешь меня? Память останется, у Лорда не будет к тебе претензий, зато я буду твоей безвольной игрушкой. Ах да, вот в чём дилемма, - приблизившись к нему, наигранно поднеся палец к своим губам, задумчиво произнесла девушка, прищурив свои карие глаза, - Тебе же хочется, чтобы я оставалась с характером, чтобы пусть даже в мелочах, но противостояла тебе. Тебе же по душе, что я именно такая. Отвергай это сколько влезет, вот только я не слепая. Ты доказал это буквально вчера, сослав подальше от себя потаскушку-Джоанну и решив скоротать время со мной. Отказался от разнообразия ради обычной служанки, которая на деле только познает для себя секс, изучает его. А ведь, готова поспорить, та твоя шлюшка была куда искусней меня.Он вдруг резко толкнул её к стене, с силой, отчего Гермиона ударилась спиной, нависнув над ней, глядя в её глаза. С пару секунд они оба молчали, глядя друг на друга. Всё это время она рассматривала его глаза. И снова они были темнее обычного, однако всё также оставались красивыми. И почему этот чёртов ублюдок был таким?!.. Уж лучше бы его лицо было жёстким, искалеченным шрамами. Тогда сразу можно бы было понять, кто стоит перед ней, каков этот человек изнутри, какая у него душа. Ведь порой по одной только внешности уже можно многое понять о человеке, прознать, хотя бы сделать приблизительные выводы. А здесь... Нельзя. Обязательно ошибёшься. Красивая оболочка и гнилая душа никак не сочетались. Однако, разве же это не было логичным?! Испокон веков красивейшие из мужчин всегда оказывались редкостными мерзавцами. Малфой полностью вписывался в эти рамки. Если не сказать больше – превосходил их, ведь помимо аморальности был болен ещё и бесчеловечностью, в которую искренне желал погрузиться с головой. - Снова ударишь или будешь душить? – произнесла, наконец, служанка, вздёрнув носик и нарушив затянувшееся молчание.- Ты хоть осознаёшь, какая ты дура?- Частично, ибо не полагала, что ты настолько готов наплевать на всё, лишь бы остаться победителем даже в этом противостоянии. Ты же не выносишь, когда хоть у кого-то есть власть над тобой, - ответила на это Гермиона, прищурив глаза. Гордая, не способная склонить головы даже в момент своего фиаско.- Ты хоть понимаешь, что я и половины своих умений и навыков не применял к тебе, не желая травмировать нежную девичью психику? – на эти слова она прыснула со смеху, покачав головой, но потом всё же успокоилась, закусив нижнюю губу, пытаясь сдержать вырывавшийся наружу смех.- Это когда конкретно? Когда усердно убеждал меня, что это я виновна в смерти Артура Уизли? Или когда довёл до оргазма на глазах моих лучших и единственных друзей, опозорив перед ними? А может когда жёстко трахал ту, что не могла обходиться без обезболивающего в первые дни после того, как ты лишил меня девственности? Когда ты меня жалел, напомни мне, Малфой, ибо я этого момента не заметила! Хотя... - и снова усмехнулась, сглотнув, - Когда не стал пытать часами, а всего лишь применил один раз Круциатус, продемонстрировав, что способен на подобные зверства? Или когда ударил, заставив меня потерять сознание, чтобы я не видела пыток мистера Уизли и Таура в твоём исполнении? Я за это должна благодарить тебя?! А может за то, что ты ещё не устроил мне групповой секс с участием твоих так называемых друзей? Когда? В какой момент ты был добр ко мне? Всё, что ты делал, ты делал ради себя, но не ради меня и уж тем более не из жалости. Ты понятия не имеешь, что такое добродетель, ибо тебе близки скорее грехи и пороки. И ты на полном серьёзе хочешь, чтобы я благодарила тебя? Была тебе признательна за то, что ты не зверствовал надо мной больше, чем позволил себе в ту минуту? Ты серьёзно?! – она снова усмехнулась, - Я презираю тебя. Не ненавижу, всё же нет, ты не достоин такой чести. Но презираю, причём открыто. И пусть я сделала откровенную глупость, раскрыла раньше времени все карты, что именно я вернула ту запись, подкинула фолиант Люциусу... в принципе, ты и сам понял бы это, - и снова она пожала плечами, а позже прикусила нижнюю губу, - Это всё, что я могла против тебя на тот момент. Будь у меня больше возможностей, я воспользовалась бы и малейшим шансом использовать их, но. Чем располагала. Я при любом раскладе рада, что сделала это. Хоть в чём-то, но смогла доказать в первую очередь себе, что всё ещё не бессильна перед тобой, что хоть что-то, может и меньшую, несуразную пакость, но готова подстроить тебе, какими бы жалкими не были мои действия в твоих глазах...- Не хитри, - приподняв её за подбородок, произнёс вдруг Драко, перебив её. И вот уставшее лицо искажается лукавой улыбкой, глаза чуть прищурены. Ну разумеется, он понял её намёк. Ведь вся её игра была лишь показательным выступлением, указывающим на то, что она на самом деле имеет против него. - Дошло? – поправив воротник его рубашки, с хитринкой в голосе произнесла та.- Дошло, хоть и не сразу, - хмыкнул на её действия Драко, однако, не стал мешать ей, - Решила воспользоваться моим страхом быть опозоренным перед публикой, ведь репутация Малфоя должна оставаться безупречной. А возвращение этой записи было лишь намёком, что ты не бессильна передо мной, и если я не перестану быть жестоким с тобой, ты откроешь миру глаза на секреты личной жизни молодого лорда Малфоя. Так, красавица?- Так, - вновь встретившись с ним глазами, кивнула Гермиона.- А ты не боишься, что я наложу на тебя Империус и заставлю раз и навсегда замолчать, а также подчиняться мне? Что сделаю тебя безвольной и беспрекословной?- Тогда тебе станет скучно со мной. Разве не так? – усмехнулась она. И снова в карих глазах азарт и лукавство. Чертовка - только так он мог назвать её в эту секунду.- Так, - очередная игра, теперь задор отразился уже и в его глазах, - А оно того стоит при учёте, сколько проблем ты создаёшь мне?- Тебе виднее, - с усмешкой ответила служанка, - Но мой разум ты не тронешь, не можешь. А пока я в здравом уме и твёрдой памяти, я использую любую возможность, даже малейший шанс, мизерную лазейку, чтобы отомстить тебе, чтобы отравить твою жизнь. Что бы это ни было, но я воспользуюсь этим шансом, и рано или поздно, но прижму змеюке хвост.- Видишь ли, львица, - усмехнулся её ответу Драко, чуть наклонив голову и проведя большим пальцем по её нижней губе, - Малфои люди честолюбивые, любят поддерживать репутацию на высоте, стараются лишний раз не подставляться, сохраняя своё лицо. Вот только это лишь видимость, а на деле прелесть моего рода в том, что мы умело перетасовываем факты, выставляем всё в выгодном для нас свете. Ловко играем правдой и ложью, и так испокон веков. А сейчас наша связь с тобой мне как раз таки на руку, - только сейчас, впервые за весь разговор, её глаза расширились. А ведь она даже помыслить не смела, что Драко использует их с натяжкой сказать отношения с выгодой для себя, а уж тем более что не станет гнушаться факта, что его любовницей является грязнокровка. Наоборот, применит его с пользой для себя, ведь она не просто грязнокровка – подруга Поттера, чёртова Гермиона Грейнджер. И почему она недооценила его?! Отчего не просчитала такой расклад? Ах да, она ведь не знала до конца, какой Малфой на самом деле, на что он способен. Не учла то, каким он стал, а использовала свои устаревшие знания о том, каким был, вернее, каким она его знала. Очередная промашка, - А теперь давай-ка, прелесть моя, прогуляемся. Продемонстрирую тебе в полной мере, на что я способен. А заодно посмотрим, что ты имеешь против меня.