Глава 10. Её необоснованная жажда

 – Опусти глаза, отродье! – злобно бросила Беллатриса, сверля Гермиону презрительным взглядом.

«Сама любезность» – пронеслось в мыслях последней, но напрашиваться на конфликт с этой сумасшедшей и к тому же крайне жестокой женщиной, что месяцем ранее чуть не свела её с ума, у Гермионы не было никакого желания. Она молча повиновалась.

– Белла, – криво улыбнувшись, поприветствовал её Драко и поднялся с дивана.

– Где твоя мать? – лишь мельком взглянув на родовую книгу Малфоев, сходу без всяких любезностей задала ему вопрос Беллатриса.

– Отправилась по магазинам. Какими ты здесь судьбами? С новостями? – Драко говорил с ней уверенно. По его спокойствию и естественности поведения так и казалось, будто минутой ранее в этом зале действительно не происходило ничего порочного: обычный нудный день представителя голубых кровей, не более того.

– Я на пару дней задержусь в мэноре. Прибыла с пленными и несколькими Пожирателями Смерти. Они – его охрана, – коротко рассказала Беллатриса.

– В честь чего вы решили разделить пленных? – прищурив глаза, удивлённо поинтересовался Драко. Ему действительно был непонятен ход её мыслей.

– Они решили устроить массовый побег, но мы прознали про это и разделили их, дабы в моём особняке не произошло никаких малоприятных сюрпризов. Заодно мы накажем всех бунтарей поодиночке! Хотя лично я предлагала сразу поубивать их всех. Нет человека – нет проблемы, – без всяких приглашений пройдя и опустившись на диван, после чего рядом с ней занял место также и Драко, сообщила Беллатриса.

– И кто же стал жертвой твоих репрессий?

– Артур Уизли, – скривила губы Беллатриса. Глаза Гермионы от услышанного моментально загорелись. Она не сомневалась, что сумасшедшая последовательница Волан-де-Морта при любом раскладе отправит Артура Уизли на тот свет: либо во время своих зверских пыток, либо когда вдоволь наиграется в палача. Необходимо было помочь ему, но как? Что она могла сделать для него?

– Ты всегда можешь расположиться в мэноре, Белла, – послышался голос Драко.

– Какое гостеприимство, – хмыкнула Беллатриса, а затем заговорила суровым тоном, также сощурив глаза и буравя теперь племянника крайне взыскательным взглядом: – Ты опозорился перед Тёмным Лордом!

– Я в курсе, – Драко ответил ей равнодушным тоном, но в то же время с нотками холода.

– Ты должен был вернуться на поле битвы сразу же после выздоровления! – громко и с упрёком практически выкрикнула эту фразу Беллатриса. Стоявшая рядом с камином Гермиона на мгновение даже вздрогнула. Единственным, кто удивительным образом продолжал сохранять спокойствие, оставался Драко.

– Это было бы опрометчивым поступком при учёте того, что на моё место метит Нотт. Мне приказали не возвращаться, дабы не заражать других. Если бы я вернулся в Ноттингем, Теодор незамедлительно написал бы своему отцу, а тот передал новость Хозяину. Моё рвение могли расценить как непослушание зарвавшегося юнца, который грозит эпидемией всему отряду. Сложно судить, что является наиболее верным поступком: я мог стать как преданным делу солдатом, так и тем, кто оказался бы у Тёмного Лорда в немилости. А здоров я был уже в день моего возвращения домой, – рассказал ей Драко, захлопнув фолиант и отодвинув его в сторону.

– Почему ты всё ещё не убил этого мальчишку? – Беллатриса вскинула брови и нахмурилась при одном только упоминании Теодора Нотта... До чего же легко ей давались такие страшные слова. Подняв на неё украдкой взгляд, Гермиона поджала губы. Её всерьёз пугала эта женщина! Раньше она плохо знала Беллатрису Лестрейндж. Случалось даже, что Гермионе становилось жаль её, ведь Беллатриса за время своего пребывания в стенах Азкабана практически полностью сошла из ума. Но теперь всё было иначе: Гермиона всем сердцем презирала её ровно настолько, насколько боялась. Ведь это был единственный человек, который без лишних слов мог довести её до безумия и превратить в овощ всего лишь забавы ради.

– Не представился случай. В открытую убить его не получится, ведь тогда Нотт-старший будет искать возмездия. Это нужно провернуть более тонко, – самодовольно усмехнулся Драко. – В Ноттингеме он был в передовом отряде, и у меня тем более не было возможности ни избавиться от него, ни выставить всё как несчастный случай. Всему своё время.

«Истинный наследник своего рода и племянник Беллатрисы Лестрейндж!» – подумалось Гермионе. Её не радовали такие мысли, но они были честными и верными, ведь именно таким являлся Драко Малфой. За всеми его ласками и их сладостным сближением ей никак не стоило даже на мгновение забывать, кто на самом деле находился перед ней. Никогда не стоило!

– Какие у вас успехи? Сколько городов уже захвачено? – решил сменить тему Драко.

– Вся Южная часть Англии наша. Только маги Бристоля продолжают сопротивление, но это ненадолго. Сейчас происходит активный захват центральной части, следующий на очереди – Уэльс. С севером всё сложнее: шотландцы вовсю готовят армию, которая должна будет активно противостоять нам. Но для нас всё в итоге может сложиться крайне успешно, ведь всего за месяц с небольшим нашими общими усилиями была захвачена треть всей страны. С такими темпами мы захватим магическую Великобританию гораздо раньше, чем планировалось поначалу, даже несмотря на жалкое сопротивление крупных городов, – с гордым видом поведала ему Беллатриса, а затем вскинула голову и неожиданно перевела взгляд на Гермиону. В тот же момент Гермиона уставилась перед собой, прямо на дубовые двери. Даже попросту выдерживать этот пронзительный взгляд колких чёрных глаз было невыносимо тяжело. В её нынешнем плачевном положении даже такое малейшее противостояние с Беллатрисой Лестрейндж могло сказаться для неё плачевным исходом и стать откровенной глупостью. – Как справляется со своими обязанностями это маггловское отродье? – почти выплюнула эти слова Беллатриса, а затем снова скривила губы так, будто только что съела нечто кислое.

– Мать ей довольна, так что неплохо, – равнодушно пожал плечами Драко, не обращая никакого внимания на Гермиону.

– А должна на отлично, и даже больше того! – вдруг гаркнула на неё Беллатриса. Гермиона не решилась ничего ответить, только несколько раз быстро моргнула, продолжая бесцельно вглядываться в дубовые двери. – Моя сестра спятила, сделав это существо своей... фрейлиной, – не сводила с неё прожигающего взгляда Беллатриса. – Даже звучит мерзко! Её место на кухне с домовиками, если не хуже того.

– Чай будешь? – усмехнувшись её словам, предложил Драко.

– Не хочу ничего. Буду в своей комнате. Как прибудет Нарцисса – сообщи мне, – поднявшись с места, на ходу бросила ему Беллатриса и уже вскоре покинула их. Она ушла также стремительно, как ранее внезапно нагрянула.

– Я пошлю за ней, – пообещал вслед Беллатрисе Драко, а после потянулся за родовой книгой. Стоило дверям закрыться, как Гермиона, сама того не заметив, громко и шумно выдохнула. Это не ускользнуло от внимания Драко. – Расслабься, Грейнджер! Ей нет сейчас до тебя дела, – холодно сказал он, а затем тоже поднялся с места и отправился на выход.

– Верни моё белье! – скорее потребовала, нежели попросила Гермиона, удивившись его наглым играм с ней.

– Нет, – обернувшись и посмотрев на неё, со смешком просто ответил Драко, а затем также стремительно ушёл.

– Малфой! – сверкнув на него глазами, лишь выкрикнула ему вслед Гермиона, но всё было тщетно.

«Просто прекрасно. В замке Беллатриса Лестрейндж, а он решил поиздеваться надо мной!» – Гермиона снова шумно выдохнула и заправила выбившиеся пряди за уши, а затем направилась на кухню. Меньше всего ей хотелось сталкиваться сегодня с этой опасной гостьей...

* * *

– Заглянешь ко мне в комнату через полчаса, – возбуждающе проведя ладонью по ягодицам Гермионы, произнёс Драко, как только вошёл на кухню и застал её за чистой картофеля у самого первого стола.

– Убери руку! – тут же прошипела она, смущённо оглянувшись на эльфов. Как Гермиона и ожидала, то, насколько близко Малфой приблизился к ней, вызвало интерес отдельных домовиков. Те упорно делали вид, что заняты своей работой, но в то же время с интересом посматривали на новоявленную парочку.

– Ты меня услышала? – пропустив мимо ушей её слова, однако всё же убрав руку, повторил Драко. Увидев на краю стола корзинку со свежими зелёными яблоками, он взял одно и тут же откусил кусочек.

– И настолько подставиться перед твоей тёткой? Ты меня совсем за дуру держишь? – бегло посмотрев на него разозлённым взглядом, ответила на это Гермиона и вернулась к своей работе.

– Она никогда не заглядывает в мою комнату без крайней необходимости.

– А если заглянет и обнаружит меня там в компрометирующей позе? – раздражённо прошептала Гермиона.

– То есть в целом ты не против? – облокотившись руками на стол, беззвучно рассмеялся Драко. Гермиону это разозлило.

– Иди к чёрту! Получать Круциатусы за растление своего хозяина или по какой-либо подобной «статье», взбредшей в голову этой сумасшедшей женщине, я не горю желанием. Хочешь – наказывай меня, но я не приду!

– Забавно, – усмехнулся Драко.

– Что именно? – подняла на него негодующий взгляд Гермиона.

– Ты мыслишь прямо как Белла. Она бы наверняка придумала что-нибудь в этом роде, – наблюдая за ней и поедая яблоко, пояснил Драко. Гермиона ничего не стала говорить, да и не хотелось. Куда больше её сейчас волновал Артур Уизли. Она хотела помочь ему, но что она могла? Его камеру охраняли двое Пожирателей Смерти, а волшебной палочки у неё не было. Разве что оставался шальной вариант стащить на время палочку Малфоя, но разве он даст ей такую возможность? Вряд ли вообще позволит прикоснуться к ней. Просить эльфов было бесполезным занятием: никто бы не взялся помогать какому-то пленному во вред себе, тем самым навлекая на себя немилость хозяев, если не сказать больше того.

– Ты меня услышала? – с нотками раздражения повторил Драко. Гермиона на мгновение зажмурила глаза... Кто бы знал, как сильно он подбешивал её сейчас!

– Я тебе шлюха что ли? Сказала не приду, и точка! У меня много работы, милорд, и она займёт как минимум час. Так что попрошу более меня не тревожить, – гордо вздёрнула носик Гермиона, чем хорошенько повеселила Драко.

– Преувеличил я твои заслуги и умения перед Беллой. Ты собралась целый час чистить этот тазик с картошкой? Да здесь работы максимум на полчаса.

– Ты хоть раз сам её чистил? – сверкнув на него глазами, зло ответила Гермиона. До чего же её раздражал этот напыщенный тон Малфоя!

– Дай сюда, – забрав из рук Гермионы овощ и нож, Драко к её удивлению начал сам чистить картофель, причём делать это довольно умело. И вот уже один, второй, третий клубни были благодаря нему ловко очищены.

– Откуда такие навыки? – одарив его поражённым взглядом, улыбнулась Гермиона. Её всерьёз удивило, что этот напыщенный молодой аристократ умел... чистить чертову картошку, хоть это и было мелочью. Ей всегда казалось, что этот товарищ высокого полёта такого рода грязную работу никогда в жизни не выполнял и не возьмётся, с малых лет привыкши всё получать готовым и на золотом блюдечке.

– Когда я в детстве плохо себя вёл, в качестве наказания меня отсылали на кухню помогать домовикам. Я много что умею, Грейнджер, – пояснил Драко, начищая уже четвёртую картофелину. Но тут он вдруг неаккуратно скользнул ножом и порезался. – Блять! – раздражённо выругался Драко и окунул раненную руку в чистую воду, но кровь и не думала останавливаться.

– Так голубая же должна быть, – не удержалась от ехидного комментария Гермиона, на что он одарил её убийственным взглядом. Внезапно Драко довольно резко схватил её и за талию притянул к себе, что вызвало ещё больше интереса у домовиков. Но Драко это нисколько не смущало, и он спокойно прошептал ей на ухо: – Через полчаса, Грейнджер, а иначе сожгу в камине твоё единственное нижнее бельё! А тебе, несчастной, даже ходить тогда станет не в чем.

– Буду носить твои семейники, – немного отстранившись, с прищуренными глазами находчиво ответила Гермиона, что вызвало его усмешку.

– Я такое не ношу. Теперь уже через двадцать пять минут, гриффиндорка. И не опаздывай! Не люблю этого, – распорядился Драко, а затем гордой походкой покинул кухню.

– Козёл, – прошептала Гермиона, возвращаясь к своему занятию.

– Всё хорошо, мисс? – так некстати послышался голос Таура. До чего же неловко Гермионе теперь было смотреть ему в глаза после того, как Таур застал их с Малфоем в компрометирующей позе частично обнажёнными в охотничьей. Даже представлять, как это смотрелось со стороны, Гермионе хотелось меньше всего.

– Да, всё в порядке, – потупив голову, ответила она и постаралась сделать вид, что увлечена своей работой по очистке оставшегося картофеля. Ничего более не сказав, Таур хмыкнул. Гермиона же опустила голову ниже, порадовавшись уже тому, что длинные волосы частично помогли скрыть пунцовые от стыда щёки.

* * *

– Дай их сюда! – войдя в назначенное время в комнату Малфоя, сходу потребовала Гермиона.

– Что-то ты в последнее время много огрызаешься и командуешь, Грейнджер. Тебе напомнить, где твоё место? – не отрываясь от какого-то пергамента, бросил Драко.

«Всё как всегда» – шумно выдохнув, подумала Гермиона. Но произнесла она, хоть и сквозь зубы, уже спокойнее:

– Дай, пожалуйста.

– Нет. Иди сюда.

– Ты издеваешься? – сжав пальцы в кулаки, встрепенулась Гермиона.

– Иди сюда и прекрати уже демонстрировать мне по поводу и без свой характер, – с небольшим раздражением сказал на это Драко. С десяток секунд Гермиона неподвижно простояла на месте. Больше всего хотелось не подчиняться ему, развернуться и уйти, но в то же время она сама согласилась стать его любовницей и уже неоднократно выполняла эту так называемую обязанность. Вспомнился разговор, состоявшийся с Малфоем днём. Как он верно заметил, в её духе бунтарства больше не было ни малейшего смысла. Порой это противостояние без весомого повода становилось откровенной глупостью, однако осознание собственной беспомощности было для Гермионы слишком болезненным. Драко расслышал её тяжёлый вздох. Он не смотрел на Гермиону, но смело представлял, какая внутренняя борьба происходила в её душе. Обстоятельства вынуждали её поступаться собственной гордостью, что было для такой особы, как Гермиона Грейнджер, крайне мучительно. Но она всё же решилась и наконец уселась на его кровать, прямо рядом с ним.

– Ну и? – спустя ещё какое-то время напомнила о своем присутствии Гермиона.

– Спокойно дочитать ты мне явно не дашь, – свернув пергамент и отложив его на прикроватную тумбочку, поджал губы Драко.

– Нет, – усмехнулась на это Гермиона. – Что скажет, к примеру, леди Малфой, если войдёт в твою спальню и обнаружит меня здесь? – не унималась она.

– Моей матери и Беллатрисе сейчас не до нас с тобой, так что прекрати панику.

– Заколдуй дверь! – даже не думая успокаиваться, продолжала настаивать на своём Гермиона.

– Собираешься устроить здесь нечто развратное? А я-то всего лишь хотел отдохнуть в твоём обществе, – криво усмехнулся Драко, не переставая подтрунивать над ней.

– С тобой никогда не бывает «просто». Так что запри!

Драко закатил глаза, но всё же достал из внутреннего кармана пиджака свою волшебную палочку.

– Колопортус. Довольна? – бросил ей Драко, сняв с себя пиджак и вернув на место магический атрибут. Затем он отложил пиджак на тумбочку и повернулся к Гермионе. Она не стала ему отвечать, лишь выжидала, что он предпримет дальше, и Малфой не заставил ждать: – Продолжим урок истории или займёмся чем-то более интересным?

– Я не хочу слушать о кровавых подвигах твоих предков, – холодно произнесла Гермиона. В который раз она боролась с самой собой, считая собственные поступки неправильными, даже непозволительными. Ведь стоило Малфою начать соблазнять её, как она забывалась в его ласках, хотя ещё совсем недавно чётко планировала оттягивать момент их сближения максимально долго... Но всё же она, чёрт его подери, втайне ждала этого, хотя призналась себе в том сравнительно недавно. Спрашивать себя о том, почему ей самой так сильно хотелось плотских утех, было дико и непривычно. Никогда ранее у неё не возникало настолько необузданного желания. Но почему же оно пришло сейчас? И ведь порождал его в Гермионе никто иной, как Драко Малфой. Какого чёрта с ней творилось? Эти вопросы без ответов были до ужаса дурными и порочными. В то же время строптивость Гермионы не давала покоя ей самой, но порой ей это было только на руку, ведь эта черта характера стала противовесом таким её неправильным желаниям. Порой она даже ставила перед Гермионой барьер и могла, словно холодный душ, заставить пробудиться от наваждения и трезво, холодной головой оценивать ситуацию. А это было как раз тем, что помогало ей оставаться самой собой – всё той же прежней Гермионой Грейнджер.

– Иди сюда, – позвал ей к себе Драко, но даже эти два слова сумели всколыхнуть бурю в душе Гермионы. Что было правильней всего: поддаться искушению или противостоять ему? Драко наблюдал внутренние метания Гермионы прямо в её живых, очень эмоциональных глазах и терпеливо, но с огромным интересом выжидал, что же она в итоге предпримет. И всё же она поддалась, но сделала это не ради него. Гермиона придвинулась к нему, и Драко, погладив её по длинным волосам, поцеловал. Она не стала сопротивляться – ни его поцелуям, ни его дальнейшим действиям. Уложив её на кровать, Драко принялся медленно задирать полы юбки её сиреневого платья. Ткань скользнула вверх по ногам, и Гермиона поймала себя на мысли, что для неё это становится привычным. Помешкавшись всего мгновение, она развела ноги в стороны, позволив ему ласкать себя более откровенно. Драко не стал ждать: сразу запустил руку ниже и накрыл её нежную, обнажённую кожу в самом интимном месте. Гермиона шумно выдохнула, ощутив, как его теплые пальцы скользнули вдоль её лона и уже вскоре начали разводить в стороны половые губы, тогда как один из них принялся играть с её естеством.

– Ты была в душе? – прервав поцелуй, вдруг спросил Драко.

– Да, а ты? – посмотрев на него с лукавством, поинтересовалась Гермиона, а затем добавила: – Прогуляйся.

Драко криво усмехнулся и чмокнул её в губы. Вскоре он ушёл, захватив с собой пиджак вместе со своей волшебной палочкой.

«Кто бы в тебе сомневался...» – с разочарованием посмотрела ему вслед Гермиона. Малфой не доверял ей, и как результат – её единственный план по заполучению его палочки с треском проваливался, что немало угнетало. Поджав губы, Гермиона протянула руки за спину и начала развязывать узлы на тугом корсете. Она уже подловчилась снимать это непростое платье самостоятельно, хотя ещё недавно это казалось ей непосильной задачей, ведь застёжки были переплетены слишком высоко. Наконец стянув его с себя, Гермиона отбросила платье в кресло и осталась совершенно обнажённой. Она не могла не признать, что в последнее время ей даже стала нравиться собственная нагота. Это были странные и несколько непривычные ощущения. Прежде она позволяла себе раздеваться полностью разве что в душе или во время переодевания, а сейчас... Сейчас она готова была позволить себе больше! Нагота создавала такую непривычную иллюзию раскрепощенности, заставляя Гермиону всё сильнее убеждаться в правоте слов Малфоя о том, что она давно подсознательно нуждалась в физической близости. Пожалуй, это впрямь было так, только она раньше намеренно не хотела забивать себе голову мыслями о сексе. В школе весь её мир занимали друзья и учёба, позже – война и поиски крестражей. Парни были для неё на десятом месте, а Малфой в одночасье изменил это и помог узнать себя и свои желания с новой стороны. Опустившись на одеяло поперёк кровати, Гермиона бегло осмотрела своё тело. Она не могла точно сказать, хорошеньким оно было или нет, но стройным точно было. Малфою, во всяком случае, оно нравилось. Её ноги были стройными, живот – плоским, грудь за последний год заметно увеличилась в размерах, хотя раньше росла медленнее. Гермиона старалась следить за собой, хоть и не пользовалась особо косметическими средствами. Теперь же ей пришлось быстро приучиться ко всему этому, в том числе брить интимную зону. Что ж, она не могла не признать, что с гладкой кожей ей было в разы удобнее, и это новшество она обнаружила только после ультиматумов Малфоя.

Слегка раздвинув ноги, Гермиона протянула руку и стала несмело, но с немалым воодушевлением ласкать себя. Раньше это казалось ей чем-то из ряда вон выходящими, непозволительным, но за последний месяц, также с подачи Малфоя, она научилась доставлять себе немало наслаждения. Она позволяла себе прелести самоудовлетворения нечасто, но всё же глубоко ночью, пока замок и его обитатели крепко спали, начала всё сильнее познавать себя. Сейчас же всё, что её несколько смущало, так это обстановка, в то время как в остальном стеснительности она не испытывала. Как ни крути, она находилась в покоях чёртового Драко Малфой, а уж этот человек за такие развратные игры мог её разве что похвалить. Было заметно, как сильно он любил секс. Пожалуй, теперь Гермионе это даже начало нравиться в нём, ведь лишь после того, как между ними случилась близость, она стала понимать, сколько удовольствия может получить с Малфоем. Это в любом случае было лучше и приятнее, чем страх перед насилием и возможной жестокостью по отношению к ней. Шире раздвинув ноги, Гермиона прикрыла глаза. Средним пальцем она аккуратно нащупала вход во влагалище и медленно и аккуратно ввела в себя половину фаланги. Она была узкой и тугой, но низ живота от таких ласк больше не болел, ведь Гермиона продолжала принимать обезболивающее зелье. Мучить себя лишний раз зазря Гермиона не горела желанием, потому не стала больше пропускать его приём. Неспешно Гермиона ввела в себя уже половину пальца, затем и весь. Таким образом она практически не ласкала себя, оттого новые ощущения были ей ещё мало привычны, особенно чувствовать своё тело изнутри. Уже не мешкаясь и ничего не стесняясь, Гермиона вскоре принялась трахать саму себя, другой рукой взявшись наминать левое полушарие груди. Возбуждение возникло быстрее, чем она ожидала, палец стал мокрым. Горячее тепло разливалась внизу живота, хотелось большего. Вынув через пару минут палец, Гермиона провела им вдоль своей вульвы, размазывая по ней собственную влагу, вымачивая в ней маленький бугорок клитора, половые губы.

– От такого зрелища на месте кончить можно, – послышался вдруг насмешливый голос Малфоя.

– Не нравится? – открыв глаза и посмотрев на него, но не став закрываться и даже сводить ноги вместе, спросила Гермиона, хотя заранее знала очевидный ответ.

– Нравится, – сказал Драко. Теперь он был одет в один лишь чёрный шёлковый халат, тогда как свои вещи оставил в ванной комнате. Бросив взгляд на область его паха, Гермиона обнаружила, насколько он возбудился от одного её вида в такой соблазнительной и откровенной позе. У Гермионы это вызвало лукавую улыбку. Драко приблизился к ней, но, устроившись между ног Гермионы, не стал торопиться сразу ласкать самую сокровенную часть её тела. Неспешно он начал покрывать поцелуями её живот, каждый сантиметр бархатной кожи. Гермиона протянула руку и погладила его по голове. Ей даже понравилось, что он не стал сходу переходить к главному. Его нежные прикосновения были приятны ей. Следующими на очереди стали её ноги: Малфой оставлял дорожку из прикосновений, нежных и лёгких, но таких ощутимых поцелуев. Лишь когда он дошёл до её колен, то сильнее раздвинул Гермионе ноги и стал покрывать поцелуями внутреннюю сторону бедра. Его действия были сладостными и приятными, но Гермионе уже не терпелось, чтобы он, наконец, дошёл до её сокровенных мест и взялся за более решительные ласки. И Драко позволил ей насладиться ими: Гермиона едва не вскрикнула, когда он провёл языком внутри её половых губ, вдоль её лона. В то же время он ввёл в неё палец на одну фалангу и стал трахать им, пока его шальной язык играл с её вульвой. Гермиона закрыла глаза и постаралась погрузиться в эти ощущения. Кто бы знал, как ей на самом деле нравилось, когда он так делал! Малфой умело возбуждал её, заводил её тело. Для него это было в порядке вещей, тогда как для Гермионы каждый новый секс с ним становился памятным. Она не хотела сейчас думать ни о чём другом, кроме как наслаждаться его мастерскими действиями, заставлявшими её снова и снова вздрагивать от возбуждения. Две-три-пять минут... Она не знала, сколько прошло времени, прежде чем Малфой прекратил оральные ласки и приподнялся к ней. Приблизившись к её лицу, Драко с хитрым прищуром медленно провёл тем пальцем, которым трахал её влагалище, по её слегка пухловатым губам.

– Ты извращенец, – прошептала Гермиона, но в то же время не смогла скрыть игривой улыбки.

– Я люблю секс во всех его проявлениях, Грейнджер, – оттянув немного её нижнюю губу, ответил Драко. Сейчас он изучал её и в то же время заставлял зайти как можно дальше. Ему было интересно: будет ли ей слишком мерзко или же интерес перед получением новых ощущений окажется сильнее? Гермиона помешкалась немного, но всё же дерзко обхватила его палец губами. Лёгкая влага на языке и привкус муската – это всё, что она почувствовала, облизав его палец. Драко усмехнулся и внимательно посмотрел ей в глаза. Гермиона же вскоре привстала и, уже сама приблизившись к нему, поцеловала. Для Драко это было упоительным ощущением, ведь Гермиона целовала его и нежно, и страстно одновременно с тем. Не прерываясь, Гермиона потянулась к поясу, медленно развязала узел и скинула халат с плеч парня. Драко остался также обнажённым перед ней, и Гермиона медленно стала поглаживать его по плечам. Ей захотелось этого, внезапно возникло желание тоже доставить ему удовольствие, исследовать его тело. Как она сама считала, то были очень неправильные желания, но сейчас он находился в её полной власти, равно как и она в его. Его красивое мужское тело манило её, пожалуй, не меньше, чем его привлекала она сама. А ведь, кажется, ещё недавно её не заботили такие темы, да и сама она никогда не решилась бы признаться себе в этом. Сейчас же она вожделела Драко Малфоя... Уже смелее, нежели прежде, Гермиона протянула руку и принялась интенсивно поглаживать его член. Это были медленные и лёгкие прикосновения. Она не знала наверняка, возбуждают ли Малфоя её попытки распалить его, либо стоит сжимать его плоть сильнее, решительнее. Но одно она знала точно: ей хотелось экспериментировать и учиться всему самой.

– Нравится подсматривать? – криво усмехнулся Малфой, заметив, что Гермиона во время поцелуя украдкой стала посматривать на его достоинство.

– А тебе за мной? – нашлась Гермиона и скользнула большим пальцем по головке члена, ощутив ответную вибрацию крепкой возбуждённой плоти.

– Даже слишком, – хмыкнул Драко и окинул томным взглядом её тело, которое сейчас всецело принадлежало ему. Её нежные половые губы стали розовыми и влажными, слегка раскрылись; соски набухли. Даже в глазах Гермионы смело можно было прочесть огромное желание, хотя Гермиона уже даже не пыталась скрыть его. – Надо было ещё в школе начать тебя развращать. Неплохо бы развлекались, – подмигнул он ей с лукавой улыбкой, на что Гермиона, не произнеся ни слова, оттолкнула его на кровать. Ухмылка Драко стала ещё шире, а его рука стала поглаживать её ягодицы. – Хочешь быть сверху?

– Нет. На этот раз сверху будешь ты, – продолжая надрачивать его член, с усмешкой ответила Гермиона.

– Мозг ещё не начал пухнуть от таких пошлых разговоров? – иронично проговорил Драко, намеренно дразня её. Сейчас он не отрывал взгляда от карих глаз.

– Как видишь, пока ещё нет, – равнодушно бросила Гермиона. Было заметно, что Малфой был настроен продолжать их эротическую игру.

– А если я тебе ротиком предложу попробовать? – кивком головы указал он на своё достоинство, с интересом посматривая в лицо Гермионы. Всего на мгновение глаза Гермионы расширились. К такому она сейчас, пожалуй, не была готова.

– Тебе не кажется, что хорошего понемногу? Ты и так меня буквально вчера лишил девственности, – с укором заметила Гермиона. По её меркам, их интимное сближение было слишком стремительным.

– Я же не в рот тебя трахать предлагаю. Более того, решиться на это или нет – лишь твой выбор.

Гермиона снова мельком посмотрела на его естество и на какую-то долю секунды брезгливо поморщилась. Драко заметил это и, не сдержавшись, рассмеялся.

– Открою тебе секрет, Грейнджер: ничего мерзкого в этом нет, – проговорил он, накрутив на палец локон её волос. – Это просто тело, и оно во многом дано нам для удовольствия. Я же также ласкал тебя между ног, и тебя это чертовски заводило.

Гермиона снова издала тяжелый вздох, а затем бросила неуверенный взгляд на собственную руку, которой всё ещё обхватывала его достоинство. Сейчас она пыталась решиться на нечто новое для себя, и наблюдение за её терзаниями Драко находил достаточно забавными. Несмотря на совершеннолетний возраст, в аспектах интимной жизни Гермиона оказалась совсем ребёнком. Не став больше мучить её с этим нелегким выбором, Драко сам приблизился к её лицу и вновь поцеловал. Затем он повалил её на подушки и удобней устроился поверх Гермионы. Она стала поглаживать его по спине, иногда даже водить по ней ноготками. От последнего по коже Драко забегали мурашки. Ему нравились эти ощущения и приятно удивляло, что Гермиона Грейнджер хоть даже в мелочах, но старалась активно принимать участие.

– Что ты задумал? – заметив его лукавую полуулыбку, поинтересовалась внимательная Гермиона.

– Трахнуть тебя в другой позе, – абсолютно спокойно признался он.

– И в какой же? – прищурила она глаза.

– Готов поспорить, тебе она покажется весьма пикантной!

– Покажи для начала, – вскинула брови Гермиона. Пары этих слов оказалось достаточно, чтобы на его лице отразилось самодовольство, ведь бывшая заучка Гермиона Грейнджер всерьёз готова была к экспериментам в постели с ним. Его даже восхищало её рвение познавать новое, ведь ещё недавно она не на шутку боялась всякого рода сближения. Драко немного отстранился, поднялся на кровати на коленях прямо перед раздвинутыми ногами девушки и, вновь ухмыльнувшись, неожиданно для Гермионы закинул их себе на плечи. Какое-то мгновение взгляд Гермионы отражал растерянность и ошарашенность, ведь она и впрямь воспринимала происходящее как нечто слишком пошлое и даже распущенное.

– Ну так? – наблюдая за её реакцией, напомнил о своём предложении Драко.

– Давай попробуем, – на выдохе проговорила Гермиона, всё же дав ему согласие. Драко не стал медлить и сразу приставил член ко входу во влагалище, затем медленно вошёл в её лоно. На этот раз сделать это оказалось сложнее, потому как из-за его экспериментов и предложений Гермиона заметно сжалась, однако быстро поняла свою ошибку и постаралась расслабиться. Драко начал неспешно двигаться в ней, позволяя ей прочувствовать наслаждение. Поначалу Гермиона лежала перед ним с несколько задумчивым выражением лица, пытаясь свыкнуться с происходящим. Она хорошо ощущала, как постепенно нарастали темпы его толчков, как он входил в неё всё глубже. Поначалу ей не понравилась эта отнюдь не самая удобная поза, не нравилось держать свои ноги задранными, но всё же ей хотелось опробовать её. И, раз уж она решилась на это, ей хотелось получить максимум удовольствия. Протянув руку вдоль своего тела, Гермиона принялась ласкать себя внизу живота. Конечно же, это не ускользнуло от внимания Драко, ухмылка которого стала только шире. Разумеется, ему открывался весьма и весьма соблазнительный вид. С каждой секундой он двигался в ней всё быстрее и жаднее. Гермиона же прикрыла глаза и стала яростнее теребить свой маленький клитор, другой рукой играя с соском левой груди. Почему-то вся эта ситуация казалась ей какой-то нереальной, ведь ещё днём ранее она и представить себе не могла, что вдруг начнёт полноценно заниматься сексом с Драко Малфоем и будет столько всего позволять себе и ему в том числе. Сейчас она трахалась с ним уже не хуже тех, кто в разы раньше неё открыл для себя все прелести сексуальной жизни. В любом случае, однозначно можно было сказать, что Гермиона быстро всему училась. Что ж, по-другому с настойчивым Малфоем было нельзя. Не прошло и пары минут, как Гермиона начала издавать глухие стоны. Драко уже вовсю вбивался в неё, неустанно признаваясь себе в том, как сильно ему нравилось иметь её хрупкое и такое соблазнительное девственное тело. Сдерживаться у него не выходило, ведь он желал гораздо большего. Кровать вовсю скрипела, но никто из них не придавал этому значения. Гермиона также больше не сдерживалась и уже более смело и откровенно стонала под ним, особенно когда Малфой стал полностью выходить из неё, а вскоре интенсивно входить на всю длину своего возбуждённого члена. Несколько минут он продолжал это, но после вошёл максимально глубоко и стал ритмично трахать её.

– Аа-а-ах! – сорвалось с губ Гермионы, когда она спустя какое-то время выгнулась дугой, а всё её тело пронзило наслаждение, словно разряд тока, сильней всего ощущавшееся внизу живота. Оргазм оказался невыносимо сладостным, и она упивалась им всё то время, пока мышцы влагалища неустанно сжимали член Малфоя внутри. Драко также не стал больше сдерживаться и с рыком ещё глубже вбился в неё, благодаря чему также кончил и интенсивно излился прямо в Гермиону. Пытаясь восстановить дыхание, он вскоре вышел из неё, перемазывая спермой весь низ её живота, а сам улёгся прямо на Гермиону. Равно как и вчера, та начала поглаживать его руками вдоль спины.

Восстановить дыхание после довольно хорошего секса оказалось не самой простой задачей, и потому они пролежали так порядка пары минут. Затем Драко неожиданно чмокнул Гермиону в висок и уткнулся носом в её волосы. Ему и правда нравилось лежать так, вдыхая естественный аромат её нежной кожи. От волос её также исходил приятный запах свежести. Гермиона прижалась к нему щекой и глубоко втянула в себя воздух. Её вдруг начало клонить в сон, хотя по идее спать днём слугам мэнора было непозволительно. Однако её глаза стали настойчиво слипаться, и ничего поделать с этим Гермиона не могла.

– Отнеси меня в каморку! – вдруг с задором капризно попросила она. Драко, которому также понадобился отдых, это позабавило.

– Тут спи, – послышался его негромкий голос.

– Ты сам это предложил, – хмыкнула Гермиона и потянулась за одеялом. Она накрыла их обоих и, не став стесняться, приобняла Малфоя, с которым всё ещё была невыносимо близка физически. Ей и правда не верилось, что он разрешил ей остаться с ним, в его спальне. Но усталость взяла своё, и думать об этом уже не хотелось.

Драко перекатился на бок и прижал к своей груди Гермиону, которая осталась лежать к нему спиной. Он тоже начал медленно, но верно погружаться в глубокий сон. Все последние мысли, промелькнувшие в голове Гермионы, были связаны с волшебной палочкой Малфоя, которую она собиралась выкрасть ради спасения Артура Уизли. Однако она, даже не успев вновь всё толком обдумать, будто растворилась в тепле тела прижимавшего её к себе Малфоя, в его размеренном дыхании, и тоже, сама того не заметив, вскоре заснула.