Friday

Баджи любит играться: скользить языком внутрь чужого рта; мягко посасывать нижнюю губу, а после несильно прикусывать; слизывать слюну, которая течет по чужому подбородку; влажными губами оставлять поцелуи на шее.

      А еще Баджи просто обожает дразнить: не даёт поцеловать себя, позволяет только слегка соприкоснуться губами; гладить любит подушечками пальцев, вызывая табун мурашек.

      Вот и сейчас Чифую тихо скулит, сидя на коленях Кейске, который только смеётся, обнажая свои клыки. Мацуно прячет голову в изгибе шеи, ладонями сжимая чужие предплечья.

      Баджи с наслаждением отмечает, что его парня достаточно довести до такого состояния только одними поцелуями.

      — Баджи-сан…

      Стон, который готов свести с ума любого. Когда Кейске однажды признался, что его дико возбуждает такое обращение, Чифую пользовался этим регулярно: неважно, что ему было нужно — главное получить желаемое.

      На самом деле, он и так бы давал всё, что тот от него хочет, давал бы вертеть собой так, как тому заблагорассудится. Как можно вообще отказать такому милому личику?

      — За стенкой сидят ребята, а ты так себя развратно ведёшь, — усмехается парень, руками забираясь под свой свитер, который маленький негодник стащил у него.

      Тема вещей у них любимая: если Кейске купит себе новые рубашки, кофты, футболки или что-то еще, то это всё переходит в гардероб Чифую через пару дней. Мацуно нравится таскать одежду своего парня, надевать ее не только дома, но и на улицу; нравится спать в ней, особенно в теплых кофтах. Если раньше в шкафу у Баджи были только тёмные цвета, то теперь появляются и бежевые, и белые, благодаря одному засранцу, потому что:

      — Кейске, почему у тебя все вещи тёмные? Давай купим что-нибудь новое, светлое? — мурчит Мацуно, обнимая со спины парня, когда тот чистил зубы.

      Только толка от этого не было. Купили они их, надел Баджи пару тройку раз, на этом попытка носить светлую одежду закончилась. Но наблюдать за счастливым лицом Чифуи, когда Кейске натягивает на него свой свитер на пару размеров больше, того стоит.

      — Это ты меня дразнишь, — хнычет Мацуно, потираясь бёдрами об чужую ногу.

      — Как пошло, — тянет Баджи, наблюдая за его действиями. Он сжимает чужую талию, пересекая любые попытки того доставить себе хоть малейшее удовольствие.

      Чифую кажется таким хрупким и невинным, что порой в голову Кейске приходят вопросы о возрасте парня. Вот только тому недавно исполнилось девятнадцать, а выглядит на все добрые шестнадцать (за исключением роста).

      — Пожа-а-алуйста, — просит Мацуно, жалобно глядя в глаза напротив. Он закидывает руки за чужую шею, пальцы запуская в длинные волосы.

      Баджи уверен, что если бы Чифую был котёнком, то тот непременно бы поджал ушки, а хвостик обернулся бы вокруг его, Кейске, коленки.

      Вообще Чифую если и похож на котёнка, то только внешне, потому что по поведению он похож на щенка: и хвостиком за ним ходит, и всегда рядом, и спину прикроет, и поесть приготовит. Чудо, а не парень.

      — Пацаны за стенкой, — напоминает Баджи и пользуется чужой безвольностью, смачно бьёт по левой ягодице и присасывается к адамову яблоку.

      Мацуно царапается и громко пищит от неожиданности. Он обиженно пыхтит и пытается оттолкнуть от себя Кейске, но тот вцепился и отпускать не хочет.

      — Ну-ну, прекращай.

      — Ты сам меня сюда завел!

      — А тебе напомнить, кто весь вечер тëрся об меня?

      Чифую обиженно поджимает губы, отворачивая голову от настырных поцелуев. У Баджи терпение отнюдь не резиновое. Ему надоедают эти кривляния, и он хватает парня за щеки, поворачивая обратно его голову.

      — Прекрати выебываться, — шипит Баджи. — я привел сюда тебя, чтобы ты успокоился, а не трахаться. Такой маленькой шлюшке, как ты, недостаточно было секса утром? Даже сейчас, когда в тебе моя сперма и пробка?

      Мацуно хмурит брови, кусая нижнюю губу, сдерживая наглую улыбку.

      — Недостаточно.

      Кейске глядит в его глаза, где видно только игривость и надменность. Знает же, что он, сука, зависит от него; знает, у кого на самом деле контроль в руках.

      — Я хочу трахаться, Баджи Кейске. Если ты сейчас же этим, блять, не займëшься, то я пойду и найду того, кто способен это сделать вместо тебя.

      Баджи звереет на глазах, черты лица становятся острее, и он не успевает ответить, как в дверь стучат и громко произносят:

      — Резинки под подушкой, смазка за вазой на тумбочке. Как закончите — приходите в зал, Кен-чин выпивку принес, остальные за едой пошли ещё.

      Голос Майки насмешливый и издевательский. Кейске прям чувствует его гадкую ухмылку. Он только хочет ответить, как Чифую внезапно хватает его и притягивает для поцелуя. Они сталкиваются зубами и чья-то губа лопнула, потому что во рту металлический вкус. Мацуно держит крепко, языком настырно лезет в чужой рот, сталкиваясь с языком Кейске. Баджи приходит в себя, перенимая контроль, заставляя оторваться от парня. Ниточка слюны тянется, и Чифую поддаётся вновь вперёд, но его сурово толкают назад, чтобы он упал на постель, и переворачивают на живот.

      — Таких непослушных мальчиков надо наказывать, — рычит на ухо парень, прижимаясь грудью к чужой спине. — я заставлю тебя пожалеть о своих поступках.

      Мацуно довольно улыбается.

***

      Майки, насвистывая, спускается на кухню, когда его резко хватают, усаживая на ближайшую твёрдую поверхность. Он задорно смотрит на Доракена, который тяжело дышит, крепко обхватывая его ногами так, что чужой стояк упирается в свою промежность.

      — У нас есть в запасе минут сорок до возвращения других, — произносит Кен-чин, носом упираясь в чужую шею, вдыхая запах Майки.

      — Не понимаю о чём ты.

      — Майки…

      — Когда я говорил, что неделя без секса — эта значит неделя без секса, — парень отталкивает от себя Кен-чина, упираясь ладонями тому в грудь, но тот и с места не сдвинулся. — Чего ты на меня так смотришь? Нечего было жрать мои тайяки.

      — Можно хотя бы пальцами, м?

      Проворные руки скользят под ткань лёгкого кимоно, сжимая задницу. Майки прерывисто вздыхает, закатывая глаза.

      — Кончу только я, — предупреждает он.

      — Да мне уже всё равно, только дай прикоснуться.

      Из спальни раздаётся громкий стон. Доракен поднимает брови в удивлении.

      — Баджи с Чифую развлекаются, — пожимает плечами Майки.

      Парень ещё раз тяжело вздыхает, поднимая на руки Майки, неся его в другую комнату.

      Майки прячет довольную улыбку в чужом плече.

***

      Такемичи кусает губу в задумчивости, прикидывая время возвращения.

      — Мне кажется, но мы уже всё купили, — говорит Мицуя, держа в руках пакеты из магазина.

      — Да, думаю, пора возвращаться, — кивает Хаккай, порываясь забрать пакеты у Мицуи.

      — Э, не, ребята, мы забыли уголь, — встревает Эма, и Такемичи спокойно выдыхает.

      — Мы тут уже полчаса шароëбимся, а делов на пару минут, — высовывается из окна машины Пеян. — Давайте быстрее. Па жрать хочет.

      — Ещё десять минут подождите.

      — А напитки? Баджи и Доракен просили, — неловко смеётся Ханагаки. Баджи и Доракен ничего не просили, но спасибо они ему обязательно должны сказать.

      — Ты чё как маленький, Такемучи? Бухло же притащили, — издевается Па.

      — Прекращайте, купим мы напитки, — прерывает их Мицуя. — и домой.

      Они обязаны ему сказать спасибо.

_______________________________________________

Простите за маленькую главу, фантация резко ушла когда я начала только писать главу, надеюсь вам понравилось?