[Глава 38]: Метаморфоза.

*** *** ***

На улице уже стемнело. Они только что вернулись с прогулки, и младшая Сарду уселась в кабинете отца с книгой, старательно игнорируя просьбы служанки ложиться спать так как родители вернуться далеко за полночь из-за задержки рейса. Хлоя, как и подобает телохранителю, большую часть времени проводила рядом с Ренесми. Девочка оказалась довольно тихой, чаще всего сохраняла дистанцию и подавала голос исключительно в случаи потребности.

Складывалось ощущение, что она боится тех, кто был намерен её защищать.

— Почему ты нас боишься? — неожиданно для себя задала вопрос Хлоя.

Девочка содрогнулась от её голоса, и с минуту молчала, а когда казалось, что ответа уже не будет, произнесла:

— Не боюсь, скорее присматриваюсь, пытаюсь привыкнуть к присутствию посторонних людей, — она смотрела в книгу, но строки не звучали у неё в голове, ведь мысли ушли далеко от сюжета. — Мне трудно с людьми, ведь отец редко позволял посещать светские мероприятия из-за опасностей. Я привыкла проводить время здесь, в поместье, общаясь лишь со служанками и... — она закусила губу. — Джоном. Он был со мной сколько я себя помню и заменял мне все потребности в общении.

— Я слышала о твоей утрате. Мне очень жаль. Но так или иначе, ты должна доверять нам, если не так же, как Джону, то хотя бы на половину, а не шугаться всякий раз когда я или Хизер подаём голос.

— Я доверяю вам, — она подняла глаза. — Правда. Но не могу свыкнуться с мыслью, что вы с Хизер - не Джон, что он мёртв и его больше не существует. Всякий раз закрывая глаза перед сном, я вижу момент его смерти.

— Это пройдет, когда ты увидишь следующую смерть, которая смениться следующей и так до тех пор пока это не станет привычным явлением.

Это были жестокие слова, даже слишком. Но правдивые. И от этого становилось тошно. Пускай Рене и понимала в каком мире живёт, в какой семье родилась, чьей дочерью была, но надежда теплилась где-то внутри наперекор здравому смыслу.

— Как вы можете служить и уважать человека, который морально слабее вас?

— Раз уж мы говорим откровенно, то я признаюсь честно: мне тошно от одного только вида твоей кислой мины, твоего тихого голоска, которым ты отдаешь "приказы", словно просишь об услуге и согласишься на отрицательный ответ.

— В таком случаи, вам не стоило соглашаться.

— У нас не было выбора, — фыркнула Хлоя. — Попробуй пойти против слов Беатрис.

— Как и у меня... — со злостью произнесла Рене.

Как же ей хотелось отвести взгляд в тот вечер, не смотреть на акт публичной казни, которая снилась ей этой ночью. Девочка всё так же ярко ощущала тот ужас, который испытала, увидев мозги, разлетевшиеся в разные стороны, то количество крови, запах которой всё ещё стоял в этой комнате. Но больше всего её пугал тот восторг, который она увидела в глазах Беатрис Блейк, той самой девушки на которую она равнялась. Отец говорил, что юная Блейк, как и она, не желала учавствовать в этой череде убийств, уверял в том, что она была пацифистом. Что изменилось? В какой момент из пацифиста, она превратилась в человека, который отнимает жизни с наслаждением? Неужели такая же участь постигнет и саму Ренесми?

Ответа не было.

Мысли оборвались в момент, когда комнату поглотил мрак.

— Что случилось? — ойкнула Ренесми, оглядываясь.

— Перебои электричества? — в пустоту задала вопрос Хлоя, подняв голову к люстре, но тут же обернулась на дверь, сощурив глаза в лунном свете. — Похоже, у нас гости.

— Мама и папа вернутся не скоро, — не понимая произнесла Рене.

— А твои родители в этом доме гости?

Звук, ранее не слышимый младшей Сарду, повторился, но на этот раз громче.

— Хизер осматривает поместье! — спохватилась девушка подскакивая с места. — Вдруг с ней что-то случиться?

— Я бы переживала за тех кто попадётся ей на глаза, — хмыкнула Хлоя, но несмотря на уверенность в силе своей сестры, казалась настороженной.

— Что будем делать? Внизу охрана, они ведь разберутся?

— Охрана не должна была пропустить их в дом.

Хлоя вспомнила момент вторжения в поместье Блейк, которое происходило по примерно тому же сценарию. Но в том случаи оказалась крыса, которая выдала информацию об охране. А здесь? И тут она вспомнила о нескольких пропавших, одна из которых была личной служанкой Ренесми. Возможно ли... конечно, это все объясняет.

"Они направятся прямиком в комнату младшей, которая находиться в другом крыле поместья, а мы в кабинете её отца, значит, есть вариант сбежать. Но куда? Сможет ли Ренесми бежать достаточно быстро, уклоняться при необходимости, быстро реагировать на указания? Нет, она испугается. Неизвестно даже количество нападавших. Нужно оставаться здесь"

Мысли проносились с бешеной скоростью, но ни одна не была достаточно надежной, что бы рисковать не только своей, но и жизнью Ренесми, которая казалась напуганной.

Девушка подошла к туалетному столику, где лежала пустая тарелка из-под десерта и взяла нож.

— Он тупой, — подметила Рене.

— Достаточно острый, что бы проткнуть глаз, — хладнокровно отозвалась Хлоя, ухватившись за рукоятку покрепче.

Услышав звук предохранителя, Дешам обернулась и вопросительно приподняла бровь, наблюдая как в руках девчушки, которую она считала напуганным щенком, появляется заряженный пистолет.

— Папа хранит его в кабинете, — она пожала плечами.

Хлоя не могла понять что произошло за пару минут, а потом посмотрела в её глаза и стало ясно, что она всё ещё напугана, но готова драться за свою жизнь чьей бы она не стоила в ответ.

— Ты спрашивала как Беатрис превратилась из пацифиста в настоящего антоганиста, — впервые Хлоя позволила себе улыбнуться в присутствии Рене. — В момент, когда все вокруг стали для неё угрозой, когда ей не оставили выбора.

Она не ответила.

И так было ясно, что Блейк жила не самой красивой жизнью, не той которую видели со стороны, что на долю наивной девушки выпал жестокий сценарий, который она пыталась переписать, но не получилось. В глубине души Ренесми надеялась на появление наследника, настоящего наследника семьи Сарду и переложить груз со своих плеч, что бы убежать от этого всего подальше, стереть свое имя и лицо из истории организации раз и навсегда. Эгоистично, но так желанно. Она была готова попрощаться с любимой матерью, с ласковым отцом, лишь бы снова не слышать этот металический запах в воздухе.

И если ей удастся сегодня не запачкать руки, она будет продолжать делать этого, если нет - прийдется разделить судьбу Беатрис Блейк и окунуться в эту красноту с головой.

— Отойди в левый угол, там слепая зона для всех окон, приготовься стрелять как только увидишь что кто-то войдет, — Хлоя чеканила указания холодно. — Если это будет Хизер, она увернется, да и вряд ли она войдет без сигнала, — предвидела вопрос Дешам. — Молчишь и выполняешь, не двигайся с места пока я не скажу.

Ренесми лишь кивнула, дрожащей рукой обхватывая холодный метал.

Внутри колотило сердце, она слышала свой пульс в ушах и ей казалось, что сердце вот вот пробьет грузную клетку. Во рту встал ком страха. Она потеряла Джона и это стало ударом неимоверной силы, от которого она не оправилась до сих пор, а если вся прислуга тоже мертва? Ренесми не могла смириться с мыслью, что они не вечны и подобная работа - это очевидный риск, на который они пошли почти сознательно. Как минимум, каждый из них работает достаточно давно, что накопить приличное количество денег, что бы оставить этот преступный мир и выбраться из нищеты, которая и была причиной такого отчаянного шага.

Она вспоминала лицо каждого и на глаза наворачивались слёзы, когда через мгновенье их улыбка обретала кроваво красный цвет.

Послышались шаги и рефлексы, с небольшой задержкой, но сработали как нужно.

Три стука.

Хлоя подала знак убрать пистолет и Ренесми послушно опустила дуло в пол, но всё ещё была на стороже.

В комнату вошла Хизер, улыбаясь сестре.

— Троих, — кратко ответила она на немой вопрос.

Смысл слов не сразу дошел. Но красные пятна на её одежде, которые Рене могла увидеть благодаря тусклому лунному свету, объясняли всё...

И всё же. Как такая хрупкая с виду девушка может убивать людей, которые больше неё в несколько раз? Это не просто люди из подворотни, не глупые головорезы, которые редко прибегают к дедукции или логике, а руководствуются одной лишь грубой силой, нет - наемные убийцы зачастую представляю собой хладнокровных, расчетливых монстров, чьи инстинкты заранее определяют исход боя и предсказывают возможные риски. А она - чуть выше самой Ренесми, не слишком мускулиная, но может уложить любого из охраны на лопатки, при этом не предпринимая больших усилий.

— Сколько их в общих чертах? — Хизер сама задав вопрос и сама же на него ответила движением плеч. — В душе не чаю, но те трое были целенаправленны, как будто знают куда идут и...

— Моя прислуга, — перебила Рене. — Кто остался жив?

— Охрана мертва, — она даже не пыталась смягчить углы, а резанула, словно ножом, который покоился у неё в руках. — Прислуга разбежалась кто куда и им это позволили, видимо, времени наших гостей не слишком много. Но... — все же что-то эмпатичное присутствовало в этой девушке, потому что она продолжила с сочувствием: — Нина мертва, и Шен тоже.

Имена, которые она боялась услышать, всё-таки прозвучали и оглушили младшую Сарду. Те люди, что видели её первые шаги, услышали первые слова и стали чем-то родным, сейчас были лишь холодными и пустыми оболочками, в которых она больше не найдёт прежнего тепла.

На глаза навернулись слёзы.

— Мы уходим? — все что смогла выдавить из себя Рене.

— Да, я прочистила путь сюда, значит, он чист и обратно.

— Не факт, — отрицала Хлоя.

— Не спорь, — недовольно сощурилась сестра. — Я же сказала, что они знают куда пришли, по всей видимости они разделились. Вопрос в другом, они знают о нашем присутствии в поместье или нет? Если нет, то мы без проблем выберемся.

— Не знают. Мы вступили на должность уже после того как похитили личную служанку Рене от которой они и узнали всю информацию.

— Она не могла...

— Могла она или он, — холодно произнесла Хлоя. — Они с братом в плену, а ради своего близкого человека ты не только выдашь нужную информацию, но и пойдёшь убивать, лишь бы не лишиться самого дорогого.

Хизер неоднозначно посмотрела на сестру.

Из её уст доносились факты, но они обе знают, что в их случаи - это не так.

Вот только Ренесми это не понять, она не знает какие методы воспитания необходимы для семьи Дешам и им подобным, тем кто как никто близко находиться к главе своего клана.

"И это даже хорошо" — про себя подумала Хизер, удивляясь самой себе.

— Уходим, ты ведешь, — Хлоя обернула сестру к двери, а сама подозвала к себе Рене и крепко схватила за руку. — Идёшь тихо, не говоришь, не хныкаешь, делаешь то что я скажу. Никакого самовольного принятия решений. Ты поняла?

Она кивнула, чем заслужила ещё одну улыбку.

Они двигались тихо, прислушиваясь к каждому шороху.

Ренесми потеряла счет времени. Ей казалось, что тени на давящих стенах двигаются вместе с ними, а звук шагов разноситься по коридору слишком громко, и каждый обитатель дома слышит их побег. Сделав ещё один шаг она все же не ослышалась и услышала нехарактерный звук, будто она ступила во что-то мокрое - это была кровь рядом лежавшего мужчины. Взгляд невольно скользнул по телу в поисках раны, которая выпустила такое количество жизненно важной жидкости.

Хизер перерезала ему горло.

Линии были рваными, но она точно знала как резать так, что бы не нарваться на неприятности и что бы жертва не издала ни единого звука.

Смотря в спину своей подчинённой она не могла понять откуда внутри появилось такое странное спокойствие. Словно сейчас она была в чьих-то холодных, но надежных руках и каждый враг будет повержен прежде, чем выпустит пулю в её сердце.

Два последующих трупа не вызвали никаких эмоций.

Рене следовала всем указаниям Хлои и даже когда на их пути показался мужчина огромных размеров, внезапно перегородивший им дорогу, она не взвизгнула, не испугалась. Не успела: Хизер мгновенно нанесла удар по внутренней части колена и не дав тому упасть, плотно закрыла рукой рот, словно змея она обвила его тело ногами и добравшись к шее - перерезала тому горло. Всего минута понадобилась, что бы ещё одна жизнь была отнята.

В голове звучал лишь один вопрос.

"Как она не пачкает руки?".

Выйдя из поместья они не встретили сопротивления. Уходя за ограждение, Ренесми невольно прислушивалась к звукам с надеждой не услышать мольбы о пощаде.

Больше всего она боялась не смерти, - не своей собственной, - а тех невинных и дорогих ей людей.

*** *** ***

Рене не помнила как уснула, а, возможно, она просто потеряла сознание прямо там, на пороге поместья Блейк куда её привезли.

Очнувшись, девочка аккуратно ощупала своё тело и на секунду понадеялась, что всё происходившее было всего-лишь ночным кошмаром, которые после смерти Джона посещали её почти каждую ночь. Но резкая боль в руке доказала, что это не так.

В тщетной попытке погрузиться в сон и не находиться в жестокой реальности, не увенчались особым успехом и девушка села на краю кровати, оглядывая помещение в котором находилась. Это была гостевая комната в которой Ренесми уже доводилось проводить ночь. В коридоре слышно неторопливые шаги прислуги. Сидя и прислушиваясь, она поняла, что кто-то остановился рядом с её дверью, но не спешил заходить. Лишь спустя три минуты она услышала стук.

— Я уже не сплю, входите.

В комнату вошла Арлет. Вид у девушки был измотанный, будто она не спала две ночи подряд.

— Беатрис хочет тебя видеть.

— Я приведу себя в порядок и поднимусь к ней в кабинет, спасибо, — без эмоций, словно кукла, ответила Рене.

— Нет, она хочет видеть тебя немедленно.

Удивление промелькнуло где-то внутри, но острым ощущением осталась лишь усталость и полное безразличие к происходящему, словно вчера она испытала все возможные спектры эмоций, на которые сегодня уже не осталось сил.

К удивлению девушки, Арлет повела её вниз, туда где находилась берлога Скарлет, но и её они обошли стороной, продвигаясь дальше по коридору, а дальше - вниз, туда, где звуки пыток доносились сразу после открытия тяжелой металической двери.

По телу пробежали мурашки, в ушах был звон. Она ошатнулась, на секунду допустив мысль о побеге, да так далеко, что бы никто из этой проклятой организации никогда её не нашел. Словно вернувшись во вчерашний день, она ощутила давление стен. Дыхание тут же сбилось и сохранять мнимое спокойствие уже не представлялось возможным, да и мысли были заняты лишь тем как бы не вывернуть содержимое жилудка прямо перед Беатрис Блейк, чьи руки были забрызганы кровью.

В тускло освещенной комнате находились трое.

Беатрис стояла рядом с "подопытным", а двое её телохранителей наблюдали за пытками.

— Рене, — окликнула её Блейк.

Девушка будто вышла из транса, прекратив пялиться на многочисленные раны мужчины, скованного по рукам и ногам.

— Да? — Её голос звучал тихо, даже слишком.

— Твои родители мертвы, — произнесла Беатрис, откладывая орудие пыток на стол.

Арлет по правую руку от неё издала какой-то еле слышимый звук.

— Прошу прощения?

Блейк лишь поджала губы, с сочувствием глядя на неё, словно не хотела повторять сказанное, уверенная в том, что Рене её услышала.

— Как это понимать? — каждое слово ей приходилось выдавливать из себя, сглатывая вставший в горле ком. — Что всё это значит?

— Этот парень был одним из тех кто причастен к смерти твоих родителей, — Беатрис указала окровавленными щепками на пленного. — Он же работает на того кто приказал напасть на поместье Сарду. Рене, ты должна быть мертва.

— Так почему вы не дали мне умереть? — опережая мысли, произнесла Ренесми, даже не пытаясь сдерживать слёзы.

— Потому что твои родители взяли с меня слово, — стороны произнесла Блейк. — И ты будешь жить, ради того, что бы их жертва была не напрасна.

— Я не понимаю, — всхлипывала она.

— Нападения происходят с непозволительной частотой, поэтому нам нужно было действовать, но информации категорически не хватало. Было ясно, что под прицелом мой клан, а если быть точной, то те кто ближе всего к его главе, то есть ко мне. Сарду давно служат Блейк, идеальная цель. Твои родители об этом знали, но не хотели подвергать тебя опасности и сделали предложение от которого я не смогла отказаться - информация в обмен на твою безопасность. И я пообещала, и именно поэтому Хлоя и Хизер твои телохранители, которые спасли тебе жизнь.

Мысли перемешались в одну кучу. Отчаянье окутывало её тело со всех сторон, наседая непосильным грузом для хрупких девичьих плеч, от чего Ренесми упала на колени и, обхватив себя руками, залилась рыданием на грани душераздирающего крика, который вырывался еле слышным писком.

Сначала Джон - её лучший друг и телохранитель, с которым она провела всю свою сознательную жизнь. Затем Нина, Шен и наконец-то родители - все кто когда-то был ей дорог мертвы.

Ей никто не мешал выплескивать свою боль, попытка Арлет оказалась пресечена Беатрис, чей взгляд чётко давал понять, что сейчас Ренесми необходимо избавиться от лишних эмоций.

И она была благодарна.

Не было смысла жить дальше, когда все твои родные, близкие и глубоко любимые люди погибают один за другим, оставляя тебя одну в этом аду. Но как покончить с этой жизнью, не осквернив тех, кто отдал за неё свою? Рене задавалась этим вопросом снова и снова. Но ответа так и не нашлось. Её родители хотели, что бы она жила дальше, а значит впереди, возможно, по их мнению, скрывалось счастье и безмятежная жизнь, где она сможет любить без риска потери.

«Жизнь - это череда испытаний, которые ты должна пройти любой ценой. Можешь падать сколько угодно, спотыкаться и принимать неправильные решения на своем пути, но каждый раз находи в себе силы поднять и продолжай идти, что бы в конце ты получила достойное вознаграждение.» — однажды сказала ей мама.

Стоит ли дать этому миру ещё один шанс? Очередной и последний? У неё не было выбора.

— Он причастен ко всему этому? — тихо, охриплым от крика голосом спросила Рене.

— Он занимался тем, что внедрил самоубийц на частный джет твоих родителей, тем самым спровоцировав авиакатастрофу.

— Вы с ним закончили?

Рене поднялась с трудом и не с первого раза, ведь ноги её оказались ватными, но сама, отказавшись от протянутой Арлет рукой.

— Думаю, у него уже нет ценной для нас информации.

Беатрис, буквально впилась в неё взглядом и заметно насторожилась в попытке понять её намеренья. А гадать и не пришлось, потому что буквально через секунду она сразу остановила попытку Сарду схватиться нож со стола и нанести пленнику удар. Держа её хрупкую кисть в своей руке, она не могла поверить, что решила вмешаться, так как ранее говорила Теренсу, что это необходимая демонстрация жестокости, которую Ренесми должна принять ради своего же блага.

— Зачем? — тихо, со всхлипом, спросила она.

— Подумай, — только и ответила Блейк. — Убийство в слепой ярости принесет тебе лишь раскаяние и внутренние терзания, особенно, если это будет сделано твоими руками. Не факт, что ты с этим справишься, а я дала твоим родителям обещание.

— У меня нет выбора, — еле слышно произнесла Рене, а затем посмотрела на Хлою, чей взгляд был абсолютно бесстрастным. — Об этом ты говорила? Метаморфоза, которая губит человечность в тех, кому приходиться убивать ради собственного выживания.

— Я могу убить его.

— Ты такой же человек, как и я, и ты так же будешь об этом жалеть.

— Мы разные, — Хлоя подошла к своему боссу и забрала у неё нож. — Я и Хизер отличаемся от вас с Беатрис, потому что мы и не старались быть пацифистками и не надеялись избавиться от груза своего происхождения, а приняли его бесповоротно. Нас так воспитывали, — она обошла стул, на котором сидел мужчина, не подававший никаких признаков жизни кроме редких стонов боли, и взяла его за волосы, оттягивая голову так, что бы свободно прислонить нож к горлу. — И поэтому мне проще отнять жизнь у человека, даже если он невиновен, а только из необходимости. Избавляться от такого дерьма как он, — резкое движение рукой и кровь уже хлестала на пол. — Мне даже нравится.

На её лице не дрогнул ни один мускул, казалось, что она не слышит этих утробных звуков, которые издавал убитый ею человек, захлебываясь собственной кровью, Хлоя скорее переживала за то, что запачкала руки, потому что сразу же обтерла их об одежду покойника, сидящего на стуле перед ней.

— Ты можешь отдавать приказы, а всю грязную работу сделают за тебя.

Беатрис отпустила запястье Рене и дала ей возможность спуститься на пол, где девочка, смотря на убийцу своих родителей, заливалась слезами.

*** *** ***

Бестрис, проведя очередную чистку, сидела в своем кабинете и вслушивалась в тишину, глядя на ветви за окном. Тяжелые шаги за дверью стали угрозой её мнимому спокойствием, поэтому она тихо и недовольно застонала, приветствуя вошедшего Теренса раздражённым взглядом.

— Что думаешь? — телохранитель сел на стул напротив и казался явно обеспокоенным.

После того как он убедился в том, что Рене уснула от бессилия из-за пролитых слёз, ему пришлось не сладко, ведь на смену мнимой уверенности на публике пришла рефлексия. Пришлось какое-то время бродить по поместью, отвлекаясь на помощь прислуге, что бы не сойти с ума от нахлынувшего сочувствия, которое он испытывал к этой девочке.

— Очевидно, что это была попытка подорвать мое положение после того как я убила Арчи у всех на глазах. Каспер зол и обижен, но он не стал бы рисковать, поэтому я думаю, что это дело рук Винсента, — девушка вновь обратила внимание, что ветер за окном усилился и принялась размышлять в слух. — Осталось понять какое ему дело до отпрыска своей псины на поводке, и будет ли продолжать действовать в подобной манере дальше. Скорее всего да. Одиного за другим. Но я не понимаю зачем начинать с меня и почему он это присекает. Очевидно, что дедушка хочет заиметь власть в свои руки, то есть ему нужно избавиться от всех глав «Аклон», но я делаю всю грязную работу за него и ему остается просто ждать пока в игре останется лишь один игрок. Разве так не проще?

— Нет, потому что с каждым из убитых пешек, ты наращиваешь свою власть.

— Логично, — согласилась она.

— Нужно усилить охрану, — строго произнес Теренс

— Не думаю, что это поможет, — тяжело выдохнула Блейк. — Мой отец усилил. Как видишь... — она усмехнулась. — Предлагаю просто держаться вместе и действовать согласно плану. Мне плевать на остальных, я хочу уберечь вас, а я уверенна, что он попытается ослабить меня именно этим способом.

Девушка взяла лежащий напротив документ и протянула телохранителю, тот сразу же понял о чем речь и не задавая лишних вопросов, пришел в исполнение своих обязанностей, на прощание пожелав подруге сладких снов.

Беатрис просидела в кабинете ещё несколько часов, за окном к тому времени начало светать, а она всё так же набрасывала в голове возможные развития событий и способы решения последующих проблем. Выходило так себе, потому что организм чётко давала знать о недостатке сна. Когда мысли окончательно ушли в ненужное русло, она пошла к себе в комнату и почти мгновенно уснула, с ужасом осознав, что в список дорогих ей людей каким-то образом затесался Итан Моррисон.

*** *** ***