[Глава 30]: Близость.

*** *** ***

Следуя планам, девушка провела вне Сиэтла три дня, а с помощью Скарлет создала видимость своей поездки во Францию на общую встречу Нолана Рейли и его новых коллег по бизнесу. Всё это время она находилась в подавленном состоянии. Сон оказался единственным способом скоротать лишнее время, но даже там она не нашла спокойствия, то и дело сталкиваясь с ночными кошмарами. Теренс и Ллойд по очереди следили за Беатрис, не желая оставлять её одну, даже несмотря на немой протест со стороны Блейк. Она не считала, что нуждается в помощи, хотела столкнуться с внутренней борьбой один на один, положив конец бессмысленным терзаниям души. Но избавиться от присутствия телохранителей никак не могла, потому что это два упертых лба, способных задавить аргументами.

Они снимали номера в отеле под чужими именами, контактируя лишь с определёнными лицами, которые подчинялись клану Блейк и были обязаны не распространять информации о нахождении главы своего клана на нейтральной территории в день, когда обнаружат пропажу Кристиана. Упростило задачу и то, что им не нужно бояться камер-видеонаблюдения, потому что Скарлет заметет следы как только они вернутся домой.

Беатрис укуталась в одеяло и лежала неподвижно уже около полутора часа в попытке уснуть, но ничего не выходило, а оставленный Теренсом завтрак так и не вызвал интереса даже к ужину, когда Ллойд пришел на смену своего напарника.

Робертсон немым жестом пригласил девушку поесть, но она лишь отрицательно качнула головой. Мириться с таким поведением ему не хотелось, но и спорить было бесполезно - уже предпринимал попытки, и все оказались провальными.

Когда парень уже собирался занять свое привычное местно на кресле в углу комнаты, Беатрис остановила его, схватив за запястье. Он не дернулся, лишь с легким удивлением окинул её взглядом в попытке понять причину столь резкой смены поведения, ведь всё это время девушка не проявляла никакой активности и игнорировала чье-либо присутствие. На языке остался невысказанный вопрос, когда Блейк силком повалила его на кровать и села сверху. Она сжала его запястья со всей силой, которая осталась, и вдавила в простыни, безжизненным взглядом изучая его каменное выражение лица. Их утехи никогда не отличались особой романтикой, они ограничивались малым количеством прилюдный и почти сразу переходили к делу, но в глазах девушки всегда искрилось пламя желания, а сейчас в них не было ничего, даже гнева не осталось.

Он был готов дать ей нежность, но она этого не хотела.

С тех пор как Итан стал центром её внимания, после того злополучного поцелуя, который не выходит у неё из головы и каждый раз заставляет испытывать странную щекотку внизу живота, она не подпускала к себе никого, даже Ллойда, а раньше могла ежедневно приглашать его к себе в постель. Что изменилось? Она. Изменилось мышление, и тяги к обычному сексу уже не было, она отчаянно желала почувствовать то же влечение ко всем потенциальным партнёрам, как к Итану, но не получилось. Никто из тех кто удовлетворял её физические потребности, не мог дать ей того, что мог Итан - морального спокойствия, трепетной нежности от которой не хотелось блевать, ощущения безопасности, уюта.

Девушка склонилась над ним в намерении поцеловать, но на пол пути остановилась, глядя в серые глаза, наполненными то ли сочувствием, то ли сожалением. Белоснежные пряди выбились из-под уха и упали на лицо Ллойда, а он этого даже не заметил, внимательно рассматривая знакомые черты лица при лунном свете. Секунды превратились в минуты. Она ждала, не понимая чего именно, погрузившись в размышления. Голова гудела от мыслей, но ни одну из них она не могла считать - они все казались размытыми, словно каждая перекрывала другую и так раз за разом, ускользая.

Шероховатые кончики его пальцев легким прикосновением легли на белоснежную кожу щеки, от чего Беатрис невольно содрогнулась, резко вобрав воздух через нос, как будто очнулась после очередного ночного кошмара.

— Почему ты не целуешь меня? — зло процедила она.

Злилась не на него - на себя.

— Потому что ты этого не хочешь, — коротко ответил Ллойд.

— Хочу.

— Но не со мной.

Девушка отпрянула, словно получила пощечину и застыла на пару секунд, после чего досадно согласилась:

— Но не с тобой...

*** *** ***

Препятствий по возвращению в Сиэтл не оказалось, как и повестки о внеплановом собрании по случаю исчезновения Кристиана, хотя Беатрис ожидала, что уже на второй день Эванс начнет бить тревогу о пропаже сына. Впрочем, это никак не мешало её планам. Она создала себе железобетонное алиби, для ушей Эванса, Дэвиса и, возможно, Уэйна Моррисона, который уже должен идти на поправку и мог присутствовать на одном из следующий собраний. Итан был тем, кто поспособствовал её планам, поэтому на его счёт она даже не беспокоилась, по крайней мере о том что касается организации, а вот их отношения вне официального сотрудничества - заботили девушку. Всю дорогу домой она думала как поступить и впервые в своей жизни не могла упорядочить собственные действия, что бы прийти к желаемому результату. Она просто не знала чего хочет добиться, поэтому уперлась в тупик. Но так или иначе, привычка пробиваться напролом осталась и здесь окажется как раз кстати.

Девушка кое-как отвязалась от своего сопровождения, взяла машину Курта и поехала по адресу, который Итан предоставил ей с приглашением посещать его убежище, когда она такого пожелает, ведь всегда окажется желанной гостьей.

Теренс всё это время был на связи, но не для того что бы отговаривать, а просто поболтать. Он рассказывал о том как их с Арлет отношения перешли на новый уровень, и об этом Беатрис уже слышала из уст самой девушки, которая в первый же день помчалась к подруге с радостной новостью. Дешам не раз слышал в свою сторону упреки от Беатрис, но чаще всего отмахивался и сводил тему на "нет", а сейчас признавал свои ошибки, что не могло не радовать. Блейк оказалась вполне довольна таким союзом, ведь то и дело подталкивала друзей к разговору, но лезть в чьи-либо отношения открыто не собиралась, лишь направляла издалека, давая недвусмысленные советы, а будут они следовать им или нет - не её забота. Всё-таки взрослые люди и сами способны разобраться.

Слыша эмоции Теренса и его трепетный отзыв об Арлет, Беатрис позволила себе улыбнуться, а колкие комментарии со стороны близняшек, чьи голоса мельтешили на заднем фоне - заставили смеяться.

Это была идиллия.

Сетуя на тему отношений, она невольно задумывалась о них с Итаном.

Все стадии принятия она прошла, а к итогу сейчас мчалась, что бы расставить все точки и оставить недомолвки позади. Она не знала о чем хочет поговорить с ним, с чего стоит начинать разговор и какую долю правды можно о себе раскрыть, что бы не напороться на смерть, но понимала, что ей это было нужно. Ей нужен Итан. Судьба слишком часто сталкивала их вместе, не оставляя шансов на безразличие. Считать его без человечным, холодным и каменным уже не получалось, ведь этот грозный мужчина, чьи руки не раз окунались в кровь, тот кто держал под контролем большую часть страны - готовил для неё завтрак, беспокоился о здоровом сне, сидел рядом с её больничной койкой пока она не прийдет в себя, а до этого спас от мучительной смерти.

Она хотела открыться ему, хотела и боялась...

— Ты нашла? — поинтересовалась Блейк, сжимая спинку компьютерного стула на котором сидела Скарлет.

— Саманта Моррисон - восходящая звезда и певица, запомнившаяся фанатам своим актерским мастерством, — задумчиво произнесла девушка, оперевшись подбородком о подогнутое к себе колено.

Беатрис уже была готова оскалиться, но Скарлет хмыкнула:

— А, так ты хочешь что-то поинтереснее статьи из интернета? Тогда вот, — она указала на второй монитор по правую сторону от себя, открывая новую вкладку. — Отчёт Уэйна Моррисона по поводу смерти своей жены: подверглась жестоким пыткам на глазах собственного сына, а затем была похищена. Тело не нашли до сих пор, поэтому формально она считается без вести пропавшей, но сам Уэйн уверен, что его жена мертва, — как только Беатрис задалась новым вопросом, девушка вновь её перебила: — Так же тебе наверняка будет интересно то, что Итан сам расследует убийство своей матери даже сейчас, он ищет тех троих, кого прислали пытать и похитить. Ты можешь сказать, что большую часть клана Моро истребили сразу после бунта, и мы вновь вернемся к разговору о том, что приставка "большая часть", которая фигурировала, как аргумент в подавлении влияния самого могущественного клана «Аклон», на самом деле являлась половиной от силы клана Моро. С чего Итан решил, что тех троих не убили? Потому что отчеты, которые я подняла, гласят: Итан по приказу отца приходил на опознание каждого убитого, и ни в одном из них он не узнал похитителей.

На момент смерти Саманты Уэйн был полностью охвачен горем, им владел гнев, и в попытке угнаться за виновниками, которые обрекли его чувства на саморазрушение, он неосознанно наплевал на сына, игнорируя очевидную проблему и сломанную психику Итана, чьи глаза воочию наблюдали за ужасом, который творили с его матерью. Охваченный жаждой мести, он заставил Итана опознавать изуродованные пытками трупы; на тот момент, да и по сей день, предателей наказывали крайне жестоко, не оставляя на их телах живого места. Теперь понятно почему Моррисон закрылся бетонной стеной перед собственными чувствами - его психика пыталась спастись.

Сердце её сжалось от тоски и боли за судьбу мальчишки, которого она терпеть не могла.

— А ещё... Итан наверняка винит в смерти своей матери Лилит Моро, — Скалерт как-то странно покосилась в сторону девушки. — Знаю, слишком много вопросов "почему?", но не могу не ответить: Лилит и Саманта вели холодную войну по причине, которая была известна лишь им, они не выносили сор из избы, но это я говорю тебе как человек, чей отец крутился в том кругу и видел всё воочию. Возвращаемся к отчетам и видим, что на момент похищения, в поместье Моррисон находились не только сын с матерью, но и вся прислуга с охраной - все они мертвы, их тела опознали родные и смерти зарегистрированы... Кроме одной девушки, которую Лилит предоставила Саманте, как знак применения. Девушку звали Кэнди, она служила при поместье Моррисон около года до рождения Итана, вплоть до момента похищения. Её тело так и не нашли, поэтому она так же считается без вести пропавшей, но по показаниям самого Итана: служанки в тот день он не видел, но каким-то чудом Кэнди исчезла и больше не появлялась ни в поместье Моррисон, ни у себя дома. Итан не раз искал о ней информацию, но Кэнди будто не существовало. Все данные о ней стерты, хотя я и сомневаюсь, что они были правдивыми. Слишком много совпадений. А Итан не глупый, он понимает, что совпадений не может быть больше, чем одно, дальше - закономерность.

Как Итан отреагирует на её секрет? Наверняка увидит способ мести. Но что будет, если Беатрис ему не сознается? Она могла бы объяснить свою позицию, рассказать, что не считает себя членом семьи Моро, что полностью отреклась от фамилии своей матери, которая собиралась сделать тоже самое в своё время. А станет ли слушать? Если Итан полностью убежден в причастности Лилит к убийству своей матери, то её дни или часы будут сочтены сразу после откровения.

"Не скажу я - скажет кто-то другой, раз уж Хорхе был инструментом в чьих-то руках для распространения слухов"

Казалось, что проще взять и вычеркнуть Моррисона из жизни, вернуться к изначальному плану, где она использует его для собственных целей, но несмотря на здравый смысл, идеи, которые казались куда более благоприятными в сложившейся ситуации, она игнорировала их и слушала лишь собственное сердце, которое бьется быстрее от его ласк, голоса, нежного "Льдинка", заботы.

— Дерьмо! Гребаное дерьмо! — кричала она, ударяя руками по рулю.

Теренс уже давно прервал звонок, пожелав удачи после нескольких предостережений, поэтому она кричала в пустоту, гневаясь на судьбу, чьи проделки ставили ей палки в колёса. Беатрис не могла понять почему всё именно так... Почему, когда она нашла человека с которым ей хорошо, должна его тут же отпустить? В этом и была главная проблема привязанности, которой она так избегала - не хотела страдать после решения отпустить, когда того потребует ситуация, а в их с Итаном отношениях, какими бы они ни были, этот момент должен был настать в любом случаи. Так или иначе, она позволила случиться этой искре и жалеть уже не было смысла, поэтому оставалось лишь смириться и ждать. Терзать себя догадками - плохая идея, поэтому Беатрис решила, что нужно действовать по ситуации, а не бежать впереди случая. Она ведь не до конца изучила человека, что бы преждевременно представлять итог сложного разговора, к тому же, каждый раз ожидания по поводу поведения Моррисона в той или иной ситуации не подтверждались действительностью.

"Стоит хотя бы попытаться"

Девушка припарковалась и вышла из автомобиля, отметив про себя, что в доме никого нет, раз уж свет в окнах не горит. Она имела информацию о местонахождении каждого члена организации и знала, что на данный момент Итан находиться в Нью-Йорке вместе с отцом, до остальных ей не было дела, если они не в Сиэтле.

На протяжении нескольких дней несчастные влюблённые не поддерживали связь, и по большей части Беатрис этому радовалась, ведь не было сил изображать хладнокровие, когда внутри всё переворачивается вверх дном, с другой - она хотела слышать его, чувствовать поддержку. Когда-то Блейк утверждала, что не нуждается ни в чьей помощи и способна выдержать тяготы этого мира самостоятельно, а сейчас хотела видеть человека рядом, разве это не смешно? Возможно. Прошлая Беатрис посмеялась бы над нынешней, но это был бы смех сквозь пелену грусти и отчаянья, ведь каждая женщина хочет иметь при себе крепкое мужское плечо на которое можно было бы положиться в трудную минуту. Кто бы мог подумать, что для неё этим человеком станет Итан - парень-слюнтяй, чья неуверенность в себе раздражала до невозможности? Беатрис была убеждена, что невозможно любить и быть любимой, при этом оставаясь независимой личностью, но Моррисон доказал ей обратное с помощью простого предложения, где возвысил девушку до своего уровня. Он не станет мешать самореализации, не станет упрощать тернистый путь "во благо", а просто останется рядом. В его глазах она не слабая женщина, а пример для подражания и та кем можно вечно восхищаться. Разве не этого она желала? Возможно, он слишком хороший манипулятор. Но лжи в его глазах или голосе не было, лишь искренность. По крайне мере, ей хотелось слышать и видеть сладкую ложь.

Войдя в дом, она сняла пальто и медленным шагом направилась внутрь, слегка опасаясь опасности, которую видела во всем, что её окружало. С момента смерти отца паранойя усиливалась. Его последние слова намертво засели в голове и не позволяли тревоге исчезнуть, вечно сопровождая даже в самых обыденных вещах.

Как и ожидалось, Итана дома не оказалось, но от этого здесь не было менее уютно, чем в прошлый визит. Размеренным темпом она проделала все повседневные вечерние процедуры, посетив душ, а затем кухню, где нашла любимый персиковый чай. Впервые за долгое время Беатрис почувствовала умиротворение в тишине и одиночестве, делая всё не наспех, а в свое удовольствие, ведь никакая работа её не ждала, об этом сейчас позаботиться верные помощники, на чьи плечи легла большая часть дел.

Укутавшись пледом, Беатрис грела руки о чашку с горячим напитком и увлечённо наблюдала за сюжетом любимого фильма, который смотрела уже сотню раз и всё равно оказывалась довольна просмотром, как в первый.

*** *** ***

Увидев припаркованную машину рядом с его домом, Итан невольно напрягся, но затем вспомнил, что адрес известен только одному человеку и тогда сердце заколотилось в бешеном темпе от осознания, что девушка приехала сюда, к нему. Он приехал к вечеру, уже успело стемнеть и вот вот должен был хлынуть дождь - погода в Сиэтле не отличалась особой ясностью никогда. А окнах не горел свет и парень сделал вывод, что его гостья спит, поэтому тихо отворил входную дверь и с особой деликатностью закрыл, стараясь не шуметь.

Беатрис лежала на диване, свернувшись калачиком и держала в руках открытую книгу. Света в доме не было, а текст на бумаге освещался тусклым фонариком. На журнальном столике лежало ещё несколько книг, скорее всего уже прочитанных, парочка кружек чая, одна из которых была не допита и упаковка с печеньем.

Итан всем сердцем желал, что бы Беатрис чувствовала себя, как дома, и, похоже, что с прошлого визита, когда она вечно задавала вопрос "можно?" перед каждым своим действием, она вполне освоилась.

Сейчас, глядя на спящее лицо девушки, он любовался её красотой и желал наблюдать за этим вечность.

Не желая нарушать её чуткий сон, он аккуратно стянул с себя чёрное пальто и повесил на спинку стула. Приметив упавший плед, Итан заботливо и предельно бережно, что бы не разбудить, накрыл им девушку, сдерживая себя от внезапного и довольно сильного порыва поцеловать её. Передвигаясь на цыпочках, парень пробрался в ванную, вымыл руки и хотел было придумать что-то с ужином, который не прийдется разогреть и тем самым создавать шум, но, вернувшись в гостиную, обнаружил, что Беатрис уже проснулась и сидит на диване, укутавшись в тот самый плед.  вушка

— Извини, я тебя разбудил? — виновато поинтересовался Итан.

— Нет, — она поджала губы и взглянула на него не менее виноватым взглядом. — Ждала тебя, но не знала когда ты приедешь.

— У меня было много работы. Когда ты приехала?

— Позавчера, — она закусила губу, видимо, почувствовала стыд. — Извини, должна была предупредить.

Когда в последний раз он слышал от этой девушки слово "Извини" или "должна"? Уже и не вспомнить. А если учитывать, что эти слова она произнесла в одном предложении, то можно подумать, что Беатрис заболела или выжила из ума.

— Нет, ты ничего не должна и уж тем более не  стоит извиняться за то, что приняла моё приглашение. Я всегда рад тебя видеть, — он улыбнулся. — Ты уже поужинала? — она отрицательно покачала головой. — Тогда придумай что ты хочешь из еды, а я пока что принесу продукты из машины.

И правда, он оставил их там, не в силах бороться с желанием поскорее увидеть Беатрис.

— Тебе помочь? — поинтересовалась Блейк, наблюдая за тем как он поднимается с места.

— Если хочешь, а так - я могу и сам всё сделать.

Она осталась сидеть на месте, не желая расставаться с теплом укутавшего её пледа. Впрочем, Беатрис всё же внесла свою лепту и помогла с расфасовкой продуктов, затем предложила пару вариантов ужина с которыми тоже могла помочь в приготовлении и принялась резать овощи, когда они определились с выбором. На экране планшета мелькал фильм с приглушенным звуком, а два голоса переплетались в диалоге о разного рода воспоминаниях из детства, разбавленных женским хихиканьем. Он рассказывал о том как провёл эти дни, а она склонилась к тому, что не хочет подробно расписывать произошедшее, поделившись лишь итогом, которым Итан был вполне удовлетворён.

Совместный ужин закончился и пара перешла в зал, где спустя два фильма они сошлись во мнении, что час уже поздний и стоит ложиться спать.

Итан задержал взгляд на его одежде, которую Беатрис надела по собственному желанию. Эта мелочь показалась ему чертовски милой и он неосознанно улыбался, как последний идиот. Беатрис была из тех девушек, которые чётко осознавали свои достоинства и умело подчеркивали их соответствующей одеждой. Она всегда выбирала самые лучшие наряды, в которых выделялась на фоне общей массы, поражая мужскую половину вечера на повал. Но именно сейчас, проходя мимо него в домашней футболке на два размера больше, мужских шортах, без макияжа и со спутанными волосами, собранными в пучке на затылке, она выбивала из его лёгких весь воздух, вынуждая сердце пуститься в галоп.

— Ты не идёшь? — поинтересовалась Беатрис, стоя посреди лестницы на второй этаж.

— Я могу лечь на диване, если тебе будет так комфортно.

— Нет, я хочу, что бы ты спал со мной, — слегка смутившись ответила девушка.

— В таком случаи,  я не имею права отказываться, — не сдерживая улыбки произнес Итан.

Лежать с ней в одной постели было чем-то волшебным, не так как в прошлый раз, когда они уснули на диване - эта атмосфера казалась ему более интимной, пускай он и старался держать дистанцию ради её комфорта. Первым делом она развернулась к нему спиной, но спустя несколько секунд резко вернулась в прежнее положение и посмотрела прямо в глаза, словно пыталась разглядеть изнутри, понять намерения или прочитать мысли - он не знал, но с нескрываемым удовольствием разглядывал её мягкие черты лица, наслаждаясь каждым моментом. Впервые в своей жизни ему не хотелось ничего, кроме как любоваться девушкой, которая лежит в его постели.

— Могу задать тебе вопрос? — нарушила тишину Беатрис.

— Конечно.

— Что бы ты никогда не смог простить?

Почему-то он не удивился, не растерялся, а просто ответил:

— Предательство.

— Ты имеешь ввиду измену в отношениях? — не поняла она.

— В том числе.

— Объясни.

— У человека есть выбор солгать или сказать правду, и если он осознано идёт на ложь, я считаю это предательством.

— А если это ложь во благо?

— Во благо того кто лжет или того кому лгут?

— В нашем случаи обоим, — двусмысленно ответила она и перевернулась на спину, устремив взгляд в потолок.

— Тебе есть что сказать?

— Определённо, — нервно усмехнулась Блейк. — Но боюсь, что это приведёт меня к смерти.

— Знаешь, во время допроса я всегда даю человеку выбор умереть в муках, но лгать до последнего, или же сказать правду и уйти безболезненно.

— Убьешь меня сразу?

— Почему ты решила, что убью тебя? Мне и представить сложно причину по которой я встану перед таким выбором.

Она замолчала на несколько минут, а затем тихо произнесла:

— Я не могу понять что происходит между нами, не могу понять почему меня к тебе чертовски тянет и сердце сжимается от каждого лестного слова, которое срывается с твоих уст. Когда-то мне доводилось ощущать нечто подобное и тогда я ошибочно приняла это за любовь. Это была ошибка и этой ошибки я не хотела допускать больше никогда, но сейчас... — её голос слегка сорвался, а глаза устремились прямо на него. — Я поняла, что нуждаюсь в тебе, Итан, и меня это чертовски раздражает. Но ничего не могу с собой поделать, привязываясь к тебе с каждым разом всё сильнее, с каждой новой встречей я узнаю о тебе что-то новое и всё меньше шансов на то, что останусь безразличной, если это прекратиться. Ты стал для меня большим, чем просто деловой партнёр по бизнесу, и я думаю, что ещё немного и...

— Ты поняла, что хочешь чего-то большего, — поправил её Итан.

— Да, — нахмурилась девушка, избегая прямых слов о своей влюблённости. — Но в таком случаи между нами не должно быть секретов.

— Я от тебя ничего не скрывал и не собираюсь.

— А вот мне есть что сказать, — она поджала губы. — И вряд ли тебе понравится мой секрет.

— А ты попробуй, — его ладонь мягким прикосновением легла на её руку. — Льдинка, я не осудил тебя ни за одно убийство, не стал препятствовать твоим планам по разрушению этой организации, и готов поддержать во всём. Я вроде бы чётко дал понять, что этот мир мне безразличен и существование в нём бессмысленно, если тебя не будет рядом. Так почему ты боишься?

— Потому что это не касается организации - это касается тебя...

— Я готов выслушать.

И вновь звонкое молчание. Было видно, что она полностью отдалась тревоге, как её мысли мечутся между отрицанием и принятием о решении говорить. Он был готов ждать и поэтому не настаивал, лишь нежно поглаживая костяшки её пальцев, что бы хоть как-то успокоить.

— Моя... — она закусила губу, не в силах продолжить. — Моей биологической матерью является Лилит Моро.

После этих слов он заметил как её грудь остановилась, словно девушка перестала дышать, при этом пристально глядя в его глаза.

— И поэтому я должен тебя убить? — повторился он.

— Вполне весомая причина, — сдавленно ответила Беатрис.

— А если я скажу тебе о том, что знал?

— Тогда я убью тебя самостоятельно, — насупилась она, пребывая в своем привычном раздражительном состоянии.

— Пистолет внизу, а я вряд ли отпущу тебя, — улыбнулся парень.

— Тебе смешно?!

— Нет, я просто рад, что услышал это от тебя, — он притянул её к себе и сомкнул в объятьях, а она и не сопротивлялась, остолбенев от удивления. — Я узнал об этом ещё давно и просто ждал.

— Так вот что ты имел ввиду от изменой выбора...

— Именно.

Беатрис молча уткнулась ему в грудь и слушала его размеренное дыхание, считала удары сердца и наслаждалась запахом одеколона, собираясь с мыслями, вихрем обрушившегося на её сознание от вскрывшейся правды.

— И тебя это совсем не беспокоит? — всё же задалась вопросом Блейк.

— Меня беспокоил лишь факт твоей честности со мной, но я не мог требовать от тебя чего-то в ситуации, когда ты считаешь меня врагом или угрозой. Но если бы я знал, что ты ответила на мои чувства взаимностью и осознанно хранила такой секрет...

— Убил бы?

— Рука бы не поднялась, но это определённо стало бы проблемой в доверии.

— Но ты ведь подозреваешь мою мать в убийстве Саманты, — она отстранилась, что бы взглянуть ему в глаза.

— Я знаю, что это сделала она, — поправил Итан. — Слишком много совпадений для простой случайности.

— И при этом ты готов быть со мной?

— А я должен судить человека по поступкам его родителей? — он вопросительно вздернул бровь. — Или ты считаешь меня настолько ужасным?

— Не переворачивай смысл моих слов, — насупилась девушка.

— Тогда не задавай глупых вопросов.

— Это не глупый вопрос! Я - идеальный инструмент мести.

— Ты просто идеальна, — он проигнорировал угрозу в её взгляде, заботливо заправив выбившуюся прямо волос за ухо. — К тому же, ты говоришь о мести человеку, который давно умер.

— Винсент то жив, как оказалось.

— Если я не ошибаюсь, то его отношение к Лилит далеко не тёплое из-за её предательства.

— Насколько много ты знаешь? — девушка с подозрением взглянула на его, принимая сидячее положение.

— Не больше, чем ты, но гораздо больше, чем было позволено. Я проводил собственное расследование, неосознанно открывая тайны остальных, в этом отлично помог друг отца, но мне пришлось его убить, когда дело коснулось тебя. Жаль его, он был неплохим мужиком, к тому же чертовски полезным и умным, но выбора не оставалось.

— Ты сохранил мою тайну...

— И собираюсь хранить до конца, — уверенно произнес Итан. Груз, павший на её плечи вместе с противоречивыми чувствами к Итану, тут же исчез, давая возможность вздохнуть полной грудью.

— Ты безумно меня раздражаешь, Моррисон,— насупила она брови.

— И всё же ты меня любишь, — хищно улыбнулся Итан, приблизившись к её лицу. — Ты окажешься последней лгуньей, льдинка, если станешь отрицать.

— Так я этого и не отрицаю, — принимая вызов, девушка не отстранилась, выдержав его пристальный взгляд. — Но долго ещё не произнесу этого в слух.

— Я подожду, — продолжал ухмыляться Итан.

Они неотрывно смотрели друг на друга, не произнося ни слова, словно продолжали вести немой диалог, но стоило Итану лишь на мгновенье опустить взгляд на пухлые губы и этого оказалось достаточно, что бы Беатрис сорвалась с места, прильнув к нему с жарким поцелуем, наполненным желанием и похотью. Сегодняшний вечер открыл правду, а вместе с этим обнажил их чувства. Он ответил на поцелуй незамедлительно, одним рывком усаживая девушку к себе на колени. Мужская ладонь скользнула под тонкую белую ткань футболки, ложась на нежную кожу спины. Внизу живота затянулся привычный тугой узел желания, но впервые в жизни она чувствовала как близость мужчины приносит ей не только физическое наслаждение - он заполняет собой всё её сознание, вынуждая сердце биться в бешеном ритме.

— Ты уверенна? — прерываясь на секунду, поинтересовался Итан. — А вдруг я не так хорош в сексе? Вдруг не смогу доставить тебе удовольствие?

— Слишком много болтаешь, Моррисон.

— И всё же? — сквозь поцелуй ухмыльнулся парень.

— Я научу, — правой рукой она сжала его плечо, а левой - направила широкую мужскую ладонь от ребер по линии талии и ниже, чувствуя, как его шероховатая кожа обжигает тело. — Покажу, — шептала она, целуя подбородок, затем шею, переходя к ключицам. — Подстроюсь, — продолжала девушка, опускаясь всё ниже, оставляя за собой влажную дорожку поцелуев по направлению к паху.

Итан молча наблюдал как руки девушки свободно скользят по его телу, чувствовал её горячее дыхание на своей коже, видел как в темноте голубой цвет её глаз мерцает желанием и похотью. Пальцем она аккуратно поддела резинку его спортивный штанов вместе с боксерами и слегка спустила, пытливо поглядывая на выражение его лица, прослеживая реакцию вслед за своими действиями.

Она редко удостаивала прошлых партнёров чего-то подобного, никогда не становилась ни перед кем на колени и чаще всего была потребителем. Итан даже здесь оказался исключением, когда Беатрис самостоятельно захотела принести ему удовольствие оральными ласками.

Моррисон сразу понял её намеренья, поэтому, когда девушка принялась избавляться от его штанов, он помог, а затем принял положение полусидя, наблюдая за тем как её губы аккуратно обхватывают головку члена, плавно опускаясь вниз. Не в силах бороться с подступившим удовольствием, парень издал протяжный стон сквозь стиснутые зубы, слегка запрокинув голову. Его глаза неосознанно закатились от наслаждения, когда девушка набрала правильный темп, помогая себе синхронным движением рук. Она не брала слишком глубоко, достигая лишь половины от всей длины, но уделяла особое внимание самому чувствительному месту - головке члена, от чего удовольствие накатывало волнами, когда её язык скользил по ней.

— Чёрт, — хрипло вырвалось у его из уст.

Он вздрогнул всем телом, когда Беатрис отстранилась от его члена, создав небольшой вакуум на кончике головки. Лицо девушки исказила похоть, на влажных губах красовалась хищная улыбка, а в глазах плясали черти. Итан не мог оторвать от неё взгляд, наблюдая за плавным движением рук, когда Беатрис потянула за край футболки и стянула её через верх, обнажая прекрасное, стройное тело в мягком свете лампы.

— Ты прекрасна, — шепнул он перед тем как её губы накрыли его.

Она была из тех кто полностью контролировал ситуацию, проявляя инициативу, поэтому Моррисон не удивился, когда женские руки стянули с него футболку. Острые ноготки оставляли глубокие следы на его напряженных плечах, в то время как их языки сплетались в страстном танце. Увлечённый поцелуем, он и не заметил как девушка избавилась от своих шорт, оставшись в одном кружевном белье. Не отрываясь от его губ, Беатрис мягко опустилась бедрами на ствол его члена, довольствуясь поступающими движениями вперёд-назад.

Не в силах сдерживать себя, он позволил себе вписаться пальцами в её ягодицы, чувствуя улыбку девушки на своих губах.

— Моя очередь, — томно произнес Итан, прикусив её нижнюю губу.

Не дожидаясь ответа, он переместил руку на затылок девушки, сжимая выбившиеся белоснежные пряди волос в кулак, и спустился к шее, оставляя влажную дорожку языка от самого подбородка, кусая и "зализывая", оставленные следы от зубок. Он наслаждался каждым сдавленным стоном, срывающимся с её прекрасных губ, каждым резким движением её бёдер, спровоцированным его действием. Она слишком упряма, что бы в открытую озвучивать наслаждение, но Итан посчитал это вызовом и не собираясь останавливаться, поэтому спустился ещё ниже, к ключицам, а затем груди. Он не знал что именно ей по душе и действовал по наитию, медленно обводя языком ореол набухших от возбуждения сосков, слегка покусывая их, словно нащупывал нужную грань, а когда женский стон коснулся его слуха, он понял - ей нравиться пожестче. Рука, покоившаяся на ягодице девушки резким шлепком зазвучала в унисон с новым громким стоном, когда он вновь прикусил сосок.

Не спрашивая разрешения, он опустил её на лопатки и получил полный доступ ко всем частям женского тела, исследуя каждый уголок в поисках эрогенных зон с помощью которых может доставить ей удовольствие.

— Твою мать, — на выдохе произнесла Беатрис, когда голова Итана опустилась меж её ног, а его язык коснулся клитора.

Она уже знала, что он действительно хорош, но не подозревала насколько важны прелюдии даже перед непосредственным куни, когда тело буквально дрожит от возбуждения. Движения его языка сводили с ума, а когда к ним присоединились пальцы, она и вовсе забыла как дышать, лишь изредка вбирая воздух редкими глотками. Девушка неосознанно двигала бедрами ему на встречу, направляя под правильный темп и Итан с легкостью смог довести её до оргазма, нащупав самую чувствительную точку клитора от которой возбуждение увлекло разум в экстаз.

Сквозь пелену блаженства, Беатрис почувствовала как парень аккуратно стягивает с неё кружевное белье, попутно целуя живот.

Провиснув над ней, он потянулся к прикроватной тумбочке за презервативом, но девушка остановила его со словами:

— Я принимаю противозачаточные и сомневаюсь, что ты заразный, так что забудь о них и продолжай.

— Грубо или нежно? — только и поинтересовался он.

— Грубо.

Поцеловав девушку, он приподнял её бёдра и одним рывком вошёл в неё почти во всю длину, ощущая как горячие стенки влагалища сжимают ствол его члена. Она застонала во весь голос, но не разомкнула поцелуй, наседая на его губы сильнее с каждым новым толчком, выбивающего из лёгких почти весь воздух. Не в силах больше дышать, Беатрис прильнула к его плечу, обхватив руками широкую спину, где оставила многочисленные красные полосы от ногтей.

Подобрав нужный ритм, Итан уперся руками по обе стороны от девушки, наслаждаясь тем как меняется её выражение лица в соответствии с его движениями: грубые, мягкие, медленные, прерывистые. Ему доставляло наслаждение с каким отчаяньем она стонет, когда он всего лишь на мгновенье останавливается, словно требует и злиться, а она - любовалась тем как перекатываются крепкие мышцы его сильных рук, как сексуально выглядит его напряженный до предела торс.

Поцелуи лишали воздуха, а близость оставляла мысли недосягаемыми.

Сменив несколько поз, Беатрис вынудила парня сдать позицию лидера, оседлав его сверху, а он и не возражал, наслаждаясь тем как она двигается вперёд назад, выгибая спину от наслаждения. Проникновение оказалось слишком глубоким, Беатрис имела опыт с многими мужчинами, но никто не мог похвастаться таким размером, поэтому пришлось постараться, что бы найти нужный угол, но когда ей это удалось - третий оргазм накрыл с головой, лишая возможности управлять собственным телом.

— Я на пределе, — сбившимся голосом произнес Итан.

— Уже пол часа прошло, пора бы уже, — с претензией сообщила Блейк, успевшая усомниться в своих способностях доставить парню удовольствие.

Оказалось, что он сказала это что бы осведомиться о предпочтениях Беатрис по поводу кульминации, на что она с улыбкой ответила, что это скорее его выбор, чем её - она будет не против даже внутрь. Иных слов ему и не потребовалось: Моррисон обхватил широкими ладонями её ягодицы и вновь перенял инициативу на себя, проникая в девушку на весу. Возможности сдерживать себя не было и Беатрис рисковала сорвать голос до тех пор пока его хватка не ослабла и они оба не пришли к кульминации, оседая на мокрую от пота постель.

Свалившись на его грудь камнем, девушка с трудом отдышалась , а затем тихо засмеялась.

— Это что-то нервное? — усмехнулся Итан.

— Я просто никогда не кончала более двух раз.

— Могу гордиться?

— Вполне, — она сложила кисти рук под подбородком и взглянула на него с улыбкой. — К тому же, я лишь пару раз делала минет, и то с условием партнёра, а не по собственному желанию, а ты стал исключением.

— Ничего себе, — засмеялся он, прикрывая глаза тыльной частью ладони. — Тебе кто-то посмел ставить условия?

— Наивная и неопытная была, — девушка пожала плечами.

— Рад, что ты сама захотела, ведь я на собирался настаивать. Но разве об этом говорят после секса?

— Тебя что-то не устраивает? — насупилась Блейк.

— Нет, говори о чем угодно, я готов слушать твой голос целую вечность.

Прийдя в себя, они спустились вниз, что бы принять душ, но для Беатрис это оказалось слегка затруднительным, ведь ноги дрожали и не слушались даже спустя время, а после душа и повторного акта там, девушку и вовсе пришлось нести на руках.

Она уснула сразу как только закрыла глаза, отказав себе в удовольствии поболтать ещё немного, а Итану предоставилась возможность лишний раз насладиться её безобидным видом во сне.

*** *** ***

Звезды⭐️ и комментарии💌 мотивируют автора на проду

ТГК: bredoviyavtor | Здесь вы можете увидеть спойлеры к новым главам, мемы/факты/фотографии/полноценные анкеты главных и второстепенных персонажей.