[Глава 5]: Кошмар.

"Мир мафии не для хороших людей"

*** *** ***

Служанка вошла в комнату тихо и почти незаметно. В маленьком уютном помещении было темно, лишь тусклая лампа с тёплым освещением давала разглядеть маленькую Госпожу, что увлечённо читала какую-то книгу, взятую из личной библиотеки отца - детектив по мотивам мафии. Читать она научилась рано, да и в принципе ребёнком была смышлённым, любознательным и трудолюбивым, чем облегчила работу няни.

— Госпожа Беатрис, отец же вам говорил, что не стоит засиживаться до поздна, — тепло произнесла служанка, присаживаясь на корточки рядом с девочкой. — Уже пора ложиться, завтра первый день в школе.

Трис взглянула на настольные часы, сверяясь с временем.

— Можно ещё одну главу, — это был не вопрос, а констатация факта.

Юная Блейк из тех людей, кто после фразы "Делай что хочешь" - берёт и делает то что хочет, не взирая на запреты или последствия.

Беатрис росла с пониманием, что с рождения является Госпожой и этот факт превозносит её над служанками или подчинёнными. Но несмотря на своенравный характер и небывалый эгоизм, она понимала насколько важно знать меру. Некоторые дети слишком заносчивы, могут позволить себе грубость или нелицеприятные высказывания в сторону "простых смертных", руководствуясь статусом наследника, зная, что им за это ничего не будет, потому что они на вершине пищевой цепочки. Но не Трис. Герхард с малых лет приучал дочь к уважению, и чётко дал понять, что её положение напрямую зависит от этих самых подчинённых, которых она может подтолкнуть к неповиновению или предательству своим злоупотреблением властью.

"Прочерти грань между собой и теми кто тебе служит, которую не позволишь переступить ни себе, ни подчинённым. Благосклонность - хорошо, но если дашь слабину, рискуешь стать марионеткой. Ты должна уметь прощать и наказывать" — твердил отец.

Спустя каких-то десять минут Беатрис послушно легла в кровать и, под монотонное чтение следующей главы служанкой, постепенно погрузилась в сон.

Убедившись, что девочка спит, женщина аккуратно выскользнула из комнаты, где на входе стоял личный телохранитель.

— Господин Зейн, не хотите угоститься чаем?

Мужчина скептично отнёсся к предложению, ведь находился на службе и по правилам не должен покидать Беатрис дольше, чем на пять минут, но так как они находились в поместье, он согласился на предложение, которое в итоге стоило ему жизни.

Женщина проверила сработал яд или нет, прикоснувшись пальцами к месту на шее, где не ощутила пульса.

Служанка, что предстала перед всеми "божьим одуванчиком" на самом деле была одержима местью за погибшего сына, который умер по вине Герхарда Блейка - по крайней мере, она была уверенна, что вина лежала именно на нём.

Дверь в комнату девочки снова отворилась, но вместо заботливой и доброй няни, которой её запомнила Беатрис, порог переступила одержимая ненавистью женщина, желающая ей самой мучительной смерти.

"Ты забрал моего сына, а я - твою дочь"

Трис крепко спала, но сон малышки был чутким с раннего детства, поэтому она сразу услышала неторопливые шаги и лениво приоткрыла глаза, что бы взглянуть на вошедшего. В голове Беатрис и мысли бы не возникло, что эта женщина может ей навредить, но увидев с каким именно взглядом к ней приближаются - невольно сжалась изнутри, поднимаясь на локтях.

— Тётушка, — сонно пробормотала девочка, косо глядя на руку, что скрывалась за спиной служанки. — Вы...

— Я терпеть тебя не могла, Беатрис. Всё это время мучилась, находясь с тобою рядом, выполняя твои прихоти... — голос был несвойственно грубым. — Почему мой сын должен был умереть? Ему было всего двадцать три года, он ждал ребёнка от любимой девушки, у него была вся жизнь впереди, а твой отец убил его...

— Что вы такое говорите, тётушка? — быстро уловив опасность, Трис приготовилась сбежать.

Больше она не произнесла ничего, а просто накинулась на малышку с ножом. Первым ударом промахнулась и проткнула простынь, когда та перекатилась по кровати в сторону, свалившись на пол. Она была ослеплена яростью, глядя в напуганные глаза ребёнка, но не испытывала жалости.

— Помогите! — закричала Трис, спотыкаясь о собственные ноги на пути к двери.

Она надеялась, что на помощь прибежит телохранитель, но увы, никто не услышал.

Женщина схватила её за руку и откинула в противоположную сторону от выхода. Всем телом прижимая девочку к полу, она вновь замахнулась, но Трис сумела выбить нападавшую из колеи, накинув ей на голову лежавшее рядом, а нож остановила, схватившись ладонью за лезвие. Режущая боль прошлась от запястья до предплечья, вызывая на глазах девочки слёзы. В попытке освободиться служанка ослабила хватку на рукоятке, что позволило Трис отбросить нож чуть дальше, в сторону - этого было недостаточно, ведь женщина могла с лёгкостью его достать и продолжить начатое. Но у неё в голове возникла другая идея более мучительной смерти через удушье.

Сомкнув пальцы вокруг тоненького горла, она надавила так, что бы в лёгкие жертвы не мог попасть в воздух и Беатрис стала задыхаться.

— Он сгорал заживо, — приговаривала служанка. — Мучился, задыхался. Ты должна испытать тоже самое.

— По... мо... Кха! — в попытках произнести хоть слово она лишилась драгоценного воздуха.

Всё её тело было скованно под весом женщины, Беатрис полностью лишилась возможности двигаться нижней частью тела, а руки были настолько слабыми, что совладать с взрослым человеком не вышло бы даже при сильном желании. Она пыталась царапаться, вырваться, но не могла и постепенно мир перестал быть чётким, всё расплывалось, а веки становились тяжёлыми. Хрипы превратились в немой крик по помощи.

Маленькие ручки судорожно хватались за поверхность ковра. Неожиданно под кончиками пальцев Трикс почувствовала холодное лезвие - нож, что выбила из рук женщины. Ухватится было бы не просто, но вполне возможно, и это единственный шанс на спасение, который она могла использовать, ведь служанка настолько ослеплена яростью и злобой, что не обращала внимание на движение её рук, полностью отдаваясь безумию.

Чувство самосохранения преобладало над страхом, поэтому Беатрис поддела нож пальцами и схватив за рукоятку.

Всё произошло слишком быстро, что бы чётко осознать как именно маленькая девочка перерезала глотку взрослому человеку.

Служанка широко распахнула глаза то ли от удивления, то ли от внезапной вспышки боли, которой не ожидала. Пальцы её рук сомкнулись на глубоком порезе в попытке остановить поток багровой, вязкой жидкости, струящуюся прямо на лицо Беатрис. Юная Блейк не могла пошевелиться от шока до тех пор, пока женщина не встала и не зашагала куда-то по направлению окна, но не дойдя до него - свалилась замертво, захлёбываваясь собственной кровью. Трис поднялась на дрожащих ногах и спиной к двери стала медленно пятиться назад. Голубые, наполненные страхом глаза неотрывно глядели на женщину под которой стремительно увеличивалась лужа крови.

В ушах поднялся гул, в носу стоял неприятный запах железа.

Она была настолько ошеломлена и потеряна, что не заметила как открылась дверь и к ней подошёл кто-то сзади, прикасаясь к плечу. Страх настолько сильно притупил слух, что девочка даже не распознала голос, она немедля обернулась на встречу вошедшего и замахнулась ножом что есть силы...

— Трис, успокойся, тише... Это я, — Теренс схватил подругу за руку, крепко сжимая запястье, когда та замахнулась в его сторону. — Это просто кошмар, всё в порядке, — как только стало понятно, что девушка пришла в себя, то он сразу же ослабил хватку.

— Кошмар, просто кошмар... — повторяла про себя Беатрис, зачёсывая промокшие от пота белоснежные локоны назад.

Взгляд коснулся глубокого шрама на лице Теренса, которому виной была именно она.

"Прямо как в ту ночь" — пронеслось у неё в голове.

Слёзы, застывшие на глазах она смахнула кончиками пальцев, глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз, прикрывая веки. Попытки унять дрожь по всему телу дали свои плоды и сбивчивое дыхание слегка замедлилось, сердцебиение постепенно приходило в норму, но в голове всё ещё всплывали кадры из прошлого.

— Что ты здесь делаешь? — ровным тоном поинтересовалась девушка.

Кто-то иной счёл бы это грубостью с её стороны, ведь в первую очередь Беатрис должна поблагодарить за то, что парень оказался рядом в нужный момент, но не Теренс - друг из детства, который привык к непростому характеру девушки и её холодному взгляду вместо тёплой улыбки, идущих вслед за помощью.

— Беркут лаял у меня под дверью. Когда вышел отчитать его за шум, он тут же рванул к твоей комнате, а я за ним.

— Не слышала его лай, и скорее всего он пошёл звать на помощь, — взгляд упал на добермана коричневого окраса, что сидел у кровати и смиренно ждал пока на него обратят внимание. — Спасибо, малыш, — одним движением она дала ему разрешение запрыгнуть на кровать и он тут же принялся облизывать хозяйку там, где ещё не высохла еле ощутимая дорожка от слёз. — Фу, ты же свою задницу облизываешь. Перестань.

— Стоило догадаться, что кошмар снова присниться, — озвучил свою мысль Дешам. — В прошлый раз, когда ты убила охранника было тоже самое...

Вместо ответа она лишь поджала губы, до сих пор не в силах смириться с тем, что всё ещё слабохарактерна и убийство человека несёт за собой тяжёлый моральный груз, который она не в силах держать под должным контролем.

Беатрис доводилось убивать нескольких людей, но в тех случаях это была самозащита, а сейчас - демонстрация власти. Должен ли человек погибнуть за то, что имеет иную точку зрения или вольно высказывает своё негодование, используя грубые выражения? В мире мафии - да. Ты не можешь быть на сто процентов уверен в том, что тебя поблагодарят за проявленную человечность, всегда есть риск дать людям слишком много вольности, о чём в скоре можно очень сильно пожалеть. Подчинённые должны бояться и уважать, но между этими двумя понятиями размыта тонкая грань, точно канат по которому ты шагаешь в надежде не упасть в пропасть при неправильном выборе слов или действий. Держать в узде всех в одиночку не получиться, но имея при себе парочку верных союзников - вполне возможно. Стоит только понять кто именно тот самый союзник, что не придаст при любом удобном случаи.

— Принести тебе чай? — Теренс прервал тишину, наблюдая как доберман нежиться под пальцами своей хозяйки.

— Лучше чего-нибудь покрепче, — тяжело вздохнула девушка, не отрывая взгляд от питомца. — Чай в этом случаи не поможет.

— Ложиться ещё будешь?

— Вряд ли смогу уснуть, — голубые глаза нашли настольные часы, что показывали четыре часа утра. — Лучше займусь делом и прочитаю отчёты, нужно ещё раз взглянуть на бумаги по осмотру трупов, там много моментов, которые стоит рассмотреть детальнее.

Мысли об отце тут же вызвали внутри тревогу, не хотелось читать в подробностях о деталях его смерти, но такова работа и с этим ничего не поделаешь.

— Хорошо.

Парень поднялся с места и уже подошёл к двери, но остановился, когда к нему донеслась последняя фраза.

— Спасибо, — кратко произнесла Беатрис, не глядя в сторону телохранителя.

Еле заметная улыбка появилась на его лице, но ответа на искреннюю благодарность так и не последовало. Он просто исчез за закрытой дверью, а Трис закатила глаза, ведясь на очередную провокацию.

— Придурок, — буркнула девушка.

*** *** ***

Перебирая бумаги между пальце, она вчитывалась в каждую строку текста, подмечая те моменты, что казались ей странными или расходились с показаниями выжившего охранника.

«Герхард Блейк. Смерть наступила в результате пулевого ранения в голову. Калибр 12,7 мм» - строки, на которые Беатрис обратила внимание.

Она перелистнула страницу, сменяя фокус внимание на убитого охранника, что по словам Хорхе был намерен добить её после аварии.

«Калибр 9 мм»

От возникшей в голове мысли её отвлёк Теренс, который заботливо накрыл плечи девушки пледом.

— Замёрзнешь ведь, — с этими словами он присел напротив и поставил две кружки с глинтвейном на стол.

Они расположились на террасе, где Беатрис заняла уютное местечко на подвесном диване. Вокруг лишь тишина и лес, укрывающих территорию поместья Блейк от посторонних глаз. Где-то среди непроглядной тьмы звучал хор кузнечиков, задающих ритм танцам светлячков, снующих туда сюда в воздухе. Слух ласкал приглушённый плеск воды, доносящийся где-то неподалёку. Умиротворённую атмосферу рушил лишь холодный ветер и вполне ожидаемая сырость, оставленная проливным дождём. Начало лета выдалось пасмурным и скупым на солнечные лучи, но вскоре их ждала нестерпимая жара, что ставило под вопрос что из этого лучше: прохлада или изнеможение от высоких температур.

— Кто-нибудь помимо меня смотрел отчёт?

— Нет, Вейсман наотрез отказалась показывать их даже нам с отцом.

— Звучит вполне реалистично, — хмыкнула Трис.

— Что-то нашла?

— Да. Когда впервые смотрела отчёт, я была слишком взвинчена и не замечала очевидных несостыковок, но сейчас, после частичного восстановления памяти и разговора с Хорхе могу сказать точно, что он врёт. Причём очень неумело, — не глядя на кружку с глинтвейном, она сделала один маленький глоток. — Хорхе сказал, что водителя его машины убил снайпер, но калибр не сходиться. Пуля, что убила моего отца была калибром 12.7 мм, а та, что оборвала жизнь водителя и Джека - 9 мм. Исходя из полученных мною сведений о выданном оружии, я могу выдвинуть вполне реальную версию, что водителя убил сам Хорхе, но здесь возникает вполне резонный вопрос... Зачем?

— Может, подозревал его в предательстве? — предположил Теренс.

— Вполне возможно. Но почему не сказал об этом мне или отцу? — она впервые за время разговора взглянула на парня. — Этот парень явно не договаривает.

— Нужно спросить Итана об их с Хорхе разговоре и сопоставить версии. Возможно тогда сможем понять в какой момент он заврался.

— Итана? — удивилась Беатрис, насупившись. — Он здесь причём? Погоди, он говорил с Хорхе до меня?

— А, точно... — Теренс виновато поджал губы. — Я же не сказал тебе о произошедшем в больнице.

— Дешам, чёрт возьми.

— После операции тебя перевели в личную палату, приставили охрану и Вейсман тут же ушла на ещё одну операцию другого пациента. Когда я проснулся и попытался самостоятельно добраться до твоей палаты, увидел Моррисона в одиночестве, шагающего по направлению твоей палаты. В итоге это стало настолько счастливым совпадением, что сохранило тебе жизнь, ведь именно в тот момент на тебя было совершено ещё одно покушение от одного из мед братьев.

"Мало того, что Моррисон видел меня в подобном виде, так я ещё и обязана ему за спасение..."

— Почему я узнаю об этом сейчас? — возмутилась девушка, видимая переносицу меж пальцами.

— Ты не спрашивала, — пожал плечами Дешам. — К тому же я знал, что в момент своего пробуждения ты очень резко отреагируешь.

— Чёрт, — выругалась Блейк. — Хорошо, ладно, допустим, — пробормотала Трис в попытке совладать с потоком мыслей. — Что на счёт мед брата, который чуть не прикончил меня? Есть на него что-нибудь?

— Прямо как ты любишь, — интригующая улыбка Теренса не сулила ничего хорошего. — Парень был очень спокойным и милым с остальным персоналом, не вступал в конфликты и долгое время работал в клинике на хорошем счету у врачей. В общем, этот неудавшийся стрелок полюбился всем до единого, но при этом о его личности известно полнейшее ничего...

— Как так вышло? В эту клинику не берут кого попало, исключительно тех, кто подчиняется клану Блейк. Перед трудоустройством они обязаны предоставлять свои данные, которые сохраняются в цифровом и письменном виде.

— Помнишь случай в казино? — наблюдая как лицо девушки вытягивается от удивления, он кивнул. — Кто-то имеет доступ к базе данных и использует личностей, которых все не замечают.

— Замечательно.

— Кто-то удалил его данные, а по опросу персонала стало понятно, что все знают разные версии выдуманной истории. Кто-то заранее подослал этого человека в клинику.

— Эта авария была спланирована задолго до произошедшего... — подитожила для себя Трис. — А Вейсман? У неё отличная память и она наверняка должна была его запомнить.

— Он не глупый, сразу же отказался с ней работать и предпочёл другого врача.

— Окей, — девушка взяла телефон, лежавший на столе.

— Будешь звонить ей?

— Уже звоню, — протяжные гудки длились не долго. — Ало, не спишь?

— Знаешь, ты застала тот редкий момент, когда мне удалось выделить время на сон, — недовольно молвила женщина. — Чего нужно,  Блейк?

— Ты знаешь весь свой персонал наизусть?

— Допустим.

— Проверь все письменные и цифровые данные о персонале, выдели тех, кто есть в твоей памяти, но исчез из списков.

— Ты понимаешь как много времени это займёт? Я врач, у меня каждый час новый пациент как не с огнестрельным ранением, так с палкой в заднице.

— Понимаю, поэтому позволяю разделить эту не лёгкую работу с кем-то кому ты всецело доверяешь. Двое, не более. Кто-то из твоих людей, возможно, способствует чистке данных, так что будь аккуратна.

— Хорошо, как срочно это нужно?

— Если не хочешь, что бы тебе в шею воткнули скальпель, то как можно скорее.

— Я тебя поняла. Это всё?

— Пока что да. Я выделю на твою охрану пару крепких доверенных ребят.

— Таких же профессионалов, которые тебя защищали в больнице? Ну уж нет, я сама кому хочешь в глотку скальпель воткну.

— Будешь умничать и я начну расспрашивать о Итане, которого ты случайно опустила, когда рассказывала о прошедших трёх неделях, когда я была без сознания.

— Не моя идея, а Теренса, так что удачи, — на этом моменте звонок оборвался.

— Что сказала? — поинтересовался Дешам.

— Что ты предатель, — недовольно молвила девушка. — Напомни, Хорхе упоминал об Итане в нашем разговоре?

— Нет.

— Тогда с ним точно нужно поговорить.

— Как будем действовать?

— Сейчас я ещё раз просмотрю детали дела, затем наведаемся к Хорхе. Следующим посетим Лойда и его нового руководителя, которому осталось не долго.

— День обещает быть насыщенным, — усмехнулся Теренс, осушив кружку с алкогольным напитком.

— Это не значит, что тебе позволено бухим быть на работе, — возмутилась девушка.

— Для профилактики.

*** *** ***

Штат Вашингтон; Сиэтл. 23.06.2023

После выписки, Хорхе всё время был дома и по приказу Альберта находился под пристальным наблюдением нескольких доверенных личностей, что ограничивали парня в передвижении и не позволяли совершать звонки. Рутиной стали скитания от угла к углу без возможности выйти на улицу хотя бы ради беглой пятиминутной прогулки на свежем воздухе. Он отчётливо понимал своё положение, знал, что его подозревают, поэтому не сопротивлялся и шёл на уступки, дожидаясь времени, когда Беатрис снова решиться на личный разговор в камере для допроса, но уже в более грубой форме.

Шагая вдоль длинного бетонного коридора Беатрис заранее обдумывала наводящие вопросы, что, возможно, помогут ей разобраться в деле и сложить пазл воедино, увидеть картину полностью.

Комната для допросов была не самой приятной: бетонные стены и пол, один стол посередине, два стула, тусклая настольная лампа. Хоть помещение и казалось довольно просторным, но находясь здесь складывалось ощущение, что стены буквально сдавливают тебя со всех сторон, отнимая возможность вздохнуть полной грудью.

— Добрый день, Госпожа Блейк, — Хорхе тут же поднялся с места, поприветствовав вошедшую девушку поклоном головы.

Позади парня стояли двое, те кто сопровождал подозреваемого всё это время.

— Садись, — сухо произнесла Трис и, не теряя драгоценного времени, села на свободный стул напротив собеседника. Бумаги, до этого покоившиеся у неё в руках, опустились на стол, привлекая внимание парня. — Говорить будем откровенно или снова сыграем в игру "Угадай где не соврал"?

— Госпожа, забавно ведь, что в игре ведут двое, — горько улыбнулся Хорхе, поднимая взгляд на девушку. — Хотите поговорить на чистоту? Хорошо, я согласен, но при условии, если вы ответите на мой вопрос.

"Что же ты задумал и что уже знаешь?"

— Правила здесь устанавливаю я, а заговоришь ты или нет - вопрос времени и пыток, которые я прикажу применить, если того потребует ситуация, — строго молвила Трис, нахмурившись. — Мы работает с тобой не один год и ты знаешь, что я далеко не ангел, не побрезгую замарать руки кровью.

— А вы уверены, что пытки сработают? У меня низкий болевой порог, рискуете перестараться и я умру раньше, чем вы развяжете мне язык.

— Хорошо, — спустя несколько минут молчания, Трис всё же согласилась на условия. Услышав что-то подобное, Теренс хотел возразить, но умолк, увидев один чёткий жест со стороны Беатрис. — Какой у тебя вопрос?

— Кто ваша биологическая мать?

"Плохо дело..."

*** *** ***