Глава 2.3

ХИЩНИК

Мы оказались в ловушке, и время летело быстро. Уходить нельзя было, но я уже знал, что выбора нет. Охранники стояли, словно статуи на входе, готовые застрелить нас на месте.

- Быстро, мы уходим! — прокричал я и, несмотря на панику, бросился вперед, схватив Кита за плечо.

Силуэт одного из охранников четко проступал на фоне яркого света фонаря. Я вскинул пистолет и выстрелил, не задумываясь. Пуля попала в грудь одному из них, и он упал, а шум его падения резко разорвал бесшумную тяжесть.- Беги! — закричал я Киту, который замер в ужасе, и, словно его ударило током, побежал в указанную мною сторону, и я за ним, оставляя за собой шлейф паники и духоты.

Стремительно лавируя между улицами, вскоре мы оказались на перекрестке. Уши мои звенели от криков и выстрелов, но в голове четко звучала одна мысль: выполнить заказ. Я знал, что только исполнение этого дела может дать мне свободу, придавая право продолжать жизнь. Чётко осознавая: Даниэль противостоит моему будущему.- Куда теперь? — спросил Кит, всё ещё задыхаясь от погони.- Стой! Давай к скату, оттуда лучше видно, - резко проговорил я, наблюдая за окружающей местностью. Призрачные огни города пробивались сквозь тьму, и я сумел заметить несколько забытых зданий, которые подходили для нашей цели.

Мы поднялись на крышу соседнего старого склада. С этого места открывался великолепный вид на двор.Фонарь, одиноко стоящий посреди улицы осветил вход в том самом здании, откуда вышел Даниэль.

- Нам нужно дождаться момента. - ответил я. Пальцы уже нервно сжимали пистолет, подгоняя меня к действиям.

Время шло слишком медленно, когда в глубине двора раздались голоса. Я заметил, как двери открываются, и на выходе появился Даниэль с несколькими охранниками, моя концентрация была сосредоточена лишь на нем. Я знал, что медлить нельзя, на кону стояли секунды, жизнь вторую ошибку не прощает.- Вот он, - прошептал я, поднимая пистолет, тихо вздыхая и задерживая воздух - сейчас. Я прицелился и стал ждать, когда он выйдет из зоны видимости охраны.

Как только Даниэль подошёл к краю, предчувствуя опасность, я выстрелил. Пуля вонзилась точно в его плечо, и он упал, его лицо исказилось, глаза — полыхали яростью, он метался, пытаясь найти источник этой боли, понять, что его убивает, источник его смерти. Охранники сразу же начали метаться, и всё вокруг погрузилось в хаос.- Беги! - крикнул я Киту, спускаясь по крыше. Я не мог позволить ему погибнуть.Как метеор влетел в двор, не давая шансов на осознание происходящего, в крови пульсировал адреналин, нужно было делать все четко и быстро, без лишних мыслей и движений. Охранники бросились в разные стороны, пытаясь понять, откуда прозвучал выстрел, но они не знали, что эта ночь была предопределена. Даниэль уже находился на земле, его лицо искажалось от ненависти и боли, и он вскрикивал, пытаясь сделать шаги к своим охранникам, держась за плечо, в то время как его руки окрашивались в красный.

- Ты не сможешь этого сделать! - завопил он в пустоту, поднимаясь на колени, но я уже был рядом.- Да неужели? - иронично усмехнулся, с холодной издевкой в голосе, и в этот момент повернул пистолет, словно оружие — продолжение моей воли. Не задумываясь, нажал на курок.

В тот момент, когда пуля встретилась с его грудной клеткой, тишина обняла пространство. Я знал, что она пронзила его, и он, с пустым взглядом, застрявший в ужасе и хаосе, упал на землю. Это было завершение. Заказ был выполнен. Даниэль Костюк на этот раз перестал дышать.

Я стоял там, с сжатым кулаком, чувствуя, как адреналин пульсирует в моих венах. Всё вокруг вдруг стало тихим. Цвета перемешивались, окрасились в красный и мир словно замер. Я пытался осознать: закончил ли я свою игру или только начал.- Мы сделали это! — наконец воскликнул Кит, который появился рядом со мной. Он был в шоке, я видел, как пальцы дрожат, но во взгляде читалась радость от того, что все закончилось.- Пошли, — сказал я, обрывая момент, слыша как амбалы кричат что-то непонятное, возвращаясь обратно. - Нам нужно уходить, пока не пришло подкрепление, охранники ищут нас.

Мы скользнули обратно в темные переулки, оставляя за собой кровавый след, который никто не заметил. Тени сливались с мраком, и каждый наш шаг — как тихий удар по бездушной маске города. Я остановился, помедлив, и повернул голову в сторону склада — огромного, заброшенного, но охраняемого как сокровище. Там, на асфальте, лежал его тело — безжизненно раскинутый, словно кукла, лишенная всякой надежды. За каждую смерть я заплачу свою цену — кровью, которая будет литься до последней капли.

ИНФОРМАТОРВ это же время

Эвелин всегда знала, что работа фотографом это не просто искусство, а игра с тьмой. Быть частью этого теневого мира, где деньги и информация как оружие, означало, что иногда приходится ступать на скользкую границу, где каждая ошибка может стоить жизни. Каждый заказ — как загадка, требующая не только профессионализма, но и холодной жесткости, чтобы не попасть в ловушку. Но именно этот заказ заставил её сердце забиться быстрее.

Она получила сообщение: «За компромат на Даниэля Костюка. Следи за ним, найди мне улики, Эвелин. И я озолочу тебя». В этом мире, где имя Даниэля было известно в самых тёмных кругах города, в криминальных делах, что превращали его в фигуру, которую боялись даже самые безжалостные. Его связи — как паутина, сплетённая из крови, предательства и грязи. Он был опасен, как яд, и в то же время — уязвим, потому что у него были враги, готовые разорвать его на куски, если только появится шанс.

Эвелин долго не раздумывала, молча приняла заказ, словно это был последний шанс на выживание. Забрав своё оборудование — камеры, объективы, миниатюрные микрофоны, в голове мелькали мысли о том, что именно там, на заброшенном складе на окраине города, скрыты ответы, которые могут изменить всё. Это место давно не использовалось, его стены — как мрачные свидетели прошлого, пропитанные забвением. Именно здесь она надеялась заснять важные детали, которые могли бы стать ключом к разгадке. Во время своих прошлых заданий девушка мельком слышала, как прохожие шепчутся об этом складе, мол, там всегда что-то происходит.

Когда Эвелин добралась до места, её сердце колотилось в унисон с шагами. Медленно она подняла камеру и аккуратно направила объектив в одну из щелей в дверях склада. Внутри царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим шорохом ветра, просачивающегося сквозь трещины, было тяжелое ощущения, что тут кто-то был и что-то тут случилось страшное, ужасающее. Стальной свет, исходящий из ламп, создавал жесткие тени, которые играли на стенах, словно призраки прошлого, и усиливали ощущение, что она попала в место, где время остановилось. И тут она увидела на полу его.

Даниэль лежал, не двигаясь, лицо бледное и изможденное, на глазах застывший ужас, по телу запекшаяся кровь. Эвелин встала в ступор, руки задрожали. Снимок. Тяжело дыша от ужаса, мысли стали путаться в голове. Его убили? Недавно? Почему меня сюда отправили? Где охранники? Миллион вопросов и ни одного ответа, буря эмоций, которые никак не хотели стихать. Снимок. Её разум метался - Камера! Снимай! Это нужно запечатлеть.

Единственное, что Эвелин точно знала - Она больше не была просто фотографом, она теперь была частью этой истории, частью её разгадки, или частью ее краха. Снимок.

- Черт, черт, черт! Твою мать! - говоря как можно тише, глаза стали метаться по земле, - что делать-то? Бежать, ждать, будет что-то еще? Сукин ты сын, Эванс, я знаю, ты мне это подкинул. - тихо прошептала, шумно вздыхая. Эванс давний знакомый, изредка подкидывающий интересные заказы. Когда Эвелин медленно отступала, сердце её билось в такт с каждым быстрым, нервным движением. В руке — оборудование, которое она собирала в спешке, словно бегущая от призрака, пытаясь оставить за спиной всё, что связывает её с этим кровавым кошмаром. В темных переулках, где тени сливались с мраком, она чувствовала, как холод проникает в кости, а воздух — насыщен запахом разлагающейся тьмы и крови. Каждый шаг — как прыжок через пропасть, и внутри бушевали эмоции: страх, ярость, усталость, — всё сливалось в один безумный поток. Она хотела как можно быстрее сбежать с этого проклятого места. Единственное, что сейчас хотелось - отдать снимки, забрать черную дозу фотографа и прилечь на дно, в последние дни слишком много потрясений, она даже не успела еще отдать отчет Андерсону.

Когда Эвелин мчалась сквозь узкие лабиринты темных переулков, сердце её билось как бешеное, а дыхание срывалось в тревожный ритм. В какой-то момент, остановившись на мгновение, чтобы убедиться, что никто не преследует, она повернулась, чтобы взглянуть назад. В этот миг, Эвелин впечаталась в спину, высокая, холодная тень, словно стальной клинок, прорезала её кожу, чуть не сбив с ног. Легкое ойкание вырвалось из горла, когда она, едва удержавшись, потянулась рукой к лбу, пытаясь сбросить наваждение.

Это случилось так резко, что мозг едва успел среагировать. Внутри всё сжалось, словно в тисках, и она почувствовала, как её уносит назад, словно невидимая сила. Взгляд её метнулся, чтобы понять кто это, что так легко разорвал её защиту, и вдруг, в темноте, она столкнулась с его взглядом.

Глаза как два холодных угля, горящие в мраке, полные зловещей угрозы и бездушия. И в этот момент, в сердце её зазвучала тревога — она знала, что столкнулась с чем-то гораздо более опасным, чем могла себе представить.