Глава 51

Женщина виртуозно выводила линии золотой краской. С каждым новым штрихом рисунок на Лоиной коже становился всё больше похожим на мотылька, расправившего свои крылья. Он будто вот-вот собирался взлететь. На тельце мотылька женщина вывела маленькое солнце.

Положив голову на спинку кресла, Лоя прикрыла глаза, но старалась не заснуть, чтобы не увидеть очередной кошмар. Тонкая кисточка приятно щекотала ей кожу под левой ключицей. Иногда Лоя мельком поглядывала на работу артифекс[37]. Создание рисунка размером с мизинец занимало у нее уже более двух часов. Жаловаться Лоя не собиралась, потому что сама понимала сложность работы. Один неверный штрих, одно случайное подергивание пальца - и рисунок будет испорчен.

Для таких рисунков на теле использовалась специальная краска, которую не могло смыть ничто, кроме растворителя, сделаного из того же растения. Аккуратно стереть одну маленькую деталь не вышло бы, поэтому вся работа могла пойти насмарку. Даже пальцы артифекс были испачканы в краске, которая так и не вывелась из кожи. За годы рисования и приготовления краски женщина даже пахла ею.

Краски делали из сока цветов "этернитас"[38]. Ещё до начала Эры богов ими разукрашивали дома, посуду и мебель. По легенде у каждого из богов были рисунки на теле. Бог Род использовал сок этернитаса, чтобы приготовить краски разных цветов. Он сделал рисунок для каждого брата, чтобы они всегда помнили о своей семье.

В легенде было упоминание о том, что перед предательством бог Кадатон стер свой рисунок, отделившись таким образом от братьев. Иронично, но как растворитель он использовал тот же цветок.

С тех пор прошло много времени, но правители, которых святые братья одарили силой, продолжили украшать тело такими рисунками, подтверждая связь с богами. Избавление от рисунка считалось кощунством и присоединением к Кадатону. Это было ещё одной причиной того, почему артифекс не имели права совершить ошибку во время работы. Их обучали много лет, а для служения правителям выбирали лучших.

- Какой рисунок был у моего отца? - спросила Лоя, когда артифекс набирала краску на кисточку.

- Корона, Ваше Величество.

Лоя улыбнулась. Раньше она тоже хотела нарисовать под ключицей корону или солнце, потому что другие идеи в голову не приходили. Но после своего первого заседания совета вспомнила о мотыльках. Министры, послы и писари слушали её только из-за короны и одобрения богов. На коронации Лоя убедилась в том, что люди не пойдут за человеком - только за правителем. Если она потеряет корону, мотыльки улетят прочь.

Досадная правда заставила Лою сосредоточится не на министрах, а на народе. Люди должны были служить не короне, а ей самой. Если она когда-нибудь потеряет пламя, то мотыльки останутся рядом. Лоя позаботиться об этом.

- Для королевы Найи я нарисовала солнечные линии.

- Да. Красивая работа, - Лоя вспомнила золотые цветы, обвивавшие руку её матери. Краска действительно не стерлась от дождевой воды, прикосновений... И от крови тоже.

Стук в двери.

- Войдите! - крикнула Лоя.

Стражник переступил через порог кабинета и сразу же отвернулся. Верхние пуговицы Лоиной рубашки были расстегнуты, оголяя небольшой участок кожи под ключицей. Даже это смутило молодого парня.

- Извините, Ваше Величество. Пришел министр Гронн. Я скажу, чтобы он зашел позже... - парень покраснел ещё больше, продолжая смотреть в стену.

- Пусть войдет, - спокойно ответила Лоя.

- Ваше Величество, но я ещё не закончила, - артифекс поерзала на стуле. - Краска не высохла, поэтому рисунок нельзя трогать.

- Ничего страшного. Продолжайте, - Лоя кивнула женщине.

Дверь закрылась.

- Ваше Величество, - Артур слегка поклонился, не отводя взгляд от рисунка.

- Не нравится? - спросила Лоя, подняв одну бровь.

- Мотылек? - Артур встал позади артифекс, выводившей крыло мотылька. Его серые глаза задержались на изображении солнца. - Довольно символично.

- Значит, нравится, - довольно заключила Лоя.

- Причем тут я? - Артур оперся спиной на камин перед креслом. - Главное, чтобы нравилось тебе.

Артифекс подняла удивленный взгляд на министра, но затем сразу же вернулась к работе. Тебе. Слишком фамильярно для обращения к королеве.

- Королевы не могут спрашивать мнения других?

- Точно не о рисунках на теле, - Артур скрестил руки на груди. - О таком я ещё не слышал.

Лоя наигранно вздохнула, но сразу же улыбнулась. Теперь Артур мог быть рядом с ней всё время. Они могли встречаться хоть каждый день. Спокойствие Артура успокаивало и мысли Лои. Став королевой, она была вынуждена следить за всем, что происходило и в Солисе, и за его пределами.

- Как же с тобой сложно.

- Ты разве не встречалась с Норсом? - Артур пожал плечами, посмотрев на панорамное окно с разбитым стеклом. Огромную дыру пока не заделали. - С ним сложнее.

- С ним весело.

- Не замечал, - спокойно ответил Артур.

Лоя засмеялась.

- Ты общаешься с ним три года.

- Четыре, - исправил Артур, наблюдая за работой артифекс. - Не смеялся ни с одной его шутки.

- С моих ты тоже не смеялся. Фырканье не считается.

Артур фыркнул. Уголки его губ дрогнули. На лице Артура Лоя видела только такое подобие улыбки, но радовалась даже ему.

- У тебя проблемы с юмором, - сказала она.

- Понимать шутки - одна из обязанностей министра экономики?

- Самая важная из них.

- Тогда я не задержусь на этой должности надолго.

- Задержишься, - Лоя закрыла глаза. - Пока я жива, ты задержишься.

Артифекс в последний раз посмотрела на свою работу. Мотылек был прорисован до мельчайших деталей. Золотые линии блестели на солнечном свете, пробивающемся через дыру в окне.

- Нужно несколько минут, чтобы рисунок высох, - женщина начала собирать свои краски и кисточки в деревянный чемоданчик, похожий на тот, который носили с собой лекари, но, как и пальцы артифекс, испачканный в краске. - Посидите так немного.

- Спасибо, - Лоя улыбнулась женщине.

Артифекс подняла голову.

- Вы не хотели бы... - женщина вдруг указала на Лоины каштановые волосы. - Не хотите их покрасить? У меня осталась краска. Цвет будет таким же золотистым, как у Вашего отца.

- Краска не смоется? - Лоя нахмурилась.

- Нет, нет, не волнуйтесь. Краска этернитаса держится не только на коже... Я просто подумала, что Вы хотели бы принять образ богов. Всё-таки они Вас благословили.

Лоя закрутила на пальце прядку волос. Она всю жизнь была с ними, всю жизнь завидовала тем, кто был внешне похож на богов. Сейчас у нее появился шанс хоть немного стать похожей на отца. Она могла почувствовать себя благословленной, особенной... божественной.

На ее немой вопрос Артур лишь пожал плечами. Он не решал за нее. Как всегда.

- Я... - Лоя перевела взгляд на опал, который оставила на столе. - Я, пожалуй, откажусь. Спасибо.

Собрав вещи, слегка недовольная артифекс с поклоном вышла из кабинета. Артур продолжал смотреть на рисунок. Мотылек казался ему идеальным. Не из-за мастерства артифекс или качества краски, а из-за того, что он был изображен на Лое - прямо над её сердцем.

- Почему не захотела? - спросил Артур. Он помнил, как в детстве Лоя жаловалась ему на цвет своих волос: почему они не такие же, как у короля?

- Думаю, если бы мне нужны были светлые волосы, я родилась бы с ними. Оставлю всё, как есть. Посмотрим, что случиться, - Лоя усмехнулась.

- Дать зеркало? - спросил Артур, подходя к столу.

- Здесь его нету. Отец не любил смотреть в зеркала, - Лоя покачала головой и почти инстинктивно взглянула на портрет.

- Ты поменяла картину, - Артур взял со стола кулон с опалом.

- Ты заметил, - Лоя кивнул. Портрет над камином был другим. Лоя нашла его спрятанным под тканью в покоях отца. На полотне изображалась её семья - та семья, которая у нее когда-то была. Счастливая семья. Её мама обнимала отца. Лоя сидела на стульчике впереди родителей. Тогда она была ещё маленькой: с челкой, в золотом платье, с улыбкой до ушей. Тогда она не знала, что её ждет.

- Астала арестовали. Как ты и просила, генерал вместе со своими людьми лично сопроводил его до рудника. Его имущество конфискуют и отдадут в казну. Катара убрали из совета, - Артур подал Лое кулон. - Ты настолько волнуешься об Астале, что предпочла посвятить свое первое заседание обсуждению его ареста?

- От таких людей, как он, желательно избавляться побыстрее, - Лоя сжала опал в ладони. - У него много золота, много владений и много людей, которые поддержат его из-за наличия первых двух вещей. Как только он останется без денег, то сразу же лишится влияния... Что насчет Алано?

- Он будет следить за женой и детьми Астала. Если у Рагона есть тайники, то мы о них узнаем.

- Прекрасно, - Лоя тронула кончик крыла мотылька и проверила пальцы: на них не осталось краски. Рисунок высох довольно быстро. - Пусть Астал наконец узнает, что такое рабство. Если его семья захочет подкупить стражей в руднике и вызволить Астала, то у них это не получится. Денег будет хватать только на базовые нужды.

- Он не выдержит работу на рудниках.

- Я на это и надеялась, - Лоя встала с кресла. - Мы поступили с ним по закону. Он получил наказание соразмерное своим деяниям. Пусть его убьет работа, а не мои руки... Я устала убивать.

- Если нужно, я могу его убить, - спокойно произнес Артур.

- Не говори так, - Лоя посмотрела в серые глаза друга - спокойные и безмятежные. Он так легко говорил об убийстве. Лою это не пугало: она боялась лишь того, что однажды Артур почувствует боль смерти и увидит кровь на своих руках также ярко, как она видела каждый день на своих. Она взялась за плечо Артура. - Ты никогда не будешь убивать для меня. Ты не наемник, не убийца и не мой слуга.

- Ты не хочешь, чтобы я тебе служил?

- Я не хочу, чтобы ты мне служил, - Лоя застегнула верхние пуговицы рубашки. - Я хочу, чтобы ты был рядом.

- Это разные вещи? - на лице Артура появилось замешательство.

- Да. Ты не мой слуга. Если будешь недоволен, выскажешь всё мне в лицо. Если у меня появятся враги, ты не должен будешь убивать их, - Лоя подала Артуру кулон и повернулась к нему спиной. - Если захочешь, сможешь уйти в любой момент.

Губы Артура дрогнули в легкой ухмылке. Он закинул Лоины волосы ей за плечо и перекинул кулон через шею, защелкнул цепочку на затылке.

- Ничего не скажешь? - удивленно спросила Лоя.

- Это тот момент, когда я должен сказать, что люблю тебя?

- Возможно. Но не говори этого, - Лоя повернулась к другу лицом. - Скажешь, когда эти слова станут чувствами. Без чувств они не имеют никакого смысла.

- Ожидание моих чувств тебя убьет.

- Посмотрим, - Лоя разлила вино из кувшина в два бокала. - С силой богов я буду жить очень долго. Один из правителей Монса прожил двести двадцать три года. Он был долгожителем. Правители по всему континенту живут в среднем сто десять лет. Большая часть из них умерли не от старости, а от болезней и оружия... Отцу было девяносто семь, - Лоя посмотрела на пол. Кровь с него давно стерли, но Лоя продолжала видеть её вместе с телом Мэя, которого она убила своими руками. - Мне всего двадцать.

Артур взял предложенный ему бокал.

- Что мы будем обсуждать на завтрашнем заседании?

- Войну, - Лоя понюхала вино и выпила до дна. Артур сделал несколько глотков. - Танай уже должен быть в Игнисе. После заседания совета я отправлюсь за ним. Он пообещал, что подготовит почву, а я уже уговорю короля Лихариса дать мне часть игниского войска. Если повезет, то с армией поедет и Актар Лихарис. Для победы нам нужна его сила. А он будет не прочь покрасоваться.

Артур внимательно смотрел на Лою. Он опустил взгляд на её перевязанную ладонь.

- Что с твоей силой?

- Ничего, - Лоя присела на край стола. - Я её не чувствую. Снова.

- Это плохо?

- Больше да, чем нет, - она вздохнула. - Поэтому мне нужно выиграть войну и завоевать доверие людей. Может, боги передумали и забрали у меня свой дар обратно. Если так, то меня ждет свержение.

- Не ждет, - уверенно произнес Артур, смотря себе под ноги. - Потому что никто не узнает об этом.

Лоя не могла передать свою благодарность словами. Она потеряла почти всех своих родных, но ей было достаточно одного. Артур заменил всех. Он дал ей надежду и отогнал отчаяние со страхом.

В мире корон и тронов никто не выживет в одиночестве. Лоя была не одна.

Она улыбнулась, тронув прохладную руку Артура.

***

Сидя на берегу озера, Лоя крутила в руках кулон матери. Земля впитала кровь, а дождь смыл её остатки. Озеро выглядело таким же безмятежным, как и раньше. В темноте вода отражала только полумесяц и звезды, висящие в небе.

Лоя долго смотрела на то место, где нашла маму, потом на траву, в которой лежал её отец. У нее накопилось достаточно причин, чтобы больше не посещать это озеро. Но что-то заставило вернуться снова. Возможно, тоска, а может, подозрения.

- Как вентусцы прошли через лес и остались незамечены патрулями? - спросила она у тишины.

Поднялся теплый ветерок. Тишина прошептала ей свои догадки, но Лоя отбросила их. Темнота говорила ей глупости. Ночь всегда была неправа. 

Сноски:

[37]Артифекс - художница, мастер по созданию рисунков на теле правителей. Артифекс используют сок цветка этернитаса для создания несмываемой краски. Правители светлых королевств обычно имеют на теле рисунки из золотой краски, а темные - из черной.

[38]Этернитас - цветок, который растет на Острове Богов. Бог Род использовал сок этернитаса для создания краски, а затем сделал каждому из братьев по рисунку на теле. По легенде Кадатон был единственным, кто стер рисунок.