Глава 36.А ты помнишь?

Никсон.

Крыло больницы, в которой я находился уже больше пяти часов напоминало морг. Часто поглядывая то на дверь операционной, то на часы. Секунды и минуты длились вечно. Все эти пять часов Хейсли лежит на операционном столе без сознания. Многочисленные переломы которые она получила при падении с лестницы. Она едва выжила.

Я провожу свободной рукой по лицу, преодолевая все нахлынувшие эмоции. Перед глазами постоянно мелькает момент её падения, и мне даже не хочется думать какую боль она при этом испытала. У меня впервые появился страх потерять её. С самого детства она мой лучик света в моей непроглядной тьме. И сама мысль о том, что этот лучик угаснет, разрушает меня изнутри.

Мне нужно чтобы она очнулась и взяла меня за руку, чтобы я увидел, как в её глазах полыхает жизнь. Мне было это необходимо.

Когда я стоял также у палаты Клэр, то не испытывал таких эмоций. Я люблю справедливость, и было справедливо наказать тех, кто с ней сделал такое. А сейчас я испытываю такое чувство, будто стою на краю обрыва, который вдруг начинает обрушаться. Внизу нет ничего кроме бездны. 

Это отчасти мою вина, поскольку это я её отпустил тогда. Хейсли попала в эти неприятности из—за меня. Но когда я увидела сообщение от отца, что Хейсли всё известно о смерти моей матери, во мне будто проснулся зверь, которого я не спускал с цепи уже несколько лет.

Она всё знала и ничего мне не сказала. Как можно доверять после этого человеку? Она прекрасно знала, что я множество раз пытался найти убийцу моей матери, потому что отказывался верить, что она сделала это сама.

Сколько времени Хейсли скрывала от меня правду? Потом через несколько дней пришло ещё одно сообщение от моего отца, в этом сообщении он рассказал всю правду. Он знал, что я не смогу простить её предательство. Он хотел, чтобы я причинил ей боль, именно этого мой отец добивался.

Погрузившись в свои мысли я не сразу услышал, что в конце коридора слишком громко хлопнула дверь, нарушая тишину и покой. Подруга Хейсли Эмили, которая сидела уже несколько часов с заплаканным лицом повернула голову в сторону двери. Я последовал её примеру.

Парень с обезумевшим взглядом направлялся в нашу сторону. Не обратив на меня внимание, он подошёл сразу к девушке.

— Как она?— в его голосе чётко слышалось волнение.

— Плохо — коротко ответила девушка, вновь погрузившись в раздумья. Из—за волнения и нагнетающих мыслей она едва могла дышать. Внезапно парень перевёл взгляд на меня и в его глазах я увидел лютую ненависть. Я не успел среагировать, как он уже припечатал меня к стене.

— Это из— за тебя — гневно произнёс он — Хейсли всегда рассказывала мне о тебе, и сколько раз ты её обижал и причинял боль. Это из — за тебя она может сейчас не очнуться.

Эмили в мгновенье подлетела к парню, и толкнула его в сторону.

— Алекс он не виноват — тихо проговорила она — Хейсли потеряла равновесие, потому что была слишком слаба. Мне не нужно было уходить от неё. Хотя я не уверена, что смогла бы поймать её, это произошло очень быстро, буквально за секунду.

Он немного успокоился, хотя продолжал смотреть на меня с ненавистью. Мне было всё равно. Главное чтобы с Хейсли было всё хорошо, и чтобы она смогла перенести тяжёлую операцию.

Остальное уже неважно.

****

Спустя пару часов я смог изучить почти всю больницу. Вокруг белые стены сияли чистотой. Ждать было невыносимо. Ждать пока всего в нескольких метрах от тебя ускользает жизнь человека как песок сквозь пальцы. Я бесцельно ходил по коридорам разных этажей, ловя кокетливые взгляды медсестёр. Не обращая на них внимания, снова поднялся по лифту на последний этаж, увидев облегчённый взгляд Эмили, у меня в груди сердце забилось чаще.

— Её перевезли в палату — выдохнула она — Она очнётся, но кости во многих местах сильно пострадали. Произойдёт чудо, если она сможет ходить.

Хейсли сильная. Она со всем справиться.

Я дожидаюсь,когда девушка скроется за углом вместе с врачом и незаметно проскальзываю в еёпалату. Первое я увидел, что на её лице надета кислородная маска, которая позволяет ей дышать. Её веки плотно закрыты, и остаются неподвижными. В комнате тишина, только слышны звуки приборов, показывающие её пульс. Я сажусь в небольшое кресло и беру Хейсли за руку, старясь не задеть датчик на пальце. Рассматриваю её лицо, и шею, на которой синяки.

— Помнишь наше знакомство? — тихо произнёс я, внимательно наблюдая за ней — Этот день я запомню надолго. В этот день у меня всё валилось из рук, я уже собирался уходить из дома, но услышал, как парадная дверь захлопнулась. Я увидел сначала женщину, а потом тебя. Ты была похожа на ангела, так всё детально рассматривала в доме и даже на секунду, я увидел в твоих глазах испуг. Мы были глупыми детьми, но ты заставила меня поверить, что в жизни бывает не всё так плохо. Ты говорила, что если сегодняшний день плохой, нужно сделать так чтобы завтра он стал лучше. Ты сама тогда даже, не осознавая, делала меня лучше. И я не позволю тебе так просто сдаться.

Хейсли не шевелилась. Желание, чтобы она открыла глаза разрасталось внутри. Она появилась в моей жизни, когда мне было безумно плохо, от потери родного человека. Но Хейсли заставила меня смеяться, была рядом, когда это было необходимо. Но она так стремительно уехала от меня, что пустота в душе снова заполняла каждую клеточку моего тела.

Я делаю глубокий вдох и подношу её тёплую руку к своим губам.

— Ты обязательно поправишься детка — тихо говорю я, затем поднимаюсь и подхожу к двери, последний раз взглянув на неё. Возможно, Хейсли не услышала всё то, что я только что сказал. Но она и сама это знает. Глубоко в душе она всё это знает.

Я точно знаю, что Хейсли поправиться. Даже если она откроет глаза и скажет, что не хочет меня больше видеть в своей жизни. Я смирюсь с этим, несмотря на ту боль какую она причинит. Ведь я причинил боли ей гораздо больше. Я буквально сломил её. Я сам потушил тот свет, который наполнял мою жизнь несколько лет.

В этой жизни всегда приходится отвечать за свои поступки.