Глава 24. Расправь свои крылья

Вы когда — нибудь задумывались, насколько часто испытываете счастье? С вами когда —нибудь случалось такое, когда вы не можете уснуть, постоянно думая об одном человеке, от которого у вас мурашки по коже? На самом деле это чувство не передаваемо, в этот момент ты думаешь, что у тебя в руках вся вселенная, и не хочется, чтобы это прекращалось. И я точно не хочу, чтобы это прекращалось, но больше чем уверенна Никсон всё равно причинит мне боль если не завтра, то через год или через два. Хотелось забыть весь этот ужас, который произошёл в Сиэтле, но все моменты навсегда отпечатались в моей памяти.

Отец не знал, что каждую ночь я выхожу через запасной выход и почти всю ночь провожу с Никсоном. Он бы мне запретил, потому что знает, сколько раз Никсон разбивал мне сердце.

Тихо стараясь, не шуметь я подхожу к запасной двери, и она со скрипом открывается. Я оказываюсь на заднем дворе, затем иду к дороге совсем в темноте. Никсон останавливает машину всегда в одном и том же месте и мне не составит труда его найти. Когда в моём поле зрения появляется машина, я улыбаюсь.

— Я думал, что ты передумала — говорит Никсон, когда я подхожу ближе. — У меня для тебя сюрприз.

— Не люблю сюрпризы — произношу я, скрестив руки на груди. Он подходит ближе ко мне, наклоняется и целует меня. Наслаждаясь моментом, я обвиваю руками его шею и притягиваю ближе.

— Этот тебе должен понравиться — говорит он, легко коснувшись моих губ своими — Садись в машину.

Нехотя отрываюсь от него и сажусь на пассажирское сиденье, Никсон заводит машину, и мы выезжаем на совершенно пустую трассу. Я действительно не любила сюрпризы, однажды я поехала на день рождение к девочке, и очень пожалела об этом. Парни, которые были у неё в доме, увели меня в какой—то сарай и сказали, что меня ждёт сюрприз, пока я не поняла, что к чему. Они разорвали мою одежду и со смехом рассматривали мои шрамы, и даже кто—то фотографировал. Это было настолько унизительно, но к счастью никто ко мне не притронулся, они через несколько минут оставили меня в этом тёмном сарае до тех пор, пока я не нашла выход. Однако сюрпризы бывает чаще хорошими, чем плохими.

Мы выезжаем за пределы Портленда, и, нахмурившись, я смотрю на Никсона, который совершенно спокоен.

— Куда мы едем?

— Не узнаешь, пока мы не приедем — произносит он, и уголки его губ дрогнули в улыбке. Я снова отворачиваюсь к окну, из которого открывается просто потрясающий вид. Но эта неизвестность меня немного пугает, но я доверяю ему. Сначала я вижу огромные горы, а затем прекрасный океан с большими скалами. Я бы многое отдала, чтобы побывать в том месте, и когда мы останавливаемся, я удивлённо смотрю на него.

— Это и есть твой сюрприз?

— Не совсем — он выходит из машины и берёт меня за руку — Пойдём со мной.

Мы спускаемся к склону, горячий песок обжигает мои ноги, а на моём лице, наверное, улыбка до ушей. На берегу, мы подходим к довольно пожилому мужчине. Он улыбается при виде нас и протягивает Никсону ключи.

— Будьте аккуратны — мягко говорит он, потом переводит взгляд на меня — Вам повезло с ним, каждая девушка бы так хотела.

После этих он уходит с пляжа, оставив нас наедине. Я в недоумении смотрю на Никсона, на его губах играет лучезарная улыбка.

— Может, объяснишь?

Он ничего не говорит, берёт меня за руку и ведёт меня к небольшому зданию, когда мы оказываемся внутри, Никсон везде включает свет, и мы заходим в небольшую раздевалку. Он протягивает мне тёмный гидрокостюм.

— Мы будем плавать под водой? — спрашиваю я, и моё сердце в этот момент замирает.

— А ты хочешь как — то по—другому? — смеётся Никсон, в этот момент я забираю у него из рук гидрокостюм. — Я знаю, что ты хотела в детстве, знаю насколько, ты любишь океан.

— Спасибо — шепчу я, Никсон кивнул и вышел из раздевалки, давая мне возможность переодеться. Быстро переодевшись в гидрокостюм, я посмотрела на себя в зеркало. От опухших глаз не осталось и следа. На моём лице наконец—то сияет улыбка. А это бывает на самом деле редко. Выхожу из раздевалки и вижу Никсона уже одетым. Его гидрокостюм обтягивает все мышцы, и внутри у меня завязывается всё в тугой узел.

— На самом деле мне очень страшно — признаюсь я, подходя ближе к Никсону

— Не бойся

— Ты же тоже этого никогда не делал? — спрашиваю, Никсон качает головой

— Всё бывает когда—то в первый раз — произносит он и выключает свет в здании, затем мы выходим, мне уже не терпится погрузиться в воду и чувствовать, как она обволакивает каждую клеточку моего тела.

— Он был прав — тихо говорю я, дотрагиваясь рукой до холодной воды

— Кто?

— Мужчина, который сказал, что мне повезло с тобой, ведь это так и есть. Сколько бы раз мы не причиняли друг другу боль, я не хочу, чтобы это прекращалось.

Его сильные руки обвивают мою талию, и он притягивает меня к себе.

— Это не прекратиться — шепчет он рядом с моим ухом, и я блаженно прикрываю глаза. Через несколько секунд отстраняется от меня — А теперь давай сделаем это вместе.

— Давай — он переплетает наши пальцы, и мы пристально смотрим друг другу в глаза. Ведь так и поступают люди, которые испытывают симпатию к друг другу или даже любовь. Они всё всегда делают вместе.

*****

Я не разу не испытала страха, когда руками касалась кораллов или видела совсем близко медузу, потому что Никсон был рядом. Совсем близко, настолько близко что я могла дотянуться рукой до него в любой момент. Наверное, я смогла бы здесь остаться, навсегда, если бы кислорода было намного больше. Мне безумно захотелось дотронуться до медузы, которая плавала почти рядом со мной, но я подавила это желание. Когда пришло время вылезать, Никсон указал на скалистое дно, где мы бы смогли выйти. Меня немного пошатывало от усталости.

— Это было прекрасно — шепчу я, обнимая его за шею. — Но почему ты решил мне сделать сюрприз?

— Из — за меня страдают люди, Хейсли — тихо говорит он и прижимает меня к себе — Когда ты только приехала, мне хотелось как можно дальше быть от тебя, потому что знал что могу тебя обидеть снова причинить боль. Так и случилось, теперь хочу загладить свою вину.

— Люди бывают настолько хрупки, что с одного слова могут сломаться, и с этим ничего не поделаешь.

Когда Никсон вновь смотрит на меня, я тянусь к нему и целую, и его руки ложатся на мою шею. Здесь только мы, люди со своими проблемами, со своими страхами и слабостями. Мир растворяется в его поцелуях.

— Однажды я не смогу остановиться — шепчет он, прерывая поцелуй.

— Может и не надо останавливаться? — спрашиваю, в тот момент, когда его губы накрывают мои в требовательном поцелуе.

— Ты можешь потом пожалеть об этом.

— Если ты так думаешь, то тогда плохо меня знаешь.

Он смотрит мне в глаза и в них полыхает огонь, и моё сердце, в этот момент забилось неистово, словно за всю жизнь я не слышала не звука, а потом заиграла музыка.

— Пойдём — Никсон тянет меня за руку, и через пару минут мы снова оказываемся в раздевалке. Я не успеваю ничего сказать, как он прижимает меня к стене и снова целует. Его руки ложатся на мою талию. В этот раз он не остановится, и я это чувствую. Чувствую каждой клеточкой своего тела. Его руки тянут замочек гидрокостюма вниз и всё это время он смотрит мне в глаза. Кажется, я забываю обо всём на свете.

— Ты моя — шепчет он мне на ухо, заставляя меня улыбнуться — И всегда была, с той самой минуты, когда ты зашла в дом и посмотрела на меня невинным детским взглядом.

—А я в тот самый момент поняла, что не хочу тебя не с кем делить.

На лице Никсона появляется слабая улыбка, его руки обхватили мои ягодицы и подняли в воздух.

— Я счастлива с тобой.

— Скажи это снова — хрипло попросил он — Скажи ещё раз Хейсли.

— Я счастлива с тобой.

Я обвила его шею руками, и в этот момент поняла, что совсем забыла как дышать. Моё сердце сжалось, и я погрузилась пальцами в его волосы. Он коснулся губами моей щеки. Огонь, который полыхал у меня в животе, превратился в огромную лаву и медленно растекался по моим венам. И это продолжалось всё снова и снова. Я распадалась на куски, а он собирал меня заново медленными поцелуями. Его руки блуждали по моему телу и оставляли вереницу поцелуев. И тогда всё случилось. Он словно вознёс меня к небесам, чтобы я смогла прикоснуться к парящим облакам. И я никогда не забуду это чувство. Оно глубоко отпечаталось в моём сердце.

****

Мы ехали по ночной трассе в тишине. Мне хотелось остановить время и побыть ещё немного с ним.

— Ты в порядке? — спросил Никсон, остановив машину.

— Лучше не бывает.

— Ты ведь не жалеешь? — хмурясь, спросил он

— Нисколько, если отмотать время назад я бы снова так и поступила.

Вижу, как Никсон расслабляется, и на его губах появляется слабая улыбка. Теперь я точно была уверенна, что влюблена в него, и сколько бы нам не предстояло пройти вместе, мы связаны толстой нитью, которую не разорвать. И будем связаны ей ещё очень долго. Я в это верю и буду верить ещё очень долго.