Часть III. Глава 33. Первые шаги безумца и Гения

«Будь аккуратен, спрашивая другого о прошлом.Даже этим ты можешь изменить будущее»

Ты исчезнешь.Ты оживешь.Исчезнешь...Оживешь...Исчезнешь.Оживешь.Исчезнешь!Нет, оживешь!Будь ты проклята, Уайт!Спасибо, Майси.

- Майси...

- Да-да, я встаю... - пробубнила девушка, натягивая одеяло до подбородка, но яркий свет, что, казалось, ослеплял ее сквозь веки, не давал ей снова погрузиться в сон. Майси открыла глаза и через некоторое время поняла, что в ее комнате никого нет. Она поняла, что ей это приснилось, но после этого она задумалась. В ее голове всплыл немного забавный, как показалось беловолосой, вопрос: то, что она только что сказала, тоже ей приснилось? «Наверное, да».

Девушка медленно села в кровати, так как она чувствовала, как ее спина разодрана, и эта боль, хоть и не сильная, немного сковывала ее движения. Но вскоре она ощутила, что у нее болит всё тело. Глубоко вздохнув, она протерла глаза, прикрыв лицо руками. На ее щеке была большая рана, которая уже покрылась корочкой. Теперь Майси вспомнила, из-за чего у нее такая крепатура.

Она медленно поднялась, борясь с болью, и обернулась, чтобы взглянуть в окно. По ее телу пробежался холодок, а внутри всё сжалось. Казалось, что даже чувство боли в мышцах испарилось, когда Майси выскочила из своей комнаты в белой майке и трусах и понеслась вниз по лестнице на первый этаж. Она пробежала мимо Трендермена, который выглянул из кухни на звук, кой-издавала Уайт, ступая босыми ногами по ступеням. Не обратив никакого внимания на модника, она стремительно направлялась к большой входной двери, пнув которую, босиком выбежала из дома. На ее бледное лицо упали лучи солнца, тут же начав припекать кожу.

- Оживай! - завопила она во весь голос, разведя руки в стороны, словно пытаясь обнять солнечный свет, который проник в этот лес впервые за долгое время.

Майси засмеялась, радуясь этому явлению, словно рождению ребенка. Земля холодила ее стопы, которые девушка уже испачкала еще влажным грунтом.

Лес. Проклятый лес. Мертвый лес. Холодящий душу, ужасающий, голый лес действительно ожил. Серое небо теперь было ярко-голубого цвета, а тепло, что дарило солнце, восходящее из-за еще голых верхушек пробудившихся деревьев, словно намекало, что лето еще не ушло, хоть на календаре уже были зачеркнуты первые деньки сентября. Этот яркий свет слепил Майси, и ее глаза уже начали побаливать, но она не могла нарадоваться такой погоде, будто впервые ее видит. «Неужели с кошмаром покончено?» - мелькнула мысль в ее голове.

Девушка и не заметила, как сзади подошел Оффендермен в своем черном плаще и шляпе с широкими полями. Он положил свою бледную ладонь на округлое плечо беловолосой, отчего та вздрогнула, повернув голову к безликому.

- Ты действительно помогла, - тихо проговорил он, прожигая ее невидимым взглядом. - Я уберу твою рану, - он указал заостренным подбородком на ее щеку.

- Я буду благодарна, - кивнула в ответ Майси и скинула с плеча тяжелую мужскую руку насильника, после чего двинулась обратно в дом. У нее уже болели ноги от такой прохлады, которую хранила земля длительное время.

В дверном проеме между прихожей и кухней по-прежнему стоял Трендермен, но было понятно, что он заходил в кухню, дабы посмотреть через окно, что происходило перед домом, так как он держал светлое кухонное полотенце, которого у него до этого не замечалось. Увидев своего старшего брата возле Майси, он вернулся на кухню. Майси подумала, что это для того, чтобы им не мешать. Или он сам знает, что собирается сделать Оффендер? Они поднялись наверх и зашли в комнату Майси.

- Возможно, будет неприятно, - промолвил Оффендермен, наблюдая за тем, как Майси убирала белоснежные локоны за уши.

- Смотря, что ты будешь делать, - их взгляды пересеклись. - Мне сесть?

- Думаю, что так будет лучше для тебя.

Майси опустилась на край неприбранной кровати, продолжая убирать волосы за уши, пока возле нее не сел насильник, сняв перед этим шляпу и бросив ее на подушку. Двумя пальцами одной руки он обхватил подбородок девушки, а вторую положил на ее затылок, после чего внимательно осмотрел рану на щеке.

- Уйдет больше времени, чем я думал, - тихо произнес он.

Оффендер приоткрыл рот, и Майси краем глаза увидела черноту, выходящую оттуда. Через секунду она почувствовала, как к ее щеке прижалось что-то склизкое и неприятное. Лишь через некоторое время она вспомнила об удивительной способности этого безликого.

- Какая мерзость, - прошептала она, скривившись и, ухватившись за руку насильника, что придерживала ее подбородок.

Оффендер ничего не ответил, и Майси подумала, что ему, может быть, тоже не очень приятно это делать. А может, это в знак благодарности? Но сколько раз он ей помогал, а она ему? Неужели она залезает сейчас в долги?

Сидеть в таком положении долгое время не очень нравилось «целителю» и беловолосой, но что-то заставило их сидеть почти что неподвижно, пока на щеке Майси не остался вытянутый розоватый шрамик. Всё же это лучше, чем огромная рана или такого же размера шрам.

- Спасибо, - тихо сказала Майси, вытирая свою щеку от слюны и радуясь, что у нее еще не сработал рвотный рефлекс.

- Может, у тебя есть еще где-то раны? - поинтересовался Оффендер, поднимаясь с кровати, забрав перед этим свой головной убор.

- Нет, - соврала девушка, не желая оголять спину перед насильником. - Царапины быстро заживают у меня.

Оффендер надел шляпу, но не сводил взгляда с беловолосой девушки в белом наряде для сна. Уайт стало очень неловко, но что-то мешало ей начать рыться в шкафу перед безликим, чтобы найти хоть какие-то штаны или шорты. Вскоре эта неловкость переросла в напряжении, и Майси чувствовала, как начинает злиться на насильника за то, что он так долго на нее смотрит.

- Вместо того, чтобы уйти, - наконец-то нарушил тишину Оффендермен, - ты снова пошла собирать записки. Видимо, твои тараканы слишком больны на свою тараканью голову, если ты решилась на такое.

Майси облегченно вздохнула, поняв, что он так долго пытался подобрать снова, а не задумывал что-то лихое.

- Ты мне говорил, что раньше было иначе. Не знаю, вернула ли я хоть что-то из прошлого...

- Тех, кто умер, не вернуть, но ты помогла самому лесу. Думаю, что Слендер одобрил это, ведь, кажется, он теперь не мучается.

- Он сможет покинуть дом?

- Сомневаюсь...

- То, что его держит здесь, в подвале, так ведь?

- Тебе лучше туда не ходить.

- Можешь повторить, что за второй дверью?

- Что-то на подобии библиотеки. Книги там очень старые, поэтому никто не рискует, кроме Слендера, их брать.

- Можно спросить тебя кое о чём личном?

В комнате вновь повисла тишина, но Майси была к ней готова.

- Люблю ли я кого-то? - девушка была не удивлена, что безликий понял, о чем она его хотела спросить. Оффендер поправил шляпу.

- Да, - кивнула девушка, прожигая собеседника взглядом голубых глаз. - Или ты не к этому стремишься?

- Мне кажется, что никто об этом не знает. И даже я сам.

- Тогда ответь мне на вопрос... - Майси облизнула губы и убрала белоснежные локоны, которые упали на ее щеку со шрамом, за ухо. - Почему именно Ричард Уайт?

- Я слишком знаменитая персона в интернете, - с какой-то гордостью произнес безликий, поправляя воротник плаща. - А в этом городе у меня есть свой дом, работа. Признайся, чувствовать себя обычным человеком намного приятнее, чем монстром с необычными способностями.

- Признаюсь, что быть человеком намного лучше, чем монстром, - улыбнулась девушка, но потом добавила уже без улыбки на лице: - И убийцей своих друзей.

- Майси, - тут же начал говорить Оффендер. - Это действительно нужно забыть.

- Забыть свою историю? Почему же тогда Слендер не может забыть свою?

- Но ты не Слендер.

- А вдруг из-за того, что я натворила в этом мелком городишке, меня теперь можно звать Слендер Майс?

Оффендер искренне засмеялся.

- Уж до Слендер Майс тебе далеко.

***

Майси знала, что Оффендер и Трендер сейчас в городе. Единственный, кто ее может словить на этом - Слендермен. Всё же Уайт было интересно, как отреагирует Безликий ужас на то, что она пробралась в его семейную библиотеку, чтобы узнать о нем больше, но проверять желания не было. Она тихо прокралась на первый этаж и решила перейти в коридор в задней части дома через гостиную, но девушка совсем не подумала, что выйдет так не только к двери в библиотеку, но еще и к двери, что ведет в подвал. Беловолосая была совсем не удивлена, когда увидела, что та распахнута настежь. Майси подошла к открытой двери и всмотрелась в конец длинного каменного тоннеля с такими же каменными ступеньками, на стенах которого были зажжены факелы, несмотря на наличие электричества в доме. Оттуда пахло сыростью еще сильнее, чем в тоннеле, что вел к ее лаборатории. Что-то подсказывало Уайт, что ей действительно рано туда спускаться, но девушка знала, что когда-нибудь сделает это, наплевав на все запреты Оффендера. «Или ему будет уже не до запретов?»

Беловолосая прошла чуть дальше и дернула ручку следующей двери. Уже давно адаптировавшись к темноте, Майси увидела перед собой длинный книжный шкаф, что размещался вдоль стены. Она заметила большое количество бумаг на полках, но не могла ничего прочитать. Прищурившись, она заметила в конце комнаты подсвечник с одной единственной свечой, радуясь, что ей не придется постоянно держать в руках зажигалку, которую оставил на кухне насильник. Она достала ее из кармана своих спортивных штанов и подожгла фитиль маленькой свечки. Комнату осветил оранжевый свет, и этого было достаточно для Уайт, чтобы найти то, за чем она пришла. Девушка внимательно начала просматривать каждую книгу, каждое письмо, записку. Ей казалось, что даже на небольшом клочке бумаги она найдет что-то полезное.

Майси прочитала множество имен, но ее интересовали именно братья, с которыми она знакома лично. Девушка надышалась пылью и испачкала руки, но всё же нашла нужную ей вещь. Она удивилась, когда обнаружила, что всё, что ей нужно, находится в тонком дневнике с черной обложкой. Уайт открыла его случайно сзади и увидела, что здесь не хватает восьми страниц. «Записки» - поняла Майси, и открыла дневник с начала, а не с конца. Беловолосая прочитала одно предложение, в котором, казалось, была написана ее цель, ради которой она сюда пришла, как комната погрузилась во мрак из-за того, что свеча отжила свое.

Как только Уайт привыкла к темноте, она покинула комнату, прикрыв за собой дверь. Свет от факелов в тоннеле немного освещал коридор, в котором находилась девушка, но Майси больше не хотела проходить мимо распахнутой двери, поэтому прошла к лестнице через кухню.

Вернувшись в себе в комнату, девушка заперла дверь и быстро забралась под одеяло, пряча дневник под подушку. Она верила, что благодаря этой вещи сможет сделать то, о чем ее попросил Гений. Она закрыла глаза с зарождающейся надеждой, что это понравится всем четырем братьям.