1

Всё, что он помнит – это яркий свет фар. Удар. Привкус крови. И кромешная темнота.

Неужели это конец?

Парень сидел, забившись в угол, обнимая свои колени и искусывая пальцы в кровь. Он помнит её бледное лицо со стекающими струйками крови. Помнит её окровавленную одежду. Помнит её бездушное, мёртвое тело. Он всё помнит. Хотя, сможет ли кто-либо такое забыть? Такое не забывается, а остаётся терзать душу до конца, до последнего движения, до последнего вздоха…

Она погибла из-за него. Это он виноват. Если бы он не отвлёкся на эту, казалось бы, незначительную, мимолётную секунду, то она бы была жива. На его руках, в его душе, в сердце её кровь. А он даже не успел ей сказать то, что хотел. Разве он уже найдёт ту заветную бархатную коробочку? Конечно, нет. Она потерялась так же, как и он сам. Из него вырвали кусок и выкинули куда-то на обочину. Хотя, нет, он сам вырвал этот кусок и выбросил вместе с ней. С ней ушла и его душа…

Стук в дверь, хотя это было бессмысленно, ведь она была всегда открыта.

- Юнги, ты здесь? – раздался мягкий мужской голос и скрип двери.

В глаза парню ударила полоса света из подъезда, которая будто ослепила его. Словно те фары. Опять удар. Привкус крови. И темнота.

Снова и снова блондин прокручивал этот день в своей голове, давясь слезами. Убивая себя изнутри, он хотел воссоединиться с ней, правда, не в этой жизни. Об этом говорили его бесконечные порезы и следы удушья. Он не хотел жить. Он хотел умереть.

Щелчок. Ещё один. И тихая ругань:

- Твою мать, Юнги, когда же ты оплатишь квитанции.

В ответ тишина, которую разрушал лишь однотонный звук капель воды.

- Да когда же ты кран починишь, а? – мужчина, находясь в квартире не больше пяти минут, уже начинал раздражаться. Неудивительно.

- Ну же, брат – вмиг смягчился он и пошёл к блондину, но пройдя пару шагов запнулся об торчащую ножку перевёрнутого стола.

- Да блять – выдохнул парень, обходя преграду и вставая напротив блондина.

Перед его глазами представала жалкая картина. Худой до изнеможения, бледный, почти полумёртвый, забившийся в угол парень. С одной стороны, ему хотелось пожалеть Юнги, а с другой, провести хорошую головомойку, чтобы тот наконец перестал изводить себя. Парень присел на корточки, становясь на одном уровне с блондином и резко взял его руку. Юнги даже не сопротивлялся. Всё, о чём он думал – это свет фар. Удар. И темнота.

Парень задрал рукав длинной, рваной и грязной рубахи. На тонких, бледных даже не руках, а костях с кожей, виднелись свежие порезы. Из некоторых до сих пор сочилась кровь.

- Опять резался? – парень откинул руку друга и попытался заглянуть ему в глаза.

Юнги не ответил. А хотя этот вопрос и не требовал ответа.

Парень откинул его голову и посмотрел на шею, на которой виднелись следы очередного припадка.

- Понятно – парень убрал руку от шеи блондина.– И долго ты будешь этой хернёй заниматься?

Ответа не последовало.

- Хорошо – выдохнул друг.– Когда ты ел последний раз?

– Не помню – еле слышно произнёс Юнги.

– Ммм – промычал парень.– А сидишь так сколько?

– Не помню.

– А разгромить квартиру когда успел?

–Не помню.

– Так не пойдёт, брат – начал парень. – Хватит уже. Сколько можно. Посмотри в кого ты превратился – друг достал телефон, включил фронтальную камеру и повернул к Юнги.

Блондин поморщился от яркого света, закрывая телефон ладонями.

–Давай - давай – друг убрал руки Юнги и подставил телефон обратно.

Блондин отодвигал руками устройство, а друг снова и снова подставлял его. Пока Юнги морщился и мотал головой, друг начинал злиться, но пытался заглушить это чувство. Главное сейчас не наломать дров.

Постепенно привыкнув к свету экрана, Юнги начал осторожно открывать глаза. Яркий свет будто резал его слизистую, и парень начал снова вспоминать яркий свет фар. В его голове мелькали отрывки воспоминаний. Удар. Привкус крови. Темнота. Её лицо. Блондин замотал головой, вырвал телефон из рук друга и швырнул непонятно куда. Устройство с хрустом впечаталось в стену и упало на пол.

Не выдержав, друг резко встал. Его терпение лопнуло. Он уже не мог терпеть ни выходок блондина, ни его поведения.

– Ты что делаешь, идиот? – голос парня дрожал от переполненной в нём злости.– Посмотри, во что ты превратился! Я тебя не узнаю. Где он, мой лучший друг, Мин Юнги?! Где?! Когда ты успел превратиться в пещерное существо?! Хватит жить прошлым! Оно не стоит всего, что ты делаешь!

– То есть и Миён этого не стоит? – поднял на друга взгляд блондин. В его глазах смешались злость и тоска. Такой пронизывающий и больной взгляд.

– Если бы она видела тебя сейчас, то точно не похвалила бы.

– Но она всё равно не видит… - вздохнул парень и снова убрал голову на колени. – И что теперь? Тоже сдохнуть хочешь?

–Она не сдохла, а погибла! Из-за меня, понимаешь?! Я виноват в том, что её больше нет! Я должен умереть вместе с ней! – сорвался на крик Юнги.

–Да хватит себя винить в этом! Ты всё равно ничего уже не вернёшь! Сколько времени прошло, а ты до сих пор убиваешься!

– Я её убил!

– Да не убивал ты её! Это был несчастный случай!

– Я её убил – медленно повторил Юнги, а по его щеке стекала слеза – Я её убил…

– Брат, ты так с ума сойдешь. Успокойся. Начни новую жизнь. Вернись на работу, купи новую квартиру, машину. Найди себе девушку, женись. Создайте семью, и всё будет прекрасно. Неужели ты не хочешь этого?

– Не хочу! – прорычал Юнги – Я хочу к ней!

Друг закатил глаза, понимая, что разговор снова заходит в тупик.

– Юнги, пойми уже, не вернёшь ты её. Ничего уже не вернёшь.

В ответ блондин замотал головой. Он ведь понимал, что друг говорит правду, но не хотел ей верить. Разве он может представить свою жизнь без неё? Разве он может жить дальше? Разве он может быть счастливым?

Юнги закрыл глаза, и его затрясло. На его лбу пульсировала жилка, и стекал пот, который перемешивался со слезами. Его руки тряслись. В голове снова свет фар. Удар. Темнота. Её лицо со стекающими струйками крови. Перевёрнутая машина.Закрытые глаза. Парень потянулся трясущейся рукой под шкаф и достал оттуда небольшое лезвие. Задрал рукав, он истерически начал резать руку. Он рассекал холодной сталью бледную кожу, не чувствуя боли. Лезвие впивалось всё глубже и глубже в его кожу, кровь текла по его руке, впитываясь в края рубашки и капая на пол. Юнги не знал меры. Он рассекал руку холодной бритвой, смотря в пол.

–  Ты рехнулся что-ли?! – резкий удар по руке, и лезвие с лязгом упало где-то в комнате.

Юнги поднял руку и начал её рассматривать. По ней быстрыми ручьями текла кровь. Словно на гонках – какая алая дорожка быстрее стечёт на пол или впитается в рубашку. Алые струи текли по его рукам, будто гладя кожу. Он представлял, что каждая струйка – это палец Миён, который нежно гладит его руку. Юнги начинал постепенно успокаиваться, глядя на окровавленную руку, а вот его друг носился по разгромленной квартире в поисках бинта.

– Где у тебя аптечка?! – паниковал парень.

– Не знаю – тихо ответил Юнги, глупо улыбаясь.

– Ты идиот, Мин Юнги! – кричал из ванны друг.

– Нет, я хороший – глупо улыбался блондин.

Парень вышел из ванны, смотря на Юнги круглыми глазами. Блондин сидел и как-то странно улыбался, смотря на только что изрезанную руку. Друг осторожно подходил к Юнги, пытаясь не запнуться об что-нибудь. Сначала он думал, что ему кажется, ведь света в квартире не было, только лучик света, падающий через глазок входной двери маленькой однушки.

Сказать, что парень был напуган, ничего не сказать. Мало того, он находился в руинах квартиры, так ещё и странное поведение друга его сильно пугало. Он надеялся, что Юнги не сойдёт с ума или не совершит суицид после той аварии. Именно надеялся, потому что переубедить этого блондина крайне сложно. Но он был очень умён. Надежда на то, что ему хватит мозгов это пережить теплилась всё это время, но сейчас рушилась с каждым шагом, приближающим друга с сидящему в углу Юнги.

Внезапно тишину прервал резкий хохот блондина. Какой-то совершенно неадекватный смех.

– Ты че ржёшь? – испуганно спросил друг.

– Смотри, как смешно – Юнги задорно повернул окровавленную руку парню.

Из глубоких порезов текла кровь и утекала куда-то к локтю, где на рубашке появилось кровавое пятно.

–  Ты больной… - прошептал парень, корчась от вида крови и переводя взгляд на друга – Ты псих, Мин Юнги…