ПОИСКИ ВОВЫ

Артём и Женя сидели на лавочке на центральной площади, лениво перебрасываясь словами о том, что делать дальше. Вокруг бурлила жизнь, несмотря на ноябрьский холод. Люди торопливо шли по своим делам, укутанные в тёплые пальто и шарфы, лица многих были сосредоточены или задумчивы, но кое-где мелькали улыбки, и даже смех. Рядом с фонтаном дети, одетые в яркие куртки, носились, как маленькие вихри, наполняя воздух звонкими голосами.

Сергей, стоявший перед друзьями, нервно постукивал носком ботинка по плитке. Его взгляд метался по лицам прохожих, словно он пытался найти кого-то в толпе, но безуспешно. Лицо выражало смесь беспокойства и раздражения.

— Так, — наконец выдохнул Сергей, теряя терпение, — мы сходили на эту фабрику, и кроме шприцов там ничего не нашли. Если Вова там был, то вместо тайн нашёл себе ВИЧ.

Артём фыркнул, отводя взгляд в сторону, а Женя раздражённо махнул рукой.

— Да, неудачно, — проворчал Женя. — Но это не значит, что можно всё бросить. Искать всё равно надо.

Он бросил быстрый взгляд на Артёма, словно подталкивая его сказать что-нибудь умное.

— Ладно, — нехотя откликнулся Артём, почесав висок. — Вова говорил про «сказки до основания города». Если он говорил о реальных местах, то они должны быть связаны с чем-то старым, с историей. Новые районы сразу отпадают.

Сергей усмехнулся, в его взгляде мелькнула насмешка.

— Открытие века. Спасибо, капитан. Мы уже сходили по твоей гениальной идее.

— Да что ты ко мне прицепился?! — огрызнулся Артём, скрестив руки на груди. — Фабрика — это логично. Она недалеко от школы. Это ты ничего толкового не предложил.

— Всё-всё, хватит, — сказал он, пытаясь урезонить друзей. — Давайте думать дальше. Какие ещё старые места остались в городе? Может, ещё что-то помним из того, что говорил Вова?

Повисла пауза. На несколько мгновений их разговор растворился в звуках площади: чей-то отдалённый смех, лай собаки, гул машин на светофоре. Сергей вдруг поднял голову, его взгляд затуманился, словно он решался сказать то, что ему не хотелось озвучивать.

— Старое кладбище, — наконец произнёс он.

Артём и Женя переглянулись. В их взглядах читались одновременно скепсис и лёгкая тревога.

— Серьёзно? — осторожно спросил Артём, нахмурившись.

— А что не так? — нахмурился в ответ Сергей, недовольно обведя их взглядом. — Это подходящее место. Оно старше города. Если где-то искать тайные символы или что-то ещё, то там. Логично.

— И далеко оно? — неуверенно спросил Артём, будто хотел выиграть время.

— Далеко или нет — какая разница? — упрямо ответил Сергей, сделав шаг к дороге. — У вас есть лучшее предложение? Нет? Тогда идём.

Женя тяжело вздохнул, посмотрел сначала на Артёма, потом на Сергея, и, чуть помедлив, поднялся.

— Похоже, у нас выбора нет, — проговорил он, поднимая с земли рюкзак. — Ну ладно, пойдём.

Артём, ссутулившись, всё же встал, ещё раз оглядел площадь, словно надеялся заметить Вову среди прохожих, но не нашёл ничего, кроме суеты и незнакомых лиц. Нехотя он двинулся следом за друзьями.

— Вове повезло, что сейчас тепло, — сказал Сергей, бросив взгляд на небо, где облака неспешно проплывали мимо. — А то ночью ему было бы тяжко. Странная эта погода, вам не кажется? В начале ноября выпадает снег, на следующий день тает, а потом его до января больше не увидишь.

— Семнадцать лет живёшь здесь, — сказал Артём, пожав плечами. — Уже привыкнуть должен.

— Привык-то привык, — пробормотал Сергей, — но мне это всё ещё не даёт покоя.

Наконец они добрались до кладбища, чувствуя, как вокруг всё больше сгущается странная, подавляющая тишина. С каждым шагом казалось, что воздух становится тяжелее, а деревья вокруг, как тёмные стражи, молча наблюдают за чужаками. Было ощущение, что само пространство дышит, что-то незримое проникает в мысли, порождая тревожное чувство, будто их кто-то или что-то поджидает.

Кладбище оказалось заброшенным. Заросшие травой дорожки, скрытые под толстым слоем опавших листьев, утонули в хаосе времени. Старые могильные плиты покосились, некоторые почти исчезли под плотным слоем мха, на других ещё можно было разглядеть стертые символы и надписи. Каменные ангелы с обломанными крыльями и статуи с пустыми глазами смотрели на них с неподвижной строгостью, словно свидетели чужих трагедий. Всё вокруг напоминало, что это место давно покинуто живыми и даже памятью.

Древние деревья тянулись своими узловатыми ветвями к небу, полностью скрывая его серую пустоту. Полумрак, царящий здесь, казался давящим, воздух был сырой и тягучий, пропитанный запахом гнили и тлена. Казалось, что этот запах проникал внутрь, оставляя после себя тяжёлое, тошнотворное послевкусие. Ветер пробегал по ветвям, издавая тонкий, едва слышный свист, будто что-то шепталось в темноте. Под ногами ребят шуршали листья, нарушая пугающую тишину.

— Сказочное место, — пробормотал Сергей, всматриваясь в даль. — Прямо рай жертвоприношений.

— Тише, — прошептал Артём.

Они подошли к старому мортуарию. Полуразрушенное здание возвышалось перед ними, словно гниющий зуб времени. Обветшалые колонны, облепленные мхом, удерживали покосившийся фасад в стиле сталинского ампира. Густая сеть растений и трещины, ползущие по стенам, делали здание похожим на скелет чего-то давно умершего. Высокие дверные проёмы зияли мрачной пустотой, из которой доносился слабый шелест ветра.

Внутри всё казалось ещё более пугающим: полумрак заполнял просторные залы, где вместо пола пробивались корни деревьев, а по стенам висели клочки облупившейся штукатурки. Время оставило здесь свои следы: треснувшие фрески с едва различимыми изображениями, старые надписи на стенах, стертые почти до неузнаваемости. Иногда попадались остатки костров и граффити, оставленные теми, кто явно пытался разгадать свои тайны или просто укрыться здесь.

— Разделимся, — предложил Артём, глядя на огромный зал. — Надо найти хоть что-то, что укажет на Вову.

Ребята кивнули, осторожно разойдясь в стороны. Каждый шаг по прогнившему полу вызывал гулкое эхо, нарушавшее тишину. Сергей пошёл вдоль стены, внимательно разглядывая покрытые трещинами колонны. Женя обошёл центральный зал, сосредоточенно глядя под ноги, как будто искал нечто, что могло выскользнуть из поля зрения.

— Смотрите, — позвал вдруг Женя. Он стоял у одной из колонн и водил пальцем по старым вырезкам.

Артём подошёл ближе. На колонне были начертаны странные символы: перевёрнутые буквы «А», перечёркнутые линии, завитки, образующие формы, которые невозможно было разобрать. Между ними мелькали куски чего-то напоминающего латинский текст.

— Здесь написано... «PAMF», — медленно прочитал Женя.

— Что это значит? — нахмурился Артём.

— Не знаю. — Женя пожал плечами, а потом оглянулся на Сергея. — Слышал когда-нибудь об этом?

Сергей покачал головой, его взгляд был напряжённым.

— Может, это какое-то предупреждение? — неуверенно предположил он.

— Или название, — пробормотал Артём. — Что-то на латыни. Может, культ? Или древний ритуал?

— Разберём потом, — Женя махнул рукой. — Надо проверить остальное. Если Вова был здесь, он мог что-то оставить.

Они обошли мортуарий, внимательно осматривая каждый угол. Но внезапно Сергей резко остановился. Его тело замерло, как будто он врезался в невидимую преграду. Лицо изменилось, в глазах промелькнули растерянность и удивление.

— Что за... — Сергей вытянул руку вперёд, пытаясь понять, что происходит.

— Что случилось? — спросил Артём, подходя ближе.

— Не могу двигаться, — хрипло ответил Сергей. Его пальцы словно упирались в невидимую стену. — Здесь что-то... что-то есть.

Он провёл рукой по воздуху, и его ладонь встретила странное сопротивление. Это ощущение было не похоже на что-то материальное — скорее, на плотное, вибрирующее поле, которое слегка покалывало кожу. Его дыхание стало частым и тяжёлым, а лицо покрылось каплями холодного пота. Сергей пытался сделать шаг вперёд, но невидимая сила словно давила на него, заставляя отступить назад.

— Воздух... он какой-то густой, — пробормотал он. — Как будто что-то... удерживает меня.

Женя подошёл ближе, его лицо выражало смесь любопытства и тревоги.

— Может, это трюк? — предположил он, проводя рукой в воздухе рядом с Сергеем. Но ничего не почувствовал. — Что-то вроде голограммы?

— Голограмма?! — вспылил Сергей, обернувшись к Жене. — Ты издеваешься?! Я не могу пройти, а ты говоришь про фильмы?!

— Да ладно вам, не ругайтесь! — перебил их Артём, пытаясь сосредоточиться на колонне. — Нужно думать, что делать, а не спорить. Может, это связано с этими символами?

Сергей обернулся к Артёму, его лицо раскраснелось от злости.

— И что ты предлагаешь? Стоять и гадать, пока эти символы сами нам всё объяснят? У нас есть время?

Женя медленно отступил назад, его взгляд блуждал по мрачному залу.

— Может, лучше уйти... пока мы ещё можем, — тихо проговорил он.

Его голос был едва слышен, но в нём звучала искренняя тревога.

Вокруг раздался громкий хлопок, от которого заложило уши, словно небо раскололось надвое. В следующий миг всё пространство окрасилось в глубокий фиолетовый цвет, как будто реальность накрыли плотным фильтром. Артём резко огляделся, его сердце застучало как молот, заглушая всё остальное. Женя судорожно вцепился в руку Сергея, его лицо стало смертельно бледным, а губы мелко задрожали. Сергей, впервые за долгое время, выглядел растерянным. Его руки бессильно опустились, а ноги будто приросли к земле. Они переглянулись, не в силах сказать хоть слово, — в их взглядах читались страх и полное непонимание.

С окружающими их деревьями, могильными плитами и даже воздухом что-то произошло: всё приобрело зловещий оттенок фиолетового, напоминая старую киноплёнку с перепаленными кадрами. Ветки деревьев словно вытянулись в их сторону, образуя уродливые силуэты, а мраморные плиты слегка дрожали, как будто их поверхность была жидкой. Даже свет стал странным, будто его фильтровали через густую пелену. Затем наступила гробовая тишина. Такая тишина, что казалось, даже время прекратило своё движение.

Воздух стал вязким, тяжёлым, почти осязаемым. Каждый вдох давался с трудом, как если бы их легкие наполнялись чем-то густым, похожим на сироп. Шорох листвы и шелест ветра исчезли. Всё вокруг выглядело неправильно — деревья изогнулись в нечеловеческих формах, могилы и плиты вытянулись и исказились, будто сама реальность пыталась их проглотить.

— Что это за хрень? — хрипло пробормотал Сергей, его голос казался чужим, словно исходил издалека. — — Что это блять такое.

Женя вдруг почувствовал жар в ногах, словно стоял на раскалённом песке. Он быстро опустил взгляд, ожидая увидеть что-то под ногами, но земля оставалась прежней. Однако ощущение не исчезло, а только усиливалось.

— Вы это чувствуете? — прошептал он, оглядываясь на друзей. Голос дрожал, будто его обладатель уже готов был закричать.

— Чувствуем, — ответил Артём, с трудом выдавливая слова. Его пальцы невольно потянулись к горлу, где он ощутил сильное давление, словно невидимая рука сжимала его шею. Он закашлялся, пытаясь втянуть в лёгкие воздух, который стал густым и душным, как туман перед грозой.

Сергей попробовал сделать шаг назад, но вдруг почувствовал за спиной что-то твёрдое и холодное. Он обернулся, ожидая увидеть стену или колонну, но позади ничего не было. Только пустота. Однако ощущение не исчезало — его руки начали покалывать, словно он коснулся слабого электрического поля. Он протянул руку вперёд, но столкнулся с чем-то невидимым. Это было похоже на плёнку или плотный барьер, который сопротивлялся его движению.

— Какого чёрта? — прошептал он, его голос был полон паники.

Женя попытался развернуться к Сергею, но ноги словно приклеились к земле. Ему казалось, что деревья вокруг выгибаются в его сторону, их тени растягиваются, как длинные когти, готовые схватить. Очертания всего вокруг — колонн, плит, деревьев — исказились, будто их размыли и нарисовали заново кривой линией. Пространство напоминало кошмарный сон, где нет ни логики, ни порядка.

— Это... это место живёт, — выдохнул Женя, но собственный голос показался ему чужим, как будто его слова кто-то произнёс за него.

— Назад! — крикнул Сергей, но звук его голоса утонул в плотной, вязкой тишине. Только слабое эхо вернулось к нему, будто насмешка.

На колонне, где Женя ранее нашёл старую надпись, появился новый символ. Это был ярко светящийся круг, пересечённый вибрирующей линией, которая словно разделяла его на две половины. Линии мерцали, будто дышали, и каждый раз, когда символ слегка расширялся, воздух вокруг них дрожал. Черта, пересекавшая круг, напоминала трещину, но она двигалась, извивалась, словно была живым существом.

— Смотрите! — крикнул Артём, указывая на символ. Его голос звучал глухо, как будто звук проходил через плотный слой воды.

Женя и Сергей замерли, их взгляды приклеились к знаку. Было в нём что-то гипнотическое, тревожащее, почти притягивающее. Каждый из них почувствовал, что знак будто смотрит прямо на них, следит за каждым движением. Казалось, что он живёт своей собственной жизнью.

— Это что, портал какой-то? — пробормотал Женя, его голос был полон недоверия и страха.

В этот момент пространство вокруг начало пульсировать. Воздух дрожал, словно от мощной вибрации, и вместе с этим странным ритмом реальность снова начала искажаться. Всё вокруг стало размазываться, как мокрая краска, растекающаяся по стеклу. Гравитация будто пропала: деревья начали тянуться вверх, становясь непропорционально длинными, а могилы, напротив, проваливались в землю, словно поглощённые невидимой воронкой.

— Уходим! — крикнул Артём, пытаясь схватить Женю за руку, но тот стоял как вкопанный, его глаза были широко раскрыты, а дыхание — прерывистым.

Сергей попытался двинуться, но его ноги не слушались. Барьер, который он чувствовал ранее, начал прогибаться, и за ним что-то зашевелилось. Он не видел, что именно, но тень, которая мелькнула в полумраке, заставила его волосы встать дыбом.

Внезапно круг на колонне начал расширяться. Его края стали пульсировать быстрее, из центра раздался слабый свет, который быстро усиливался, пока не стал невыносимо ярким. Всё пространство охватило давление, которое заставило ребят зажать уши. Ещё мгновение — и мир вокруг начал искажаться. Воздух задрожал, словно под действием невидимой силы. Всё вокруг замедлилось, как будто реальность перестала их замечать, а пространство сжалось, поглощая их в своей гнетущей тишине. Казалось, что они исчезли, растворившись в этом странном и враждебном мире.