Глава 7.«У них будет счастье,у нас будут слёзы»

Дисклеймер

В данной главе будут отписываться моменты с кровью/жестокостью. Будьте осторожны_____________________________

Знаете, в жизни есть такая закономерность. Очень не справедливая по началу закономерность. Плохие люди живут дольше. Они живут больше, они здоровее, они богаче, они имеет всё то, чего нет у по настоящему хороших людей. И дело тут даже не в материальном положении. Тут всё дело в том, что в начале всей своей подлой игры наслаждаются плохие, но в конце концов жизнь играет с ними злую шутку. Таким образом наши с вами плохими остаются в проигрыше, возможно у разбитого корыта, или же с разбитым сердцем. Но так же стоит помнить, что они не покинут этот мир пока не ощутят на себе всю ту боль, что причиняли другим.

Богато обустроенная гостиная в не менее богато построенном особняке цепляла любой глаз, как говорится, на любой вкус и цвет. Мягкие молочного цвета диваны так и манили присесть. Сидя на одном из них Наён с расслабленным видом рассматривала фотографию, что держала между пальцами. На фотографии была запечатлена Джемин, которая направила пистолет на Ли Минхо в том самом лесу. Хотелось бы Наён чтобы Джемин всё таки прострелила бошку Ли, а после и сама застрелилась

— Слабачка... Имела ведь шанс - вздыхая шептала женщина с сигаретой зажатой зубамиСтук в дверь. Сделав очередную затяжку и затушив сигарету в пепельницу полной окурков, Пак дала разрешение войти. В комнату вошёл один из ее подчинённых. Мужчина послушно поклонился

— Госпожа Пак,Пак Джемин и Ли Минхо остались живы...-сообщил тот новости

Не самые желаемые и благие вести для Наён не остались без бурной реакции. Пепельница полетела в мужчину. К счастью тот успел увернуться, а сама пепельница с треском ударилась о двери и упала на пол разделавшись пополам

— Я всё лишь сказала пристрелить их двоих!! Что в этом было такого сложного?! -вопила едва ли не на всю обитель женщина махая руками в воздухе

Бедный мужчина с виноватым видом, словно это он виноват, продолжал отвечать, хотя вовсе не хотел

— Ли Минхо застрелил наших наёмников ещё когда был в лесу один...

— Это чёртов псих каждый раз умудряется остаться живым! Убейте его уже в конце концов!

— Понял. Будет сделано, госпожа Пак.

————???— Убейте Ли Минхо. Он мешает нашему плану.— Мистер, вы уверены в своём решении?— Абсолютно.— А что делать с Пак Джемин?— С дочерью Пак Джиёна?— Да.— Приведите её ко мне. Ей предстоит мноогое узнать.————???

Джемин сидела на подоконнике в спальне. Взгляд устремлён на вид хвойного леса из окна. Девушка думала. Думала о многом. Почему не смогла выстрелить в Минхо? Что это было? Страх? Жалость? Точно не жалость. В той ситуации жалость если и была к кому то обращена, то только к ней же самой. Возможно она не выстрелила из-за элементарной человечности и мягкотельности.  А где вообще собственно папаша Джемин? Этот вопрос так же терзал её не меньше предыдущего.

Прошла неделя с того момента, как Джемин оказалась в этом Богом забытом домике находящемся в гуще хвойного леса. За этот промежуток времени не случалось ничего необыкновенного, разве что Тэ Ёнмин приехавший на днях и рассказавший о бездействии Джиёна по отношению к Джемин. Больше ничего не было. Так и прошла неделя у юной Пак: скучно, скудно, тихо, без надежды на спасение. У Минхо же напротив — что ни день то приключение. Он не бывал часто в этом домике. Днями и ночами Ли пропадал по своей службе:убить очередного богатенького и зажравшегося дяденьку, поймать того или иного должника, припугнуть кого то, погружать и прочие поручения Ёнмина. Признать честно, Минхо бесило то, что Ёнмин относится к нему, как к какой то собачке на поводке. Да, он его папа, но приёмный папа. И это раздражало Ли ещё больше. Он не любил быть зависим, не любил и искренне не жлал нуждаться в ком то как кислородом, как летним зноем, как теплом у камина в морозные дни, как прохладным ветерком обдувающий лико после трудного дня. Он не хотел, потому что был слаб на это. Был слаб на нежность, на ласку. Любовь была под запретом для Минхо, иначе он был бы зависим, а в его сфере деятельности быть слабым равно быть убитым.

Дверь в комнату скрипнула. На пороге стоял Минхо:с красной пачкой сигарет «Marlboro», усталым видом и плохим настроением. Его одежда была в таких же красных пятнах, что и пачка сигарет. Красные сигареты, но не дизайн делал их красными, а кровь стекающая с руки на них. Ноги ходить отказывлись — приходилось таскать их пт полу. Упав на кровать лицом в подушку и размазав алую кровь на простыни, Минхо заснул. Он выглядел как не жилец. Страшно было видеть его таким:уставший, изнеможённый, бледный, с кровью на одежде. Спать хотелось, но глаза отказывались закрываться. Сотни, а то и тысячи мыслей не давали покоя в эту ночь обоим:Минхо не спал лёжа на кровати, Джемин не спала сидя на подоконнике. И обоим было тяжко, трудно. У каждого свои проблемы, свои горести. И длить их вместе они не могли, ибо души друг другу были чужды. Чужды, но на долго ли?

И ни одна звезда на небе этой ночью не могла бы отрицать того, что ночь эта была тревожной для всех. В поместье Пак царил хаос: миссис Пак с душераздирающим криком вопила от испуга, ее супруг отскочил в сторону от деревянной коробки, в которой был подарок. Подарок «От Ли Минхо, с наилучшими пожеланиями»в которой лежала отрубленная голова. Несчастная башка эта принадлежала тому, кто по приказу Наён пытался убить Минхо. Не вышло. Всё получилось наоборот. В пожарку прилагалась записка, которая пропиталась кровью и гласила:

«Я думал, что ваши люди будут бдительнее и умнее, миссис Пак. И не предан вам он особо — разболтал всё. Голову я любезно оставляю вам, а тело оставлю себе на память. Не буду лгать, в следующий раз с удовольствием сделаю вас своим трофеем.»

Наён с ужасом и девичьим громким визгом просила убрать эту коробку отсюда, пока Джиён кричал на тех, кто принёс это сюда, в то время как рабочий персонал, в не меньшем ужасе ,пытались хоть что то сообразить и сделать. Конечно Минхо не стал делать своим трофеем тело несчастного мученика. Он просто отправил тело в черном мусорном пакете, как «бонус» вместе с «подарком».

Ни в чем невинная Сяоми в приличном шоке стояла в дверях и наблюдала за происходящим хаосом в семействе Пак. По началу она была в шоковом состоянии от такого сюрприза в виде отрубленной башки, но позже сыто улыбнулась:

— Они заслужили. И Джемин, судя по всему, в безопасности вместе с тем психом. Хах, а он умеет делать подарки.. Надо будет взять у него пару уроков.-говорила Сяоми продолжая каблюдвть за всем

До крайней степени напуганная Наён кричала на прислугу:

— Уберите!!! Уберите это, чёрт возьми!!! Меня сейчас вывернет, что это такое?! Уберите с глаз моих долой!!!

— Милая, не кричи так громко! Нам всем не по себе, но не надо сеять панику! - пытался успокоить супругу Джиён, но безуспешно.

Истерика продолжалась. Сяоми тихо посмеиваясь развернулась и ушла. Выйдя на улицу и накинув пальто на плечи, та села на скамью. Ночной прохладный ветер обдуобдувал ее лицо и волосы цвета граната.

— Ох, Минни... Как же ты там?..-шептала Сяоми смотря на черное небо усыпанное звёздами, светящиеся словно светлячки- Твой папа не спешит тебя вытаскивать из рук этих мафиози...-тяжёлый вздох - Твоя мама объявилась... Сэра вернулась... Ох, Джемин, сколько же на тебя свалится. Боже милостливый, она не выдержит..

И необъятная темнота ночи скрывала за собой предстоящие события. Эти события были благими, хоть и не для всех.

Спустя две недели

25.03.2025

Ли Минхо умер.

Душераздирающий крик Джемин отрицающий увиденное. Ее тащили на выход двое людей в черных масках. Не дышащее тело Минхо лежало на полу в луже собственной крови. Пуля в сердце. Нет, это сделали не люди Наён. Это кое кто другой, кое кто похуже. Джемин бытдась в руках незнакомцем рвясь к Минхо, которого за прожитые вместе с ним четыре недели успела немного полюбить. Тяжело терять тех, кого знал. Хоть и знал мало, но за чашкой кофе за завтраком удавалось поговорить хоть о чём то, кроме убийств, наркотиков, выкупов, контрабанды:

«—Почему просто не убьёшь, раз за меня не собираются платить выкуп? Или хотя бы мог держать в том заброшенном здании, чтобы не возиться со мной тут.— Дурная, мне от этого ни жарко ни холодно не станет. Я сойду с ума в одиночестве, а так хоть тебя буду мучать в этой глуши.— Очень оптимистично, знаешь ли.— У тебя, кстати, кофе на кокосовым молоке.-пряча ехидную улыбку молвил Минхо—Придурок, у меня на него аллергия!-воскликнула Джемин выплёвывая кофе обрвтно в кружку, подбегая к раковине. Звонкий смех Минхо эхом разносился по дому в перемешку с возмущённым криками Джемин.»

«— У тебя опять вся одежда в кро..— Кетчуп.— Ты в этом кетчупе купался что ли?!»

«—Доброе утро...— Тебе такого же не пожелаешь с твоим видом.—Сам не лучше.— Я хотя бы не выгляжу по утрам как бомж подзаборный.»

«— Ты опять в крови!— Это кетчуп.— Дай тогда попробую лизнуть!— ЭЙ!»

«— Сынмин сказал, что у тебя есть тату в виде пениса.— Это бабочка, чёрт вас подери!— Бабочка? На тебе? Тебе бы больше член подошёл.— Свой имеется!— Ага, с размером в бабочку!»

«— Я уже начинаю думать над тем, чтобы снова тебя кинуть в ту заброшу и связать цепями, а в рот кляп засунуть.— Соблазнитель хренов.»

«— Слушай, а я точно в заложниках? А то такое ощущение, что я у себя дома.— Запомни:Дают-бери, бьют-беги. Меньше языком чеши и радуйся, что я тебе курорт тут устроил.»

«— Я разбила твою кружку..— Я тебя убь...— Я случайно! И я куплю новую! ... Наверное.»

***

Джемин очнулась в темной комнате, которая походила на подвал. Везде было темно и ничего не видно. Она была привязана к стулу руку и и ногами. Слишком туго. Двери распахнулись и в помещение вошёл высокий парень. Он подошёл к Джемин, остановился в метре от неё держа руки за спиной. Усмехнулся.

— Ну здравствуй, Пак Джемин.

Начихать хотела Джемин на этого паренька. Она зло глянула на него исподлобья. Злилась из-за Минхо. Джемин догадалась, что этот щекастый во всём виновен.

— Кто ты? -спросила Джемин, на что парень пустил смешок и подошёл ближе к ней, нависая.

— Пусанская мафия, Хан Джисон.

Джемин удивленно уставилась на него в недоумении. Хан Джисон — мафиози, известный в Пусане. И что он в Сеуле забыл?

— Зачем ты убил Ли Минхо...- уже в сотый раз повторяла девушка, а в ответ получала ровным счётом ничего. Джисон сидел на стуле и молча разглядывал лицо Джемин, а на вопросы не отвечал. Хотя у Джемин уже битый час был один и тот же вопрос:зачем убили Минхо?

Будет ложью если говорить, что помимо этого вопроса не было ещё. Почему Джемин так волнуется? Нет, волнуется не за себя, а за Минхо. Глупо ли волноваться за мертвого человека? Совершенно нет, если этот человек тебе дорог. Но чем стал дорог ей тот, кто похитил ее, кто готов по приказу убить ее? Жалость?— нет. Привязанность?— возможно. Любовь?— ещё рано.

На вопрос «Для чего я тебе?» Джисон отвечал немногословное и короткое «Выкуп.». Опять. Опять Джемин похищают, опять требуют выкуп. Истрия повторяется? Не совсем. Тогда был Минхо — он хотя бы не измывался. А теперь Джисон. Бог знает что он будет делать. По его взгляду понять можно было малое. В разговоре до ужаса краток и немногословен. На вопросы не отвечает. А взгляд прочесть невозможно. Он не открытая книга доступная для прочтения каждому. Он — что-то запретное, не всем достигаемое, не всем понятный. Если сравнивать Джисона с книгой, то она была бы огромной. Как "Война и Мир" или "Последний Поклон". Только особо упёртые и заинтересованные в нём были будут изучать до последней строки.

Прошло три дня. Джемин держали в комнате, которая отличалась от тюремной камеры тем, что там хотя бы чисто и есть удобная кровать. Джисона она не видела с того дня когда ее и притащили сюда. Папа, Нэми, Сяоми, Друзья, и мертвый Минхо, и ужасный Бокгю, и покойная Мать — ни о ком не было ни слуху ни духу. Выкуп давать видимо никто не торопился. Она жила в неведении. Не знала что происходит за стенами этой убогой комнатушки с размером в муравейник. Эти три дня казались вечностью, если уже не были таковыми. Так продолжалось до сегодняшнего дня.

Как обычно Джемин сидела на краю кровати теребя рукав кофты, грызя ноготь на левой руке. Взгляд понурый, без надежды на что либо. Надежда на лучшее была для неё была чем то недоступным. Где то далеко, за пределами старой заброшки, раздались выстрелы. Везде поднялся хаос; выстрелы, что глушили своим звуком, крики тех пары людей, которые должны охранять Джемин, ругань и вскоре тишина. Словно все сдохли. Не факт, но очень вероятно. Джемин сжалась в комочек как ёжик, которого пытаются разглядеть. Железные двери распахнулись. Минни, вздрогнув и неосознанно вскочив с кровати, посмотрела на человека в проходе, чьё лицо было трудно разглядеть под черной маской. Но глаза. Но глаза то эти спутать ни с какими другими было невозможно. У Джемин едва ли не челюсть упала на пол от переполняющих чувств, от которых ноги становились словно из ваты. Испуг, шок, удивление, смятение, злость и радость — Всё это переполняло доверху Джемин.

— Минхо?...

Примечание:

Я так долго писала эту главу! Почти месяц... Нет, не из-за её объёма. Моя муза сбежала от меня и долгое время не приходила, что даже пришлось заморозить фанфик. Но сейчас я говорю вам, что продолжаю его написание с новыми силами!