32 глава: „Это ещё не конец?"

You rise, I fall,Ты поднимаешься, я падаю,I stand, you crawlЯ стою, ты ползёшь,You twist, I turn,Ты скручиваешься, я разворачиваюсь,Who's the first to burnКто же сгорит первым?You sit and stay,Ты садишься и замираешь,I don't obeyЯ не подчинюсь.Where do we land in the Black Sea?Где же мы окажемся в Чёрном море?You're giving up, I'm tiredТы сдаёшься, я устала,The tug of war that we're playingОбременённая войной, в которую мы играем.I'm not giving up in tryingИ всё же я не оставляю попытокTo tell you, to tell you, to tell you, to tell youСказать тебе, сказать тебе, сказать тебе, сказать тебе.Inject your vice to meНаполни меня своим пороком,Incinerate our shacklesИспепели наши оковы.Come down to the Black Sea swimming with meПошли со мной плавать в Чёрном море!Go down with meПошли со мной, влюбись в меня — оно того стоит

- из песни "Black sea" от Natasha Blume

Сесилия

   Всю жизнь я старалась быть сильной. Пыталась никогда не показывать своих слабостей и внутренней борьбы даже самым близким людям.

   Я хотела, чтобы моя семья гордилась мною, видя ту сильную женщину, которой я смогла стать спустя года. Абсолютно всё это время, которое я потратила на то, чтобы ожесточить и закалить свой характер, можно было выбросить в мусорное ведро, потому что оно больше не имело никакого смысла, особенно сравнивая с тем, в какую развалину я превратилась.

   Если сначала у меня были силы хотя бы на то, чтобы плакать, то сейчас мои внутренности, будто отказались функционировать, и я просто не ощущала ничего.

   Было похоже на маленькую смерть.

   Но знаете, что? Я больше не могла притворяться. Не могла улыбаться, отшучиваться и дерзить, когда мне в самом деле было плохо. Алессандро писал мне несколько раз, но я попросила его не приезжать пока. Я не злилась на него, даже обрадовалась, что он, наконец, рассказал всю правду, но не думаю, что я бы выдержала сейчас чьё-то присутствие.

   Моя заботливая семья, которая проверяла меня чуть ли не каждые полчаса, не помогала в моём желании спрятаться в гордом одиночестве.

   Дверь моей комнаты слегка приоткрылась, и я поджала губы, чтобы никак не огрызнуться и не выпалить никакую колкость. Я ведь говорила Киаре, что ещё не голодна. Сейчас мне было невыносимо от их общей гиперопеки. Они будто напоминали мне, что я сломана и не способна позаботиться о себе.

   Человек остановился, но спустя время сделал пару шагов вперёд. Могла поставить десятку на то, что это была не Киара. Вероятно, кто-то из моих братьев. Но они, обычно, стучат перед тем, как зайти в мою комнату, потому что бояться застать меня голой. Любопытство брало верх, но мои кости были слишком слабыми и тяжёлыми, чтобы я обернулась посмотреть.

   Матрас возле меня прогнулся и чьи-то огромные, сильные руки обмотали мою талию. У меня перехватило дыхание. Я моментально распахнула глаза, по мне, будто пробежала мелкая дрожь адреналина, и я перевернулась, моментально забыв о слабости во всём теле.

   Нолан.

   Передо мной был Нолан.

   Его светло-карие глаза, его татуированные руки, острая челюсть, лёгкая щетина, прямой нос и пухлые губы. В моменте я, будто ощутила какую-то дереализацию. Странное ощущение похожее на то, будто я невесомо парила во сне, лёжа на мягких, невесомых облаках, а происходящее вокруг меня - какой-то блеклый фон, который может исчезнуть, как только я закрою глаза.

— Мне это сниться? — выпалила я, положив руку на его грудь, где билось его сердце.

Один, два, три.

Мне это точно не снилось.

Губы Нолана растянулись в лёгкой улыбке и ощущение, будто болезнь мамы всё же догнала меня, и я в самом деле сошла с ума - усилилось.

— Если и так, то мне тоже это сниться, — пробормотал он.

   Мы были настолько близко друг к другу, между нашими лицами оставались считанные сантиметры и я ощутила его тёплое дыхание на себе.

   Мои глаза с подозрением посмотрели на него.

— Надеюсь, ты не решил отомстить мне за Риза и не усыпил сейчас моих братьев в прихожей? — с ноткой недоверия спросила я.

   Нолан слегка посмеялся, создавая вибрацию в том месте, где моя рука лежала на его груди. Мне казалось это вполне рабочей версией, и смех она не вызывала.

— Нет, сирена, — ущипните меня. — Твои братья в целости и сохранности на заднем дворе.

   Моя голова, будто автоматически повернулась в сторону окна, но конечно же, я увидела только голубое небо и крышу особняка Фабиано и Леоны.

   Ущипните меня снова.

— Но как? — спустя пару секунд, когда я снова посмотрела во внимательные глаза Нолана, спросила я.

Его рука мягко поглаживала мою талию, пока вторая перебирала пальцами длинные и шелковистые пряди моих волос.

Я глубоко дышала, сердце угрожало сломать рёбра и вылететь с груди, его удары отдавали в ушах. По моему телу пробежались мурашки, пока запах его древесного парфюма застрял в моих ноздрях. Кажется, я до последнего не могла поверить, что это происходило со мной на самом деле, пока я впитывала его черты лица вместе с его голосом, ожидая, когда прозвенит полночь и чары вокруг меня развеются.

Так всегда происходило, когда дело касалось нас.

Встречи на гонках, выходные в Бразилии, похищение - всё это всегда имело свой час, определённый отрезок времени, когда всё должно было подойти к концу. Фраза «иметь всё время мира» никогда не была про нас. Наше время всегда было ограничено и дышало нам в затылки.

— Мне позвонил Савио, — мои брови подскочили до линии роста волос. — Он рассказал мне всю правду про тебя и Алессандро. Но почему ты мне об этом не рассказала раньше?

Его голос не был обвиняющим, а довольно мягким и нежным. Я набрала воздух в лёгкие, пытаясь справиться с пылающими эмоциями в груди.

Савио позвонил Нолану.

Нолан прилетел в Вегас.

Я наставила пистолет на Савио и Нолана, но они всё равно действовали сообща ради меня.

Теперь пришло время мне сделать шаг на встречу к правде и к нашему будущему. Если мои братья вмешались в это, то я просто обязана была.

— Я боялась, что если я скажу тебе, что ребёнок твой, то ты сделаешь всё вплоть до того, что начнёшь войну с Камморой, но не отдашь им меня, — прочистив горло, призналась я.

Нолан продолжал водить нежные круги на моей талии.

— Это похоже на меня, — честно признался он. — Мне жаль, что из-за меня тебе пришлось пройти через многое. Моя смерть, похищение.

— Мне тоже жаль, — перебила его я. — Я неоднократно думала о том, что если бы я не решила с тобой расстаться после Бразилии, возможно, этого всего бы и не было.

— Оно к лучшему, учитывая то, что ты стала мишенью моих врагов, — успокоил он меня, но я видела ещё вопросы в его глазах. — Так...так, вы с Алессандро просто друзья?

Уголок моей губы поднялся вверх из-за плохо скрываемой ревности в его голосе.

— Его отец хотел, чтобы он начал встречаться со мной, — начала с далека я, вспоминая события двух летней давности. — Всё-таки я Фальконе и многие хотели породниться с нами. Я пошла на свидание с Алессандро чисто из интереса, но быстро обнаружила то, что он гей. Мы заключили сделку, что будем прикрываться свиданиями друг с другом, чтобы получить немного свободы. Всё же, моя семья не отпускала меня никуда одну без сопровождения, беспокоясь о моей безопасности, а с Алессандро я могла ехать куда-угодно. Между нами никогда ничего не было, но он мой лучший друг.

Нолан медленно кивнул, впитывая информацию.

Родители Алессандро пока не знали об ориентации своего сына. Я вообще слабо себе это представляла, но хотя бы я была уверена, что мои братья не убьют Але, потому что я бы им это не позволила.

   В глазах общества меня похитил капо Красных Масок прямо с моей помолвки, братья освободили меня и мне нужно было время, чтобы морально оправиться после пережитого плена. Поэтому свадьбу отложили по разумным для всех причинам. Хорошо, что никто, кроме родителей Але не знал о моей беременности.

Но я буквально уже предвкушала слухи, которые пойдут обо мне, когда все узнают, что я в тайне встречалась с Ноланом Вильсоном. Сомневаюсь, что будет разумно раскрывать ориентацию Алессандро перед другими каммористами, поэтому я буду выглядеть обычной, грязной изменщицей.

В любом случае они могли попытаться сказать мне об этом в лицо, и мои братья убьют их в считанные минуты.

— Почему ты решила выйти за него замуж? Почему не позвонила мне, когда узнала, что беременна? — продолжал сыпать Нолан вопросами, но я не осуждала его за это.

Мы оба задолжали друг другу правду.

— Я хотела позвонить тебе, Нолан, но на следующий день после того, как я узнала, что беременна, новость о том, что ты мёртв, разлетелась по всей Камморе, — я не хотела, чтобы мой голос звучал так обвиняюще, но он звучал. — Я решила выйти замуж за Алессандро, потому что не хотела, чтобы мои дети были внебрачными, — объяснила я. — Многие члены Камморы традиционалисты, и я не хотела, чтобы слухи и не высказанные теории витали над моим ребёнком.

Грубые черты Нолана смягчились ещё больше, и его губы легли на мой лоб в очень интимном и мягком жесте.

Я буквально забыла, как правильно дышать. Мне всегда казалось, что такие поцелуи люди дарят друг другу после нескольких десятков лет совместной жизни. Наши чувства с Ноланом не имели ничего общего с бескорыстной и чистой любовью.

   Мы знали друг друга от силы полгода и я уже была беременна нашим общим ребёнком.

Но я буквально чуть не растаяла от его жеста и тепла, которое источали его глаза, когда он смотрел на меня. Кажется, что-то, что умерло во мне, начало воскресать.

— Ребёнок ещё не родился, но ты уже стала для него лучшей матерью, которая только может быть, — его рука легла на мою щеку. — Спасибо, что заботилась о нём, пока я был мёртв и пока планировал твоё похищение.

Мы обменялись сухими смешками.

— Если серьёзно, лучшего способа не было, кроме как похитить меня? — я поморщилась, ведь предпочла бы обычную смс или телефонный звонок.

— Ты не представляешь, насколько зол я был и как меня переполняла ревность, когда я узнал о твоей помолвке с Алессандро, — его рука очень собственнически опустилась на мою задницу и сжала её. — Пускай это будет глупо, но я хотел забрать тебя у твоего жениха прямо из-под носа.

Я фыркнула.

Нолан оставался собственническими мужчиной мафии, который привык брать и захватывать свои владения. Я не была против побыть частью его территории, на которую никому нельзя заходить, кроме него.

— Но я бы не поступил так, если бы знал, что ты беременна, — продолжил он. — Даже если бы ты предпочла другого, я бы не сделал что-то, что могло бы помешать твоему состоянию.

— Всё в порядке, — я снова смягчилась. —Ребёнку ничего не угрожает.

Нолан опустил свой взгляд на мой живот, но теперь он не выражал той потерянности, которую я видела в его глазах, когда он похитил меня.

— Какая у тебя неделя?

— Двенадцатая, — прошептала я, чувствуя, как моё сердце сжимается. — Я ещё не знаю пол ребёнка.

Он кивнул, но продолжал держать руки на моей талии, не кладя их на мой живот. Может, это было что-то психологическое, что ему ещё предстояло преодолеть - я не знала и не спрашивала.

Потом глаза Нолана поднялись выше и он провёл указательным пальцем по воротнику его футболки.

— Ты до сих пор в моей футболке, — почти прошептал он.

— Да, мне пора принять душ, — я мучительно застонала, ведь, кажется, приросла к кровати. — Я немного запустила себя последние пару дней.

— Неужели тому причина я? — дразнящим голосом сказал он, играя бровями.

Я прищурила на него взгляд.

— Я хотела позвать тебя принять душ со мной, но раз ты такой самодовольный, то жди меня здесь, — сухо кинула я.

Неожиданно Нолан схватил и перевернул меня вниз головой, закидывая на своё плечо.

Я вскрикнула и забила своими руками по его спине, но он лишь шлёпнул меня по заднице. Жар распространился по моему телу и прилил в самый низ живота. Прошло так много времени с тех пор, как мы с Ноланом были близки. Нам необходимо было наверстать упущенное.

— Не рекомендую так шутить, иначе мой токсикоз снова вернётся, — сказала я, когда он усадил меня на мою раковину, вернув в обратное положение.

Руки Нолана задрали подол его (уже моей) футболки, обнажая вид на мои хлопковые, обычные, удобные трусы и на мой ещё плоский живот. Там, где он прикасался, там я и ощущала прилив жара.

Он внимательно смотрел на меня, теперь аккуратно положив свою руку на мой живот, почти полностью закрывая его одной своей ладонью. Моё сердце пропустило удар от этого приступа милоты. Как я могла предположить, что Нолан не захочет быть отцом? В одном его взгляде крылось невероятное количество теплоты и мягкости к нашему ещё не родившемуся ребёнку.

— Не верится, что там может жить какая-то жизнь, — прошептал он, после чего посмотрел на моё лицо. — Есть ли что-то, что я должен знать?

— Первые пару недель меня мучал токсикоз, — я пожала плечами, ведь это было естественно. — Но сейчас почти нет. На самом деле, у нас растёт безлактозный гурман, потому что теперь я не выношу даже запах молока, сыра, йогуртов и тому подобное.

Я задумалась над тем, стоило ли мне продолжать, но какая-то часть меня хотела полностью открыться перед Ноланом. Казалось, ему важно было это знать, как будущему отцу.

— Ещё я один раз попала в больницу, — он напрягся. — От...стресса и переутомления, но жизни ребёнка ничего не угрожало.

— Это из-за меня? — мягко спросил он, несмотря на то, что его голос звучал призрачно.

Я положила свои ладони на две его щеки и потянулась за лёгким, невесомым поцелуем, который подростки, обычно, друг другу дарят где-то под дождём в парке.

По крайней мере, в романтическом кино.

— Больше не притворяйся мёртвым, — пробормотала я ему в губы.

— Не буду, — с лёгким смешком пообещал он. — Тебе врач дал какие-то рекомендации? Есть ли у тебя какие-то запреты?

— Мне нужно правильно питаться, пить много воды, гулять медленными шагами, высыпаться и не напрягаться лишний раз, — я пожала плечами. — Я стараюсь придерживаться инструкций.

Нолан кивнул, делая шаг назад.

Он включил душ, настраивая температуру воды. Меня немного удивило то, что он вёл себя так, будто был у себя дома, но я вспомнила, что он уже был в моей комнате и в ванной, когда взломал наш особняк в новогоднюю ночь. Эти воспоминания не помогли ослабить возбуждение, которое скопилось между моими бёдрами.

Я наблюдала за его мышцами, за его телом, которое было больше моего в два раза, за его татуировками, небольшими шрамами, которые виднелись под ними. Я часто слышала, что беременность могла повысить либидо и чувствовала, как это оказывало своё влияние на меня. Хотя с другой стороны, было ли когда-то время, когда я не хотела Нолана?

Наши отношения буквально начались с того, что мы не могли держать руки при себе.

Он снял с меня футболку и стянул мои трусы, откидывая их в сторону. Мои руки потянулись за его одеждой, помогая ему избавиться от её оков. Его член уже был эрогирован, что возбуждало меня ещё сильнее и наталкивало на другие неожиданные мысли, которые раньше не посещали мою голову.

— Не смотри на меня так, будто хочешь напасть на меня, — пробормотал Нолан, снимая меня с раковины и помогая залезть под струи душа. — Мне тяжелее себя сдерживать.

Он стоял позади меня, а я закинула ему голову на грудь, глядя на него с ухмылкой.

— Последнее, чего я хочу, чтобы ты себя сдерживал, — мои слова вызвали стон с глубин горла Нолана.

— Не провоцируй меня, сирена, — он снова шлёпнул меня по заднице, будто наказывал. — Я не буду с тобой спать.

Моя челюсть чуть не упала, а глаза чуть не вылетели с орбит.

Я повернулась к Нолану лицом, наблюдая за тем, как он налил чуть-чуть геля для душа на мою мочалку. Его член оставался эрогированым, но он, будто старательно игнорировал это и начал мыть меня, проводя лёгким движениями шершавей мочалки по моей шее.

— Ты не будешь спать со мной? — я нервно посмеялась. — Тебе не кажется, что поздно играть в целомудрие?

— Ты знаешь, безопасен ли секс в твоём положении? — серьёзно спросил меня Нолан, глядя мне в глаза, но не останавливая своих движений на моём теле.

Я открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут же закрыла его.

Кто вообще дёргал меня за язык?

— Он ничего не говорил об этом, — пробормотала я, поправляя волосы.

— Он? — глаза Нолана блеснули под экономной лампочкой.

— Тогда не было женщин на смене, — я закатила глаза. — Брось, Нолан, он бы сказал, если бы это было опасно.

Моя рука прошлась по его прессу, слегка надавливая своими длинными ногтями, которые я попросила накрасить молочным цветом перед своей помолвкой.

   Мужчина громко вздохнул, и я знала, что ему было тяжело себя контролировать.

— Я хочу убедиться в этом, чтобы быть уверенным, что мы не причиним вред ребёнку. На следующий твой осмотр я пойду с тобой.

Мою грудь укололо что-то похожее на разочарование, но в душе я обрадовалась, что его действительно беспокоил наш ребёнок.

Правда, справиться с возбуждением это не помогло.

   Особенно когда Нолан продолжал проводить мочалкой по моей груди, уделяя особое внимание моему животу, проводя мочалкой по спине и опустившись на колени, чтобы вымыть мои ноги. Я завороженно наблюдала за теми искрами заботы, которыми он одаривал моё тело, будто я была центром его мира.

   Он вымыл мои длинные волосы, намного бережнее и слабее, чем это, обычно, делаю я. Пока маска на моих волосах пропитывала мои волосы полезными витаминами, я взяла мочалку и тоже стала проводить ею по телу Нолана, исследуя каждый миллиметр его кожи, даже когда мне хотелось, чтобы этим занимались мои губы.

— Теперь ты будешь пахнуть мною, — сказала я, намекая на кокосовый гель для душа.

— Это будет самый приятный запах, — ответил он, и я могла услышать напряжение в его голосе.

   Он не позволил мне провести рукой ниже к моему разочарованию.

— Кто-то ещё знает, что ты прилетел в Вегас? — спросила я.

— Я написал Ризу, — Нолан провёл руками по моим волосам, смывая маску.

— Он сильно злиться на меня за то, что я его усыпила? — закусив нижнюю губу, спросила я.

   Нолан посмеялся хриплым смехом.

— Он больше смущён тем, что миниатюрная девушка чуть больше метра ростом смогла его вырубить, — я прищурила на него свой взгляд.

— Я метр шестьдесят, — возразила я, вскинув подбородок.

— Да, и ты еле достаёшь до моей груди без своих высоких шпилек, — парировал он.

   Ему не нужно было мне об этом говорить.

   Боль в моей шеи, когда мне приходилось запрокидывать голову, чтобы посмотреть на него, выдавала себя. Часто Нолан поднимал меня на уровень своего лица, чтобы поцеловать меня, но учитывая очень видимое препятствие между нами, это натолкнуло бы его на другие очень приятные, но греховные мысли, которым он сопротивлялся.

   В конце-концов, Нолан выключил душ и закутал меня в тёплое, белое полотенце. Сам он вытерся и одел свои боксеры, разделяя нас этим жалким куском ткани. Он взял меня на руки в стиле невесты и уложил меня на кровать таким образом, что я почти полностью лежала на его груди. Глаза метнулись в сторону двери, и я забеспокоилась, что мои братья могут застукать нас с Ноланом в полуобнажённых состояниях.

   Не то, чтобы они не знали, что мы уже спали с Ноланом раньше. Но, думаю, мои братья слишком боялись травмироваться какой-то из картин, которую могли здесь застать, чтобы зайти в мою комнату, особенно без стука. Руки Нолана гладили моё тело через слой плотного полотенца и это полностью отличалось от его намерения держать меня на расстоянии.

— На этом пальце будет моё кольцо, — взяв мой безымянный палец в руки, заявил Нолан.

   Моё лицо удивлённо перевелось к его.

— Ты делаешь мне предложение? — тупо выпалила я.

— Наш ребёнок и ты будете жить под моей фамилией, — просто парировал он, будто это было само собой разумеющееся.    Я смотрела прямо, будто сквозь пространство, пока внутри моего живота вылетел рой бабочек из запертой клетки.

— Если у нас будет мальчик, то он будет будущим капо Красных Масок, — прочистила горло я, снова облокотившись на его грудь, глядя перед собой.

   Тепло и безопасно.

   Так он ощущался, особенно когда его рука медленно опустилась на мой живот, гладя его. Не только я была в тепле и безопасности, находясь рядом с ним.

— Он будет принадлежать Айдахо, Монтане и Дакоте. И если родиться девочка, то всё моё будет её тоже.

— Она будет капо? — удивилась я.

— Не думаю, что я хотел бы такого будущего для своей дочери, — Нолан поморщился. — Слишком кроваво.

— А для мальчика хотел бы? — с недоверием в голосе спросила я.

   Наш мир не предоставлял достаточно свободы ни для женщин, ни для мужчин.

   Если брать традиционные ветки мафиозного общества, существовало много условных правил этикета и обязанностей, которые делились для женщин и мужчин. Конечно, самое очевидное было тем, что мужчины могли трахаться, с кем они хотели, в отличие от женщин, к тому же они точно не страдали от домашнего насилия, их не оценивали по внешности, они не были обременены обязанностью быть хорошим отцом и они учились защищать себя и отстаивать свои позиции с малых лет.

   Но как и у каждой медали, здесь тоже была обратная сторона. У мужчин не было выбора, когда касалось работы в мафии.

   Какой бы продвинутой и современной не была мафия, которая могла позволить женщине работать или посещать курсы самообороны, мужчины всё так же были обязаны пойти по стопам своих отцов.

   Своего ребёнка я приму, даже если он будет безжалостным и хладнокровным убийцей, но если мой сын не захочет иметь ничего общего с кровью, насилием и жестокостью?

   Моё сердце сжалось от этой перспективы.

— Это не про моё желание, Сесилия. Это про его безопасность и безопасность нашей семьи.

— При чём здесь это? — непонимающе кинула я.

— Я видел много избалованных мальчиков, которые были на пороге ожирения, которые не знали, как держать нож в руках, не могли вынести слова «нет» и истерили, чтобы привлечь к себе внимание, — после громкого вздоха начал Нолан. — Избалованность не приводит ни к чему хорошему. Если отцов этих мальчиков убьют, то они пропадут в этом мире под натиском всех врагов, которые их окружают. У меня много врагов. Я не могу воспитывать слабого мальчика, который не может постоять за себя ни морально, ни физически.

   Я задумалась над этим.

— Я даже не говорю про бизнес, а лишь о том, что если со мной что-то случится, то наш сын должен уметь постоять за себя и защитить свою семью, — продолжил Нолан. — Если наш сын не привыкнет к виду крови, дисциплине и тому, что ничего в этом мире не достаётся просто так, его убьют. Это не то, чего бы я хотел.

   Я тоже не желала такого будущего для нашего ребёнка.

   Слова Нолана имели много смысла. Наверное, это от части эгоистично, но мы обрекаем нашего ребёнка на жизнь в мире, в котором у него никогда не будет выбора. Но меня беспокоил ещё один вопрос.

— Многие мужчины пытают своих сыновей, чтобы сделать их сильными, — будто невзначай кинула я.

— Тебе не стоит за это переживать, — он замер на несколько секунд перед тем, как возобновить свои движения на моём животе. — Мой дядя тоже никогда не пытал меня. Я знаю, что можно научить мальчика быть сильным другими способами. Борьба, тренировки тоже закаляют.

   Я кивнула, будучи удовлетворённой его ответами. Если бы Нолан поднял руку на нашего ребёнка, я бы убила его, не раздумывая.

— У нас может родиться и не мальчик, — сказала я. — Вообще, есть большая вероятность близнецов.

— Я буду рад любому ребёнку, но, если честно, я не знаю, как воспитывать девочек, — честно признался он. — Моё близкое окружение всегда состояло из мужчин. Не уверен, что делать с девочкой.

   Если честно, я не была уверена, что делать ни с мальчиком, ни с девочкой.

   Каждый ребёнок, как и каждый человек, настолько уникален, особен и индивидуальный, что невозможно было предугадать, какие методы воспитания я выберу. Больше всего я хотела быть другом для своего ребёнка. Вероятно, я буду совершать ошибки, но мне хотелось сопровождать своего ребёнка на каждом шагу, быть главной опорой и поддержкой в его жизни.

   Конечно, самой главной миссией для нас с Ноланом было воспитать ребёнка, который сможет прожить в этом жестоком мире самостоятельно. Разумеется, мои братья всегда будут на подхвате, но мир настолько переменчив, что меньше всего я хотела воспитать не дееспособных детей, у которых не будет внутренней силы, выдержки и базовых навыков для самостоятельной жизни.

   Родители существуют для того, чтобы научить своих детей рано или поздно жить без них, как бы больно это не звучало.

— Я хочу двоих детей, — внезапно приняла для себя решение я. — Чтобы они имели поддержку в виде друг друга и учились делить внимание. Я выросла с братьями и нам было хорошо. Но не думаю, что когда-то захочу больше детей. Это слишком тяжело и ответственно.

— Это твоё тело и твои решения, — просто ответил Нолан. — Если у нас будут две девочки, я не расстроюсь. Моим наследником может стать сын Риза, если у него такой будет.

   Я подняла на него взгляд, вспоминая, как увидела контакт в записной книжке его друга «Бэмби❤️».

— У Риза есть жена? — поинтересовалась я с ноткой любопытства.

— Нет, но я думаю, что она может стать таковой, — слегка посмеялся Нолан.

   Если у них всё настолько серьёзно, то она может возненавидеть меня, когда узнает, что это я вырубила её парня.

— Кто она?

— Кортни. Она работала проституткой в одном из наших клубов, — он пожал плечами, будто это не имело значение.

   Я приподнялась на своём локте, вглядываясь в лицо Нолана.

   Во-первых, я приятно удивилась, потому что ни разу не слышала, чтобы в мафии кто-то взял проститутку себе в жёны. Это противоречило многим старым традициям и внутри меня загорелось уважение к Ризу.

   Особенно к тому факту, что он был достаточно зрелым, чтобы выбирать себе в спутницы жизни женщину не исходя из традиционных параметров. Многие проститутки имели свою историю за плечами, и уверена, что Кортни была не исключением.

   Но, во-вторых, искра ревности всё же проскочила в моей груди.

— Ты спал с ней?

   Его губы растянулись в самодовольной улыбке.

— Ревнуешь?

— Я задала вопрос, — твёрдо произнесла я, прищурив глаза.

— Мы переспали с ней только один раз больше трёх лет назад, — серьёзно ответил он, пока его рука игралась с прядями моих волос. — И то я был пьян, и почти ничего не помню с той ночи. Тебе не о чем беспокоиться. Теперь она принадлежит Ризу.

   Я кивнула, снова кладя голову на грудь Нолана.

Теперь жизнь обещала заиграть новыми красками. У моего ребёнка будет полноценная семья, и я снова воссоединюсь с мужчиной, которого люблю. Люблю. Да, именно так, я люблю Нолана Вильсона.

С удовлетворённым стоном я зарылась носом в изгиб шеи Нолана. Мои ресницы затрепетали, и я впервые задумалась о том, что будет дальше. Может, и не впервые, но за последние месяца я успела разувериться в том, что между мной и Ноланом возможно будущее. Было тяжело думать об этом, когда я была уверена, что он умер.

— Ты не можешь переехать с Бойсе в Вегас, — констатировала я, зная, что это было правдой. — Ты нужен там.

   Рука Нолана замерла перед тем, как продолжить свои движения.

— Переезжай ко мне, Сесилия, — его пальцы держали мой подбородок. — Тебе и нашему ребёнку место там.

Я опустила взгляд, не встречаясь с ним взглядом, водя указательным пальцем круги по его груди.

— Ответь что-то, — твёрдо, но всё же мягко потребовал он.

— Я никогда не думала о том, чтобы покинуть Вегас, — призналась я, сглотнув. — Я никогда не жила отдельно от своих братьев. Даже в лагере я всё равно жила с Адамо. И мои племянники, и невестки, — я громко вздохнула. — Я буду скучать по ним и они захотят видеть нашего ребёнка.

— Бойсе не настолько далеко от Вегаса. Так же, как Вегас недалеко от Бойсе. Вы можете видеться друг с другом в абсолютно любое время.

Я кивнула.

   Я любила свою семью, но в моём сердце хватит место и на Нолана, и на нашего ребёнка. Расстояние не изменит моих отношений с братьями.

   Я продолжала быть членом Камморы, я принадлежала Камморе, но моя жизнь в Бойсе абсолютно не будет иметь ничего общего с предательством. Это только ещё один путь к более крепкому перемирию между нами.

— Ты прав, я знаю, — мои губы опустились на его челюсть. — Я знаю, что нет другого варианта.

   Я оставила поцелуй на его шее, заставив его задержать дыхание.

   Я улыбнулась про себя, зная, какое влияние на него оказывала. Потом мои губы опустились на его ключицу и я вытянула из него протяжный вздох. Он не останавливал меня, но крепче сжал моё бедро, будто собирался, но возможно, был слишком слаб перед моими чарами.

   Я встала на колени и моя рука легла на его пресс, по которому я начала проводить языком, не прерывая зрительного контакта с Ноланом. Меня сжимало изнутри, но я знала, что была готова. Это Нолан. Он не сделает мне больно, этот мужчина не вызывает во мне омерзения. Только безудержное желание, которое я планировала выплеснуть по полной. Тем более, я знаю, что Нолан долго ждал этого.

— Тебе лучше остановиться, сирена, — прохрипел он, пока его рука запуталась в моих волосах.

   Я посмотрела на его виднеющуюся эрекцию и с недоверием глянула на него.

   Часть его точно не хотела, чтобы я останавливалась. Поэтому я продолжила своё путешествие по его прессу, пока не дошла губами и языком до стыка на его чёрных боксерах, заставив его ещё громче задышать. Внутри я была довольна его реакцией, ощутив прилив власти над ним. Казалось, что я могу попросить сейчас о чём-угодно, и он исполнит это.

   Мои руки легли на его боксеры, снимая их одним движением. За время, которое мы провели вместе, я научилась делать это одной рукой.

— Разденься, — остановил меня Нолан. — Я не хочу кончать, если ты тоже не будешь.

   Я усмехнулась.

   Ему не стоило просить меня дважды, хотя сомневалась, что он будет заниматься сексом со мной. Он казался достаточно непоколебим в этом вопросе, и я сама не была уверена, был ли безопасен секс. Но оргазмы не несли ж угрозы, не так ли?

   Я поднялась с кровати, став в полный рост, раскрывая полотенце. Его глаза съедали каждую часть моего тела, клеймя меня, как свою. Он давно заклеймил. Давно уничтожил меня для других мужчин. Я всегда говорила, что принадлежу только себе, но правда в том, что он забрал частичку моей души и моего сердца.

  Я забралась обратно на кровать, стараясь игнорировать то, как мои коленки тряслись от желания, решительности и доли неуверенности одновременно. Его глаза перевелись на мой живот и в этом взгляде было нечто большее, чем похоть. Это была признательность. На третьем месяце беременности мой живот был ещё плоским, но, кажется, что Нолан видел гораздо больше, чем могло показаться на первый взгляд.

   Я снова потянулась к его члену, но он аккуратно перехватил мою руку, заставив нас двоих встретиться взглядами.

— Ты не обязана, — сказал он, звуча серьёзно, хоть и не убедительно.

   Он слишком сильно этого хотел.

— Я знаю, — улыбнулась я. — Но я хочу этого. Хочу показать, что ты для меня отличаешься от всех мужчин, которые у меня были до этого.

Кажется, его член дёрнулся, заставив меня ухмыльнуться.

— Хочу знать их имена и фамилии, — его рука собственнически запуталась в моих волосах. — Меня злит мысль, что кто-то, кто прикасался к тебе помимо меня, ходит живой по земле.

— Я сама не знаю их имён и фамилий, Нолан, — фыркнула я. — Тебе не о чем беспокоиться.

   Моя рука взялась за его член, проводя обычными движениями вверх-вниз. Это не было для меня в новинку, ведь я делала такое и раньше, но никогда моё лицо не было так близко к его паху. В голову закрались разные мысли и мне хотелось развеять некоторые сомнения перед тем, как я приступлю к делу.

— У тебя был кто-то за то время, пока мы не были вместе? — выпалила я, глядя прямо в его глаза. — Или, может, во время нашего соглашения?

   Это было важно для меня.

   Не думаю, что мы полностью доверяли друг другу на сто процентов. Не так давно я наставила пистолет на Нолана, а он притворился, будто умер. Нам ещё есть над чем работать. Я думала, что Нолан отшутиться, но его хватка в моих волосах ослабла, напоминая нежную, и его взгляд смягчился.

— Не думаю, что смог бы прикасаться к другим женщинам после того, как нашёл тебя, — признался он. — Я давно никого так сильно не хотел. Сколько бы мы не спали вместе, это чувство не покидает меня.

Я улыбнулась и с этой эмоцией мои губы опустились на головку его члена.

   Нолан протяжно выдохнул и его пальцы прошлись по моей влажности, прикасаясь к моим складкам. Мне будет тяжело сосредоточиться, но я постараюсь. Я продолжала держать его, пока мои губы оставляли поцелуи по всей длине. Я старалась периодически смотреть Нолану в глаза, замечая его стеклянный от похоти взгляд. Его рука дразнила меня, но он не делал никаких движений, чтобы приблизить меня к оргазму. По его хитрой улыбке я понимала, что он затеял игру, но не была уверена, какую.

— Как бы мне не нравилось смотреть на твоё лицо, сейчас я хочу попробовать кое-что новенькое с тобой, — он усмехнулся на мой нахмуренный взгляд.

   Его руки взяли меня за бёдра, переворачивая таким образом, что благодаря порно, я знала, что эта поза называлась «шестьдесят девять».

   Окей, это было неожиданно.

   Из-за нашей разницы в росте и в размерах это было немного комично, так как я не могла просто стоять на четвереньках, а мне приходилось чуть-чуть протянуться вперёд, чтобы вообще достать до его члена. Но я не могла жаловаться, когда его язык прошёлся вдоль моих складок. С моих губ вырвался стон и я прикусила губу, подумав, могли ли нас услышать мои братья? Во дворе их было иногда слышно, когда они были со своими жёнами, но они ведь были в доме, не так ли?

— Не сдерживайся, иначе я остановлюсь, — ой, да живём один раз, не так ли?

   Вспомнив свою первоначальную задачу, я потянулась к его члену, раскрыв губы и пытаясь взять его в рот. Легко было понять, как сильно это влияло на Нолана по тому, как он крепче сжимал мои бёдра или как его язык двигался, лишённый ритма.

   Я надеялась, что делаю всё правильно, но знала, что в таких вещах, как и в сексе в целом, нужна практика. Я продолжала вбирать его, пока он не касался стенки моего горла. Старалась ещё параллельно к этому всему работать языком, но было трудно сконцентрироваться, когда своим языком работал Нолан. Здесь не было место для триггеров или плохих воспоминаний.

Были только он и я.

Прошлого не существовало, только наше общее будущее.

Когда язык Нолана начал работать над моим клитором в интенсивных движениях, пока два его пальца были в моём влагалище, имитируя то, что делал бы его член, если бы он вошёл в меня, я вообще не смогла сконцентрироваться на своей попытке доставить удовольствие Нолану.

   Кажется, то, что он делал мне кунилингус уже заставляло его постанывать. Моё дыхание участилось, а ноги задрожали от приближающегося оргазма.

— Я чувствую, что ты близко, — заметил он, после чего его губы, будто всосали мой клитор.

Этого не было слишком давно и мне не понадобилось много времени, чтобы кончить с громким вскриком. Волна удовольствия окатила меня, на удивление, принося спокойствие в то место, где было моё сердце. Нолан не прекращал своих движений, а действовал ещё более интенсивнее и напористее, выдавливая из меня каждую секунду оргазма.

Я тяжело дышала, когда вспышки удовольствия отошли на задний план. По звуку я могла понять, что Нолан облизал пальцы, которые были во мне, и я снова тихо застонала. Я посмотрела на него и он выглядел более, чем доволен своей проделанной работой.

— Теперь моя очередь, — с улыбкой сказала я, слезая с него.

Я разместилась между его ног, наблюдая за его самодовольной усмешкой.

Теперь мы не отводили взгляда друг от друга, пока я старалась брать его в рот, пытаясь не задевать зубами и проводить языком. Не была уверена, возможно ли взять полностью, но думаю, у нас будет много практики, чтобы узнать это. Я изучала его сексуальность, исследовала его чувствительные места, что было для меня абсолютно в новинку.

   Внутри мне почему-то было приятно, что были вещи, которые я сохранила только для него.

— Тебе приятно? — в итоге спросила я, желая, чтобы он мог направить меня. — Ты можешь сказать, как тебе ещё нравится.

— Поверь, мне приятно всё, что ты делаешь, — с хриплым смешком протянул он. — Но не бойся быть быстрее.

   Я кивнула и начала наращивать темп.

   Мне больше нравилось, когда он был медленным, но интенсивным. Возможно, у мужчин было немного по-другому. Я снова начинала возбуждаться, что было странным и новым для меня. Никогда не думала, что такие вещи могут заставить меня чувствовать себя не грязной и омерзительной, а желанной и возбуждённой.

— Чёрт, я очень близко, — хрипло прошептал он. — Остановись, Сесилия.

   Я нахмурилась, не понимая, почему он просил остановиться. Чтобы я попросила Нолана остановиться, когда мой оргазм был близок? Нет, никогда в жизни.

   Рука Нолана ещё крепче сжала мои волосы, отстраняя меня.

— Я хочу твою грудь, — потребовал он, заставив меня удивиться, но Нолан всегда имел слабость к этой части моего тела.

Я нахмурилась, понимая, что он имел в виду, но не совсем представляя, получится ли у меня так.

Я сжала свою грудь вместе, размещая член Нолана между ними, совершая те же движения, как рукой или ртом. Глаза Нолана были стеклянными от похоти, и я могла понять, что ему нравилось наблюдать за этой картиной.

— Ты невероятно сексуальная, — прошептал он, звуча благоговейно.

— Надеюсь, это не камень в мой огород, когда я делала тебе минет, — отшутилась я, заставив его ухмылку расползтись по лицу.

— Это было ахуено, но у меня слишком много сексуальных фантазий, когда дело касается тебя.

— У нас есть вся жизнь, чтобы воплотить их.

   Нолан кивнул и за его протяжным, грубым стоном последовали белые струи спермы, которая приземлилась на мою грудь.

   Я поднялась, взобравшись по его телу, наплевав на то, что его сперма оставалась на нём. Мои губы упали на его и в этот раз наш поцелуй был нежным, мягким. Таким, каким никогда не был ранее. Таким, что заставлял бабочек в моём животе порхать, тепло распространиться по моему телу и заиграть фейерверки внутри.

   Мы отстранились друг от друга. Глаза Нолана выражали всё, что мне нужно было знать. Его рука прошлась до моей задницы, заставив меня сесть на его прессе. Я потянулась к тумбочке, доставая оттуда салфетку, чтобы вытереть нас двоих. Нолан повернул меня так, чтобы я оказалась на его груди и этот момент казался идеальным.

   Обнажённые, уязвимые, но очень близкие.

————————————————————————Вот и тридцать вторая глава😈

Переходите в мой тг-канал и делитесь своими оценками и комментариями 🫶🏻

Делитесь своими оценками и комментириями🖤