5.6.

– Я тебя за всё прощаю, мама, – медленно, стараясь прочувствовать каждое слово, произношу я.

— Это очень тяжело, – вздыхает мама, – но я тоже тебя за всё прощаю. Я была не права, когда указывала тебе, как жить.

Я знаю, что, скорее всего, она говорит это только из–за того, что мне в последний день жизни приятно такое услышать. На самом деле, она так не считает и не чувствует прощения. Но всё равно это хороший момент, важный.

Мы обнимаемся, я тихо плачу и с удивлением чувствую мамины слёзы на моём плече. Может, она, и правда, чувствует некое искупление? Я никогда не залезу в её голову.

Кирилл аккуратно заходит в спальню, стараясь не испугать момент единения. Он остаётся в дверном проёме, не зная сделать шаг вперёд или выйти обратно в прихожую.

Наши объятия обрываются, и мама переводит взгляд на Кирилла, вытирает слёзы. Поднимается, подходит к нему и тоже обнимает. Кирилл застывает от удивления, но миг спустя отвечает взаимностью. Она ни разу за наши отношения не обнимала его.

– Спасибо, что выбрал и оберегаешь мою непоседливую дочь, – произносит мама, в её голосе слышится улыбка.

– Спасибо вам за то, что подарили мне самого дорогого человека, – отвечает Кирилл.

– Насть, мы сейчас, – заявляет мама и выводит Кирилла из спальни.

Они о чём–то перешёптываются. Но Кирилл не заставляет меня долго ждать и возвращается один. Он застенчиво усмехается.

– Я хотел это сделать через неделю, – мужчина осекается, – но мы умрём через четыре с половиной часа, поэтому...

Кирилл встаёт на одно колено.

– Кирилл! – визжу я уже от умиления и радости.

Любимый показывает мне кольцо.

– Анастасия, ты будешь моей женой на четыре с половиной часа и на всю оставшуюся... что бы там ни было?

Я истерически смеюсь. Но это событие, правда, единственное, что радует меня в последний день жизни.

– Конечно! – восклицаю я.

– Прости, что это фамильное кольцо твоей семьи. То, которое купил я, теперь, похоже, носят бандюги, – говорит Кирилл, надевая кольцо мне на безымянный палец.

– Ничего страшного, – заверяю я. – Я тебя люблю.

Кирилл поднимается с колена.

– Я тебя люблю тоже, – отвечает мой жених и притягивает меня к себе. Наши губи соприкасаются, и мы сливаемся в искреннем поцелуе, полном счастья и любви.

– Теперь у нас брачный ребёнок, а не внебрачный, – пытаюсь пошутить я, и мы даже смеёмся.

– Сомневаюсь, конечно, что вселенной есть до этого дело, но это хорошо.

Мы садимся напротив окна, я кладу голову на плечо Кирилла, и мы рассматриваем мир. Если честно, видя его сейчас таким, начинает расти желание внутри, чтобы он разрушился. Вскрылись людские пороки, страхи, соблазны. Вытекли, как гной из прыща, порождая новые грехи.

Всего три часа.

Через некоторое время приходит мама. Садится рядом с нами. Берёт меня за руку. С родными становится легче. Вспоминая о трёх часах, фокусируешься на близких, на их прикосновениях.

Жалею ли я о чём–то в жизни? Нет. Я не жалею. Всё так, как я хотела. Так, как должно быть. Корю ли я себя за то, что не поехала в институт и не сделала всё, что в моих силах ради спасения человечества? Больше не корю, я себя больше ни в чём не обвиняю. Я что супергерой, который всех спасает? Вероятность спасения всё равно была минимальная. А я заслуживаю провести последние часы с любимыми людьми дома в спокойствии и счастье.

Мне вспоминаются грустные и радостные моменты. Все они одинаково важны и хороши. Все они сделали меня. Такой, которая на грани смерти ни о чём не жалеет. Такой, которая сидит рука об руку с любимым и мамочкой. Такой, которую ценой собственной жизни защитил любящий отец. Такой, которая носит под сердцем ребёнка от лучшего человека этого мира. Спасибо жизнь, что провела меня через все события.

Осталась минута.

Я вцепляюсь в руки Кирилла и мамы. Мы видим, как уничтожается мир. Думаю, до смерти не более секунды. Но эта секунда длится слишком долго. Конец съедает дома, небоскрёбы, построенные разумом миллиардов людей и тысячелетиями развития.

Дрожь охватывает меня, но я не могу закрыть глаза.

Я вижу, как смерть добирается до книг, которых больше никто не прочитает. Люди пытались оставить след в истории. Оставили. Теперь все следы заметает метеорит, а прах планеты разносится по вселенной.

Кирилл вжимает меня в себя и целует в макушку. Я чувствую, как сильно дрожат его губы.

Мой дух захватывает. Я захлебнулась, перестала дышать.

И вот когда смерть дотронулась до моего тела

Открыта концовка №6: «Бессмысленный след».