4.5.

– Едем в институт. Каждая минута на счету. Нет смысла тратить время на родителей. Они сами хотели, чтобы я максимально занималась проектом, – сказала я и нажала на газ.

Кирилл кивнул и заиграл New Born у Muse. Мы вместе орали песню во всю глотку. Мужчина самозабвенно отдавался музыке. В какой–то момент мне даже не захотелось приезжать в институт, просто под музыку ехать всю жизнь по дороге. Гнать, вытаскивая руку из окна, ловя тёплый ветер.

Но пора было парковаться.

Девять часов до конца.

Заглушила авто, тяжело выдохнула. Словила себя на ощущении, что потеют ладони.

Кирилл первый вышел из машины с гитарой и открыл багажник. Взяв все пакеты, он подошёл к моему окну, и я выползла из Порша. Подхватила гитару Кирилла, и мы вошли в институт.

Поднявшись к нашим кабинетам, я снова услышала музыку. Коллеги включили классику на колонке.

Паша первый встретил нас, и я попросила собрать команду на планёрку.

Несколько коллег не хватало, но я старалась не обращать на это внимания. Зато были мужья, жёны и дети.

– Готовы показать нашей верхушке, что они зря не поставили на нас, не раскрутили наше изобретение? – оптимистично начала я. – Даже зная, что скоро метеорит разрушит нашу планету, они не связались с нами, потому что якобы наш лазер ещё не введён в эксплуатацию. А какая разница? Осталось восемь с небольшим часов до того, как весь мир может разрушиться. Но благодаря нам у него есть шанс. Генераторы, я вижу, вы уже запустили. Супер. Паша, каким угодно образом с помощью своих связей свяжись с правительством. Гена, – раздавала команды я, – открывай крышу, выводи лазер. Арина, начинай последние проверки в целом, полной работоспособности лазера. Остальные проверяют свою зону работы.

Когда распоряжения были даны, все разошлись по местам, а Кирилл начал накрывать стол в конференц–зале.

– Ты что сейчас будешь делать? – спросил меня мужчина.

– Контролировать. Быть со всеми, – ответила я, поднимаясь из–за стола.

– Анастасия, – окликнул Кирилл.

– Да?

Он подошёл ко мне ближе, взял за руки.

– Хотел признаться, – медленно проговорил мужчина. – Я всегда переживал, что нахожусь в твоей тени. Ты супер успешный учёный с мощнейшим проектом, а я простой программист.

– Во–первых, не простой. Во–вторых, это тебя ущемляет? – спросила я и сжала ладони любимого.

– Пожалуй, – усмехнулся Кирилл. – Ущемляло. Я старался вести себя более дерзко с тобой, показывать какую–то силу, моральную, физическую. Решать какие–то проблемы. Даже если и не было проблемы, я придумывал, чтобы были. И решал надуманные ситуации. Но знаешь, – тут мужчина пристально взглянул мне в глаза, – сегодня я посмотрел на тебя и наши отношения другим взглядом. Я счастлив, что моя женщина одна из лучших людей этого мира. Да что я вообще говорю? Моя женщина – лучший человек этого мира, сегодня это доказывает.

– А если, – прошептала я, слеза снова скатилась по щеке, – если не получится?

– Ничего, – Кирилл прижал меня к себе. – Я буду также неимоверно счастлив, держа тебя за руку и наблюдая за тем, как метеорит вонзается в нашу планету.

Мужчина поцеловал меня в волосы.

– Да и если не съездили к твоим родителям, хотя бы с моими тебя познакомлю, – любимый грустно усмехнулся.

Я чуть отстранилась и посмотрела на него, он тоже обронил слезу. Улыбнулась в ответ.

– Буду рада познакомиться, – ответила я.

– Но надеюсь, в итоге, встретимся с ними лет через сто. Но в любом случае... Я тебя очень сильно люблю.

– Я тебя тоже очень сильно люблю.

Кирилл нежно поцеловал меня, и я отправилась работать.

Шесть часов до метеорита.

Мы снова собрались на планёрке в конференц–зале. Арина курила откуда–то взявшуюся у неё сигару, пока мы обсуждали запуск, Гена лопал пирожное за пирожным, а Марина смаковала красное вино. О рабочей субординации не могло быть и речи.

– Президент дал добро на нашу попытку. Мы заключили договор, что мы и наши родственники будут пожизненно обеспечены! – восторженно объявил Паша.

– Осталось настроиться на метеорит, и мы готовы к первому, он же пробный, запуску, – не отрываясь от сигары, сказала Арина.

– Отлично, – закончила планёрку я.

Три часа или миллионы лет?

Вся команда собиралась в операторской, мы с Кириллом зашли туда последними. У нас что–то не работало, запуск не происходил. Мы разобрали возможные ошибки и увидели, что нужно перенастроить приборную панель на самом конце лазера, находящегося на крыше.

– Но Денис не приехал, хотя я ему звонил, – напомнил Паша о том, что наш техник не явился, возможно, в последний рабочий день перед бесконечным отпуском. Только он замечательно разбирался в сердце лазера. Я могла бы попробовать, ведь я была в курсе работы всей системы, но снижать шанс на успех из–за меня не хотелось.

– Денис, блин, – сказала я вслух.

– Я могу съездить за ним. Есть его адрес, адрес его семьи? – вызвался Кирилл.

– Да, конечно, – ответила я.

– Отлично, диктуйте.

– Спасибо! – воскликнула я, расплываясь в благодарной улыбке.

Последний час.

Напряжение в команде жутко нарастало. Мы уже собрали чемоданчик для подъёма на крышу к лазеру. Коллеги всё перепроверяли ещё раз и ещё. Я решила: если Кирилл с Денисом не приедут через пять минут, я лезу на крышу сама.

Но они приехали. Денис вразвалку зашёл в операторскую и поморщился.

– То есть вы оторвали меня от семьи в последний день человечества ради работы? – недовольно произнёс он.

Меня, как ударили, я дико вскипела. Внутри разлилась бурная волна злости.

– Денис, мы тут не в куклы играть собрались, а мир, вроде бы, спасать! (Перейдите к главе 5.9)

– Мы всё проверили, у нас есть реальные шансы на спасение. (Перейдите к главе 5.10)