Глава 28. Я постараюсь, Грейнджер

— Мерлин, только не это! — воскликнула Джинни, не отрывая взгляда от террасы, где Малфой и Грейнджер стояли непозволительно близко.

— Что? — нахмурился Блейз.

— Терраса! Они там! Уведи Малфоя от Гермионы! Зачем они так близко стоят?! — вцепилась в руку мулата Джинни, не сводя широко открытых глаз от представшей сцены.

— Джинни, может, уже хватит? — раздраженно буркнул Забини.

— Блейз, он положил ей руку на лицо! Сделай что-нибудь! — почти затрясла его девушка.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? Свечку им подержал?! — закатил глаза слизеринец.

— Какую, к черту, свечку?! Их надо развести по разным углам! — взвизгнула Джинни, глядя на него с ужасом.

— Поздно, — ухмыльнувшись, сказал Блейз.

Взгляд Джинни метнулся обратно к балконной двери. А там... ее лучшая подруга потянула на себя Драко — сатана бы его забрал назад в ад — Малфоя и поцеловала. Хорек сразу же обвил свои глупые длинные руки вокруг Гермионы и прижал к себе, а эта слабачка запустила пальцы ему в платиновые волосы и прижалась всем телом, как кошка.

Они целовались.

Нет, они очень грязно и страстно целовались!

— Мерлин всемогущий... — сокрушенно произнесла Джинни, вцепившись в собственные волосы. — Я не смогла ее уберечь от этого дьявола. Да он же сейчас ее в этот бортик вмурует!

И тут небо вспыхнуло: грянул салют. Гриффиндорка и слизеринец стояли на балконе, и над их головами небо окрашивалось разноцветными огнями и вспышками. Все смотрели на салют, а значит на них.

— Хэппи энд! — рассмеялся Забини от этой сцены.

— Хуэнд, — сквозь зубы процедила Джинни, скрестив руки на груди.

Гермиона и Драко целовались как одержимые. Вдруг — что-то громыхнуло. Девушка дернулась от испуга, но Малфой прижал ее крепче и прошептал в губы:

— Хоть очередное пришествие Волдеморта. Мне насрать.

И снова завладел ее губами. Мерлин, как она скучала по этим ощущениям. Гермиона была уверена в том, что на ее губах была какая-то кнопка отключения мозга, и Малфой с маниакальной точностью умел ее находить.

Спустя минуту безумного танца, Драко оторвался от нее, чтобы перевести дыхание и открыл глаза.

— У нас проблема, Грейнджер, — прошептал он.

— У меня нет никаких проблем, — снова потянулась к нему девушка.

— Слева, — еще раз коснувшись ее губ, тихо сказал парень.

Гермиона перевела расфокусированный от возбуждения взгляд на балконные двери и увидела, что на них смотрят все. Точнее на салют, но он был ровно над их головами, а стекло имеет свойство быть прозрачным.

Она резко отстранилась, заливаясь краской.

— Что делать? — округлив глаза, прошептала девушка.

— Остается только одно, — ухмыльнулся Драко и, обняв ее за талию, аппарировал.

Через секунду Гермиона стояла на твердом полу. Драко по-прежнему держал ее.

— Это... что, твоя квартира? — оглянулась она вокруг.

Все было восстановлено.

— Не узнала ее в целом состоянии? — усмехнулся Малфой, выгибая бровь.

— Зачем ты привел нас сюда? — все еще стоя в его объятиях, спросила девушка.

— Есть какие-то мысли?

— Мне надо выпить, — коротко сказала она и попыталась отстраниться.

— Не тот ответ, который я ждал, но ладно, — пробормотал Драко и, не отпуская ее, завалился на диван, утянув девушку с собой.

Она оказалась у него на коленях. Малфой взмахнул древком — и в воздухе появилась бутылка вина. Магия мягко разлила его по бокалам.

— Держи, — протянул он один из них.

— Спасибо, — прошептала Гермиона, обхватив ножку пальцами и пытаясь встать, но его вторая рука на ее талии не давала этого сделать.

— Далеко собралась? — выгнув бровь спросил парень.

— Тебе наверняка неудобно.

— Поверь, я в полном восторге, — прошептал он и поцеловал ее в шею.

— Драко... — заерзала она и почувствовала, что он возбужден. Очень возбужден.

— Если ты будешь так на мне скакать, то тебе не удастся допить это Мерло, — хрипло прошептал он ей в шею и снова втянул кожу губами.

Гермиона замерла, а потом молча сделала большой глоток вина.

— Ты напряжена, — его губы скользнули ниже. — Этот вырез... слов нет. Как только я тебя увидел в этом платье, понял — у меня крупные проблемы.

— Драко... — только и смогла выдохнуть она, запрокидывая голову.

— Чего ты хочешь, Грейнджер? — продолжал он ласки, но не заходил за контуры платья.

— А ты?

— Я думаю, очевидно, чего хочу я, — оторвался он от ее груди и поцеловал девушку в губы.

— Я... — пробормотала она, отстраняясь на миг.

— Я не сделаю тебе больно, принцесса, — снова склонился он к ее шее, его ладонь легла ей на бедро, скользя по ткани.

— Ты про секс или... вообще? — отстранилась она и серьезно на него посмотрела.

— Хороший вопрос, — облизнул он губы, залипнув взглядом на ее лице.

— Как все это будет?

— Сначала я отнесу тебя в постель. Потом сниму с тебя это прекрасное платье... — начал объяснение он, параллельно проводя пальцем вдоль ее выреза.

— Нет, я про нас, — перебила она, прикусив губу.

— А чего ты хочешь? — подхватил он ее за талию и посадил так, что она обхватила своими ногами его бедра.

— Я хочу, чтобы все было... нормально, — смотря ему в глаза, ответила шатенка.

— Ты хочешь свиданий?

— Не обязательно свиданий, — облизнула она губы. — Я просто хочу попробовать быть уважительными.

— Ты хочешь настоящих отношений? — серьезно посмотрел в ее карамельные глаза Малфой.

— Мне бы этого хотелось, — кивнула она, ожидая его вердикта в напряжении.

Он вздохнул. Пальцы скользнули за ее ухо, убирая прядь.

— Ты будешь только моей. Никаких Звезд, Избранных и Друзей. Ни-ко-го.

— Хорошо... Ты будешь только моим: никаких Дафн, Марий, официанток и любых других женских существ.

— Идет, — прошептал он, снова целуя ее в шею. — Я постараюсь, Грейнджер. Постараюсь быть... нормальным парнем.

— Постарайся хорошо, — улыбнулась она сквозь дрожь.

— Я хочу тебя, — сказал он хрипло, опуская платье с ее плеча и касаясь губами ключицы.

— Драко... — простонала она, когда он задрал ее платье с одной стороны и провел рукой по обнаженной коже бедра.

— Я так сильно хочу тебя, Грейнджер, — толкнулся он в нее через одежду.

— Я тоже... — выдохнула она, не пытаясь больше сдерживаться.

Платье соскользнуло с другого плеча, и грудь Гермионы обнажилась перед ним. Она машинально попыталась прикрыться, но Драко решительно перехватил ее запястья.

— Не надо, — прошептал, прежде чем его губы коснулись ее груди.

— Мерлин... — простонала Гермиона, зарывшись пальцами в его волосы.

Он ласкал один сосок языком, в то время как другой сжимал ладонью, чередуя мягкость и нетерпение.

— Твой язык... он хоть что-то делает плохо? — пробормотала она сквозь стон, откидывая голову назад.

Драко ухмыльнулся ей в грудь и втянул сосок на другой груди, вызвав вскрик девушки.

Член уже слишком сильно натягивал штаны, поэтому блондин подхватил ее на руки и встал, обрушивая поцелуй на ее губы. Они быстро добрались до спальни: по пути Гермиона скинула с него пиджак, который остался лежать в гостиной. Она возилась с пуговицами его рубашки, торопясь, спотыкаясь о собственные пальцы.

Войдя в комнату, он остановился, поставил ее на пол и, отбросив рубашку, медленно зашел ей за спину. Взявшись за молнию на платье своей новой-старой девушки, Драко потянул ту вниз. Платье упало к ногам гриффиндорки, оставив ту в белом кружеве. Он провел ладонью по округлой линии ее бедра и задержался, слегка сжав.

— Смотрю, кто-то подготовился, — прошептал он ей в ухо, прижимая спиной к своей груди. — Симпатичные трусики, — поцеловал он ее в плечо.

Гермиона повернула к ему голову через плечо, и их губы вновь слились в поцелуе. Она почти не чувствовала ног, отступая к кровати. Он развернул их, ловко уложив ее на простыни.

Она отодвинулась к центру, опираясь на локти, глядя на него снизу вверх, а Драко в это время, скинув туфли, начал расстегивать ремень, не сводя с шатенки полного возбуждения взгляда. Гермиона поежилась от такого пристального внимания, но совершенно не знала, что ей делать. Когда штаны и боксеры упали на пол, она увидела его... полностью голого Малфоя. У гриффиндорки не было опыта, но вспоминая все, что она знала о мужской анатомии, было очевидно: он идеальный и здесь.

Парень встал коленями на кровать и подполз к ней, снимая с девушки последний элемент одежды. Его пальцы коснулись ее клитора, а губы снова завладели соском. Она судорожно вцепилась одной рукой в его волосы, а другой гладила его широкую спину.

— Зачем ты прятала эту грудь? — пробормотал Драко, поднимаясь поцелуями к ее шее.

Грейнджер не знала, что на это ответить, поэтому ответом ему был всхлип, когда его палец вошел в нее.

— Драко...

— Мое имя из твоего рта — просто гребаная поэма, — прошептал он ей в ухо и ввел второй палец, одновременно наклоняясь к ее губам.

Гермиона выгнулась, когда его пальцы вновь вернулись к ее самой чувствительной точке. Он двигался уверенно, неторопливо, но ее тело отзывалось на каждое прикосновение. Драко развел шире ее бедра и она почувствовала пустоту, когда его пальцы выскользнули из нее. Он наклонился ближе к ее губам, Гермиона вцепилась в его плечи, сердце стучало в ушах.

— Расслабься. Я постараюсь сделать все аккуратно, — прошептал он, касаясь ее губ своими.

— Только... медленно, ладно? — ответила она, не отводя от него глаз.

— Конечно, принцесса, — улыбнулся он и вновь ее поцеловал.

Она почувствовала давление внизу, когда он медленно начал входить. Через секунду он остановился, отрываясь от ее губ и дыша через рот.

— Салазар... ты такая узкая, — прошептал он и продвинулся еще вперед.

Пальцы Грейнджер на его плечах были белыми от напряжения, она смотрела на него широко открытыми глазами.

— Как ты? — спросил он.

— Нормально, вроде нормально, — прошептала она, дрожа от новой, непривычной волны ощущений. — Ты уже... ну, все?

Драко аж открыл глаза от возмущения, а его брови взлетели вверх.

— Мы вроде договорились быть уважительными и не оскорблять друг друга, детка.

— Я... — растерялась Гермиона. — Ах, — зажмурилась она от сильного давления внизу.

Было не то чтобы больно, просто очень странно.

— Дыши. Все нормально, потом будет лучше. Обещаю, — поцеловал он ее в шею, а затем рывком вошел окончательно.

— Ау! — воскликнула она, когда ее пронзила вспышка боли.

— Все, все, — зашептал он ей в губы, замирая. — Скажи мне, когда привыкнешь, чтобы я мог продолжить.

— Давай, — кивнула она через пару секунд.

Драко приподнялся, вставая на вытянутые руки, и сделал не сильно амплитудное движение назад, а затем вперед.

— Я могу ускориться? — спросил он сдержанным голосом, почти задыхаясь.

— Да, давай попробуем, — кивнула Гермиона.

И Драко сделал, что обещал. Взмахи бедер стали более быстрыми, более амплитудными. И с каждым новым движением боль отступала, уступая место теплу, которое медленно нарастало в животе.

— Ты такая узкая, Мерлин. Я просто... — задыхаясь, пробормотал он. — Я сам себе памятник поставлю за сдержанность, клянусь.

— Мерлин, Драко, — откинув голову в сторону, простонала Гермиона, когда он закинул ее ноги себе на бедра, изменив угол.

— Да, детка, вот так, — прошептал он, будто сам удивлен, как быстро они нашли общий ритм. — Тебе не больно?

— Уже нет. Это... — она задохнулась, — это хорошо. Очень. Черт.

Драко издал какой-то неподдающийся описанию звук и немного замедлился, начиная ласкать ее клитор. Губы его нашли сосок, и она поняла, что теряет контроль. Внизу живота, несмотря на небольшую боль, начала подниматься волна удовольствия. Он двигался медленно, глубоко, и когда ее дыхание сбилось, когда внутри все сжалось, она, в беззвучном выдохе, затряслась всем телом и ее раскидало по этой кровати, комнате, квартире, городу.

Как только ее стенки начали сокращаться, Драко отпустил себя и ускорился насколько было возможно в такой ситуации. Еще пара толчков — и он замер, прижавшись лбом к ее плечу, тяжело дыша.

Гермиона проводила пальцами по его волосам, пока он лежал на ней, прижимая к матрасу своим весом. Их дыхание постепенно выравнивалось, но сердца все еще бились где-то в горле.

— Я тебя раздавлю, — пробормотал он, собираясь отстраниться.

— Нет, — надавила ему на спину Гермиона. — Полежи так еще.

— Любишь ты непосильные ноши, Грейнджер, — ухмыльнулся он, снова прижимаясь щекой к ее шее.

— Я не беру больше, чем могу вывезти, — парировала она.

Он все же откатился через минуту, устроившись рядом.

— Тебе понравилось? — спросила она, чуть смущенно, прикрываясь одеялом.

— Мне было очень сложно себя контролировать, — провел он рукой по лицу. — Быть внутри тебя... охуенно, Грейнджер. Мы зря потеряли четыре месяца.

— У нас впереди есть еще время, — серьезно сказала она.

Он посмотрел на нее.

— А тебе? Первый раз у девушек обычно так себе, насколько я знаю.

— Было немного больно, но потом ты начал делать все это своими пальцами и стало намного лучше, — ответила она, облизнув губы. — Мне понравилось. Я ценю, что ты был заботлив.

Гермиона положила голову ему на грудь, чувствуя, как внутри постепенно отступает тревога.

— Я рад. Но, Грейнджер... — провел он пальцами по ее волосам, — это было процентов пять от того, как мы будем заниматься сексом дальше.

— Пять? — она приподнялась на локтях и уставилась на него с приподнятыми бровями.

— Салазар, — рассмеялся Драко. — Тебя ждет столько открытий, — ухмыльнулся он. — Насколько я осведомлен, принцесса Гриффиндора очень любит новые знания. Я побуду твоим профессором, так и быть. Занятия регулярные, расплатиться можно только натурой.

Он хищно улыбнулся, а Гермиона залилась краской.

— Мне нужно в душ, — пробормотала она и, заворачиваясь в одеяло, встала с кровати.

Драко взмахнул палочкой и увеличил свет ночников, которые до этого дарили лишь тусклое интимное сияние. Одеяло сползло за девушкой, и на белой простыне отчетливо проступило небольшое красное пятно.

Гермиона уставилась на него, побледнев, а затем начала оглядываться в поисках палочки.

— Прости, я сейчас применю Очищающее. Палочка, наверное, осталась около платья, — пошла она в сторону вещей, все еще прижимая к себе одеяло.

— Грейнджер, расслабься, это просто кровь, — сказал Драко.

Хотя сам во все глаза смотрел на доказательство того, что он и правда был ее первым. Почему-то это осознание заставляло улыбаться.

— Просто кровь? — выгнула она бровь. — Но это моя кровь, в твоей постели.

Улыбка резко сошла с лица Драко.

— Грейнджер, — взмахнул он древком, и следы преступления исчезли. — Ты была девственницей. Кровь — это естественно.

— Но...

— Никаких «но». Не надо мне задвигать сейчас эту херню про наши статусы и все такое. Мне насрать, ясно? Это просто кровь. Красная обычная кровь.

Он положил ладонь ей на скулу.

— Иди в душ, — сказал он мягко.

— А ты?

— Я пойду в другой.

— Мы... будем спать вместе? — прикусив губу, спросила Гермиона.

— Если ты продолжишь вот так кусать губу — спать мы точно не будем, — усмехнулся он. — Давай-давай, иди, пока я не передумал. Или ты хочешь, чтобы я присоединился? — глаза его засияли.

— Нет! Еще чего! — возмущенно воскликнула Гермиона и рванула к двери.

— Одеяло тебе там не понадобится, — дернул на себя его Драко.

Оно соскользнуло с ее кожи и упало к ногам. Гермиона резко прикрылась руками, заливаясь краской.

— Теперь все честно: я голый, и ты голая, — довольно сообщил он, демонстрируя идеальные белоснежные зубы.

— Слизеринец будет рассказывать мне о честности? — фыркнула Гермиона и закрыла дверь.

***

Драко открыл глаза. Он лежал на боку и чувствовал, что через его бедро перекинута нога, а подбородком он упирался в макушку с шоколадными кудрями. Он снова прикрыл глаза и, вдохнув запах своего шампуня в перемешку с нотками лайма и соленого ветра, с удивлением понял, что его не бесит то, что она так близко.

Малфой не был поклонником обнимашек и сна в одной постели: за семь лет учебы в Хогвартсе ни одна его партнерша так и не добралась до его кровати в слизеринской спальне. Никто. А вот сейчас — нога Грейнджер обвивала его, как кованая цепь. И эта тяжесть... казалась приятной. Ее ровное дыхание, теплое и чуть щекочущее, било ему прямо в грудь, вызывая мурашки.

Вчера все пошло не по плану. Абсолютно.

Он не собирался произносить тех слов даже под угрозой перекрасить его в черный. Но стоило ей появиться — в этом дьявольском белом платье с вырезом, словно нарисованным, — он сжал зубы до хруста, лишь бы поздороваться сдержанно и не выдать себя взглядом. А потом появился Лиам.

Блядский Лиам.

Ублюдок его бесил: да, в детстве они были кем-то вроде друзей, когда он приезжал во Францию, однако все ошибаются. Розье был скользким змеем и, как ни странно, в этом случае, это был не комплимент. Эти двое всегда соревновались: у кого метла лучше, у кого хер длиннее, у кого девчонка симпатичнее.

Ответ был очевиден, но Лиам жил в мире альтернативных фактов. У француза была маниакальная потребность: владеть тем, чем обладал слизеринец. И вот, увидев, что Лиам тащит его бывшую-не-девушку на танцпол, Драко включился в игру.

Когда стало ясно, что она знает о Марии, все полетело к черту.

«Не надо, не надо было тащить ее на этот балкон. Ну почему ты не мог просто опровергнуть все и уйти?»

Малфой знал ответ: возможность снова с ней говорить, касаться ее — ему это было надо. А потом все окончательно вышло из-под контроля, когда она смотрела на него своими глазами цвета карамели и задавала вопросы. Один хуже другого. Девчонка поднатаскалась в слизеринских штучках, когда была с ним в лже-отношениях. Драко даже немного гордился тем, как она подвела его к нужному признанию.

Но она просто не понимала, чего стоило Малфою произнести эти четыре слова.

Она хотела его — Драко это отчетливо видел. Но еще он знал, что если не скажет о своих чувствах, она откажет ему. Землю будет рыть, но не позволит ничего большего. Если бы за упрямство давали медаль, то Грейнджер, несомненно, была бы главной судьей на этом мероприятии. Ее бы даже участницей не звали, с ней и так все ясно.

Поэтому Малфой просто сдался. Сделка есть сделка. Она озвучила условия, и Драко понял, что он больше выигрывает, чем проигрывает. Сказать то, в чем он уже фактически признался сам себе в голове, и получить ее всю или промолчать, и Грейнджер снова уйдет. Выбор без выбора.

Была одна проблема: Драко не знал, что такое «быть парнем».

«Да, я сказал вчера, что постараюсь, но что мне делать сейчас? Встать? Остаться лежать? Что сказать, когда она откроет глаза? Наверное вариант «тебе пора» не лучший... Завтрак! Точно, люди завтракают по утрам, правда же? А потом? Сегодня суббота... пойти гулять, как будто нам по шесть? Смотреть в небо, держась за руки, как в тупых романах, которые читает Астория? Бред».

Сумбур в его голове был таким плотным, что он почти пропустил, как изменилась ее поза, а дыхание стало менее глубоким — она проснулась. И затаилась.

«У Грейнджер большой мозг и опыт в человеческих отношениях больше, чем у меня. Может, она знает, что делать?»

Драко решил выжидать, но спустя пять минут понял, что голос подавать гриффиндорка не планирует: он буквально слышал, как крутятся шестеренки в ее голове.

«Салазар, все снова надо брать в свои руки».

— Если ты сейчас не вдохнешь, то умрешь, а потом меня обвинят в убийстве, — хрипло пробормотал он, откидывая голову и убирая подбородок с ее макушки.

Гермиона резко вскинула голову и посмотрела на него своими карими глазами, часто моргая.

— Доброе утро, — прошептала она и неловко улыбнулась.

— Доброе, — отозвался он, с ленивой ухмылкой.

Повисла короткая пауза, когда оба еще не знают: это все еще «вчера» или уже что-то новое.

— Какие планы на день? — первой нарушила молчание Гермиона.

— Планы? Хм. Позавтракать? — прищурился Драко, будто это был шаг на минном поле.

— Можно, — кивнула она, облизнув пересохшие губы. — Приготовим вместе те блины?

— Ладно, — хрипло ответил он, слишком пристально глядя на ее губы.

Грейнджер медленно отстранилась и скинула с него ногу.

— Прости, — пробормотала она, поднимаясь.

— За что?

— За то что снова обвила тебя, — пристально смотрела она на парня. — Я просто... не знаю, я раньше за собой такого не замечала, чтобы так прижиматься к кому-то во сне, — торопливо начала объяснять она.

— Много, значит, у тебя было тех, с кем ты спала в одной постели? — приподнял бровь Драко, с нескрываемым удовольствием наблюдая, как румянец заливает ее щеки.

— Нет! Не то чтобы... — Гермиона резко заправила прядь волос за ухо. — Я иногда вынуждена была спать рядом с мальчиками... ну во время всего. В Норе я спала с Джинни и...

— Я понял, — перебил он, вставая и поворачиваясь к ней спиной.

Его лопатки двинулись в идеальном синхроне, как у большой кошки. И она смотрела.

Конечно, смотрела.

— Под «спала с мальчиками» я имела в виду... — начала, явно решив уточнить, но он уже обернулся.

— Грейнджер, я понял, — повторил он, задержав взгляд. — Жду тебя на кухне через десять минут, — сказал он и поднялся.

— Ты... ты что, голый?! — пискнула она, в панике прикрывая глаза ладонями.

И тут его пальцы мягко легли на ее запястья, отводя руки в стороны. Их взгляды встретились. Драко навис над ней, опираясь коленом в матрас.

— Детка, я всегда сплю голым. Привыкай, — ухмыльнулся он.

Его взгляд скользнул по ней сверху вниз, замерев на поджатых голых ногах, и уголки его губ приподнялись.

— И тебе настоятельно рекомендую в следующий раз сделать так же, — поддел он пальцами ее черную футболку.

— Я не могу, — сдавленно выдохнула она, округляя глаза.

— Ты все можешь, — подмигнул он и оттолкнулся от кровати. — Ты же Гермиона Грейнджер.

С этими словами он спокойно вышел из спальни.

Гермиона, все еще красная, как вареный рак, зашла в ванную. Если бы кто-то полгода назад сказал, что она проснется в постели с Драко Малфоем и будет испытывать счастье по этому поводу — гонец был бы заколдован. Но она и правда была счастлива, несмотря на тянущую боль внизу живота.

Открыв глаза и увидев его грудь в сантиметре от своего носа, она улыбнулась.

«Он спит или уже нет? Конечно, спит, не будет же он ее обнимать по своей воле. Или будет?»

Она слышала его размеренное дыхание, но понятия не имела, что делать.

«Встать? Лежать? — метались ее мысли. — Наверное, лучше лежать. А потом что: пожелать доброе утро? А вдруг он опять станет саркастичным? Может быть он сказал все это, чтобы просто переспать со мной? Ну нет, он бы так не поступил. Или поступил бы?»

Грейнджер запуталась. Она так погрузилась в свои мысли, что его голос ее испугал. Весь разговор он так пристально на нее смотрел, будто пытаясь прочитать ее мысли.

«Мысли! Он же легилимент, а что, если он их читал?! Мерлин...»

Гермиона уставилась на свое отражение, вздохнула и плеснула себе в лицо холодной водой. Быстро умылась, провела пальцами по волосам, привела их в относительный порядок, а затем применила зубочистящее заклинание. На ней все еще была его большая черная футболка и трусики, которые она быстро трансфигурировала в короткие белые шорты.

Когда она вышла на кухню, то застыла в дверях.

Перед ней предстала очень удивительная картина: Драко Малфой, в черных свободных спортивных штанах и голым торсом, мешал тесто взмахом палочки. Его мокрые волосы упали на лоб, а лицо было сосредоточенным на процессе.

— Никогда не думала, что мне предстоит увидеть такую картину, — прислонившись к столешнице, сказала Гермиона с улыбкой.

— Какую такую? — обернулся он с ухмылкой.

«Невероятную!» — подумала она.

— Давай я тебе помогу, — перевела девушка тему. — Могу сделать кофе.

Драко пожал плечами и вернулся к своему занятию. Плотное молчание легло между ними. Когда две дымящиеся кружки заняли места на барной стойке, к ним присоединилась тарелка фисташковых блинов и маленькая пиала с йогуртом. Драко выдвинул стул, вопросительно глянув на девушку — Гермиона села напротив, сглотнула и вцепилась в вилку, как в якорь.

Блондин сел напротив и сделал глоток кофе, хмыкнув.

— Что? — подняла голову от тарелки Гермиона.

— Неплохо, — отметил он, делая еще один глоток.

— Я летом работала бариста, — сказала она, чуть выпрямившись. — Там немного научилась.

— Бариста? — нахмурился Драко.

— Да, это такая работа. Те, кто делают кофе в кафе. У меня есть любимая кофейня в Лондоне, я устроилась туда после четвертого курса во время летних каникул.

— Ясно, — коротко кивнул он и наконец отломил вилкой кусочек блина.

Гермиона принялась за еду, и парень услышал ее сдавленный стон наслаждения. Он моментально перевел хищный взгляд на девушку: она сидела, перекинув ногу на ногу, в коротких белых шортах, подсвеченная пасмурным светом из окна. Волосы в беспорядке, глаза прикрыты, брови чуть взлетели вверх от наслаждения.

— Мерлин, Драко, как ты это делаешь? — выдохнула она, открыв глаза. — Эти блины будут преследовать меня всю жизнь, клянусь.

— Всю жизнь? — сдавленно пробормотал Малфой.

— Эм... фигура речи, — смутилась Гермиона. — Я не...

— Я понял, — опустил глаза он, сжав губы.

Это все было неловко.

Густое, липкое ощущение абсурда не давало вымолвить ни слова. Как будто их снова кинуло в разные стороны: словно они стали ближе физически — и отдалились на сотни миль по-человечески. Они же вчера разговаривали. Смеялись. Он держал ее...

«Как оказалось, что нам не о чем поговорить? Неужели мы можем только ругаться? Пиздец какой-то...» — ничего не понимал Драко.

Он уставился на блины. Те, что минуту назад были почти символом уюта. А теперь — просто зеленые, чертовы, блинчики. Осознание накрыло парня с головой, и он резко вскинул голову:

— Грейнджер, ты же пьешь Противозачаточное зелье?

Гермиона замерла. Затем медленно подняла карамельные радужки, нахмурилась — и через секунду в ужасе приложила руки ко рту, покачав головой.

— Блять, — выругался Драко. — Карл!

— Доброе утро, Хозяин Драко. Чем Карл может помочь? — поклонился материализовавшийся эльф. — О! Здравствуйте, мисс Грейнджер! — ослепительно улыбнулся он. — Карл так рад, что вы помирились с Хозяином!

Гермиона ему лишь коротко кивнула. Она была слишком занята внутренним диалогом с самой собой, который включал крики и несколько ментальных обмороков.

«Мерлин, где была моя голова?! Как я могла об этом не подумать?!»

— Карл, принеси мисс Грейнджер Противозачаточное зелье, — сухо сказал Малфой.

— Конечно, Хозяин! — эльф исчез.

— Прости, — заговорил Малфой, не поднимая глаз. — Я вчера приложил все силы для контроля и совершенно забыл поинтересоваться о защите у тебя. По идее, все должно быть нормально: прошло меньше суток, — провел он рукой по волосам.

— Да, — выдавила Гермиона. — Да, оно должно сработать.

«Ну что ты за идиотка?!» — материала она саму себя в голове.

Карл снова возник и с торжественным видом вручил ей бутылек.

— Спасибо, — быстро выхватила она зелье и залпом его выпила.

— Действия хватает на неделю, но тебе надо будет не забывать его пить, — не зная куда деть руки от всего этого разговора, объяснял Драко. — Ну, если оно нам понадобится в целом, — прошептал он.

— Что значит — понадобится в целом? — прищурилась Гермиона, услышав последнюю реплику. — Или ты так намекаешь на что-то?

— Я ни на что не намекаю, — тут же поднял руки Драко. — Просто... объясняю, как оно работает.

— Я и без тебя знаю, как работает это зелье, — огрызнулась Гермиона, которой было очень некомфортно от этого всего.

Вчерашний вечер был такой волшебный, но то, что происходило с ними сейчас, было просто ужасно.

— Тогда почему ты его не выпила заранее, раз ты такая умная? — откинулся на стуле слизеринец и сложил руки на груди.

Мышцы под кожей напряглись, и Гермиона машинально перевела взгляд на его руки. На вены. На изгиб бицепсов. Она сглотнула, облизав губы.

— Потому что я не планировала ни с кем спать! — резко поднялась она, толкнув стул.

— Да ты что? — прищурился он, тоже вставая. — А зачем ты тогда вообще пришла на прием?

— Как зачем?! — уставилась на него, как на идиота. — К Нарциссе!

— К Нарциссе? — медленно повторил Драко, подходя ближе.

Он взял ее двумя пальцами за подбородок и поднял лицо вверх, пронзая девушку радужками цвета луны.

— И что, даже не планировала со мной поболтать?

— Не планировала, — твердо ответила Гермиона.

— Чудесно, — усмехнулся он, с трудом сдерживая злость.

— И не говори, — сложила руки на груди Гермиона, вырывая лицо из его хватки.

— Хозяин, леди Малфой спрашивала, когда вы вернетесь в Мэнор с мисс? И вернетесь ли, в целом? — раздался робкий голос Карла сбоку.

— Ты еще здесь? — рыкнул на него Малфой, смотря исключительно в карамельные глаза Гермионы.

— Простите, — пискнул эльф и испарился.

— Малфой, я не пойду к твоей матери, — сделала шаг назад девушка. — Я от стыда умру!

— От стыда? — прищурился Драко. — И чего именно ты так стыдишься, Грейнджер? Того, что переспала со мной? Того, что я стал твоим первым? Что стонала так, что, наверное, в Уилтшире было слышно? Может, стыдишься того, как поцеловала меня при всех на балконе? Или ты стыдишься того, что все увидели, что великая Гермиона Грейнджер, влюбилась в Пожирателя смерти? Стыдишься меня? — надвигался он на девушку, которая отступала к окну.

— Я не стыжусь тебя! — воскликнула она, упершись лопатками в стекло. — Я просто... я не знаю, как теперь смотреть в глаза твоей матери. Она же все поняла.

— Я не просил тебя идти к ней, — прошипел он, оказавшись в сантиметре от ее лица. — Я даже не успел ничего сказать, если ты не заметила. И да, поверь мне, она все поняла, как и сотня других людей на том празднике.

— Не шипи на меня, — таким же тоном ответила Гермиона.

— А ты не делай преждевременных выводов.

— Ты просто... — возмущенно воскликнула гриффиндорка.

— Что я? — прищурился Драко.

Они уже стояли нос к носу.

— Ты, Малфой, самый настоящий...

Гермиона не успела договорить — почувствовала пальцы на своих скулах, и губы ее парня...

«Парня же?!»

...обрушились на нее. От неожиданности она задохнулась, и он этим мгновенно воспользовался — язык скользнул в ее рот, требовательно, яростно. Его руки опустились ниже и сжали ее ягодицы.

Гермиона пришла в себя, точнее ее мозг снова был в состоянии «выкл». Она положила ладони на обнаженный торс Малфоя, пальцы скользнули по ребрам, по шраму, и она впервые осознанно ощутила, сколько в нем силы. Настоящей, сексуальной, мужской.

— Если бы я знал, что поцелуи — единственный внятный способ общения с тобой, я бы делал это постоянно, — пробормотал он, поднимая ее-его футболку руками. — Подтверждаю вчерашнее: мы с тобой профукали четыре месяца жизни, детка.

Он всосал кожу на сгибе ее плеча и шеи, и из груди Гермионы вырвался рваный вдох.

— Если бы я знала, что твой язык имеет столько функций, помимо генерации оскорблений, я бы... Мерлин! — вскрикнула она, когда его пальцы скользнули вниз под резинку шорт.

— Время второго урока, — прошептал он, оставляя новый засос. Теперь на ее груди.

— Драко...

— Как бы мне ни хотелось сделать это прямо у окна, чтобы весь Лондон свихнулся от зависти, — подхватил ее на руки парень, — думаю, стол все же удобнее.

Когда задница девушки встретилась со столешницей, Малфой одним движением стянул с нее шорты и отбросил их в сторону. Гермиона обвила его шею руками, прижимаясь всем телом. Ее язык провел влажную дорожку по ключице слизеринца, и он глухо зарычал, придвигая ее ближе к краю и подцепляя под колени.

Гермиона почувствовала его пальцы, которые кружились около входа и напряглась.

— Драко, — оторвалась она от его тела и заглянула в глаза цвета луны.

— Тебе понравится, — пообещал он тихо и мягко поцеловал, одновременно начиная растягивать ее пальцами.

— Ссс, — резко вдохнула Гермиона.

Она все еще была слишком чувствительной после первого раза.

— Тебе больно? — остановился Малфой, отрываясь от ее губ.

— Нет, не то чтобы, просто...

— Я постараюсь быть осторожным, — с оттенком сожаления прошептал он, и Гермиона перестала чувствовать его пальцы.

Гермиона почувствовала его около входа, когда парень приспустил штаны, а затем, смотря ей прямо в глаза, резко вошел. Гермиона дернулась, а Драко, зажмурив глаза, прислонился лбом в ее плечо, стискивая зубы со свистящим выдохом.

— Твою мать... — медленно двинулся он назад, почти до конца выходя... и снова вернулся.

— Ахх, — выдохнула Гермиона, вцепившись в его лопатки ногтями.

— Грейнджер, честное слово, я не могу, — продолжал он медленно, но глубоко входить в нее.

— Давай, — прошептала она ему в ухо, хоть и чувствовала легкую боль, которая смешивалась с приятными ощущениями.

Ее губы нашли его шею, и она оставила там темный, жадный след.

Драко не надо было просить дважды. Схватив ее под колени, он ускорился, дыша через рот и запрокинув голову вверх. Спустя пару минут, наполненных сбитым дыханием обоих, Гермиона уже не могла сидеть — лопатки коснулись стола, а Драко придвинул ее еще ближе к себе: теперь ее бедра свисали с края, и только его руки не позволяли ей соскользнуть.

Гермиона пыталась за что-то зацепиться — пальцы шарили по гладкой поверхности стола, пока не задели кружку, которая со звоном упала на пол, разбиваясь. Грейнджер дернулась в ту сторону по инерции, но Драко пригвоздил ее руку к столу своей.

— Никакой чертовой уборки, — припал он к ее груди и облизал сосок, вызвав у нее всхлип.

Внутри нее было слишком хорошо, чтобы это было правдой. Она была такой узкой, такой идеальной, Салазар. Драко чувствовал, как быстро приближается к грани. Часть его безумно хотела перевернуть ее, но он знал, что для второго раза — это слишком. На третий... он ничего не может обещать.

Он ослабил хватку на ее руке и переместил пальцы, лаская ее в самой чувствительной точке. Гриффиндорка моментально выгнулась и задышала чаще. Спустя минуту, он почувствовал, как ее стенки начали сжимать его еще сильнее, а ноги Гермионы, висящие в атмосфере, задрожали одновременно с тихим стоном из ее прекрасных губ.

Драко не сводил с неё глаз. Он впитывал все: как расширились ее зрачки, как запрокинулась голова, как она прикусила губу. Он не знал, что стало финальной точкой: этот вид или ее сокращающиеся мышцы вокруг него — он очнулся только когда уперся лбом ей в живот, переводя дыхание после собственного оргазма.

Он провел языком от ее пупка до ложбинки между грудей и поднял глаза. Гермиона приподнялась на локтях: ее грудь тяжело вздымалась, волосы прилипли к вискам, а в глазах отражалась смесь шока и триумфа.

— Урок два: столы, — хрипло выдохнул он. — Минусы: врезаются в лопатки. Плюсы: есть в каждом помещении в отличие от кровати.

— Каким будет третий урок? — сдавленно спросила Гермиона, чем вызвала странный блеск в глазах блондина и хищную улыбку.

— А чего бы ты хотела? — ухмыльнулся Драко, медленно потянув уголок рта вверх.

— Мне все равно, лишь бы там был ты, — прикусив губу, ответила Гермиона, за что на ее губы было совершено зверское нападение.

Пара самозабвенно целовалась, когда камин загорелся зеленым пламенем. Обнаженная Гермиона, как квоффл, перекатилась по столу и скрылась за глухой стойкой до пола. Драко, матерясь про себя, натянул спортивки поверх снова заглянувшего на вечеринку стояка и обернулся к камину.

— Гермиона! — крикнула Джинни, выскакивая из пламени.

— Драко, я пытался ее остановить, — следом за ней вылез взъерошенный Блейз.

«Блядские Уизли вечно все портят».

— Какого хера?! — прорычал Малфой.

— Где она? — прищурилась Джинни, оглядываясь.

— Уизли, тебе мама с папой не рассказывали, что вламываться в дом к чужим людям, как минимум, невоспитанно? — пытаясь не сорваться на крик, сказал Малфой.

— Мне плевать, — вскинула подбородок рыжая. — Клянусь, если ты сейчас же не скажешь, где Гер...

— Я здесь, — вынырнула гриффиндорка из-под стола уже в майке.

— Видишь, она жива! А теперь забирай свою сумасшедшую подружку, Блейз. Иначе я просто за себя не ручаюсь. Мы с тобой еще поболтаем на эту тему, — прорычал Драко, глядя на друга.

— Джинни, это, действительно, переходит все границы, — попытался оттянуть подругу Забини.

— Я ему не верю! — попыталась вырваться Уизли.

— Как ты меня зае... — начал Драко.

— Верь мне, Джинни, — раздался стальной голос Гермионы, и все повернулись на нее.

— Что? — пискнула подруга.

— Я говорю, — обошла стойку шатенка, — ты можешь ему не верить, но самое важное, что верю я. Поэтому верь мне.

Она взяла Драко за руку, и тот с удивлением глянул на их сплетенные пальцы.

— Гермиона... — грустно посмотрела на эту сцепку Уизли.

— Джинни, правда, это уже слишком, — твердо продолжила она. — Я ценю твою заботу, но разве я говорила хоть что-то плохое о Блейзе, когда вы начали встречаться? — пристально смотрела на подругу Грейнджер. — Я это делала не потому что была влюблена в Малфоя. Совсем наоборот, я хотела вырвать кадык Драко, чтобы он больше ни слова не мог мне сказать. Я не была очарована слизеринцами. Мне было достаточно, что ты счастлива, что ты хочешь быть с ним. Так дай мне самой разобраться в отношениях с Драко.

— Драко? — только ответила рыжая, приложив руку к сердцу.

— Да, Драко, — серьезно кивнула Гермиона. — Это его имя. Имя моего парня.

Все это время Малфой не сводил пристального взгляда со своей девушки.

«Чертов Гриффиндор», — впервые в жизни подумал он без налета издевки или пренебрежения.

— Но что, если это снова игра? Только теперь в одни ворота, Гермиона? — свела брови Джинни, смотря на нее с мольбой. — Вдруг он просто снова использует тебя?

— Тогда это будет моей ошибкой, — спокойно ответила Гермиона. А затем, глядя Драко в глаза, добавила: — И его позором.

— Я не играю, — тихо, но отчетливо ответил Малфой.

— Хорошо, — кивнула она.

— Ладно, — хлопнул в ладоши Блейз, перетягивая внимание. — Раз никто не играет, все довольны, счастливы, и... — перевел он взгляд на хаос на столе и вокруг, — ... получили оргазм, предлагаю пообедать вместе. Двойное свидание, все дела.

— Мы пас, — сразу ответил Драко.

— Можно, — одновременно с ним сказала Гермиона.

— Грейнджер, у нас еще столько невыученных уроков, — усмехнулся он, глядя на нее.

— Малфой, мне надо время, чтобы уложить пройденный материал в голове, — прищурилась она с игривой улыбкой.

— Меня сейчас стошнит, — закатила глаза Джинни и тяжело рухнула на диван.

— Уизли! Джинни! — одновременно воскликнула новая пара.

— Все, окей, я молчу, — показательно сложив два пальца вместе и застегивая себе рот, как молнию, ответила гриффиндорка.

— Можем позвать Гарри и Паркинсон, — предложила Гермиона.

— Да, мне понадобится поддержка, — кивнула Джинни, нарушая собственный обет молчания.

— У меня идея: впереди два дня. У меня есть порт-ключ до Тосканы. Мать уехала. Как насчет уикенда в Италии? — подал идею Блейз.

— Потрясающе! — воскликнула Джинни. — Гермиона, пойдем собирать вещи, заодно Гарри найдем и передадим приглашение.

— Тогда в три в кабинете старост, — кивнул Блейз Драко и скрылся в пламени.

— Иди, Джинни, я догоню, — махнула подруге Гермиона.

— Пойдем, — поджала губы рыжая, уже с порошком в руке.

— Мне надо переодеться, я не могу идти по замку в одной майке!

— Ладно, — пробурчала Уизли, и зеленое пламя охватило ее.

В комнате стало тише. Гермиона нервно заправила прядь за ухо и повернулась к Драко.

— Спасибо за завтрак, я сейчас оденусь и пойду. Ты пока останешься здесь или пойдешь в замок?

— Что значит «в одной майке»? — сделав медленный шаг к девушке и наклонив голову вправо, спросил слизеринец.

— О, я просто... — покраснела Гермиона.

— Без белья, — утробно продолжил за нее Малфой, проводя по бедру девушки рукой и поднимая край футболки.

— Да, я не смогла быстро найти шорты. Ты их куда-то закинул, — замерла она и прикрыла глаза от его прикосновений.

— Так ты все это время была голая? При моем друге? — резко притянул он ее за талию к себе и посмотрел в глаза своими серыми радужками с расширенными зрачками.

— Драко... — прошептала она, касаясь своим носом его.

— На кой черт нам эта Италия, Грейнджер? — вкрадчиво прошептал он ей на ухо, выводя круги на бедре. — Посмотри, как здесь прекрасно.

— Драко, мне нужен небольшой перерыв, — облизала она губы. — Это все... слишком интенсивно. Так ты сейчас в замок?

— Приду сразу в кабинет. Или... — запнулся он и отклонился, но так и не выпустил ее из кольца рук, — ты хочешь, чтобы я тебя проводил?

— Нет-нет, не стоит, — покачала она головой с улыбкой и мягко освободилась от его хватки. — Пойду оденусь.

— У меня есть желание, — провел пальцами по одному из засосов на ее шее Драко.

— Какое? — тихо, почти с замиранием дыхания, спросила она.

— Не своди засосы, — поцеловал он другой.

— Но все увидят. Их много, — на выдохе ответила девушка.

Он точно тот самый змей из райского сада, у Евы не было ни шанса. У Гермионы тоже.

— Вот и отлично. Хочу, чтобы видели, — лизнул третий след.

— Только если ты не будешь сводить свои, — прошептала она.

— Согласовано, — кивнул он и отстранился.

Гермиона еще раз прошлась взглядом по его торсу. На шее виднелось два крупных бордовых пятна: следы от ее губ.

«Мерлин, его собственничество делает меня такой же. Незнакомое доселе чувство. Приятное чувство».

А затем провела пальцем по широкому шраму, который шел от середины груди и заканчивался в районе предпоследнего ребра. До этого она стеснялась спрашивать. Это было слишком... интимно, что ли.

— Откуда это? — тихо спросила она.

— Поговорим позже о наших шрамах, — только и сказал он, а затем окончательно закрылся.

Гермиона увидела это в его глазах. Девушка не стала давить, а, оставив почти целомудренный поцелуй на его губах, ушла в спальню, чтобы надеть вчерашнее платье.