Глава 20. Ужин с не-родственниками

— Надо накрыть на стол, — тихо сказала Джин, поднимаясь, как будто вспомнив, что нужно вернуться к обычной жизни, чтобы не утонуть в эмоциях.

— Кхм, — кашлянул Драко. — Я, наверное, пойду. Рад, что все получилось, Грейнджер. Наше соглашение выполнено — я всем доволен.

— Да, я тоже подтверждаю, — кивнула Гермиона, вытирая слезы с лица обеими руками.

На их запястьях вспыхнул мягкий золотой свет, и магический браслет растворился в воздухе, как будто его никогда и не было.

— Что это было? — часто моргая, пробормотал Джон, наклоняясь вперед.

— Магическая клятва, — пояснила Гермиона. — Я помогала Малфою, а он, в ответ, помог восстановить вашу память. Теперь, когда мы оба признали условия выполненными, Обет исчез.

— Обет? — нахмурился Джон. — А что было бы, если бы кто-то из вас его не выполнил?

— Лжец бы умер, — просто сказала она.

— Господи Боже! — схватилась за грудь Джин. — И ты все еще собираешься вернуться в тот мир? — ее взгляд на дочери был почти молитвенно испуганным.

— После каникул, — кивнула Гермиона.

— Ты еще учишься?

— Да, из-за войны мы пропустили весь седьмой год, и для нас создали дополнительный.

Ненадолго повисло молчание. Затем Джин, немного побледнев, словно преодолевая себя, спросила:

— Простите, как вас зовут, молодой человек?

— Драко. Драко Малфой.

— Драко, останьтесь на ужин. Мы обязаны вас отблагодарить.

— Я бы хотел встретить Рождество с матерью в Британии... — начал он, сдержанно кивая. — Но спасибо за приглашение.

— Сейчас в Уилтшире всего три часа дня, — тихо заметила Гермиона. — Ты еще успеешь.

Драко взглянул на нее, задержав взгляд чуть дольше, чем следовало, и сказал:

— Думаю, вам будет что обсудить и без меня.

Он сделал шаг к двери, но Джон Грейнджер вдруг хлопнул его по плечу:

— Ничего не хочу знать, Драко. Вы пьете виски?

— Пью, — слегка удивленно ответил парень.

— Едите индейку?

— Да.

— Тогда решено: вы остаетесь на ужин. А после сходите еще на один — это же Рождество, в конце концов, можно и дважды поесть, — подмигнул он.

Драко коротко рассмеялся и кивнул:

— Ладно.

— Милая, пойдем, приготовим все, — мягко сказал Джон, увлекая жену в сторону кухни и оставляя Гермиону и Драко наедине.

Гермиона немного поколебалась, а затем прошептала:

— Спасибо.

— Я просто выполнил свою часть сделки, — ответил Драко, по привычке отстраненно.

— Нет, не просто, — покачала она головой. — Ты помог мне.

Драко взглянул на нее, чуть прищурившись:

— Я помог себе, Грейнджер.

Она сделала шаг ближе, как будто проверяя его границы.

— Признай хоть раз, что ты умеешь совершать хорошие поступки. Ты помог мне с панической атакой, вернул моих родителей.

— Я не хороший, Грейнджер, — прикрыл он глаза.

— Ты — многогранный, Малфой, — с тихой усмешкой произнесла Гермиона. — Ты — зло для врагов, и ангел возмездия для близких.

— Ангел возмездия? — он фыркнул и чуть приподнял бровь. — Я думал, у нас ты ангел, мисс хорошая гриффиндорка.

— Не прячь это... — ее пальцы едва коснулись его скулы.

— Не прятать что? — сдавленно прошептал он, прикрыв глаза от ее касания.

— Себя.

Он не ответил. Их дыхание сбилось в общий ритм.

— Дети, ужин готов, идите к нам! Ох... простите, — голос Джин разбил хрупкое напряжение.

Женщина поспешно отвернулась. Драко резко отшатнулся и подошел к столу, молча отодвигая стул для Гермионы.

— Спасибо, — сказала она, присев.

Он проделал то же самое для миссис Грейнджер. Та удивленно изогнула бровь, но все же опустилась на стул.

— Салазар... что мать, что дочь, — прошептал Драко себе под нос, стараясь не смотреть ни на одну из них.

— Так вы еще учитесь, да? — начал Джон, разливая напитки. — Вы тоже на Гриффиндоре, Драко?

«Только этого в моей сумасшедшей жизни еще не хватало», — мысленно передернуло парня.

— Нет, я со Слизерина, — спокойно ответил Малфой, аккуратно раскладывая салфетку на коленях.

— О, это которые плохиши, да, Гермиона? — усмехнулся мистер Грейнджер, взглянув на дочь.

— Ну, не все, — прикусила губу гриффиндорка.

— Помню, ты как-то жаловалась на одного мальчика, который тебя все время задирал, — вспоминала Джин, накладывая Драко щедрую порцию индейки.

Гермиона медленно повернулась к Малфою, заметив, как тот едва заметно сжал челюсть.

— Это было давно, — сказала она, не отводя от него взгляда. — Сейчас это не важно. Были проблемы посерьезнее, чем какие-то детские шалости.

— Так... Драко — твой парень? — вдруг спросила миссис Грейнджер.

Гермиона перевела потрясенный взгляд на мать, а Малфой закашлялся, едва не захлебнувшись виски.

— Нет, — выдохнула гриффиндорка.

— Простите, не хотела ставить вас в неловкое положение, — улыбнулась женщина, — просто та сцена в гостиной...

— Мам... мы просто... — Гермиона перевела взгляд на Драко, который избегал ее взгляда, уставившись в салфетку. — Однокурсники.

— Ну как скажешь, милая, — загадочно улыбнулась Джин. — Драко, у вас безупречные манеры. Приятно видеть такого воспитанного молодого человека в наше время.

— Спасибо, — сухо ответил он, делая еще глоток.

Это была плохая, очень плохая идея: оставаться на ужин. Ему хотелось аппарировать прямо сейчас.

— Да, прямо аристократ, — рассмеялся Джон.

— Папа, он и есть аристократ, — заметила Гермиона, не поднимая головы.

— Да ну? — удивился мистер Грейнджер и окинул гостя более внимательным взглядом.

— Да, полагаю что так, — нехотя подтвердил Драко, стараясь поскорее расправиться с индейкой, чтобы свалить отсюда.

— У вас есть братья или сестры?

— Нет, я один в семье. Прекрасная индейка, миссис Грейнджер, — улыбнулся он матери Гермионы, пытаясь увести разговор в другую сторону.

— О, благодарю, — чуть смущенно улыбнулась она. — Наверняка, у вас изысканный вкус, Драко, учитывая ваше происхождение. Мне очень приятно.

— Я обычный волшебник, — выдохнул парень, делая глоток огневиски.

— Ага, конечно, — фыркнула Гермиона. — Вы бы видели его дом.

— Грейнджер... — перевел на нее недовольный взгляд слизеринец.

— Большой? — с нескрываемым интересом спросил Джон. — Прости, сынок, просто любопытно.

— Мы с матерью помещаемся, — сухо ответил Драко.

— У него дом размером с Букингемский дворец. Только готический и мрачный, — довольно откинулась на спинку Гермиона. — У него павлины по участку ходят!

— Нет их уже там, — закатил глаза слизеринец.

— Я вчера там ночевала. Ванная у него размером с эту гостиную, — продолжала она, уже не сдерживая улыбку.

Ей нравилось наблюдать, как Малфою впервые в жизни неловко за богатство.

— Ты ночевала там? — выгнул бровь Джон.

— Я... в смысле... там был прием, и с утра надо было перемещаться к вам...

— Ну что же ты скромничаешь, Грейнджер, — хищно улыбнулся Драко, пользуясь возможностью взять реванш. — Так и скажи: ты периодически там появляешься. Знаете, она околдовала мою мать, а ее сложно впечатлить.

— Прекрати... — прошипела Гермиона. — Ничего такого, пап! Я там была исключительно по делам. Я в этот склеп добровольно не войду!

— Склеп? — выгнул блондин бровь. — Мама очень расстроится, когда услышит это... ты так нахваливала новый ремонт, — потешался он.

— Не смей говорить об этом Нарциссе! — воскликнула Грейнджер.

— Может ты и платья те ненавидела, а? — прищурился он с ухмылкой.

— Прекрати, Малфой. Ты сам знаешь, что они были великолепны!

— Платья? — непонимающе спросила Джин.

— Мам, они одна из самых богатых семей в магической Британии: у них приемы, балы, платья. Я же не могла заявиться туда в джинсах! Нарцисса мне просто помогала, чтобы я не позорила своим внешним видом ее сынка!

— Не позорила? — переспросил Джон, нахмурившись.

— Ваша дочь все преувеличивает, как всегда, — закатил глаза Драко. — Мама просто помогала ей. На Грейнджер можно хоть мешок надеть, она все равно будет выглядеть красиво.

«Это я сказал? Вслух?!» — в ужасе подумал Малфой.

— Что? — застыла Гермиона, смотря на него широко открытыми глазами.

— Ничего, говорю «ты меня бесишь». Ешь уже, — сквозь зубы ответил слизеринец.

— Он назвал тебя красивой, Гермиона, — ухмыльнулся Джон.

— Папа!

— Так ты богат, — философски протянул он, обращаясь к Драко. — Ну не переживай, сынок, у всех бывают недостатки. Мы не станем относиться к тебе хуже.

Он хлопнул парня по плечу с добродушной усмешкой.

— Благодарю, — не смог сдержать улыбку Малфой.

— Так получается, ты чистокровный волшебник, — задумчиво протянул мистер Грейнджер. — Гермиона нам рассказывала, что есть какие-то иерархии, и что тот мальчик обзывал ее из-за того, что ее родители — мы.

У Драко дернулся кадык. Он сглотнул, не зная, куда деть руки.

— Гермиона... — прошептала миссис Грейнджер, вдруг наклоняясь вперед. — Что это? — ее пальцы дрогнули, коснувшись тонкого белого шрама на руке дочери.

— О нет, чары... — выдохнула девушка, инстинктивно прижимая локоть к телу.

Ее взгляд метнулся к Драко. Он не двигался: просто смотрел на ее руку.

— Гря-зно-кров-ка... — прошептала Джин, словно каждую букву ей приходилось вытаскивать из ледяной воды. — Милая?.. — ее голос сорвался.

— Мама, это просто...

— Это то самое слово, да? — прищурился Джон. — Кто это сделал? — сжав зубы, спросил он.

— Папа, это было на войне. Нас взяли в плен, — опустив глаза пробормотала Гермиона.

— Тебя пытали? — со слезами на глазах прошептала миссис Грейнджер.

«Пиздец», — медленно прикрыл глаза Драко.

— Да, — едва слышно произнесла Гермиона. — Но со мной все хорошо. Нас вытащили из Малфой-Мэнора.

Повисла оглушающая тишина.

— Малфой-Мэнора? — голос Джин упал, и она перевела взгляд на Драко.

«Мерлин, что я за дура безмозглая?!»

— Черт, — прикрыла рукой рот Гермиона.

Внезапно в комнату влетел Патронус-олень и заговорил голосом Гарри.

— Гермиона, я переживаю. Все получилось? Вы восстановили память? Я так понимаю, что «да» — почувствовал, что Обет разрушен. Дай знать, что все хорошо. Удивлен, что Малфой хоть раз сделал что-то доброе, хоть и под угрозой смерти. С Рождеством, Гермиона. Целую. Передавай «привет» родителям.

Все застыли, но пространство заполнил Патронус-лошадь от Джинни.

— Милая, как все прошло? Я очень переживаю. Родители все хорошо восприняли? Ты с хорьком? Блейз, да слезь ты с меня, Мерлина ради!

— Грейнджер, — вдруг раздался голос Забини, — передай Драко, что я жду его в Италии на Новый год, если он у тебя. Ну и ты приезжай. И привет маме с папой. Джинни, все, отправляй. Мы успеем еще раз трахнуться, пока ты не свалила в Нору.

Видимо, Гермиона была очень плохой девочкой в этом году, потому что вслед за лошадью появился Патронус Рона: терьер.

— Гермиона, Гарри сказал мне, что ты поехала восстанавливать память родителей. Надеюсь, все получилось. Приезжай в Нору — мама тебя ждет. Еще Гарри сказал, что я должен извиниться за то, что привел Крама на бал. Ну, я просто хотел показать тебе, что не стоит проводить время с моральными уродами и Пожирателями смерти. То есть с Малфоем. И вообще, я все еще зол, что ты пошла на прием в его дом, где его тетка пытала тебя у него на глазах. Желаю тебе восстановить мозг, который ты, видимо, повредила в этом году. Обнимаю, с Рождеством!

Повисла тишина.

— Я думаю... во избежание всех вопросов... — медленно поднялся Драко из-за стола, опершись ладонью о его край. Его голос звучал спокойно, почти официально. — ...я просто озвучу очевидные факты.

Он сделал глоток воздуха — как будто перед прыжком.

— Да, я — тот мальчик, который обижал и обзывал вашу дочь в школе. Это я подвергал сомнению чистоту ее крови. Моя семья сражалась на стороне Волдеморта — это волшебник, против которого сражалась ваша дочь. Он жил в моем доме два года. Мой отец — Пожиратель смерти, который сейчас отбывает наказание в Азкабане. Это... наша тюрьма.

Он перевел взгляд на Гермиону. Та сидела, будто окаменев.

— Я тоже был Пожирателем смерти. Я пытал магглов. Я видел, как их убивали. Я применял Непростительные заклинания. И да — я стоял и смотрел, как вашу единственную дочь истязают на полу моего дома — и ничего с этим не делал. Ничего.

Драко крепко сжал зубы.

— Моя родная тетка мучала ее Круциатусом, а затем вырезала на руке «это».

Он указал взглядом на руку Гермионы.

— Я злой человек, который причинил вашей дочери больше боли, чем кто бы то ни было. И я согласился помочь восстановить вашу память только потому что Грейнджер... помогала восстановить мое имя после войны. Если бы она этого не сделала, я бы пальцем о палец не ударил.

Он сделал небольшую паузу, чтобы набрать воздух в легкие.

— Так что, мистер Грейнджер, вы не правы: богатство — не единственный мой порок. Ужин был и правда вкусным, миссис Грейнджер. Мне жаль, что я не сказал вам раньше, кого вы пригласили за стол. Я думаю, мне пора. Еще раз с Рождеством.

На этих словах Драко вышел из комнаты. Входная дверь хлопнула.

— Я на минутку, — рванула за ним девушка.

— Стой, Гермиона! — окликнула ее мать, но та уже выскочила за порог.

— Малфой! — крикнула она в темноту, — Да стой же ты! — схватила она его за предплечье и развернула.

— Что еще? — злобно рыкнул он.

— Зачем ты это сделал? — прошипела она.

— Сказал правду? — поднял он брови. — Потому что я не лжец. Все было очевидно. Мне, знаешь ли, не нравится, когда меня выставляют за дверь — предпочитаю уходить сам.

— Малфой...

— Что, Грейнджер? Хочешь сказать, что твои родители бы сказали мне: «Да не переживай, сынок, с кем не бывает»?!

— Нет, но...

— Никаких «но», — отрезал он. — Все кончено. Ты свободна.

— Нам надо сделать заявление.

— Сделай сама, будь любезна, — буркнул он и пошел дальше.

— Все не должно быть так, — покачала она головой.

Он резко остановился и снова развернулся, смотря прямо на нее.

— Как «так»? Грейнджер, мы с тобой враги. Мы ненавидели друг друга всю жизнь, между нами никогда бы не было... — он обвел жестом пространство между ними, — ...всего этого, если бы не взаимная выгода. Хватит тратить на меня свое время, — устало произнес он. — Возвращайся к родителям.

Ее глаза блестели, но она не моргала.

— Ты больше не тот мальчик, — тихо сказала она.

— Милая наивная Грейнджер, — улыбнулся Драко, и в этой улыбке не было ничего доброго. — Я именно тот мальчик: я просто вырос и превратился в еще более злого мужчину. Меня не надо спасать. И видеть хорошее во мне не надо.

Он подошел ближе, осторожно проведя пальцами по ее щеке.

— Беги. Спасайся, Грейнджер.

И исчез — с хлестким хлопком, оставив ее одну в знойном австралийском лете.

Драко аппарировал прямо в прихожую. Нацепив на себя окклюментную маску уровня «мне идти отчитываться перед Темным Лордом», чтобы не позволить ни одной лишней мысли затопить его еле барахтающееся на границе нервного срыва сознание, Драко вошел в комнату, где останавливалась Грейнджер перед приемом. Он даже не удивился, когда обнаружил чемодан вещей, которые покупала ей Нарцисса, а также мешок галлеонов, к которому прилагалось письмо:

Привет,

наше соглашение разорвано, поэтому я возвращаю все вещи. В чемодане — вся одежда и кулон с драконом. В мешке — деньги, которые были потрачены на меня:

Ужин в ресторане на нашу псевдогодовщину;

Несколько ужинов с твоей матерью, где она не позволяла мне платить;

Пару галлеонов за сливочное пиво, когда мы ходили в «Три метлы» с ребятами.

Если я что-то забыла, пожалуйста, скажи мне. Хотя, вроде бы, все должно быть верно.

С окончанием нашего путешествия, Малфой.

С Рождеством.

Твоя бывшая не-девушка.