chapter 5

Научить себя не плакать, когда тебе действительно грустно и плохо－ это тяжело. Действительно тяжело, потому что ты учишься хранить всё в себе и выпускать тяжкий груз либо мысленно, либо на бумагу, которую вскоре сожгёшь, потому что если её найдут, то скорей всего тебя заберут в психушку или отправят к психиатору.

Просыпаться с мыслями о том, что же будет сегодня? Что для меня приготовила вселенная? Я не знаю.

По－крайней мере мне нужно радоваться, что в моём лбу не находится пули.

Ситуация с моим соседом и его братом действительно не даёт покоя, когда я чищу зубы пальцем, потому что у меня нет гигиенических принадлежностей. Наверное, нужно помнить, что я не гость, а пленник. Хотя каждому пленнику иметь бы свою комнату с кроватью и письменным столом.

Мысли о том, что у меня тоже есть брат и сестра, живущие в Сиэтле вместе с матерью. И у них есть та жизнь, о которой я всегда мечтала.

Закончив водные процедуры и стараясь перестать думать о двух братьях － агентах, я вновь одела клетчатые штаны и футболку с ящерицей. На кухне меня уже ждал завтрак вместе с хмурым брюнетом, ковыряющимся в блюдце.

Просыпаться с плохим настроением заранее － возможно для зеленоглазого. Мне кажется, что  этот агент вовсе улыбается лишь от пошлых шуток. От него веет полной серьёзностью, нежели от меня.

－ Может ты наконец сядешь? － не поднимая глаз, проговорил агент.

－ Доброе утро.

－ Очень, － сарказм из его уст звучал довольно грубо, но я всё таки уселась за барный стул, не предъявляя то, что мне не нравится это.

－ Приятного аппетита, спасибо за завтрак, － произнеся свою речь, я начала кушать  порцию, к которой я наврятли скоро привыкну.

Обычно  я ем намного больше, и еда является достаточно вредной. Наверное, именно поэтому у меня нет пресса или талии пятьдесят сантиметров, как у моделей викторианского секрета.

Я могла почувствовать, как агент слегка усмехнулся, когда мой нос измазался в остром соусе, который я прежде взяла из холодильника .

－ Когда ты мне скажешь своё имя?

－ Никогда, － произнёс парень.

－ Как же мне тогда тебя звать?

－ Почему бы тебе вообще со мной не разговаривать? － он намного грубее, чем был вчера.

Лучше бы я сидела на кухне и не шевелилась, а ещё лучше －пошла в комнату и заснула.

－ Но мы же живём вместе, － двуякая фраза вывалилась из моего рта.

－ Не дави на больное.

Снова меня оставили без внимания, как же называть этого агента.

Фу, бубузяка.

Я быстро скушала курицу, оставив нетронутым яйцо, от которого меня просто выворачивает наизнанку.

－ Ешь, － прозвучал голос.

－ Я не ем яйца, меня от них тошнит, － мой голос звучал уверенно, пока зелёные глаза не уставились на меня.

－ А какие яйца ты любишь?

О боже, срань господня.

Даже не видя своего лица, я чувствую как по нему прошлась кисточка с  красной краской. Чему их там учат в их  школе? Пошлому юмору?

－ Никакие не люблю, － я пошла с тарелкой к мусорке, вываливая недоедный завтрак в ведро.

Уверена, что с мытьём посуды парень справится сам.

Я подпрыгнула на месте, как только услышала звонок с прихожей. Кто－то звонил в звонок этой квартиры.

－ Кто там? － спросила я у зеленоглазого.

－ Я что через стены вижу? － распсиховавшись он двинулся к двери, приказав мне сидеть на кухне и выходить, только если позовёт.

В мою голову лезут странные мысли, что Рафаэль хочет отомстить своему брату. Если он убьёт его ?Не хочется стать свидетелем убийства человека, которого знаешь пару дней. Поэтому как бы мне не хотелось, я стараюсь не шевелиться и сидеть на барном стуле. Сейчас к кухне приближается кто－то, и я не знаю кто может это быть.Глубоко внутри, я надеюсь что это мой агент?

Мой?

－ К тебе.

－ Ко мне? －  мои глаза должны были выкатиться  из орбит, потому что кому я понадобилась?

－ Я тебе говорил про вещи, или ты собираешься ходить всё время в одном и том же?

Следуя по коридору за высоким парнем, я всё больше волновалась. Мне принесли вещи, которые я буду носить. Они знали мой размер? Вкус? Предпочтения?

Выйдя в коридор, прежде всего я увидела около четырёх огромных пакетов, а потом уже заметила двух девушек в чёрной униформе, похожую на наряд зеленоглазого в нашу первую встречу.

Передо мной стояла блондинка с пепельными волосами и  уверенным лицом, словно все обязаны ей. Её руки покоились на талии, в то время, как она облокатилась на стенку. Блондинка была гораздо выше второй девушки из－за своей обуви на платформе.

Другая улыбалась своей шикарной улыбкой, и я толком не могла понять мне ли эта улыбка? Она выглядит счастливей бубузяки и этой зазнайки. У неё симпотичный высокий хвост, собранный из её огненно－красных волос.

Рядом с ними, я чувствую себя каким－то отродьем, пытающимся ровно дышать и выпрямить спину, втягивая живот.Рыжая девушка обута в берцы и выглядит менее сексуально. Она немного ниже меня и до сих пор улыбается.

По－моему у неё мышечные спазмы.

－ Я Виви, － произнесла я, разбавляя тишину.

－ А я хотела, чтобы ты была немая, － хмыкнула блондинка.

－ Согласен.

Темноволосый ухмыльнулся, соглашаясь с ней. Они стояли вместе, наверное, именно такие девушки и нравятся парню － уверенные, дерзкие, спортивные.

－ Ох, не обращай на них внимание, － рыжая обняла меня, заставляя расплыться, как мороженое.

－ Она немного чёкнутая, так что не обращай внимание. На ней программа дала сбой, － блондинка произносила каждую фразу с колкостью, и я не понимала, как рыжая не перестаёт улыбаться.

－ Я Элизабет, то есть 0586, а это Актавия. Мы принесли тебе вещи, － девушка странно говорила, порой заикаясь, размахивая руками.

Со стороны я выгляжу также?

Блондинка цокнула, поднимая голову и рассматривая потолок.

－ Приятно познакомиться, － произнесла я. － Я слышала про тебя, меня предупреждал о тебе 0001.

－ Да, я выбирала тебе одежду на свой вкус, точней я смотрела много видео... Там что советуют дизайнеры... Я упустила момент, где говорилось про гнездо на голове. Хочу чтобы тебе понравилось. Ииии... Актавия тоже приняла участие, － Элизабет казалось милой и ужасно － волновавшейся.

Она не была похожа на парня  или блондинку по имени Актавия. Как эта девушка смогла стать агентом? Её милое личико с шикарной улыбкой не позволяют мне думать о том, что она может кого－то ударить, не то, чтобы убить.

－ Я пятнадцатая, － произнесла Актавия. － 0015.

Девушка произносила это с такой грубостью, что мне было жалко Элизабет. Её номер крайне отличается от других напарников, тем не менее она находится здесь, и я не имею понятие почему именно она.

－ Актавия, до пятнадцати лет у нас у всех были имена. Почему я должна его забывать? После этого теста мы должна говорить цифрами? Зачем? Почему я не могу вдали от дома называть всех по имени?

－ Замолчи, пятьсот восемьдесят шесть, － шикнула Актавия.

－ У вас красивые имена, － произнесла я, переваривая информацию.

Теперь я знаю немного о таких людях, как агенты. У них есть имена, которые они имели до пятнадцати лет, а после каких－то тестов, они получают номер, считающихся их вторым именем. Скорей всего он означает их способности. Если зеленоглазый первый, значит он намного сильнее других агентов.

Возможно, я знакома со знаменитостью.

－ Там действительно есть, всё, что тебе нужно, а теперь иди, － блондина подпихнула пакеты ближе ко мне, посылая в комнату.

Мне не нравится то, как она смотрит на меня. Словно  я скушала её обед или сбрила брови. Я же не выпила последнюю воду на свете, почему она так пожирает меня глазами и посылает наверх. Я думала, что только зеленоглазый имеет право командовать мной.

－ Я не утащу эти пакеты！ － с некой смелостью, повторяю я, надеясь, что мне помогут поднять их по лестнице.

－ Не могу поверить, что ты живёшь у него в доме, － шепчет на ухо Элизабет, и я немного пугаюсь её.

Слишком она болтливая.

－ Возьми и подними пакеты, － утверждает Актавия.

－ Я не могу.

－ Смоги, － эта девушка явно может стоять на своём.

Оглядываясь по сторонам, я вижу как зеленоглазый наблюдает за этим спектаклем. Я тут стою с двумя сумашедшими, а он наблюдает? Наверное, он хочет поскорей расправиться со мной, поэтому привёл машины для убийства.

－Piccola, я помогу, － парень берёт пакеты в руки, в то время, как Элизабет вздыхает, кладя руку на сердце.

Срань господня.

－ Я буду вас шипереть, － произносит рыжеволосая, в то время, как я округляю глаза. Она довольно странно смотрит на парня, словно что－то знает о том, как он относится ко мне.

Этот парень скорей себя живьём закопает, чем будет со мной. Элизабет явно странный агент с отклонениями.

－ Извини, что? － спрашивает Актавия.  － Что это значит?

－ Если бы ты больше читала и смотрела фильмов, узнавая о жизни простых людей, то поняла бы меня.

－ Ох, ну прости, что я тренировалась для того, чтобы стать лучшей. Твои просмотры довели тебя до огромной цифры, в то время, как я стала пятнадцатой. － девушка заводилась всё больше, после ухода темноволосого.

－ Актавия, не будь глупой, иначе ты никогда не станешь очешуенной.

－ О боже, ты что смотрела сверхов? － внедряюсь в их разговор.

－ Ох, да, － эта девушка очень часто охает, но мне нравится.

－ Я Виви, будем дружить, － произношу я и оборачиваюсь на звуки шагов.

－ Ты такая слабачка, － произносит блондинка, отклеиваясь от стены.

Теперь я могу больше расмотреть её фигуру, которая является не хуже моей.

Подумаешь, что пресс этой девушки просвечивает через её чёрный костюм и то, что она выглядит достаточно сексуально с распущенными волосами, чем я с пучком на голове. Но, наверное, её воспитали быть сильной и таскать гири в десять лет, в то время, как я разбиралась в компьютерах и старалась взломать какой－нибудь веб－сайб, пока не занесла вирус.

－ Актавия, она же не агент, － рыженькая девушка заступается за меня.

－ Кому понравится такая, как она?

－ Ээй, － мне стало не приятно от таких грубых слов в мой адрес. Действительно не очень прилично кидаться ими.

－Актавия, ты её обидешь, － Элизабет грозила пальцем подруге, в то время, как я стояла опустив голову и отодвигаясь ближе к стене, где стоял зеленоглазый.

－ Они сумашедшие, － произнёс он.

Его ухмылка  была чудесна, и я даже не могу подумать, как  выглядит улыбка. Потому что кажется, что такой плохой парень не может радоваться простым мелочам, как я.

－ Ты с ними дружишь?

－ Им можно доверять, － эта единственная фраза, которую он сказал, посылая меня к себе в комнату.

－ Пока, － кинула я на последок.

Темноволосый подошёл к девушкам, начиная разговаривать, пока я уже скрывалась за лестницей, поднимаясь в комнату.

Решив не подслушивать, чтобы не портить и на то неустойчивые отношения с владельцем квартиры, я закрыла комнату.Раскрывая шторы, я наконец увидела вид из окна. Панорамные окна, которые не были видны из－за штор открывали вид на город.

Я находилась на этаже двадцатом, если не выше.

В детстве я мечтала, что когда－то буду смотреть на город через большие окна и видеть каждого маленького человечка.Но сейчас, когда я смотрю вниз, то вижу еле заметные точки, передвигающиеся по улице. Машины ездят по улицам, и я не могу раслышать их шум на такой высоте. Теперь они являются маленькими точками, на которые я смотрю.

По стеклу начинают скатываться капли. Теперь я узнаю свой любимый дождливый Лондон. Раньше я часто плакала вместе с ним, размышляя о моей ничтожности  в этой жизне. А сейчас всё по－другому.

На полу стоят пакеты и я решаюсь разобрать каждый из них, рассматривая одежду.

Спустя пять минут всё содержимое вывалено на кровать, и я начинаю разгребать вещи.

－ Срань господня, － произношу я, когда вижу, что на кровате лежит около пяти костюмов для занятий спортом, состоящих из топа и лосин.  － Ох, － вижу шорты, которые также рекомендуются для занятий спортом.

Мне кажется, что у Элизабет довольно прекрасный вкус и достаточное количество денег. Я никогда не имела столько средств,  чтобы покупать фирменную одежду.  Гораздо важней было купить покушать или отложить денег на оплату счетов.

Мой взгляд падает на три платья, которые были упакованы с вешалками.

Мама говорила, что у девушки всегда должно быть короткое чёрное платье. Но я не думала, что оно должно быть настолько коротким и открывать декольте настолько...Второе платье было длиннее белого цвета с камнями и без лямок. Мои глаза слепнут от их обилия. Третье, красное с чёрным поясом и оно кажется намного лучше, чем все остальные.

Как бы то ни было, не одно платье не сделало бы меня красавицей. В конце концов я не нахожусь в каком－нибудь фильме. Если я начну рисовать стрелки, то скорей всего покрашу белый зрачок, нежели красиво раскрашу лицо.

Разгребая вещи, я вижу шёлковую пижаму, состоящую из длинных штанов и майки. Спать в этом будет одно наслаждение.

Спустя минут пятнадцать, я полностью сложила вещи. Судя по их количеству, я должна жить тут год.

Либо Элизабет действительно понравилось тратить на меня деньги. Два свитера, пар десять футболок, трое джинс и двое шорт, － да у меня дома вещей меньше.

Я падаю на кровать, прежде чем заметить маленький пакетик, находящийся в одном из больших.

－ Срань господня, － это что трусы и лифчик?

Мои глаза чуть ли не выкатываются, когда я вижу что эта рыжая купила мне нижнее бельё.

Кружевное нижнее бельё, которое я одену только на похороны.

Хорошо, что в пакете лежат для комплекта tommy hilfeger, иначе мне пришлось бы использовать пижаму вместо нижнего белья.Не рассматривая дальше трусы с бюстгалтерами, я закинула их в выдвигающийся шкафчик и направилась в ванную комнату.

В душе я расставила гигиенически средства, которые также купила Элизабет. У меня теперь есть в этой квартире собственная зубная щётка, чему я крайне рада, потому что чистить пальцем и водой － ужасно.

Когда я легла на кровать, то старалась услышать шорохи внизу.

Говорят ли они до сих пор или девушка уже ушли из этой квартиры?Почему он доверяет им? Почему Актавия так взъелась на меня?

Как всегда бывает много вопросов, ответы на которые нельзя загуглить.

Я пытаюсь прокрутить нашу встречу от начала до конца, выясняя в чём дело. Начала я с Актавии.

Всё время эта блондинка смотрела на меня, прожигая взглядом, словно ненавидит и хочет занять моё место.

Срань господня, она хочет занять моё место.

Актавия и зеленоглазый явно что－то скрывают. Я почти уверена, что у них есть какая－то связь.По －крайней мере блондинка точно владеет ей. Но всё не так плохо. В отличие от меня, она соответсвует критериям темноволосого.

Мои размышления прервал стук в дверь, и я посмотрела в зеркало, находившееся на шкафу и подошла к двери.На пороге стоял мой ненаглядный агент.

－ Ты должно быть дверью ошибся?

－ Нет, я не ошибся, － он проговорил слова чётки и без страха передо мной в то время, как я дрожала.

－ Актавии не очень понравится видеть тебя рядом со мной

－ Ей много что не нравится. Я не обязан слушать её, －я поправляла локон, выпадавший из уха, наблюдая за губами парня.

－ У вас есть связь?

－ Эм, нет.

－ Ты гей?

－ Ещё один вопрос и я не посмотрю, что ты слабее меня, － фраза прозвучала подобно угрозе и я провела по рту рукой, отчерчивая линию замка и выбрасывая ключ. － Актавия слишком много на себя берёт. Я спал с ней, но это толком ничего не значит.

－ Но почему?

－ Лучше бы тебе зашили рот, － закатывая глаза говорил агент.

－ Что плохого в отношениях? Она красивая.

－ Красота измеряется во внешности? － бровь темноволосого изогнулась, а на лице бодровствовала ухмылка. － Что ты хочешь сказать про неё? Встречаться? К чему это проведёт, если нам нельзя связывать жизнь с человеком. Мы － агенты. Если будем думать о других, то станет слабее.

－ Но твои родители, кто они?

－ Агенты.

－ Значит они смогли быть вместе, － зеленоглазый смотрел на меня с издёвкой.

Я не могла понять, почему он так долго молчит. Возможно,  я была через чур резка, но чем агенты отличаются от простых людей помимо своего воспитания и силы, с которой могут ударить человека.

－ Им сказали－ они сделали. Смешение генов выдают достаточно сильных детей. Я не разу не видел их, потому что это запрещено.

－ Ты хочешь сказать, что никогда не увидешь своего ребёнка?

Этот разговор приводит меня в панику, и я не могу отдышаться. Как бы ситуация не казалась страшна, это было через чур запущено. Кто у них главный и кто написал эти законы?

Я мысленно благодарю за то, что родилась не в том месте, где парень. Зная себя, я никогда бы не смогла оставить ребёнка, как это сделала моя мама. Этот парень вырос  самостоятельно, поэтому является безжалостной машиной для убийства.

－ Да, мне кажеться, что ты слишком много хочешь знать.

－ А как же любовь?

－ Ты глупа, piccola, любви нет.  Бред. Люди придумали какую－то фразу, которую говорят людям. Зачем говорить то, что не сможешь доказать? Зачем играть свадьбу? Наверное, чтобы разбежаться? Элизабет глупа, она считается не особо важным членом организации, её устранят, как только она станет не нужна. Думаешь по ней будут скучать? Все забудут о ней.

Я кусала щёку изнутри, стараясь сдержать эмоции. Есть абсолютно другой мир, словно отделящий нас от людей, которые не поймут нас.В словах парня есть правда, но я не хочу соглашаться с ней. Я мечтала выйти замуж и родить ребёнка, а тут мои планы пересматривают, как какие－то фильмы и меняют мнение.

－ Я с тобой  не согласна, － после моей фразы следует лишь хмыканье.

－ Пришёл сказать, что вечером у тебя будет первая тренировка в спортзале. Ты должна хоть немного стать лучше, не помнишь разве наш разговор?

－ Во сколько?

－ В пять, буду издеваться над тобой.

Парень ушёл, а я вновь запрыгнула на кровать, утыкая взглд в потолок.

Всё то, что я услышала за последние два дня － это крайний ужас. Мне не хочется думать о тех, кто мог жить нормальной жизнью, не терроризируя психику с детства.

Зеленоглазый говорит со мной, что является огромным плюсом, но он также может прекратить делать это, и я сойду с ума от недостатка общения. Каждый раз он борется с собой, только зачем?

Наверное, он никогда не будет со мной общаться без грубости и ноток сарказма. Тем не менее я стараюсь больше сопротивляться манере любопытства.

Через пять часов у меня будет тренировка с демоном. Мне кажется, что он выбьет из меня всю жизнь, срываясь и вымещая ненависть, скопившуюся за время наших разговоров.

Даже спустя такой маленький промежуток времени я хочу кушать, но так до обеда три часа мне остаётся лишь ждать.

Именно сейчас мне становится страшно и приходит осознание, что я нахожусь в личном пространстве человек, который воспитан не по моим жизненным моралям. У него другие цели и другие возможности. Ему не нужно устраиваться на работу, чтобы прокормить себя. Ему нужно убивать тех, кому скажут.

Разве это жизнь?

Как он живёт с этим и мучают ли этого парня кошмары?

Я бы хотела задать каждый вопрос, но перспектива остаться вмятой в стену не производит абсолютно никакого  впечатления.

Этот мальчик рос без любви. Я бы могла сказать  тоже самое про себя, но у меня был дядя Фреди, старавшийся заботиться обо мне. Даже когда он был пьян, то оставлял немного денег. Я съехала от него, и он был огорчён. А зеленоглазый всю жизнь провёл в изоляции.

Принял ли он сразу своё существование и цель? Он стал первым, и я сомневаюсь, что многим удавалось это сделать. Тем не менее он добился до пятнадцати того, что не сделали другие. Внутри него может сидеть тот самый маленький ребёнок, лишённый заботы, и моё сердце хочет подарить ему его.

Только меня отвергнут, потому что  я являюсь человеком, не разобравшемся полностью во всём дерьме.

Я не могу осуждать парня за его убийства, зная через что он прошёл. Я не могу догадыввться, как воспитывали каждого из них, что им отвечали, когда те спращивали о том, откуда появились. Маленькие дети, лишённые родителей. Не верится, что люди отказывались от детей, идя ровно и трепетно по закону, стараясь не нарушить ему. Неужели никто не старался выдвинуть свои права на детей? Никто не шёл на правительство?

Агенты были стадом, которое пасут определённые люди, кто они?

Мне хочется узнать многое, и я буду стараться, если для этого прийдёться ходить в тренажёрный зал каждый день. Я узнаю о той части мира, которая скрыта от каждого.

Кто они дети, рождённые под специальной программой? Кто－то старается сделать поистинне сильных людей, готовых идти на перекор людским судьбам.

Я живу с таким человеком. Человеком, который не переживает не за кого. Человеком, которого так воспитали.Человеком, который не видел настоящих прелестей жизни.

Моим долгом открыть их для него.