Глава VII. Суд Ночи

Полуночный клуб «Немой Ветер» находился в старом особняке в самом сердце Москвы. У него не было вывески, рекламы, музыки. Только кованая дверь и человек в чёрном, что молча кивнул, как будто давно меня ждал.

Мы вошли.Я — в светлом плаще, волосы собраны, лицо спокойное. Алексей — в тени, позади. Он не хотел отпускать меня одну, но пообещал ждать за углом, с пистолетом в кармане и планом отхода. У него всегда был план.

Я прошла мимо мраморных колонн, мимо зеркал, в которых не отражалась. Всё вокруг — как театр призраков.И в самом центре сцены — он.

Юрий.

Сидел за длинным столом, в тени мягкого света. Чёрная рубашка. Ровная осанка. Глаза — ледяные, как в тот день, когда он впервые сказал, что любит меня.

— Привет, Аврора, — сказал он мягко.

— Привет, Юрий.

Я села напротив. Смотрела на него. Уже без страха. Без боли. Только с... отстранённостью.Я была готова к ответам.

— Почему я? — спросила я.

Он усмехнулся.— Потому что ты носишь его кровь.

— Моего отца?

— Он разрушил мою жизнь, — проговорил он, не отводя взгляда. — Он отнял моё имя, моё будущее. Он — причина, по которой моя мать повесилась в подъезде старой хрущёвки в ноябре. Он причина, по которой я стал тем, кто я есть. Твоя любовь — была моим ножом. Я вложил его в тебя... и ждал, когда ты сама вернёшь его ему в сердце.

— Но ты ведь... был добрым. Поначалу. Ты заботился. Это было частью игры?

Он помолчал. А потом сказал:

— Я не ожидал, что... ты станешь настоящей. Я думал, ты будешь очередной куклой из света. Но ты была — пламя. Я почувствовал это слишком поздно.

— А ты... когда-нибудь... любил меня?

Он сжал кулаки. Его голос стал тише.

— Я хотел. Но моё сердце давно — гробница. Любовь туда не входит.

Мы молчали.И вдруг — шаги.

Дверь с грохотом распахнулась. Алексей вбежал, с пистолетом в руке.

— Аврора, он не один! У него охрана на крыше! Это ловушка!

Но было поздно.Юрий одним быстрым движением достал из внутреннего кармана тонкий клинок — не пистолет. Лезвие было узким, старинным. Почти ритуальным.

— Назад! — крикнул Алексей, закрывая меня собой.

Но Юрий бросился вперёд. Всё произошло слишком быстро. Я закричала. Раздался выстрел. Но не в Юрия — он уклонился. Лезвие вошло прямо в грудь Алексея.

— НЕТ! — закричала я, схватив его.

Юрий отступил. Его глаза были безумными.— Он мешал. Он всегда мешал. Я должен был...

И тут — вторая дверь выбивается с треском.Люди в чёрной форме. Лица закрыты. В руках — автоматы.Федеральная служба безопасности.

— На пол! Всем! Не двигаться!

Я закрыла лицо руками. Всё гремело. Окрики. Наручники.Юрия скрутили. Он не сопротивлялся. Только смотрел на меня.Смотрел, как будто... смеялся.

— Слишком поздно, Аврора. Ты думаешь, это конец? Это — только пауза.Его увели.

Я опустилась на пол, обняв окровавленного Алексея.

— Не умирай, пожалуйста, — прошептала я. — Не оставляй меня.

Он слабо улыбнулся. Губы дрожали.— Ты... стала сильнее, чем он. Сильнее, чем они...— Алексей...

— Убей в себе жертву, Аврора. Не живи в тени прошлого.— Я... обещаю.

Его глаза закрылись.

Он не дожил до рассвета.

Через две неделиЯ стояла у его могилы.Солнце резало облака, но не разгоняло боль.На мраморе было выбито:Алексей Николаев. Брат. Воин. Человек, что выбрал свет.

Я держала в руках пистолет, тот самый, что он носил. Я не знала, что с ним делать. Но знала — он остался со мной. Его выбор. Его вера.

Юрий был под арестом. Следствие длилось. Его бизнес разрушали по кирпичику. Его империя рухнула.Но я знала: монстры умеют ждать.Их нельзя забывать.

Я ушла с кладбища в одиночестве.Но не была одна.

Во мне жило пламя.Теперь я знала, что с ним делать.