Глава 5. Травма №5. Внук соседки. Клаустрофобия

...Есть у меня одна история, связанная с Ниной Прокопьевной и ее внуком. И тут берет начало моя пятая травма и бонусом фобия. Один раз я как обычно слонялась на улице в поисках достойного развлечения, потому как домой я могла вернуться не скоро. Спустя энное количество времени, я дошла до заброшенного здания, в котором раньше был не то склад, не то завод. И местные побаивались этого места, так как верили в то, что оно проклято. Ведь какой-то идиот один раз ляпнул, будто кто-то там умер и перед смертью этот человек проклял то здание, вследствие чего оно потом и стало заброшенным. Меня лично эти байки всегда забавляли, ведь я не верила во всю это ахинею и всегда поражалась человеческой тупости, которая заставляла людей считать все это правдой.

Вернемся к истории. Добрела я до этого здания и решила проверить периметр. Ходила, бродила так вдоль и попрек здания черт знает сколько, но в итоге ничего стоящего не нашла и решила вернуться обратно. Но стоило мне об этом подумать, как вдруг мне на голову надели пакет и чьи-то руки меня схватили и потащили куда-то. Все было как в тумане, в какой-то момент меня куда-то бросили, и я услышала звук тяжело закрывающейся старой двери. Сняв пакет с головы, я осознала, что нахожусь в старом подвале, где нет абсолютно ничего, даже света.

В первые секунды меня охватила паника. Я билась в дверь, кричала и умоляла меня выпустить, но все было тщетно. В тот момент у меня пронеслась вся жизнь перед глазами. Я поняла, что никто меня не откроет, потому что из-за глупых убеждений люди туда не ходили от слова «совсем». Мне стало страшно, обидно и злобно. Я не могла так умереть, ведь прожила всего шесть лет жизни. Это не могло стать моим концом. И я не ошиблась.

Спустя какое-то время меня нашли. Какие-то подростки терлись у этого здания в поисках приведений. Они залезли в подвал и нашли там меня. Позвали на помощь. Естественно, на это зрелище сбежались посмотреть почти все люди с района, и одной такой оказалась женщина, проживавшая в нашем доме. Она узнала меня и сообщила, где я живу. Дома меня встретила недовольная мама, во-первых, тем, что я нашлась, во-вторых, тем, что теперь меня нужно откачивать, ведь пробыла я в подвале три дня (это мне потом рассказали). Мое состояние, мягко говоря, было не лучшее.

Позже я узнала, что закрыли меня в подвале Егор и его компания. Кстати, когда меня нашли, вызвали милицию, но они посчитали, что я играла, зашла в подвал и дверь захлопнулась. Разбираться никто не стал. Да и кому оно было надо? А самое обидное было то, что мама все эти дни не удосужилась меня искать. Как она позже сказала: «Это были самые лучшие три дня в моей жизни». Было очень обидно и больно. А еще выяснилось, что после пребывания в подвале у меня развилась клаустрофобия.

Позже я пыталась донести до всех истину о моем сидении в подвале, но в итоге поплатилась за это. Добродушный Егор рассказал своей бабушке о моих доносах. И однажды вечером они подкараулили меня возле квартиры и втащили в свою, что находилась напротив, закрыв при этом мне рот. Но думаю, даже если бы я кричала, все равно никто бы не пришел мне на помощь, ведь всем было плевать. Они затащили меня в комнату, Егор удерживал за руки, а бабка за волосы. Она направила мое лицо на свое и начала угрожать:

– Ах, ты мерзкая маленькая дрянь, – она потянула волосы. – Ты как посмела клеветать на моего внука? Я научу тебя хорошим манерам. – С этими словами она дала мне пощечину. После она приказала Егору удерживать меня, а сама пошла к столу, что стоял в комнате, и взяла с него армейский ремень. Он был кожаный, толстый, прочный с большой и увесистой металлической пряжкой. Взяв его, она подошла ко мне и произнесла:

– Раз ты не понимаешь по-хорошему, буду объяснять по-плохому. – Она замахнулась и ударила меня прямо той пряжкой по ноге. Боль от ноги разлилась по всему телу. Я упала на пол, держась за ногу и крича. Егор вновь схватил меня и прижал к полу, зажимая рот, а его бабка продолжала меня мутузить. С каждым ударом становилось все больнее. Мне хотелось убежать, но это было невозможно, этот гад крепко держал для своих шести лет. Плюс я девочка и силы были не равны. Она продолжала бить меня, игнорируя мои мученические мычания. Не знаю, сколько так продолжалось. С каждым ударом я все больше переставала чувствовать свое тело. С каждым ударом я получала новую порцию боли, которая отзывалась во всем теле. С каждым ударом мой плач становился все громче. До сих пор не понимаю, как я это выдержала и не потеряла сознание (к сожалению). Но еще я не могу понять того, что с каждым ударом эта ведьма входила во вкус. Я была для нее как кусок мяса на отбивную, который нужно отбить как можно тоньше. И самое страшное, что Егор тоже упивался моей болью, потому что на его лице я видела злой оскал, а в глазах торжество.

Спустя какое-то время запал старухи начал угасать и темп ударов начал замедляться. В итоге она перестала меня бить, села на колени, взяла меня за волосы, таким образом, направив мое лицо на себя.

– Ну что? Больше ты не будешь лезть к детям и обижать их?

Сначала я не ответила. Просто лежала и продолжала рыдать.

– Я не слышу, – она вцепилась в мои волосы еще сильнее.

– Да, – выдавила я сквозь слезы.

– Молодец! – Она отбросила ремень, взяла меня за руку, пытаясь поднять на ноги, но я не могла встать. Тогда она просто потянула меня, протаскивая по полу через всю квартиру, и вытащила в подъезд. На прощание она пригрозила наказать меня еще раз, если я кому-нибудь об этом расскажу, и захлопнула дверь.

В тот момент я осознала несколько вещей. Первая это то, что я не могу встать. У меня болело и пульсировало все тело. Я немного повернула голову и взглянула на свою руку, она была красной. Опережая события, скажу, что потом все мое тело было синим. А кое-где виднелся четкий след пряжки. Ну а вторая вещь, которую я поняла в тот злополучный день, это то, что жалобами ничего не добьешься. Здесь всем на тебя плевать. Каждый сам за себя. И выжить может только тот, кто одержит победу в этой войне. А третья вещь- это то, что я не хочу быть слабой. Я не хочу быть девочкой для битья. Я хочу быть сильной, чтобы дать достойный отпор...

К моему на тот момент счастью, мои размышления прервала другая соседка с нашей лестничной клетки. Она открывала дверь и задела ею меня. Я же в свою очередь заплакала. Соседка постучалась к моей матери, помогла занести меня в квартиру и вызвала скорую и милицию. Вот только в больницу меня не забрали, сказали, что можно и дома вылечить (но с моей матерью скорее покалечить еще больше). А милиция разбираться не стала, так как я не дала никаких показаний. Но им же было лучше...