❍ Эпилог

Джесси Уикенд. Вот это ирония, да ведь? Пройти через столько дерьма, чтобы в итоге отчитываться и извиняться перед умалишенной девчонкой. Что он ей сделал? Ни-че-го. Абсолютно. Но даже этого "ничего" хватило, чтобы произвести на нее такое дикое впечатление. И это уже совсем не его вина, а Логова Неизвестности. Это оно внушало страх и ужас одним своим видом. Эти долбанные подвалы, которые расположены непроходимым лабиринтом, ошметки от одежды, разбросанные по полу, грязные стены и невыносимый тошнотворный запах рвоты, крови и гнили дополняли атмосферу безумия.

Он был там. Так много раз, что знает каждую стенку, как свои пять пальцев. Был и делал то, что делали все кровопийцы. Даже после первого раза осознал, хоть и испугался того, что лицезреть, как мучаются другие доставляет ему удовольствие. Ну, знаете, кому-то читать, кому-то слушать музыку, а ему больше по душе чужая кровь...

Перед входом в метро, Люк остановился, вздохнул и жестом руки призвал Томаса подойти поближе.

— Дальше я сам, — сказал он. — Хочу положить всему этому конец. Чтобы ваша семья наконец уже отлипла от меня и дала мне шанс продолжать гнить в одиночку, окей?

— А ты уверен, что сможешь держать себя в руках? Рассказы Алекса, честно говоря, напрягли меня. Думаю, мне придется пойти с тобой.

— Мля, Томас, я же, — хотел уже поднять руку на Уикенда, но вдруг сжал губы и успокоился. — Ты же знаешь, что не причиню ей никакого вреда. Иначе бы тогда, в Логове, я...

— Я понял, — остановил его Томас. — Прости, бро, что тебе пришлось нянчиться с нами несколько раз, рискуя своей шкурой и репутацией.

— Нахер репутацию... но не за что, — он заставил себя улыбнуться напоследок и, накинув на голову капюшон, скрылся из виду...

***

Ну вот и он. Стоит около ворот входа дядюшки Джесси, весь скукоженный и неуверенный, с глазами невинного побитого щеночка и трясущимися тонкими ножками. Зарылся в мешковатую толстовку, чтобы хоть как-то чувствовать себя уверенней, но и это ему не помогает. Ходячий комок с комплексами. Человек без настоящего и будущего. Человек без истории. Таракан в этой огромной вселенной. Стоит и накрученный какой-то бессмысленной целью, шмыгает внутрь. Почему его никто не замечает? Потому что он как крыса. Маленькая, хитрая и ничего не значащая.

Зачем-то прячется за деревья, пока продвигается дальше. Смотрит на работниц в грязных штанах, которые явно им не по размеру, на то, как они корчатся ради денег и... никакого чувства жалости они у него не вызывают.

Он был такой же. Все кровопийцы были такими же. Пока не поняли, что те, кто владеет этим всем никогда не будет так унижаться. Пока не очнулись и не стали видеть в этих работниках стадо, скажем, баранов. Есть пастух, который периодически бьет их тоненькой палочкой, чтобы те не расслаблялись. Пастух - хищник, бараны - жертвы. Почему же им не дано заправлять и иметь все? Чем они хуже других? Чем они  не достойны сотворить подобие Марса и жить в свое удовольствие?

И вдруг, среди всего этого стада он видит ее, заходящую в курятник. Незамеченный, направляется за ней и заходит внутрь, закрыв за собой дверь. Джесси оборачивается и собирается крикнуть от ужаса, когда тот молниеносно подбегает к ней и резко закрывает ее рот.

— Тише, дура, не ори. Меня прислал твой брат. Успокойся.

Она барахтается. Начинает закатывать истерику. Слезы падают на его грязные руки. Времени нет. Он должен начать говорить, хоть и мало вероятности, что она будет слушать.

— Ты психовала, помнишь? Там, в Логове. Говорила, почему я спасаю только тебя, а не тех, кто кричал в соседних комнатах.

Да, она и не собиралась слушать. Люк слышал приглушенное "помогите", которое она пыталась выкрикнуть и уже начал жалеть, что не взял с собой Томаса, в качестве игрушки-антистресса.

— Джесси, пожалуйста. Это очень важно для Томаса. Я обещал ему это сделать, — как можно мягче пытался говорить он, и даже слегка ослабил хватку. — Я не причиню тебе вреда, ты никогда вообще не услышишь больше обо мне, просто дай сказать и выслушай - все, что я прошу.

Удивительно, но это, вроде, работало. Уикенд перестала дергаться и подняла свои глазки на Люка.

— Видишь? Ты не тупая дура, а вполне адекватная. Я тебя сейчас отпущу. Если закричишь или попытаешься убежать, я все равно не уйду и не оставлю все без разговора. Поняла?

Джесси едва заметно кивнула и он отпустил ее без колебаний. Смотрел, как ее глаза метались из стороны в сторону и, как бы ненароком косились на дверь, но был рад, что все складывается относительно просто и что ему не придется носиться за ней.

— Молодец. Спасибо, — облегченно вздохнул он.

— Ну, — неуверенно начала она. — Я тебя слушаю.

Он присел на стул, который весь был в опилках и, опустив взгляд вниз, чтобы чувствовать себя уверенней, начал монолог:

— Прошу, только не перебивай, хоть и рассказчик из меня муторный... Дело в том, что, — сердце почему-то стало биться с бешеной скоростью, в горле пересохло, а руки предательски затряслись. — Ты чертовски похожа на мою сестренку.

Эти слова были самими тяжелыми для него. Казалось,что-то тяжелое покинуло его. Раз и навсегда. Стало так легко, что остальные слова лились уже плавно и без остановок.

— Она умерла около десятка лет назад и, мне кажется, что если бы она была жива, то выглядела бы в точности, как ты сейчас, — Джесси уже было открыла рот, но Люк продолжил, — Тебе покажется это бредом, но если бы ты потеряла близкого человека, ты бы поняла меня. Когда натыкаешься на щепотку какой-то надежды, мозг так цепляется за эту идею, что ты начинаешь уже путать, что реальность, а что нет. Забавно, но у вас даже имена похожи! Ее звали Джули, а тебя - Джесси. Помнишь, я в Логове никогда не называл тебя правильно, а ты думала, что никак не запомню твое имя? Знаешь, это как... мозг осознает, что Джули нет в живых, но ее имя все вертится на языке и ты ничего не можешь с этим поделать. Даже сейчас. Я смотрю на тебя и вижу ее. Думаю, что вот ты накинешься на меня с объятиями и споешь что-нибудь, но это лишь обман сознания... Томас говорил, что у тебя нет слуха, но... эх... Прости. За все, — он поднялся с места и направился в сторону двери.

— То есть.., — Волден обернулся, ожидая услышать что-то из раздела "какой же ты жалкий". — Если бы я попала туда, в Логово, будучи обычной девушкой, не похожей на кого-то из твоей родни, то со мной было бы то же, что и с людьми в соседних комнатах?

В ее глазах Люк прочитал презрение. Вероятно, она знала ответ на свой же вопрос, но боялась этого признать. Это бы означало, что все ее кошмары, о которых рассказывал ему Томас, могли бы оказаться правдой. Где-то в другой реальности.

— Боюсь, что да, — набравшись смелости, ответил он, подозревая, что за этим последует.

— Уходи, — ее глаза наполнились слезами. — И никогда не появляйся в моей жизни и в жизни моего брата...

— Я же обещал, — грустно улыбнулся он. — Вы обо мне больше никогда не услышите.

Нас всех тянет какой-то груз. Что-то такое тяжелое, что мы никому и никогда не расскажем. Что он, груз, утонет и умрет вместе с нами. Настанет новый день, полный наивных надежд и желаний, а прошлое все равно будет тянуть вниз.

Ты будешь просыпаться с мыслью: "Я это сделал. Я - это".

Иногда он думает, а что бы произошло, если бы вселенная повернулась к нему другой стороной и каждый раз натыкается на разные вариации, от которых больно.

От которых хочется рвать все и вся, лишь бы убедить самого себя, что все это происходит не с ним. С кем угодно, но не с ним. Не знаю, может это начало какой-то психической болезни, когда кажется, что ты не живешь, а просто наблюдаешь со стороны...

Он скучает по тем временам. Когда он, Оливер и Трис были семьей. Когда они были живы. Когда они все были помоложе и глупее. Когда игнорировали опасности и с улыбками на лицах прыгали в жерло вулкана.

Нет. Время не лечит. Оно лишь смывает хорошие воспоминания, оставляя только плохие и ненастоящие, которые он уже выдумывает.

Создали иллюзию того, что все крутится вокруг Марса. Что эта планета — нечто недостижимое и до чертиков желаемое. Но это не так.

Теперь уже поговаривали, что на Марсе все в куда более плачевном состоянии, чем здесь, на Земле. Что люди, отправленные туда на капсуле, мол, счастливчики, не выдерживали турбулентность и погибали прямо там. В безграничном космосе. Убитые собственными целями и достижениями.

А что остается, когда единственную веру в будущее уничтожили? Только побираться ради жалкого куска хлеба?

Ответ прост.

Идти в Логово Неизвестности и поддаться животным желаниям. Где тебя никто не осудит за твои поступки. Где ты - творец, хищник, властитель, а они - всегда будут слабыми жертвами.

Морали нет. Люди придумали что такое хорошо, а что такое плохо, чтобы оградить всех от реальности. А реальность такова: мир развалится на части без веры и смысла в жизни. Будь то Марс, или Земля.

The end.