one

Я отвязываю доки и толкаю лодку в воду, серую, как небо. Где-то за последние несколько часов над горными вершинами прокатились пушечные облака, сбивая ледяные порывы, которые вспенивают поверхность озера Кросби в Миллион белых вершин. У меня сводит живот, и вовсе не из-за воды.

Может быть, утренняя тошнота, может быть, нервы от слов, которые я должна сказать своему новому мужу вслух.

Сюрприз! Я беременна.

Я опускаюсь на сиденье и засовываю руки в карманы своей новой пуховой куртки. Подарок от Пола, обладающего безупречным вкусом - тем, что исходит от хорошего воспитания и большого банковского счета. Мы никогда не говорили о детях. Он со своей первой женой никогда не пытались завести ребенка до того, как она умерла, чуть больше четырех лет назад. А я знаю его меньше года. Но это не было моим коварным планом.

Но ни одна из девушек не влюблялась в мужчину на одиннадцать лет старше, который утверждал, что никогда больше не женится. Тридцатисемилетний богатый вдовец влюбляется в служащую бензоколонки с грязного склона горы, и мы оба тронуты трагедией. Парочка, о которой все в нашем городе говорили, что ничего не выйдет.

«Мне наплевать, что думают люди», - постоянно твердит мне Пол.

«Я люблю тебя, а ты любишь меня, и это важно.»

Но сейчас... Моя рука ощупывает под курткой все еще плоский живот. Что он подумает об этом маленьком сюрпризе, расцветающем у меня в животе? Я понятия не имею.

Его мать, люди в городе, друзья, которые знают его всю жизнь. Я точно знаю, что они скажут.

Они скажут, что этот ребенок не был спонтанным. Что малыш Келлер укрепит мое место за семейным обеденным столом так, как три карата на моем безымянном пальце не могут этого сделать. Что теперь он действительно в ловушке.

Ветер уже оттолкнул меня от причала, я завожу мотор и разворачиваю лодку. Мы с Полом живем в бухте, но течение здесь быстрое, вода опасно глубокая. Холм, на котором стоит его дом, не упирается в берег, а уходит на глубину до трехсот футов. Там, внизу, похоронен целый город, спрятанный в холмах того, что когда-то было процветающей Долиной. Дома, дороги, фермы, школы. Кладбища. Всякий раз, когда что-нибудь ухитряется вырваться, потрепанная галька, покрытый водорослями башмак, скользкий собачий ошейник, - оно оказывается здесь, в бухте скелетов.

На полпути к центру города я выжимаю газ, объезжая мыс Бак-Ноб-Коув, и смотрю на Запад, поверх воды, гор и бесконечного дымного неба. Я никогда не жила нигде, кроме озера Кросби, никогда даже не задумывалась об этом, и все же от необузданной красоты этого места у меня захватывает дух. Эти горы - такая же часть меня, как моя кожа и кости, их связь так же реальна, как клетки, размножающиеся в моем животе. Если я закрою глаза, то почувствую, как под ногами шевелятся плиты. Я - горы, а горы - это я. Я не смогу жить больше нигде, даже если попытаюсь.

Наверное, это единственное, за что я не могу обижаться на свою мать. За то, что она выбрала это место. В основном я воспитывала себя, а потом и своего брата Чета, поэтому я знаю, что любовь может зайти так далеко. Любовь не подаст еду на стол. Любовь не платит ни за квартиру, ни за кредит. Ребенку нужно гораздо больше, чем любовь.

Люди говорят, что я вышла замуж за Пола из-за денег, но это неправда. Я вышла за него замуж, потому что люблю его, и я люблю его за все, что он дает мне. Крышу над головой и живот, набитый питательной органической пищей. Медицинское страхование, страхование автомобиля, мобильный телефон и интернет. Никогда больше не выбирать между холодом и голодом. Жизнь, которая безопасна, стабильна и надежна.

И действительно, разве безопасность - это не синоним любви?