23. ранение

Аня вышла из ординаторской и направилась к кабинету, в котором проходила операция. Она взяла карту пациента, лежащую на столе при входе, и прошла в операционную. Вокруг было довольно много людей, большую часть составляли медсестры, которые обрабатывали прочие раны.

- Надо быстрее! - крикнула помощница, и блондинка подошла к кушетке, на которой лежал пациент.

Ранение в живот, кровь остановили. На лице разбитая губа, на которой кровь уже успела свернуться, бровь, кудрявая шевелюра вся в крови. Валера... Её любимый Валера - тремор в руках. Шок.

- Я не могу его оперировать! Я не могу! - громко говорила девушка, отходя от пациента и мотая головой, держась за голову и пытаясь прийти в себя Все присутствующие обратили внимание на хирурга и удивились, ведь она всегда выполняла свою работу.- Анна Владимировна, у нас нет времени! - помощница готовила всё к операции и занервничала от решения врача, ведь счёт идёт на минуты.

«Ранение... Огнестрел. Я ведь могу убить его. Только не я, только не я».

«Нет времени» отдаётся эхом в голове.

Блондинка прошла к столику, чтобы обработать руки спиртом, тремор не уходил, но она должна ему помочь. Она прикусила щёку изнутри, чтобы эмоции перешли в физическую боль, но это не помогло успокоиться окончательно.

- Он в сознании?- Только ввели наркоз.

Значит, он может её увидеть и узнать, но эта мысль была последней в голове.

Перчатки и марлевую повязку помогла надеть помощница. Аня выдохнула и подошла к Туркину, лоб которого покрылся испариной. Глаза были еле открыты, и он вот-вот уснёт.

- Аня... - еле слышно прошептал Валера, этого никто из присутствующих не услышал, но девушка прочитала по губам. Он узнал её, может думает, что это бред из-за наркоза. Девушка нервно сглотнула и приступила к операции.

***

- Пустите меня, у меня там муж, я должна быть с ним! - кричала блондинка, вся заплаканная, пытаясь толкнуть санитара, чтобы пройти в отделение, - я медсестра, я помогу ему!

Рядом сидела девушка, нервно теребя мужские наручные часы и надеялась, что всё обойдётся - «хоть бы вылечили...»

- Петр, пусти, - сказала Аня, которая уже провела операцию. Успешно. И с облегчением шла вдоль отделения реанимации, подходя к терапевтическому.

Санитар отошёл от двух девушек, а они наоборот встали в ступор. Перед ними девушка-врач, которая когда-то была их подругой и не выходила на связь после переезда, даже ни разу не приехала.

Полина в силу добродушия, стресса и любви к людям, несмотря на обиду, двинулась к Ане, на чьих глазах блеснули слёзы. Как они все оказались здесь, в Петербурге, именно в этой больнице?

- Аня, они живы? - спросила Полина, хлопая своими большими зелёными глазами, которые девушка в последний раз видела несколько лет назад, она выросла, стала взрослее, но глаза всё равно казались детскими, а взгляд искренним. Пелена слёз так и норовила разлиться по щёкам хирурга. - Они все здесь? - спросила блондинка и взглянула на свою дальнюю школьную подругу, у которой был округленный живот. - Я не хочу отвечать на твои вопросы. Ты выкинула нас из своей жизни, - Наташа прошла рядом с бывшей подругой и подошла к палате, в которой лежал её муж с сотрясением. Дверь хлопнула, и наступило громкое молчание. Никто не знал, что нужно сейчас сказать, но сестру Турбо очень волновал один вопрос.- Аня... - еле слышно прошептала темноволосая, шмыгая носом, - я хочу к Вахиту, а мне не говорят, где он...

Блондинка прошла к окошку регистрации, подруга осталась на том же месте. На дежурстве была женщина, которая неровно дышала к Ане. Она считала, что ей не хватает опыта, чтобы работать в таком направлении.

- Тамара Львовна, подскажите, пожалуйста, где лежит Зималетдинов, сегодня привезли, - девушка нервно постукивала по деревяшке, что выводило женщину из себя всё больше. - Ох, вам то он кто, муж? - начала ворчать женщина, посматривая на ногти хирурга, которые издавали неприятный и назойливый звук. - Посмотрите, пожалуйста, - женщина громко вздохнула и потянулась к картам пациентов, Зималетдинов был почти самым первым в этой кипе бумаг. - Ранение в грудную клетку, ещё на операции, - сказала медсестра, в то время как Аня посматривала на Полину, надеясь, что она этого не слышит. - Спасибо.

Вокруг царили напряжение и тишина, что свойственно каждой больнице, но в этой ситуации это напрягало и так накаляющуюся обстановку. Аня присела к Туркиной, которая глядела в пустоту и ворошила часы в своих руках, и взяла её за плечи.

- У него сейчас закончится операция и его отвезут в реанимацию, всё будет хорошо, - темноволосая начала ещё больше всхлипывать, Велишаева сначала даже не поняла почему, но потом до неё дошло, что Полина не сильна в медицине, - ты чего? В реанимацию после любой операции увозят, это не значит, что всё плохо. - Почему ты уехала? Мне, Наташе, Валере тебя не хватало... - девушка взглянула на Аню, голос слаб с каждым словом, переходя на шёпот, - очень не хватало...- Давай сейчас попробуем успокоиться, а потом я всё тебе расскажу, - блондинка улыбнулась, и слеза всё-таки скатилась по щеке.

Можете прочитать под песню Три дня дождя - «Реки растают»:

Девушки прошли в кабинет для работников больницы, Аня дала Полине успокоительное, чтобы она расслабилась, но была в сознании. Блондинка села на корточки напротив сестры её, когда-то, любимого. Полина крутила в руках кружку с зелёным чаем, который ей заварила Аня.

Я не могла подобрать слов, не могла излить Полине душу - сказать правду, соврать... Ничего в голову не лезло. Она до сих пор для меня та 18-летняя девушка, главной проблемой которой была учёба или какой помадой сегодня накрасить губы, которая вечно ссориться с Вахитом, чтобы добиться его внимания.

- Они бизнес здесь замутить собираются, ездили на переговоры, но что-то пошло не так... Мы дома были.- Зачем им здесь бизнес? - блондинка присела рядом с бывшей подругой, хмурясь от её слов. - Расширяться решили, мы только неделю назад переехали, - Полина посмотрела в глаза голубоглазой вновь, она будто пыталась взглядом проникнуть в душу, узнать всю правду, - Я не хочу на тебя давить, но хочу узнать, что случилось 4 года назад. Это из-за Валеры? - Давай не будем сейчас об этом, пожалуйста, - сказала Аня. Ей было стыдно и грустно от того, что они так давно не общались, хоть и из-за её безучастия, - Полина, прости, что я так поступила, что не приезжала, что не звонила. Я думала, так будет легче жить дальше. - Зажила?- Нет... Но уже ничего не поменять, - сказала Аня, в миг она почувствовала руку на своей кисти и посмотрела на Полину, добродушно улыбнувшись, - У меня к тебе просьба, - сестра Турбо вопросительно покачала головой, - Не говори своему брату, что я здесь. Это хорошим не кончится. - У тебя что-то к нему ещё есть? - я уже хотела ответить подруге, но нас прервал Пётр, санитар.

- Анна Владимировна, там на операции без вас никак. У пациента пульс всё ниже...

Я встала и вышла из кабинета, оставив сестру Турбо с санитаром, чтобы она была не одна. Ведь я прекрасно понимала, кто лежит на операции. Я бежала со всех ног, боясь услышать, что уже поздно - этого мне точно не простят. В кабинете были медсестра и другой врач, который проводил операцию.

- Что происходит? - спросила Аня.- Я достал пулю, но было задето лёгкое. Я сделал всё, но пульс снижается, - Сергей однозначно нервничал, и в то время девушка проходила к столу, чтобы обработать руки и приступить.

***

- Могу я к подруге в палату пройти? У вас же и без меня много дел, - Полине однозначно было некомфортно наедине с незнакомым мужчиной, который намного мощнее девушки.

Санитар кивнул и девушка вышла из кабинета, идя рядом с операционными в сторону терапевтического отделения. В коридорах смеркалось, свет был тусклым, но назойливо холодным. Людей не было, на улице раннее утро: все спят в своих палатах. Туркина была в своих мыслях, но её остановил громкий крик за дверью хирургического отделения.

«Дефибриллятор!»

Никто бы не заметил Полину, поэтому она юркнула в отделение к той самой двери. Каждое слово «разряд» сводило с ума, каждое содрогание близкого ей человека заставляло лезть на стену. Ничего не получалось. Прошло 5 минут, 10, 15... Вышел мужчина в халате, который помогал Ане, а девушка осталась в операционной.

- Девушка, вы что здесь делаете?! Тут санитарная зона! - возмущался врач, но девушка просто сидела в углу, закрывая голову руками и мотая головой, она не могла поверить, что это происходит на самом деле.- Скажите мне, как он? - Туркина даже не смотрела на врача. Он подошёл к ней.- Вы кем ему приходитесь?- Будущая жена, - предложения не было, но всё шло к этому.- Давайте выйдем в общий коридор.

Мужчина поднял Полину и вывел из отделения, Аня до сих пор не вышла из операционной. «Вашему мужу повезло, что он входит в 0,01% населения, у кого сердце справа...» - в сердце закралась надежда, что всё будет хорошо, но... - «...пуля... пуля попала в лёгкое, и мы её вытащили, появилась новая проблема... пневмоторакс, то есть лёгкое сжалось... от этого начал падать пульс. Мы сделали всё, что могли... Позже выйдет Анна Владимировна».

Врач ушёл, никого не было рядом. Аня всё никак не выходила, Туркина уже не слышала никаких криков, стуков - был только звон в ушах. Она перевернула журнальный стеклянный столик, он разбился, и его осколки были по всему полу, а слёзы текли ручьем по щекам. Девушка тёрла своё лицо, рвала волосы, растёрла костяшки до крови. Ей хотелось кричать, но она молчала. Оно было громче криков, громче всхлипов. Сегодня она могла потерять брата, потеряла своего молодого человека. Своего снежного и горячо любимого Зималетдинова.

тт/тг канал: ffallenloverr