Глава 13. Снова

Я больше не выдержала.

— Ты вечно меня бросаешь! — голос сорвался.

— То появляешься, будто герой, то исчезаешь, как призрак. А потом снова приходишь, будто имеешь на это право!

Нори молчал, стиснув челюсть, словно слова мои были удары. Но я не собиралась останавливаться.

— Кто ты вообще такой, чтобы устраивать мне эти эмоциональные качели? Уходить, когда знаешь, что здесь есть другой человек?! — я сделала шаг к нему, грудь сжимала боль. — Ты знал, но всё равно обвиняешь меня?

Он закрыл глаза на секунду, как будто хотел стереть всё, что слышит. Но нет. Пусть слушает.

— Он не тот, кем кажется...

— А ты? — я шагнула ближе. — А ты — кто? Ты, который исчезал неделями, который отталкивал, не говорил ничего. А теперь вдруг решил, что я должна отвернуться от всех, кто хотя бы говорит со мной?

— Я защищал тебя.

— Нет, Нори, — я покачала головой. — Ты защищал свою зону контроля. А меня... ты держал в неведении. В слепоте. Чтобы я не задавала вопросов. Чтобы не видела, кто ты такой на самом деле.

Он побледнел. Тень метнулась в его взгляде, как волк, вспыхнувший на миг.

— Ты ошибаешься.

— А вот и нет. Он хотя бы... он дал мне выбор.

— Я выдохнула. — Ты — нет.

Он метнулся ко мне, схватил за руку. Пальцы — горячие, дрожащие.

— Не уходи. Я... Я не знаю, что будет, если ты уйдёшь.

— Я знаю, — я выдернула руку. — Я наконец перестану бояться, что ты опять исчезнешь. Я устала, Нори. Я не могу жить в твоей темноте.

Он хотел что-то сказать. Не сказал. Только посмотрел. И в этом взгляде — целый мир боли. Только я больше не собиралась быть его заложницей.

Я повернулась, уже почти у двери. Но нет. Я не могла уйти вот так. Не сейчас. Не после всего.

Слишком много молчания. Слишком много лжи.

— И объясни мне, что это за чёртова комната?! — я вскинула руку в сторону этой комнаты. — Фотографии, записи, бумаги... Что это вообще такое? Почему обо мне составлено досье, как будто я — преступник? Это ты собирал?

Он застыл.

Я шагнула к нему, ярость внутри пульсировала в висках.

— Или это ты с ним вместе? Рэй говорил, что подключился позже. А кто начал? Ты?! Ты следил за мной? Снимал на камеру? Почему, Нори? Что ты хотел найти?

Он молчал. Молчал слишком долго. И это было страшнее, чем любые слова.

— Зачем вам это? Зачем вам двум нужно знать, где я, с кем я, как я дышу? Что это — игра? Эксперимент? Контроль? Или я — просто ещё один объект наблюдения в вашем долбаном прошлом?

Он открыл рот, закрыл. Взгляд дрожал, но слова так и не появились.

— Я думала, ты хранишь мои секреты. А ты — их записывал. На плёнку. На бумагу. По папкам. По пунктам. Это мерзко, Нори. Это... это предательство.

— Это не так, — прошептал он.

— Тогда скажи, как! — выкрикнула я. — Скажи мне, что это за место! Что за камеры! Что за документы с моими данными и твоими комментариями сбоку! Или ты и дальше будешь молчать?!

Он отступил на шаг, как будто мои слова били физически. Но я не остановилась.

— Я не вещь. Не проект. Не файл под грифом "особо наблюдать". И если ты ещё хоть раз посмеешь сказать, что ты это делал "ради меня"...

Я сорвалась. — Я прокляну тебя, Нори. Я правда это сделаю.

Он стоял молча. В какой-то момент я подумала — он сейчас упадёт на колени. Или ударит кулаком в стену. Но он просто... стоял.

И этого было достаточно.

Я отвернулась. Подошла к двери.

— Мы закончили.

— Эйви... — его голос был едва слышен. Почти сломанный. — Я правда хотел уберечь тебя. Просто не знал, как по-другому.

Я не обернулась.

— Надо было просто говорить. А не шпионить.

Ушла, закрыв дверь.

...

Такси поджидало меня у ворот, фары вырезали трещины в ночи, как будто мир сам расползался на куски. Я села на заднее сиденье, не оборачиваясь. Не потому что не хотела. Потому что не могла. Ещё один взгляд — и я бы осталась. А я не имела на это больше права.

Пока мы ехали, я смотрела в окно. Темнота за стеклом отражалась моим лицом — уставшим, перекошенным от боли, чужим. В голове роились мысли: обо всём сразу и ни о чём конкретно. О Нори. О Рэе. О той комнате. О себе.

Я поняла, что дальше так нельзя. Что всё зашло слишком далеко. Что я... теряю себя.

Эти качели — туда-сюда, вверх-вниз — вытягивали из меня жизнь. И если я не слезу с них сейчас, то просто разобьюсь однажды. Он — Нори — не может быть точкой отсчёта. Я должна начать с себя. С нового места. С нового листа.

Решение пришло не как вспышка, а как дождь — холодный, но очищающий. Я должна уехать. Не просто убежать. Начать сначала. Снова. Снова и снова, сколько бы ни понадобилось.

...

Я не плакала, пока собирала вещи.

Это ведь не в первый раз.

Я собирала чемодан, пока родители спали. Бесшумно. Осторожно. Словно убегала не только от дома, но и от самого детства. Слёз тогда тоже не было. Не потому что не болело — а потому что они, своим равнодушием, выкачали из меня всё. Я плакала ночами, до хрипоты, до судорог, пока никто не слышал.

Видимо, тогда запас и иссяк.

Теперь — только тишина. Только действия. Только я.

Каждое движение — как нож по сердцу. Я упаковывала не просто одежду — я складывала туда остатки своей веры, своего терпения, своего "а вдруг он всё же другой". Всё — в коробки, в чемоданы, в мешки. Закрыто. Застёгнуто. Точка.

Новый адрес лежал на столе. Простая квартира, ничего особенного. Даже балкона не будет. Но будет панорамное окно. И мне этого хватит. На первое время. На пока.

Стук.

Резкий. Дважды.

Я замерла. В груди — холод.

Нет, не сейчас. Пожалуйста, не сейчас.

Может, это Нори. Или хуже — его отец. Я схватила кухонный нож, спрятала за спину. Тихо подошла к двери.

— Кто там? — голос дрожал.

— Это я. Рэй.

Он.

Я выдохнула, не зная, злиться ли, бояться, радоваться. Осторожно приоткрыла дверь.

Он стоял, как всегда — собранный, спокойный. Только в глазах мелькало что-то большее. Что-то, чего раньше не было. Тревога?

— Ну здравствуй, — произнёс он. — Прости, если напугал.

Он посмотрел вниз — заметил нож за моей спиной.

И, чёрт побери, усмехнулся.

— А ты правда умная девушка. Осторожная.

— Зачем ты пришёл? — я не хотела, чтобы голос звучал так мягко. Но звучал.

— Просто... помочь. Или попрощаться. Как пойдёт. — Он пожал плечами. — Я не навязываюсь.

— Мне не нужна помощь, — твёрдо сказала я.

Он кивнул, не споря.

— Хорошо, моя дорогая Эдель. Уговаривать не буду.

Имя. Он произнёс его так, как будто знал меня давно. Не поверхностно — глубоко. От этого стало страшно. И странно приятно.

Он достал блокнот, что-то быстро написал, оторвал листок и протянул мне.

— Если нужна помощь — напиши. Или позвони. Я весь твой. Всегда. Только скажи.

Я взяла бумажку. Номер. И смайлик.

Что-то кольнуло внутри. Слишком странно. А ведь у меня до сих пор нет номера Нори.

— Ты всегда так делаешь девушкам? — попыталась я пошутить, но голос дрожал.

Он улыбнулся. Тихо, по-настоящему.

— Только одной.

Пауза. Он не подошёл ближе. Не попытался тронуть. Просто посмотрел — прямо, в душу.

— Береги себя, Эдель. И помни, ты ничего никому не должна. Ни ему. Ни мне. Только себе.

Я кивнула. В горле стоял комок.

Он развернулся, ушёл — так же тихо, как появился. Ни шагов, ни громких слов. Только воздух, чуть дрогнувший после него.

Я погрузила чемодан в машину. Водитель курил, не задавал вопросов. И слава богу.

Я обернулась — последний раз.

Дом стоял, как молчаливый свидетель. Здесь я потеряла многое. И нашла слишком мало.

Я села в машину.

В голове крутилось: Сколько ещё раз я буду начинать заново?

Сколько раз мне ещё придётся собирать себя из осколков, верить, что на новом месте будет тише, светлее, безопаснее?

Я развернула листок с номером ещё раз. Посмотрела. Зажала в ладони. Отложила.

Может, не сегодня.

Может, не сейчас.

Но я знала: если тьма снова подберётся слишком близко... я вспомню. И, возможно, позову.

Я не знаю, кто из них хуже. И кто — настоящий. Но теперь я точно знаю одно.

Я — не их игрушка.

Я — не между ними.

Я — на своей стороне.

新しい章は、自分を選ぶことから始まる。Atarashii shō wa, jibun o erabu koto kara hajimaru.

Новая глава начинается с выбора себя.