23

Они обнимались, целовались, улыбались — как им нравилось, как умели только они.

У — Майк, ты слишком настойчив, — смеялся он, прерываясь между поцелуями.

М — Это разве плохо? — приподнял бровь и снова улыбнулся.

У — Нет, совсем нет.

Но в следующую секунду Майк вдруг замер. С улицы доносился шум, но его внимание привлёк другой звук — приглушённый, но напряжённый голос за дверью.

Он тихо встал и подошёл ближе, прислушиваясь.

МУ (за дверью, в телефон): — Хватит обвинять моего сына! Передайте трубку Карен!

У — Майк, не надо слушать, — он мягко взял его за руку и чуть потянул обратно на кровать.

Майк хотел возразить, но голос матери стал ещё резче:

МУ — Мне всё равно! Вы напугали ребёнка! Пока не успокоитесь, он к вам не вернётся.

Джойс с громким щелчком повесила трубку.

Майк почувствовал, как в груди что-то сжалось — от злости, обиды, но и странного облегчения. Кто-то наконец сказал вслух за него то, что он годами держал внутри.

У — Маайк? — тихо позвал Уилл, глядя на то, как тот замер у двери.

М — Да... я... прости, — он чуть натянуто улыбнулся и, будто сбрасывая с себя всё услышанное, вернулся к нему и поцеловал.

У — Эй, ты в порядке?

М — Да, да.

У — Тебе самому не нравится, когда я что-то недоговариваю.

Майк вздохнул, опустив взгляд:

М — Просто... я устал от того, что мы с тобой — одни такие. Непринятые. Непонятые. Только на нас смотрят так.

Уилл чуть улыбнулся, но в его глазах было понимание, а не лёгкость.

У — Знаешь, когда я только выбрался из Изнанки, на меня тоже так смотрели. Писали всякое, называли зомби. Я был фриком. И Джонатан тогда сказал: это не плохо. Разве ты хочешь быть как все? Жить по чужим, дурацким правилам? Иногда нужно просто быть собой, даже если другим это не нравится.

Майк слегка улыбнулся, но грусть с лица не ушла.

У — И... тебе не нужно бороться со всем одному. Ты с нами. Ты в безопасности.

Он поймал взгляд Майка, взъерошил его волосы и, словно желая вытянуть его из мрачных мыслей, прибавил громкость фоновой музыки. Играла знакомая песня — Jim Croce Time in a Bottle.

If I could save time in a bottle(Если бы я мог сохранить время в бутылке,)

Мягкие ноты наполнили комнату, словно замедлив время.

The first thing that I'd like to do(Первое, что я хотел бы сделать —)Is to save every day till eternity passes away(Это сохранить каждый день до конца времён,)

Уилл встал и протянул ему руки, зовя с собой.

Just to spend them with you(Чтобы провести их с тобой.)

Майк с улыбкой поднялся, всё ещё смотря ему в глаза.

If I could make days last forever(Если бы я мог заставить дни длиться вечно,)

Они медленно обняли друг друга.

If words could make wishes come true(Если бы с помощью слов можно было воплотить желания,)

Они слегка покачивались под плавную мелодию, и напряжённые плечи Майка растаяли.

I'd save every day like a treasure and then(Я бы сохранил каждый день, словно сокровище,)Again, I would spend them with you(И, опять же, я бы провёл их с тобой.)

Строки песни говорили за них сами, и они залезли руками под одежду, нежно касаясь мягкой кожи друг друга.

Песня подходила к концу.

I've looked around enough to know(Я достаточно повидал, чтобы понять:)That you're the one I want to go through time with(Ты единственный, с кем я хочу быть, пока я жив.)

Последние аккорды растворялись в воздухе.Они всё ещё стояли, обнявшись, как будто боялись отпустить даже на секунду.

У — Майк... — тихо произнёс Уилл, чуть сильнее прижимаясь к нему. — Я безумно люблю тебя.

Тот, отстранившись, посмотрел на него с тем самым взглядом, в котором было и облегчение, и благодарность, и что-то гораздо большее.

М — И я тоже люблю тебя, Уилл, — ответил он, мягко коснувшись его губ.

В этот момент тишина после музыки казалась не пустотой, а тёплым пространством, в котором существовали только они двое.

Час они беззаботно провели в обнимку, обсуждая всех и вся — от учителей до соседей, смеясь над мелочами и просто наслаждаясь спокойствием. Но вскоре мама позвала их ужинать.

На столе стояла лазанья.

У — Ого... ничего себе, — удивлённо протянул Уилл, усаживаясь за стол.

МУ — Не обольщайтесь, это из магазина. Я только подогрела, — с лёгкой улыбкой ответила Джойс.

У — А... ну ладно, — пожал плечами Уилл.

Лазанью, конечно, они всю не осилили, но плотно поужинали. Поднявшись из-за стола, хором поблагодарили:

У и М — Спасибо!

И уже собирались уйти обратно в комнату, как вслед им раздалось:

МУ — А доедать кто будет?

Уилл, не оборачиваясь, бросил через плечо:

У — Джонатан!

Майк усмехнулся и добавил:

М — Ага. И Оди.

Они скрылись в коридоре, сдерживая смех.