Глава 22

Из-за того, что Дэни отвез Алекс в аэропорт, ей пришлось поменять рейс. Пару часов ожидания в первом аэропорту, одна пересадка в другом и ближе к полуночи она стояла около кампуса. Осенний ветер гулял по городку, фонарь глухо освещал улицу, придавая ей уютное спокойствие и безмятежность. Вокруг было тихо — студенты засели по барам или в своих общежитиях. В этот момент Александра поняла, что домом может назвать сразу два места. И сейчас она снова дома.

Роуз как раз собиралась ложиться спать, как вдруг, увидев входящую в комнату подругу, вскочила ей навстречу.— Почему не предупредила, что прилетишь раньше? — она крепко обняла девушку.— Забыла, если честно, — ответила Алекс, возвращая объятие.— Расскажешь, как всё прошло?— Да, только напишу родителям, что долетела.Роуз кивнула и села на свою кровать, наблюдая, как соседка бросает дорожную сумку и набирает сообщение.— Я предупредила старосту потока и нескольких преподавателей лично, почему ты отсутствовала. Профессору Ли сказала как есть, иначе тебе было бы сложно.Алекс согласно кивнула.— Спасибо, Роуз. Я — твоя должница.— Единственный, кого я так и не встретила — тренер Вильсон. Фрэд говорил, что тот не появлялся на поле со вторника.Алекс вспомнила про старика и глухо выругалась — у неё не было его номера, чтобы предупредить об отсутствии. Почему-то именно из-за него она переживала больше всего. Сначала девушка убеждала себя, что всё дело в нежелании показаться ветреной в глазах тренера, но затем призналась — она не хотела бросать бег. Вдруг слова Роуз иначе откликнулись в её сознании.— Роз, вы виделись с Фрэдом? — она отложила телефон и посмотрела в лицо подруги.— Ну... Мы выпили кофе. Пару раз. Потом сходили в кино.Девушка непривычно покраснела и отвела взгляд.— Фрэдди, серьезно? О чем вы вообще говорите?— Поверь, нам есть, что обсудить. И не только.— Роооз, — протянула Алекс, падая на кровать, — никогда бы не поверила, что это говоришь ты. Ты, читающая русских классиков в оригинале, посещающая все выставки авангардистов и не только. Ты и футболист, который понятия не имеет, что делает на курсе по иностранной литературе.Она усмехнулась этому сочетанию, вспоминая своих бывших и, придя к выводу, что её экс-парни были другого рода, усмехнулась уже вслух. Судить о таком точно не ей.— Он хотя бы хорошо целуется?Роуз помедлила с ответом, из-за чего Алекс привстала на локтях, чтобы посмотреть на соседку.— Пока не знаю, мы общаемся.— Держишь на коротком поводке?— Фу, ну и сравнения у тебя, Ал.— Ладно, главное, что тебе нравится, а остальное — не мое дело.Алекс еще какое-то время лежала, смотря в потолок, проматывая всю прошедшую неделю. Если это был сон, то самое время проснуться. В чем она была уверена, что, окажись это всё сном, она была бы разочарована.— Мы поговорили с отцом.Алекс всё еще лежала на кровати в дорожной одежде, смотря в потолок. Её голос звучал низко и тихо, но так, чтобы его было слышно на соседней кровати.— Впервые за 11 лет мы оба говорили. С момента смерти Лукаса он замолчал не только для нас, но и для самого себя. И тут его наконец-то прорвало, он понял, что еще жив. Сколько лет мы упустили, ты не представляешь. Это прозвучит ужасно, но я даже рада, что всё это произошло, этот приступ...Сейчас она говорила больше не Роуз, а себе, но девушка внимательно ловила каждое слово.— Так странно, что мы всё время ждем какого-то особенного момента, чтобы сказать близким нечто важное. А вдруг момент не настанет? А вдруг мы его упустим? Так много «а вдруг».Алекс замолчала. В повисшей тишине чувствовалось откровение, которое нельзя было спугнуть. Не проронив ни звука, обе девушки заснули.Их разбудил громкий звук телефона Александры. Она нелепо встала, потирая глаза и силясь осознать, где находится и сколько сейчас времени. Роуз же накрылась одеялом с головой, из-под которого доносилось недовольное бормотание. Телефон не унимался, но Алекс не понимала, где он.— Да под кроватью он, — голова Роуз на секунду показалась и снова исчезла под одеялом.— Дэни, ты поменял мне рингтон? — осипшим голосом спросил Алекс.— Доброе утро, Ал. Решил сделать так, чтобы мой вызов ты никогда не пропустила.— Черт, сколько сейчас?— Семь утра, твою мать, — Роуз редко ругалась, но сейчас она злилась по-настоящему.— Дэни, у меня тут разъяренная соседка по комнате, учти, что моя кровь будет на твоих руках.— Ты не позвонила вчера. Как долетела?— Все в порядке. Извини, была в общежитии в полночь устала безумно, почти сразу уснула. Как ты?— Забронировал билеты на четверг, так что скоро увидимся. Ладно, спи, а я пойду на тренировку.— Ты вернулся к футболу?— Я из него и не уходил, просто брал перерыв в наших с ним отношениях. До связи, Ал.— Пока, Ди.— А я смотрю, ты времени зря не теряла? — Роуз окончательно проснулась и встала с кровати.— Ты о чем?— Дэни...— О, нет, это друг детства.— Конечно, который звонит в такую рань, чтобы узнать, нормально ли ты долетела.— Роз, он гей.— А. И все равно — с тебя кофе, раз он разбудил меня в такую рань в субботу.— Как всегда — косячит он, а исправляю — я. Не поверишь, но у нас со школы так.Наскоро переодевшись, девушки выдвинулись в кофейню. Алекс попросила пройти мимо поля в надежде встретить тренера, но его там не оказалось.— Это первый раз, когда я в восемь утра гуляю с кофе по парку в субботу.Роуз всё еще сонно смотрела на свой стаканчик.— Зато эту прогулку ты точно запомнишь.— Главное, чтобы она не часто повторялась. Кстати, а почему мы не взяли кофе где обычно?— Там мог быть Ник.— Избегаешь его?— Не то чтобы. Он писал вчера, предлагал встретиться в воскресенье.— И поэтому ты избегаешь его?— Рози, повторяешься. Нет, просто чувствую, что что-то с этим парнем не то.Девушки сели на скамейку под развесистым деревом. Шуршание листвы от ветра разбавляло тишину парка.— Он не выходил на связь пару недель, просто пропал, а затем внезапно объявился и с полной уверенностью, что я соглашусь, позвал выпить кофе.— Ты надумываешь... — начала было Роуз, но Алекс прервала её. Она отпила из стаканчика и серьезно посмотрела на подругу.— Роз, пообещай, что твое мнение обо мне не изменится, когда я расскажу тебе кое-что о себе.— Оно не изменится...— Нет, Роз, пообещай. Сначала дослушай всю историю, задай вопросы, я отвечу честно. Но в любом случае пообещай понять меня.В этот раз Роуз не стала торопиться с ответом, ловя взгляд подруги и прикидывая в голове серьезность разговора.— И это всё в восемь утра в субботу, — попыталась она разрядить обстановку, — обещаю.Александра кивнула самой себе и снова отпила из стаканчика. Впервые она жалела, что там кофе, а не виски. Для подобных разговоров ей нужна была смелость и решительность, которую давал алкоголь. Но ей хотелось поделиться и рассказать подруге о той своей части прошлого, чтобы кто-то кроме Дэни знал, понял и принял это.— Я встречалась с женатым мужчиной.Она не смотрела на Роуз, но и не торопилась продолжить. Она чувствовала на себе взгляд зеленых глаз, но нужно было собраться с силами, чтобы рассказать всю историю.— Мы познакомились в колледже. Я была первокурсницей, а он — преподавателем. Так банально, конечно. Первые полгода он присматривался ко мне — на лекциях мы чаще всего сходились в спорах. Иногда он просил меня остаться после занятия, рекомендуя прочитать особо интересные на его взгляд статьи или книги. Он изучал меня. А я влюблялась в тот образ, который он старательно выстраивал вокруг.Снова глоток — кофе почти остыл, осеннее утро было особенно прохладным.— Это позже я узнала, как всё происходило на самом деле. Как он вел партию, разыгрывая новые ходы. Это было его развлечением — влюблять в себя студенток, затягивать их в такие отношения, из которых уже не выбраться. Он заставлял сомневаться в своей адекватности: то я ревную на пустом месте, то он не делал того, что делал. Я не была первой.Стаканчик в руке был слишком легким — сожмешь чуть сильнее и сломаешь.— Через полгода мы переспали. В то время я была влюблена, нет, я любила его. А у него тогда родился второй ребенок. Мы встречались, если вообще можно так говорить в контексте нашей связи, еще полгода, пока я не начала подозревать, что что-то с ним не так. Он пропадал на выходные, в отпуск уезжал по делам, никогда не звал меня к себе в загородный дом, только в квартиру, что снимал неподалеку от колледжа. Знаешь, я даже пыталась проверить его телефон, но он никогда не оставлял его включенным при мне. Он его не просто блокировал, он выключал его при мне!Голос Алекс слегка дрогнул, когда рука Роуз легла на плечо.— И вот представь, ты год в отношениях с мужчиной, но не знаешь о нем ничего. Нет, не так, ты знаешь о его интересах в литературе и музыке, о его любимом блюде, о всякой чепухе, но не знаешь ничего личного. Ни о том, где живут его родители, как выглядит его дом, был ли он в отношениях. Последнюю тему он особенно избегал, говоря «зачем говорить о прошлом, когда у меня есть ты, Алли?!». Ненавидела, когда он меня так называл.Она замолчала, чувствуя, как гнев прорывается наружу. Зачем она начала этот разговор, что хочет почувствовать в итоге? Для чего это слышать Роуз? Она не знала, но чувствовала, что ей необходимо высказать всё, чтобы знать, что это всё в прошлом, что нужно двигаться дальше.— Он никогда не делал ошибок. Позже я узнала от его бывшей, что у него было расписание для жены и для подруги, роль которой я исполняла. Эти расписания никогда не пересекались. До сих пор не понимаю, зачем ему была нужна эта игра. Видимо, разбавляло серые будни. Помню, как-то я нашла в квартире женскую расческу, так он убедил меня, что она моя! Я, блять, поверила, что чужая вещь принадлежит мне. В другой раз была детская книга сказок на его полке. И снова — это от прошлых жильцов осталась. Но он жил в квартире года три, не меньше.Воспоминания клочками вырывались наружу, а Алекс смотрела на себя со стороны. Как можно было верить во всю эту чушь? Они не отметили вместе ни один праздник. Конечно, он же был с семьей. Просто Чарли никогда не уточнял, с какой именно семьей.— И все-таки, один раз он дал промах — недооценил девушку, которая не просто влюблена, а любит. Это было под Рождество. Мы договорились, что увидимся после каникул, ему нужно было поехать домой и помочь родителям. Какая-то очередная байка, в которую я поверила. Вот тогда-то он и облажался — сказал, как же ему жаль, что он не может взять меня с собой и познакомить с родителями. Я решила сделать ему сюрприз — узнала в деканате адрес профессора, чтобы направить подарок, ведь он был куратором моей курсовой работы. И в Рождество я приехала к нему. Стучусь, а мне открывает женщина с младенцем на руках. Красивая такая, меня это поразило тогда, как можно изменять такой красивой женщине?Что-то в груди щелкнуло и внутри всё сковало. Алекс попыталась вдохнуть поглубже, но это не помогло.— И вот мы стоим смотрим друг на друга в немой паузе, после чего эта женщина улыбается так грустно и говорит: «Прости». Я была не первой не только у него, но и у неё. И столько всего было в этом её «прости». А дальше были полтора года борьбы с ним. Чарли не умел проигрывать, отпускать, он должен был решить, когда хватит, но никак не я.Алекс замолчала. На этот раз она молчала дольше обычного, отчего Роуз поняла, что теперь время задавать вопросы.— Почему ты подумала, что я изменю свое мнение о тебе?— Роуз, я спала с женатым мужиком! У которого двое детей.— После того Рождества вы тоже...?— Один раз, когда я поверила, что он будет со мной, что любит меня. Но это наваждение так же быстро рассеялось. Это было неправильно.Рука Роуз все еще обхватывала её плечи, что говорило о понимании.— Легче?— Немного.— Значит, не зря рассказала.Они продолжали сидеть на лавочке, вдыхая осенний аромат вперемешку с запахом листвы и надеждой на что-то новое.