Часть 24. Друзья по несчастью

Притворство сплачивает воедино тех, кто связан круговой порукой лицемерия.

Жан Батист Мольер

Источник шума исходил из коридора второго этажа особняка, в его углу было обустроено укромное местечко, служившее небольшим баром. Там мы обнаружили сердитого Калеба, что-то пыхтевшего себе под нос и с досадой буравившего взглядом осколки разбитой бутылки, по всей видимости виски, от которого осталась лишь темно-янтарная лужица, растекающаяся по дубовому паркету.

— Чем это вы там занимались на чердаке? — расплылся он в широкой ухмылке, убирая стекла в мусорный бак носком ботинка.

— Играли на гитаре и в шахматы, Уолш, — честно ответил я, игнорируя его недвусмысленные намеки. — В общем, интеллектуально просвещались и наслаждались последними мгновениями своих жизней, — обратив внимание на барную стойку, которую он активно опустошал, я усмехнулся. — Ты смотрю тоже времени зря не терял.

— Да вот наткнулся тут на кладезь дорогущего алкоголя, не пропадать же добру зазря, — Калеб махнул в сторону полок, на которых теснились чуть ли не антиквариатные бутылки джина, рома, бренди и вина многолетней давности.

Алиса уже успела куда-то слинять, оставив нас с блондином наедине с богатым содержимым бара.

— Всезнайка как обычно вынесла мне мозг, кто ее вообще звал на этот гребанный чердак... — шикнул я себе под нос, щедро наливая ароматный бурбон в граненный стакан. — Благо хоть ты спас своей разбитой бутылкой.

— Я прекрасно видел, как страстно вы с ней сосались в том переулке, — усмехнулся Уолш, издавая передразнивающий чмокающий звук. — И после этого ты смеешь заявлять, как сильно ненавидишь копов?

Дьявол, как этот засранец умудрился что-то разглядеть в такой мощный ливень?!

— Я ненавижу копов, — спокойно повторив его фразу, залпом глотнул содержимое своего бокала и понял, что это самый качественный алкоголь, который когда-либо пробовал.

В этом напитке доминировали нотки карамели, миндаля, дуба и чего-то горьковато-терпкого, по всей видимости марципана. Аромат ванили и кукурузы только усиляли благородный вкус бурбона, который я уже бесцеремонно вливал себе в рот прямо через горлышко бутылки.

— Твой язык, жадно рвущийся в ее рот, готов об этом поспорить, — подколол меня Калеб, заставив поперхнуться. — Да ладно тебе, Мёрфи, это совершенно нормально — целовать своих... врагов?

— Враги — слишком громко сказано, — равнодушно пожал я плечами, чувствуя, как по телу разливается долгожданное тепло. — Мы не враги, не друзья, мы друг другу никто. Знакомы всего пару дней и общались только ради общих целей и выживания в этом гребанном хаосе. В обычном мире я бы даже не взглянул в ее сторону.

— Ну, так-то Уокер горячая штучка. Если бы не ты, приятель, я бы ее...

Договорить он не успел, не желая слушать продолжение фразы, я резко его перебил:

— Разберись для начала со своим любовным треугольником, а потом уже лезь в чужие отношения, Уолш, — ударил по больному, от чего блондин тут же скривился. — Ты в курсе, что подобные ситуации обычно заканчиваются потерей обеих девушек? Или и вовсе — сменой их ориентации назло парню, не способному сделать выбор.

— Ты стрелки-то не переводи, Дэм, — криво усмехнулся Калеб, пропуская мимо ушей мои предупреждения. — На свой счет я как-нибудь сам разберусь, а вот ты без моих советов точно загнешься.

— Ты бухой в стельку, Уолш, — рассмеялся я, хотя сам стремительно пьянел с каждой секундой, жадно отхлебнув последние глотки дорогого бурбона. — Или будешь утверждать, что пьяный психолог — лучший психолог?

— Скоро начнешь платить за мои сеансы, скотина неблагодарная, — обиженно фыркнул Калеб, судя по всему становящийся довольно ранимым под воздействием алкоголя, утеривая былую мужественность. — Не такой уж я и бухой по сравнению с тобой.

— О, не поверишь, чувак, я планирую надраться так, как не делал это даже в старшей школе во время самых долбанутых тусовок, — хохотнул я, хватая уже вторую по счету бутылку, этикетку которой даже не успел разглядеть, в доказательство своих слов. — А тогда всё обычно заканчивалось отключкой в луже собственной блевотины или и вовсе госпитализацией с подозрением на алкогольное отравление.

— Эх, молодость, — с ностальгией промычал Уолш, не собиравшийся отставать от меня по количеству выпитых стопок. — Но я конечно таким жестким саморазрушением не страдал, а вот сейчас как нельзя кстати, перед смертью можно и во все тяжкие...

Наш эпичный план, грозившийся закончиться довольно печально, прервали невероятно вкусные ароматы еды и крик Фелисии с первого этажа:

— Ужин готов, спускайтесь на кухню, мальчики!

— Какой к чертям ужин? — в унисон гаркнули мы, бросив недопитую бутылку джина и ринувшись вниз по лестнице.

Зайдя в просторную кухню, выдержанную в кремовых, фисташковых и бронзовых оттенках, мы увидели длинный накрытый стол, полностью готовый к тому, чтобы начать его опустошать.

— Когда вы успели всё это состряпать? — хмыкнул я, плюхаясь на стул и голодно облизываясь при виде вполне аппетитного салата, пасты и жареного мяса с картофелем.

Откуда в заброшенном доме свежие продукты?

Да хер знает, сейчас мой мозг был слишком расслаблен для того, чтобы об этом думать.

— Мы очень старались, — скромно отозвалась Ева, хлопая ресницами. — Вкусно? А, Калеб?

— Кхм, да, очень вкусно! — закивал Уолш, жадно глотая еду. — Не знал, что ты умеешь готовить, принцесса.

— Максимум, что она тут сделала — нарезала помидоры, — обиженно фыркнула Фелисия. — Раз так, тогда похвалите и меня!

Ева раскашлялась в кулак.

— Милтон, тебя здесь не было, когда я готовила!

— Я нахожусь тут с того самого момента, как Алиса начала готовить. И кроме помидора в твоих руках я ничего не увидела, — процедила блондинка сквозь зубы.

— Что за странный привкус у этого мяса? — сморщился я, прожевав кусок стейка. — Это труп одного из любовников Ревекки?

— За столом о таких мерзостях не говорят, Дэмиан, — хмыкнула Алиса, накручивая вилку в спагетти. — А с этой вкусной птицей справился Донно, подстрелил ее в лесу. Нам следует поблагодарить его.

— Я рад готовить вам и рад, что вам понравилось мясо, — отозвался Элоас, аккуратно орудуя столовыми приборами. — Всяко лучше дешевого вина, пьяных женщин под боком и копченой крысы, — тихо добавил он, по всей видимости вспоминая свое нелегкое детство, проведенное в теткином борделе.

— Перечисленное берет истоки в твоем прошлом, Донно? —  осторожно поинтересовалась Алиса.

— А? Мы можем сделать вид, что из будущего, — дергано усмехнулся Элоас. Он отложил вилку и, подняв кружку, сделал глоток кофе. Кипяток приятно обжег горло, высушил так и не родившиеся слезы и позволил говорить дальше: — Но тогда я предпочту остаться здесь. За столом в старом замке сумасшедшей леди, нежели шагать по ленте времени.

Психу пора начать пить таблетки, снова крыша начинает нещадно съезжать, провоцируя его нести лютую чушь.

— Почему ты отрицаешь возможность благоприятного будущего, Донно? — Алиса настойчиво продолжала ковыряться в его чувствах и пыталась докопаться до истины, которая интересовала только ее одну. Остальные были слишком поглощены долгожданным ужином.

— У него нет веских причин, чтобы не отрицать, — влезла Милтон. — При таких обстоятельствах возможность катится ко дну.

— Фелисия, я отвечу, — Донно перевел свой взгляд на Уокер. — Вопросы всегда раздражали меня. Мы хотим обсудить это за едой? — он закрыл улыбку кружкой и вновь сделал глоток. Куропатка уже не выглядела вкусно поданным блюдом, а сидящие рядом гости казались слишком-слишком шумными. — Твое дело, — легко махнув чашкой в сторону девушки, парень спросил: — Ты осознаешь, во что мы вляпались?

— Я осознаю, однако считаю, что в человеке должна быть хоть маленькая капля искры, которая будет освещать беспросветное будущее и дарить надежду, — оптимизм Алисы как обычно бил все рекорды. — Разве без надежды имеет ли всё это какой-то смысл?

— Имеет смысл страх, бьющийся в сердце. Деньги, управляющие миром и азарт, — Донно слышал себя со стороны и ужасался все сильнее: его голос так мурчит, а слова противоречат самому себе? Он ведь верит! Верит в то, что они смогут вылезти.

— Смысл есть и в преодолении этого страха, и в заработке этих самых денег, и даже в азарте, который приносит улыбку достойным игрокам, — расставив всё по полочкам, Уокер отпила из бокала.

— Ну тебя, — отмахнулся Элоас, подхватывая вилку с тарелки. — Смысл есть везде, кроме того дерьма, что с нами творится.

— И то верно, — горько улыбнулась Алиса и перевела взгляд на еду, продолжая трапезу.

— Я ведь прав, Дэмиан? — блондин перевел взгляд на меня, откровенно уставившись в ожидании ответа.

— А? — со скукой отозвался я, вспоминая то, о чем они говорили. — Смысл есть и в этой дерьмовой ситуации, Элоас. Увы, не для нас, — поспешил разочаровать его я, не поднимая взгляд от опустевшей тарелки. — Добавки не найдется? Твоя куропатка не шибко сытная.

— Хочешь, могу подстрелить еще кого-нибудь, — обведя глазами собравшихся за столом людей, он задержался на Еве и негромко добавил: — Я могу сделать так, что даже человеческое мясо покажется тебе изыском кулинарии, Дэмиан.

— О да, наслышан о великолепном вкусе человечины, — протянул я, издевательски облизнув губы. — Так значит ты у нас еще и каннибал?

— Среди таких деликатесов не против им стать, — лучезарно улыбнувшись, Элоас откинулся на стуле.

— Думаю, для Дэмиана достаточно будет и спагетти, исполненного в итальянском соусе, — буркнула Уокер, накладывая блюдо мне в тарелку. — А о человечине, прошу, больше ни слова в моем присутствии!

— Но, Алиса, мясо, стремившееся к жизни — райский деликатес в этом аду, — мурлыкнул Донно, в шутливом жесте поднимая перед собой руки.

— Будь начеку, иначе сам станешь этим самым деликатесом, — отпарировал я, испепеляя блондина угрожающим взглядом. — Уверен, шизик под медово-горчичным соусом — просто беллиссимо.

— О-о-о, — парень легко поднялся со стула и нависнул над столом, протянув свободную руку к моему лицу. — Я приму это за приглашение отужинать еще раз, — усмехнулся Донно, подцепив меня за подбородок. — И... — прошептал он, наклонившись максимально близко. — В качестве подарка я разрешу разобрать себя на кости.

Он совсем ёбнулся или как?

— Возмутительно! — ужаснулась Алиса. — Предлагать себя в качестве закуски — не самое лучшее занятие, Донно.

Со вспыхнувшей на лице яростью, девушка перекинулась со мной жгучим взглядом, явно твердившим, что она прикончит меня, если ответ каким-то боком ее не устроит.

— Боюсь тебя огорчать, сладкий, — томно выдохнул я, притронувшись к холодной руке Элоаса и взглянув ему прямо в глаза. — Но нам не по пути, к несчастью для тебя я не голубой, — грубо отцепив ладонь блондина, я оскалился. — И не смей больше распускать свои лапы, иначе сломаю все пальцы.

— Какая жалость, Дэмиан, — парень обиженно потер руку, усевшись на место. — Поверь, я могу принести удовольствие как женщинам, так и мужчинам.

— Рад за тебя, но будь добр, приноси удовольствие кому-то другому, — я издал короткий смешок, вгрызаясь зубами в кусок авокадо. — Вон Калеб рядом сидит, может заинтересуется.

Лицо Уолша тут же вспыхнуло возмущением.

— Э, я вообще-то натурал! — уверил всех он, хмуря густые брови. — Вне всяких сомнений, поэтому держи свои ручонки при себе, псих.

— Какие все грубые! Чтоб вас стошнило, — Донно улыбнулся и со всей дури ударил вилкой в остатки куропатки. По столовой разнесся хруст сломанных птичьих костей, а он поерзал на стуле, обиженно накручивая прядь золотистых волос на палец. — Может куропатка и была недовольна своей смертью, но вы должны быть рады, что не давитесь одними лишь сладкими кексами и салатами!

— Бог ты мой! — опомнилась Алиса, резко дернувшись с места, и забежала за остров на кухне, проверяя таймер духовки. — Фух, повезло. Если все наелись, предлагаю устроить чаепитие, чтобы развеять непристойные мыслишки за столом ароматом изысканного чая!

— Да! — Элоас подорвался со стула, весело взмахнув руками. — Шляпник, помогай! — он кивнул в сторону Фелисии.

— Донно, можешь помочь мне с чаем, если так сильно заряжен энергией сегодня, — потребовала Алиса, вынимая из духовки поднос с пышным яблочным пирогом, от которого валил густой пар.

— С у-до-воль-стви-ем! — по слогам пропел парень, ловко выскакивая в сторону мраморного острова. — Видимо, подстреленная куропатка не плакала на прицеле, а смеялась, визжа на весь лес.

С этим психом и самому башкой поехать недалеко.

— А Ева, вероятно, поможет Фелисии и Нинель прибрать стол, ведь так? — с нажимом добавила Алиса, в очередной раз беря на себя роль строгой, но заботливой мамочки.

— Я вам не мусоровоз, черт побери! — возмутилась Анненкова, но тут же опомнилась, когда встретилась взглядом с Уолшем. — Эм... точнее, я имела в виду, что не справлюсь одна. Может, если Калеб поможет... — не успела договорить она, как он покачал головой:

— Ц-ц, и не мечтай.

— О-о, да, — издевательски улыбнулась Фелисия, разглядывая Еву, которая через силу приступила заносить посуду. — Такое стечение обстоятельств мне явно по душе.

— Донно, разлей кипяток по чашкам на подносе, — вежливо попросила Уокер, нарезая пирог. — Только постарайся не обжечься!

Добро пожаловать в гребанную Страну чудес, мать вашу.

Что ж, Алиса у нас уже есть. Следующий по списку Безумный Шляпник — это очевидно Элоас. Чеширского кота беру на себя, слишком уж люблю харизму данного персонажа. Остался белый кролик, мартовский заяц, две королевы и гусеница, кто есть кто пусть решают сами. На крайний случай будут Траляля и Труляля, с ними точно не прогадаешь.

— Раз уж мое прошлое никого не интересует, расскажите свои истории, токсич... я хотел сказать милые леди, — натянуто улыбнувшись, я пригубил травяной напиток и обвел равнодушным взглядом блондинку, рыжую и брюнетку. — Любопытно узнать, каким образом мы оказались здесь все вместе, неужто и правда судьба?

— С радостью расскажу о себе! — пропела Ева. — Я, в общем-то, человек роскошной жизни. Не привыкла жить в таких обстоятельствах, которые предлагают нам здесь. Мой богатый отец, хоть и был старым, женатым педофилом для моей матери, для меня всегда был примером для подражания. Состояние — вот для чего мать вышла за него замуж, поставив мужчину перед фактом, что беременна мной. Жили мы хорошо, хоть и без всякой любви, но совсем не бедно, а напротив очень богато. Но вдруг, однажды, к несчастью, вылетели в трубу, оставшись без гроша.

— Я аж прослезился, — безэмоционально отозвался я, допивая остывший чай и отправляя в рот последний кусок яблочного пирога.

Оставшуюся часть нашей унылой трапезы провел в своих мыслях, отстранившись от голосов и совершенно неинтересных для меня историй их жизней.

— Милтон, где ключ? — кажется, голос принадлежал Алисе.

— Ключ у меня, — Уокер потянулась к руке девушки, но та спрятала предмет за спину. — Не отдам, пока не скажешь зачем он тебе!

— Не твое дело, детка. Всё равно мало что поймешь из сказанного. Отдай его, — Алиса требовательно протянула руку. — Кажется, я нашла скрытую дверь, нужно проверить откроет ли ее ключ.

— Где ты ее нашла? — хмыкнул Калеб. — Мы же обыскали весь дом, подходящей двери нигде не было.

— Пошла по следам, — выхватив ключ у девчонки, Уокер побрела обратно к лестницам.

— По чьим следам? Тут из живых существ разве что крысы, да пауки огромных размеров, — шикнула Ева, плетясь за нами.

— Но все ведь признают, что это в разы лучше психопатки с пистолетом? — отозвался Донно.

— Если там очередной склеп, то в качестве следов были бесконечные кости Идо, — усмехнулась Нинель.

— Будь начеку, Уокер, — предупредил я, идя следом. — Тут до сих пор может шастать эта чокнутая.

— Мог не предупреждать, Мёрфи, сама знаю, — фыркнула Алиса, оказавшись на втором этаже.

— Ты отодвинула этот здоровенный шкаф сама? — удивился Калеб, оглядев книги на полу. — Могла бы позвать мужчин, мы бы облегчили задачу.

— Покажи мне, где ты видишь мужчин, Уолш, — процедила девушка. — В твоем отражении он явно не проявляется.

— Полагаю, агент Уокер прекрасно справилась и без нашей помощи, — хохотнул я. — Силы в ней должно быть как в нас всех вместе взятых.

— Заткнись, придурок! — нервно прошипела Алиса, отводя меня в сторону, на что я лишь едва заметно ухмыльнулся. — Язык за зубами не учили держать?

— Боюсь представить, что за этой дверью, — с подозрением хмыкнула Фелисия.

— Твои маринованные мозги, — съязвила Ева. — В твоем черепе их точно нет, — она тихо рассмеялась.

— Ты кажется меня с собой попутала, Анненкова! — разозлилась Фелисия, хватая рыжую за волосы.

— Молчать! — прикрикнула Алиса и девушки разошлись, огрызаясь мимикой, пока Уокер три раза поворачивала ключ в скважине.

— Сейчас не до ваших бабских разборок, — тяжело вздохнул Калеб.

— Это уж точно, — буркнул я. — Уокер, давай в темпе.

— Прошу пожаловать, — Алиса вошла в тесное помещение. — Вероятно, рабочий кабинет. Хотя о какой работе может идти речь, если это дом Ревекки...

— О, поверь, у нее предостаточно работы, — усмехнулся я. — Например, отрубать головы трупам своих любовников и полировать их черепа до блеска, чтобы потом поставить на полочку и любоваться. Ставлю на то, что занималась она этим именно здесь.

— Как по мне замечательное хобби, — мелахонично пробормотал Донно, юркнув в комнату.

— Что тут замечательного, Донно? — серьезно переспросила Алиса. — Приди уже в себя!

— Ему явно понравилось работать с Ирен, — влезла Ева.

— Лучше б он так с тобой поработал, Анненкова, — рассмеялась Фелисия.

— Всё, belle fille, всё, — Донно неестественно улыбнулся и ушел вглубь комнаты, сжимая руки на локтях.

Остановив тщательный обыск кабинета, мертвую тишину нарушил тихий, но очень пронзительный писк. Массивные часы на правой руке Фелисии загорелись ярко-красным мерцанием.

— Что за свет?! — вскрикнула Ева.

— Ничего необычного, — хмыкнула Милтон, продолжая копаться на полках с книгами. — Они так каждые полчаса загораются.

— И тебя это не напрягает? — усмехнулся Донно, поглядывая на сияющие цифры.

— С моими еще ни разу такого не было, — серьезно высказалась Анненкова.

— Аналогично, — кивнул я, напрочь забыв про гребанный браслет, в котором хранилось наше противоядие.

— О! У меня одного они не горят? — Элоас обиженно посмотрел на свои часы, будто побрякушка на запястье сделала что-то плохое. — Обидненько, — шепнул он, в момент забывая о них.

— Сколько у тебя там времени показывает, Фел? — Калеб обернулся через плечо. — У меня уже пополнилось.

— Тут 00:28, — буркнула девушка. — Мы что так долго ходили? Уже за полночь.

— Это не наручные часы, Милтон,— присвистнул Уолш. — Тут тикает наше время на выполнение нового задания.

— А знаете, то, что они не тикают у меня, вызывает довольно, — Донно взмахнул руками в попытке выбрать некоторые эмоции из всей мешанины. — Много чувств. 

— Какого еще задания?! — возмутилась Ева. — Разве мы уже не выполнили его?

— Хи-хи! А ты надеялась, что все будет легко? — развеселился Элоас, легко перебирая стопку пожелтевших от старости бумаг за дубовым столом. — Как бы не так.

— Вероятно выполнили, раз время пополнилось, — размышлял вслух Уолш. — Вот только у меня тут аж целых 48 часов, на этот раз Ворон прям расщедрился.

— Время пополнилось?! — в ужасе крикнула Алиса, взглянув сначала на браслет, а затем на Милтон. — Почему тогда у тебя осталось 20 секунд?!

Не став долго раздумывать, Уокер приблизилась к девушке и накрыла ее часы своими, передавая ей половину времени — 24 часа из общих 48. Я уже и забыл, что Кацман писал про эту удобную функцию в дневнике.

— Кто бы сомневался, — хмыкнул я, со скукой наблюдая за этим проявлением невиданного милосердия. — Агент Уокер всегда придет на помощь.

— Что ты, черт возьми, делаешь кретин?! — тихо присвистнула Алиса, схватив меня за рубашку, после того как силком вывела из кабинета. — Я доверилась тебе и рассказала, а на твою долю выпало просто держать свой болтливый язык за зубами. Но у тебя явно не хватает сил для этого! — ядовито хохотнула она. — Стукач!

— Да ладно тебе, всё равно остальные думают, что это наша инсайдерская шутка, — отмахнулся я, давя лыбу. — Не паникуйте, агент Уокер, никто вас не разоблачит.

— Не называй меня так, придурок! — пылая от злости, прошипела она. — Это тебе не шутки, понятно?!

— Не кипятись, — фыркнул я, входя обратно в кабинет. — И так проблем хватает.

— Спасибо тебе, Алиса, — облегченно выдохнула Милтон, наконец получив через иглу свою дозу противоядия. — И почему часы заглючили именно у меня?

— Сраный Ворон снова играет с нами, — процедил Калеб сквозь зубы, сжимая в руках мятый конверт. — Тут в письме новое задание.

— Читай, — коротко бросила Нинель.

— Что эта больная птица придумала на этот раз? — мрачно поинтересовался я.

— Найти Ревекку Брюлль, — раздраженно цокнул Калеб, зачитывая текст письма.

— Реве-е-екка, — протянул Донно. — Умная девчонка! Успела убежать, — продолжил тянуть он, подходя к пыльному креслу напротив треснутого окна. — Чур оно мое!

— Никто и не претендует на эту рухлядь, — раздраженно фыркнул я. — Смотри не провались сквозь пол.   — Зачем Ворону сдалась какая-то там Ревекка? — недоумевала Ева. — Она же просто чертова маньячка, в доме которой мы кстати находимся!

— Нам-то какая разница? Мы ему мисс Брюлль, он нам драгоценные секунды жизни, — встрял Элоас, усевшись в кресле. Парень забросил ноги на подлокотник и прикрыл глаза, откидывая голову назад.

— Завтра нам нужно будет обыскать некоторые малопосещаемые места города, — Калеб указал на карту, скользя пальцами по пунктирным линиям. — Ревекка может оказаться в одном из отмеченных тут заведений.

— Я не собираюсь бегать на побегушках у Ворона, — скрестила руки на груди Ева.

— Тебя особо спрашивать и не будут, — отозвалась Нинель. — Нужно просто выполнить задание и всё.

— Вот-вот! Смирись и умри с гордостью! — посоветовал Донно, по-прежнему безмятежно валяющийся в кресле.

— Что за сраные игры?! — прошипел Калеб, хватая со стола кучку бумаг. — Это разве не почерк того урода Тейса? Походу вырванные страницы дневника нашлись.

— Абсолютно уверена, что в них и таится самая интересная и нужная информация, раз их аж вырвали и спрятали тут, — тараторила Алиса, внимательно осматривая находку.

— Этот Кацман же был одним из любовников Ревекки, — пробормотал я, почесывая затылок. — Какая там дата?

— Даты нет, но есть кое-что куда занимательнее, — Уолш задумчиво шагал по комнате. — Тут говорится о неких чипах на левом плече, благодаря которым мы и не можем пройти через барьер. Их легко можно снять, если найти правильное местоположение. После снятия барьер действовать не будет, и следуя из этого заключаю, что мы наконец сможем сбежать.

— Значит всё это время нас держали благодаря чипам! — злобно воскликнула Ева, хватаясь за левое плечо. — Но как его снять?

— Не думаю, что всё так легко, — вмешалась Фелисия. — Где доказательства того, что Кацман не врет?

— Где причины, чтобы не верить? — рассуждал Донно, которого иногда всё же посещал здравый смысл.

— Ну так проверим и узнаем, — твердо произнесла Алиса. — Всё лучше, чем бездействие.

— Фу-у! — впезапно визгнула Ева, уронив книгу с полки. — Тут огромный паук! Калеб, убей его!

В следующую секунду я начал подозревать, что еще не полностью отошел от наркотика, ну или просто нажрался в хлам, ведь мощный толчок, произошедший где-то внизу, буквально швырнул меня на стол.

— Черт! — поперхнулся Уолш, когда пол под ногами пошатнулся. — Нужно сваливать, пока этот дрянной замок не рухнул!

Дребезжание ламп и статуэток на полках стремительно перерастало в настоящий катаклизм.

— Что происходит?! — на ультразвуке пискнула Фелисия, когда дверь начала подниматься на верхний этаж, а стены сжимались у образовавшейся арки.

— Дьявол, у меня глюки или дверь уезжает наверх? — в шоке выдал я, панически хватаясь за светильники на кирпичных стенах, чтобы не свалиться на пол.

Судя по всему, господин Ворон устал с нами нянчиться и решил окончательно добить финальным квестом, который и станет нашей могилой.

— Калеб!!! — истеричный ор Евы эхом разошелся по черепной коробке.

— Бога ради, не визжи, иначе убьешь нас еще раньше, чем это сделает дом, — выдохнула Нинель, отталкивая рыжую в сторону.

— Что это за дом-то такой?! — Уолш впервые на моей памяти вышел из привычного душевного равновесия, его побледневшее лицо окрасилось целым спектром эмоций, самой отчетливой из которых была одна — паника.

— Это же тот самый дом-трансформер из дневника Ревекки, — размышляла Алиса, продвигавшаяся вперед, опираясь на книжные полки.

— Какой к чертям дом-трансформер?! — рявкнул я сквозь раздающийся отовсюду скрежет. — Я с тобой разговариваю, Уокер! Что еще там было написано?!

— Я не успела прочесть до конца, — удрученно выдохнула Алиса, тщательно размышляя. — Выбирайтесь из этого замка, мне нужно найти дневник! — девушка побежала обратно вглубь особняка.

— А-а-а! — Ева подскользнулась, не дойдя и до половины лестницы, когда та сдвинулась с места и начала двигаться по направлению вправо.

Это Хогвартс на минималках или у меня и правда чертовы глюки?!

— Держись крепче, принцесса, — Уолш сильнее обхватил ее за руку, несясь вниз по беснующимся ступеням.

— Черт тебя подери, Анненкова, —разозлилась Милтон, ударив рыжую по плечу. — Ты мне ногу задавила своим каблуком!

— Ты сдохнешь не успев добежать до своей комнаты! — гаркнул я, однако Алиса уже сорвалась с места, поэтому пришлось последовать за ней. — Да ну нафиг, — плюнул я, когда увидел сдвигающиеся ступени лестницы, ведущей на чердак. — Не тащи в эту могилу и меня...

— Я и не тащу, уходи, Мёрфи! — буркнула Алиса, скрываясь за потолком. — Я успею.

— Она сумасшедшая?! — визгнула Ева уже с первого этажа.

— На что ей сдался этот дневник?! — воскликнула Нинель, успевшая выбежать на улицу.

Ее мутный силуэт был едва заметен сквозь залитые дождем окна, а вскоре и вовсе исчез, второй этаж особняка скрылся под землей. Вмиг потухли все лампы, комнаты окутал кромешный мрак. Лихорадочно обыскав карманы, я вытащил фонарик и, хвала небесам, батарейка еще не села.

— Моя смерть будет на твоей совести, Уокер, — шумно выдохнув, я начал перепрыгивать через провалы исчезнувших ступенек, прокладывая себе путь наверх вслед за девушкой.

— Ты с ума сошел? Я же сказала тебе уйти! — кричала она, не слыша собственного голоса. — Тут опасно, Мёрфи, исчезни!

— Найди уже этот гребанный дневник, пока дом окончательно не ушел под землю!

— Бог ты мой, что ж мне с тобой делать! — упрекающе бубнила Алиса, с бешеной скоростью добравшись до мансарды. — Ты реально умереть захотел?! Беги, пока не поздно!

Старинная картина в тяжеленной рамке, висящая на соседней стене, с грохотом свалилась на пол, едва не отдавив мне ноги.

— Уже и так поздно... — обессиленно промычал я, вваливаясь в спальню, которую заняла Уокер. — Где он?!

— Тут, — девушка упала на колени у камина и схватив с пола дневник, приступила судорожно листать страницы до момента с трансформером. — Механизм можно отключить!

Сила очередного толчка могла сравниться лишь с семибальным землетрясением, книги падали с полок одна за другой, вслед за ними рухнул и шкаф. Удивительно, что крыша и стены выдерживали подобную тряску, хотя могли похоронить нас под своими завалами в любую секунду. Походу этот дом изначально строили с такой нехилой сейсмостойкостью, а дряхлый внешний вид оказался обманчивым.

— Чего ты медлишь?! Как вырубить эту дичь?!

— За потолком комната управления, — девушка бросила взгляд наверх. — Ты сможешь меня поднять? Возможно дотянусь, — выбора у меня особо не было.— Садись, — Алиса потянула меня вниз за плечи. — Ниже! — требовательно добавила она. — Извини уж, но другого выхода нет, — вскарабкавшись на меня, она изо всех сил потянулась наверх.

— Не сверни мне шею... — болезненно протянул я, сжимая в зубах фонарик. — Черт, на вид ты не такая тяжелая!

— Молчи, Мёрфи, просто поднимай! — девушка оказалась очень близко к потолку и потянув за ручку двери, открыла вход в комнату управления. — Еще чуть-чуть, Дэмиан, постарайся теперь встать на носочки. Только не теряй равновесие!

— Аргх... — ломано выдохнул я, пока пол под нами шатался из стороны в сторону. — Хватайся уже, мои плечи больше не выдержат!

— Всё! Поднялась! — девушка оказалась на очередном чердаке, наглухо запертом пыльными окнами, за которыми виднелась лишь влажная почва.

Алиса потянула за нужный рычаг, еле разобравшись в механизме, и дом стал возвращаться в прежнее состояние, медленно поднимаясь из-под земли.

— Дело сделано! — весело пропела она, спускаясь вниз по лестнице. — Теперь замок под контролем.

— Эта чокнутая Ревекка создала себе дом-монстр? — я в панике оглядывался по сторонам, когда мы спускались, боясь, что вокруг снова начнет твориться полная чертовщина. — Откуда здесь такие технологии? Хотя, они ведь возвели целый купол над городом...

— Книга, которую Ева уронила, была рычагом, если ее больше не трогать, дом безопасен, — постаралась успокоить меня Алиса. — Ревекка использовала эту конструкцию, как мышеловку. Заманивала людей, а когда дом опускался под землю, незаметно совершала свои убийства, благодаря которым у нее и появилась коллекция черепов. Она маньячка, о чем тут вообще говорить?

Такого я не видел даже во время своих дичайших бэд-трипов. Огромный особняк просто ушел под землю, словно чертов лифт, а потом также быстро поднялся вверх после нажатия рычага. Наружная отделка здания и внешняя сторона витражных окон были измазаны в грязи, которая растекалась мерзкими пятнами под струями ливня.

— Я не собираюсь возвращаться в это жуткое логово! — скрестила руки на груди промокшая до нитки Милтон.

— Если хочешь, чтобы в тебя долбанула молния — оставайся здесь, мы не против, — хмыкнул я, спрятавшись от ливня под карнизом крыши над крыльцом.

— Ну раз дом теперь безопасен, лучше войдем внутрь, — Ева приблизилась к двери. — Такими темпами мы все заболеем и умрем скорее от тяжелой простуды, нежели от яда.

— Соглашусь, — одобрительно кивнула Нинель.

Ну надо же, в экстремальных ситуациях эти двое могут нормально общаться, не пытаясь перегрызть друг другу глотки.

— Эх, так уж и быть. Выбора у нас особо нет, — устало выдохнула Милтон, следуя обратно в особняк.

— Я рад, что дом тебя не сожрал, приятель, — похлопал меня по плечу Калеб, шагнув в прихожую, принявшую нормальный вид.

Решив не тянуть, мы нашли маленькую комнатушку на первом этаже и трижды осмотрели ее на наличие камер видеонаблюдения, чтобы не спалить свою осведомленность о чипах. Однако, этот проклятый особняк — тоже часть квеста, какой для Ворона смысл в том, чтобы выдавать нам данную тайну?

Конверт с его заданием лежал неподалеку от вырванных страниц из дневника Кацмана, которые он же наверняка туда и подложил... В общем-то, смысла я сейчас не видел абсолютно ни в чем, но и сидеть сложа руки не собирался.

— Кто идет первым? — поинтересовалась Алиса, усевшись на черном кожаном диване и расставляя инструменты по журнальному столику. — Больно не будет, — уверила она всех.

— Не вижу особо желающих, поэтому буду первым, — ровным голосом отозвался Уолш, сняв с себя промокший пиджак, оголив левое плечо и глотнув водки для мужества. — Приступай.

— Какая храбрость! — выдохнул Донно, закрывая ладонью нижнюю часть лица. — Где крылья оборвал, Красный Дракон? — усмехнулся он, откидываясь на кресле, явно довольный своей отсылкой к "Ганнибалу".

— Не смей его калечить, Алиса! — тут же предупредила Ева, скрестив руки на груди. — И вообще, откуда ты знаешь, как это делается?

— Обсудим этот вопрос попозже, —выдохнула Уокер, спиртуя плечо Калеба. — Сейчас мне не стоит отвлекаться.

Надев белые медицинские перчатки и нащупав приблизительное местоположение чипа, Алиса открыла маленькое отверстие сбоку, используя самый тонкий скальпель, который имелся в наличии. Им же разъединила предмет от кожи и вытащила его пинцетом, сразу прикрыв рану ваткой, смоченной перекисью.

Чип представлял из себя настолько миниатюрного ворона, что пришлось навести на него лупу, дабы убедиться в реальной причастности к пернатым. Даже чипы у них фирменные, посмотрите-ка на этих дотошных ублюдков!

Осмотрев окровавленную микросхему, мы не обнаружили ничего полезного, на ней не было никаких букв, чисел или опознавательных знаков. Могли бы хоть порядковый номер игрока писать для собственного удобства.

— Кто идет дальше? — ухмыльнулась Алиса, выйдя из уборной, где она успела очистить все инструменты. — Раз Калеб ни разу не визгнул, можно сделать вывод, что работа выполнена на славу.

— Не шибко тебе доверяю, Уокер, поэтому сначала побольше потренеруйся на других пациентах, — язвительно произнес я, наблюдая за происходящим процессом с нескрываемым скептицизмом. — Не хватало еще подцепить тут какую-то инфекцию.

— У тебя нет выбора, дорогой, — иронично протянула агентша. — Тяни сколько хочешь, в конце концов и до тебя доберусь, — девушка угрожающе щелкнула ножницами в руках и издевательски улыбнулась.

— Избавь меня уже от этого чипа, — Фелисия присела на диван, стягивая с себя мокрый фиолетовый кардиган и приподнимая рукав футболки на левом плече. — Надеюсь, мы сможем выбраться отсюда.

— Надежда — это прекрасно, — мурлыкнул Донно. — Belle fille, не найдется успокоительного, спирта и ватки?

— Загляни в аптечку, Донно, — буркнула Алиса, заканчивая бинтовать плечо Милтон. — Кажется, там была валерьянка, выпей две штуки, не больше,— предупредила она. — Спирт и вата тут на столе, — она оглянулась в сторону блондина. — Что с тобой?

— Со мной? Момент твоей "надежды" случился, — не опуская руки от лица, Донно встал и осторожно подошел к аптечке, стоящей на круглом столике около двух кресел и неуклюже достал белую баночку. — Мне хватит одной, Алиса. Я не котяра, зависимый от валерьянки. Я... — он обошел кресло, на котором сидела девушка и настороженно затараторил: — У меня закончилось действие таблетки и...

— Какой еще таблетки, Донно? — в недоумении прошептала Уокер. — Садись, Ева, не съем я тебя, — заприметив испуганное лицо рыжей, заверила она.

— Обычные, Алиса, — голос парня звучал раздраженно и хрипло. — Антипсихотические таблетки, — резко оборвавшись, Элоас потянулся вперед, выудил еще одну склянку валерьянки и нервно сжал ее в бледных пальцах.

Нейролептики, значит. Я и сам был с ними довольно близко знаком, хоть и не по собственной воле, семья пичкала, слепо доверяя рецепту очередного психотерапевта.

— Что ж, Анненкова вся позеленела от страха, так что я следующий, — усевшись возле нее, я растегнул манжет на белой рубашке и задрал рукав до плеча. — Думаю, во мне еще достаточно спирта, но лучше все-таки перестраховаться, — схватив со стола бутылку текилы, я щедро хлебнул прямо из горла. — Дезинфекция пройдена.

— Что за шрам? — удивилась девушка, спиртуя мое левое плечо. — Судя по их количеству, жизнь у тебя явно не была сладкой как сахар, — серьезно хмыкнула она, приступая к порезу.

— Попал в перестрелку с гангстерами из враждебной банды пару лет назад, целехоньким остаться после этой бойни не удалось, — помрачнел я, вспоминая передряги из прошлого. — Пуля застряла в кости, извлекать и зашивать пришлось самому, ибо никого из корешей рядом не оказалось.

— Неужели не нашлось никого, кто бы вызвал скорую? — изумленно прошептала Алиса. — Не представляю, какого это — зашивать собственную рану и без какого-либо наркоза. Как ты вообще нашел силы в таком-то состоянии извлечь пулю?

Знала бы ты, каким обдолбанным я был в ту ночь — поняла бы, почему не чувствовал страха и боли. Она пришла лишь на следующий день, когда я очнулся на какой-то заброшке со свежим кривым шрамом, который чудом не загноился.

— Это было в таком захолустье, Уокер, не снилось тебе даже в самых худших кошмарах, — процедил я, сжимая зубы до болезненного хруста, пока она надрезала кожу скальпелем. — Аргх, будь аккуратнее, мне еще понадобится это плечо!

— Я стараюсь, но кожа твоя слишком крепкая, не поддается лезвию ножа, да и чип довольно глубоко, — прошипела Уокер. — Почему с тобой всегда так тяжело?

— Я по-твоему что, Терминатор какой-то?! — вспылил я, дергаясь на месте от нетерпения и острой боли. — Ты сейчас до кости прорежешь, вытаскивай его уже!

— Всё! — девушка победно улыбнулась, вынимая миниатюрный чип-ворон. —Терпения у тебя ноль, — буркнула она, нарочито крепко забинтовав мое плечо. — Та-а-ак, теперь самое сложное, — протянула Алиса, дезинфицируя инструменты, когда на моем месте оказалась недовольная Ева.

— А это точно не больно? — смутившись, пробормотала Анненкова.

— Не больно, — уверенно прокомментировала Уокер. — Волосы собери, мешают.

— Как мне тебе верить? Ты еще не испробовала эту процедуру на своей шкуре, — хмыкнула Ева, оголяя левое плечо дрожащими пальцами.

— Меньше думай, просто расслабься, — Алиса провела скальпелем по коже девушки, когда та приступила бешено визжать:

— Нет! Убери!!! Больно!!!

— Не двигайся, так будет еще больнее! — предупредила она, схватив ее плечо второй рукой. — Еще немного...

— Ты соврала мне! Почему так больно?! — продолжала рыдать рыжая. — Тебе это с рук не сойдет, Уокер!

Наконец расправившись с этой конченой истеричкой, наш хирург-самоучка тяжело вздохнула.

— Донно, остался только ты, — бросила она в сторону блондина в кресле.

— Так быстро... — отозвался парень, переводя на нее пустые глаза. — Каким бы прекрасным врачом ты не была, Алиса, вырезать я и сам смог, — он погладил левое плечо. — Да, — Элоас замолчал, задумавшись о чем-то.

— Зачем ты?! — хотела было возмутиться Алиса, но вдруг что-то ее остановило и устало выдохнув, девушка продолжила: — Давай хотя бы продезинфецируем рану.

Элоас не стал спорить и покорно подставил рваную ранку, образовавшуюся на месте чипа, который он каким-то образом умудрился выдрать.

— Все свободны, — буркнула Уокер, надевая новую пару перчаток.  — Будем надеяться, что без этих чипов купол не сработает, — проспиртовав свое плечо, она схватила скальпель и попыталась сделать аккуратный вырез, но не смогла, ибо ничего не видела. — Пф-ф... Мне нужно зеркало.

— Что, самой себе не особо удобно? — усмехнулся я, наблюдая за тщетными попытками девушки. — Не привык предлагать свою помощь, но такими темпами ты отрежешь себе руку.

— Не все такие способные как ты, Мёрфи, — улыбнулась Алиса, вспомнив, что я когда-то сам зашил себе рану. — Давай руки, — натянув на мои ладони белые перчатки, она напряглась всем телом, явно мне не доверяя.

— Сейчас и проверим, считай это местью, — хмыкнул я, прощупав кожу на плече и найдя расположение чипа, сделал тонкий надрез. — Глубоко запрятался, гад, — щелкнув пинцетом, я аккуратно вытащил едва заметный чип, покрытый кровью, и отложил его на крышку аптечки на столе. Макнув вату в перекись, приложил его к ранке и крепко забинтовал. — Вот и всё, пациент Уокер, вы сводобны. Справился намного быстрее тебя, будто учился на медика.

— Из тебя вышел бы шикарный врач, — буркнула Алиса, схватившись за плечо, которое начало гудеть и принялась убирать инструменты.

— Раз с чипами покончено, быстро пакуем вещи и идем к границе, — скомандовал Калеб, в серых глазах которого горел лихорадочный огонек, символизирующий осознание скорой свободы. — Пора кончать с этим дерьмом.

— Милый, но там ведь такой жуткий ливень, давай подождем до утра, — заныла Ева, накручивая на палец рыжую прядь волос. — К тому же, спать так хочется...

— Странно это признавать, но Анненкова права, — вмешался я, изнеможденно зевнув. — Мы не знаем, как далеко отсюда самая ближайшая часть купола, да и ночью хер что-то разглядим.

— Ладно, ваша взяла, — смирился Уолш, тут же помрачнев. — Тогда все по койкам, будем надеяться, что хоть ночь выдастся спокойной.

Следующее время, счет которому уже давно потерял, я продрых в своей спальне, мгновенно вырубившись на наладом дышащей скрипучей кровати, показавшейся мне самым удобным местом на всей планете. За витражными окнами по-прежнему завывал хлесткий ветер, содрогая под своими порывами древние как мир стекла, а гулкие раскаты грома эхом отзывались по дому, концентрируясь прямо в черепной коробке.

Затуманенный алкоголем мозг выдавал адскую смесь неестественно-ярких картинок, визуализирующих события последних дней. Воспоминания вспыхивали в сознании словно в замедленной съемке, однако хронология была обратной, постепенно возвращая меня в далекое прошлое.

Вот мы с Алисой играем в шахматы, целуемся под дождем, проходим опасную череду квестов в подвале кукольного театра, вот я узнаю тайну о ее двойной жизни агента под прикрытием. Вот с меня мгновенно слетают розовые очки, когда собеседник по ту сторону экрана беспощадно сообщает — твоя семья от тебя отреклась, ты остался совсем один, парень.

Резкий скачок во времени переносит меня в далекий весенний день, такой легкий и беззаботный, коих бывало катастрофически мало. Вокруг расстилается изумрудно-зеленый клеверный луг, усеянный благоухающими цветами. На чистом лазурном небе ни облачка, лишь теплые лучи апрельского солнца прогревают каждую клеточку моего тела.

Рядом лежит улыбающийся Клифф, чье юное лицо еще не успела тронуть щетина, а руки не покрывали узоры шрамов и татуировок. С другой стороны сидит мама, ласково перебирающая пальцами пряди моих волос. Мы наконец выбрались на пикник без отчима, поэтому я не ощущаю никакой угрозы, ведь чертов Хантер Грейвз где-то очень далеко.

Сочные травинки щекотят лицо, над ухом пролетает стрекоза, а протекающий рядом ручей успокаивает своим нежным журчанием. Тогда, в эти чарующие мгновения тотальной меланхолии, я ощущал себя по-настоящему счастливым.

Однако, внезапно родственники исчезают, на мирное небо начинают надвигаться тяжелые тучи, а легкий ветерок стремительно перерастает в мощный ураган. Цветочное поле, мягкостью которого я наслаждался секунду назад, покрывается трещинами, а земля проваливается глубоко вниз, унося меня прямо в зияющую пропасть.

Самое ужасное, когда приходится хоронить людей из твоей жизни еще до того, как они умрут. Меня так похоронили мать, брат и отчим, единогласно решив, что этот проклятый город станет прекрасной могилой.

Вот только проблема в том, что они забросили меня в гроб и закопали живьем.