╞═════𖠁𝚇𝚅𝙸𝙸𖠁═════╡

This is what makes us girlsWe all look for heaven and we put love firstSomething that we'd die for, it's a curseDon't cry about it, don't cry about itThis is what makes us girlsWe don't stick together 'cause we put love firstDon't cry about him, don't cry about himIt's all gonna happen, oh

Lana Del Rey—This is what makes us girls

~Тьма. Абсолютная тьма — это всё, что могла видеть Астрид. Под её ногами был холодный, сырой камень. Где она? Что с ней? Она не знала. С трудом нащупав каменную стену, она начала двигаться в неизвестном направлении.

Астрид не помнила ничего: ни своего имени, ни своей жизни, ничего. Внезапно её охватил холод, заставив содрогнуться. Она обняла себя, но её ноги подкосились, и она упала на колени. Острая боль пронзила её ноги, вызывая слёзы. Страх овладел ею. Сердце билось так быстро, что, казалось, готово было вырваться из груди.

Внезапно кто-то схватил её за плечо. Она повернула голову и замерла. Перед ней стоял Лука, его тело было изуродовано, а вокруг него светилась красная аура. В его голове зияла дыра от пули, той самой, которая его убила. Астрид в ужасе смотрела на парня.

— Страшно? Холодно? Больно? — повторял Лука с улыбкой, а затем рассмеялся. Его смех был подобен яду для Астрид. Она закрыла уши руками и свернулась калачиком, стараясь не видеть и не слышать его. Он замолчал, глядя на неё с ненавистью, а затем произнёс:

— Значит, живая. А я мертвый. Мертвый из-за тебя. Посмотри на меня. — Он присел и схватил её за подбородок. Её кожа тут же начала гореть, а слёзы лились из глаз.

Сзади раздался гул, и в конце этого ужасного туннеля появился свет. Астрид повернула голову и на мгновение ослепла. В её сердце вспыхнула надежда. Она встала, чувствуя тяжесть, а Лука тянул её во тьму. Венцель стала сопротивляться, собирая всю свою волю в кулак. Она ощущала силу, которая не давала ей двигаться, но желание жить было сильнее. Она начала кричать, крича изо всех сил. А затем побежала. Лука смеялся ей вслед и кричал: «Беги, глупышка!» Но она не слушала его. Свет становился всё ярче, больше и ближе, пока она не прыгнула в него и не почувствовала облегчение. Она жива.~

Берлин. Германия. 10.11.2020.

Раннее утро в Берлине было холодным, и вся растительность покрылась инеем, который красиво сверкал в лучах затуманенного солнца. Астрид, укутавшись в пальто, наблюдала, как гроб с её отцом опускают в глубокую яму. Его не стало несколько дней назад, и Лени, его бывшая жена, связалась с его бывшими друзьями и дальними родственниками, чтобы те приехали попрощаться.

Глядя на процесс захоронения, Астрид чувствовала лишь пустоту. Ей не было жаль отца, но и его смерть не вызывала у неё радости. По мере того, как рабочие закапывали гроб, она вспоминала своё детство: как он бил её, наказывал, вызывал страх, кричал и унижал. Но она отпустила и простила всё это. Он мёртв, и уже ничего не изменить.

Внезапно она почувствовала тёплую руку на своей пояснице и подняла голову. Рядом стоял Том, который без лишних слов пришёл на похороны, чтобы поддержать её. Она подробно рассказала ему о своём детстве, и он безоговорочно согласился пойти с ней. Он ничего не говорил, но его присутствие уже помогало Астрид. Она прижалась к нему ближе и почувствовала его губы на своей макушке.

Царила мёртвая тишина. Никто не решался что-то сказать. Анселл принёс боль каждому: кому-то физическую, кому-то моральную, кому-то психологическую... Лени первой покинула кладбище, не дожидаясь, пока закопают гроб. Она молча прошла мимо друзей и родственников, а затем направилась к выходу, где в машине её ждал муж. Астрид проводила её взглядом, сжимая в руках цветы.

Постепенно начали уходить и друзья, а за ними и родственники. С каждой минутой людей становилось всё меньше и меньше, пока Том и Астрид не остались одни. Дождавшись, когда рабочие закопают гроб до конца, Венцель положила на него пару роз. Том внимательно наблюдал за ней, а затем сказал:

— Знаешь, Анселл не заслуживает такой дочери, как ты. Я искренне не понимаю, как ты смогла не отречься от него после всего, что он сделал.

— Я и сама не знаю... — тихо ответила Астрид, отходя от могилы. Она прощалась с ним навсегда, в последний раз. Позволив себе простить отца, девушка почувствовала невероятное облегчение. Она вдохнула холодный воздух и посмотрела вдаль. Там, над горизонтом, поднималось солнце, но его лучи уже не согревали.

— Знаешь... я всегда думала, что больше никогда не увижу отца. Мне было всё равно на него. После всего, что он сделал... я даже мечтала, чтобы он страдал.Но когда я вновь увидела его, во мне словно что-то изменилось. Мне стало жаль его, и детские обиды отошли на второй план. В больнице я смогла простить его, и сейчас я чувствую огромное облегчение. Тот груз, с которым я жила несколько лет, просто исчез.

Она медленно повернулась к нему, заглядывая в глаза. Каулитц внимательно слушал её, с восхищением глядя на неё. Он подошёл ближе и приобнял её, ведя к выходу.

— Принцесса, мне есть чему у тебя поучиться. Если бы я был на твоём месте, я бы Анселла ещё в том подвале добил.

Астрид улыбнулась, прижавшись к нему. Порой она удивляется самой себе и своим собственным поступкам.

Уже несколько дней Астрид живёт в квартире Тома. Из-за новой информации о Шварце, Каулитц настоял на том, чтобы она была ближе к нему для безопасности. Венцель с радостью приняла его предложение и, взяв с собой Блинка, временно поселилась у Тома.

За эти дни в доме Тома стало гораздо уютнее. Астрид привезла свои любимые растения и цветы, а также несколько фотографий, интерьерные украшения и другие мелочи, которые создавали атмосферу тепла и уюта. Из квартиры пропал запах табака, так как девушка строго запретила Тому оставлять дверь балкона открытой во время его перекура. Вместо этого в воздухе витал нежный аромат жасмина и лаванды, исходящий из диффузора. На кухне стояла красивая посуда, которую она привозила в прошлый раз для их «театра» перед родителями Каулитца.

Ирма дала всем работникам несколько дней выходных, ведь с начала расследования дела Шварца выходных почти не было. Астрид разговаривала по телефону со своей матерью. Они обсуждали прошедшие похороны отца и чувства друг друга. Лени оставалась хладнокровной и лишь сказала: «Он это заслужил». Астрид лишь пожала плечами, не соглашаясь с матерью, но больше они эту тему не обсуждали. Лени также сообщила, что школу Ханны вновь закрыли на карантин, и девочка снова скучает. Это услышал Том, который готовил мясо к стейку. Он вытер руки полотенцем и подошёл ближе. Его руки обняли талию Астрид, а губы прижались к её уху.

— Мои родители приглашают нас сегодня к себе в загородный дом, мы можем взять Ханну с собой, — сказала Астрид с улыбкой, а затем сообщила это матери, которая лишь дала согласие. Отложив телефон, Астрид расслабилась в объятьях Тома.

— Загородный дом? Звучит интересно.

— Тебе понравится. Моим родителям иногда бывает скучно, и они с радостью проведут время с Ханной. К тому же, там есть соседские дети, так что ей будет чем заняться. — Венцель кивнула, погружаясь в размышления о будущих планах. Ей действительно хотелось провести время на природе, вдали от городской суеты. Каулитц отпустил её, возвращаясь к готовке. Девушка села за стол и продолжила расследование дела Шварца.

За прошедшие дни они выяснили, что Микки был однокурсником Евы, но они никогда не общались напрямую. Он писал ей анонимные признания в любви и клятвы в вечной преданности, но Ева всегда отвечала отказом.

Рауль узнал, что Бен и Микки знакомы не так давно, а в банде Джошуа они состоят с начала сентября. Рауль и его ребята, сотрудничая с полицией, сейчас занимаются поиском самого Джошуа и остальных участников группы. Всех их объявили в федеральный розыск. Алана также выяснила, чем именно они занимались:

«Джошуа с подросткового возраста увлекался сатанизмом. Он был убеждённым дьяволопоклонником и активно искал единомышленников. За несколько лет его небольшая компания превратилась в банду сатанистов, которые приносили в жертву дьяволу туши зверей и даже людей. Обычно жертвами становились бездомные люди, пропажу которых никто не заметил бы.

Когда полиция и детективы начали активную работу по очистке города от банд, большинство участников получили длительные сроки лишения свободы. Однако Джошуа смог избежать наказания, умело обойдя систему. Он взял паузу и сообщил всем, что больше не занимается этим делом. Но, как оказалось, за спиной у всех он вновь начал собирать группы молодых людей, чтобы вернуться к дьяволопоклонству. Менее чем за год в его окружении появилось около сорока новых участников.

Рауль, который видел это, не мог поверить своим глазам. Джошуа утверждал, что это новые знакомые с его работы на мясокомбинате, и все верили ему, ведь после ситуации с полицией он сделал вид, что изменился.»

После того как Стефан получил эту информацию, он распорядился проверить все заброшенные здания, где могли проводиться обряды. Вскоре они обнаружили останки костей животных и людей, а также предметы, используемые в ритуалах. Сейчас эти улики подвергаются экспертизе.

Теперь главным подозреваемым в этом деле стал не Гоц, а Альберт. В тот день, когда Брюс проговорился, Поль исчез. Теперь он также находится в федеральном розыске. Том и Астрид незамедлительно проверили его кабинет и квартиру. И там, и там царил идеальный порядок: все деньги, вещи и украшения были на месте, как и большинство документов. Похоже, Поль был готов к тому, что его рано или поздно раскроют, поэтому не оставил никаких улик.

Однако, под диваном Астрид и Том обнаружили интересную фотографию. На ней был изображен Альберт, обнявший Адель, которая нежно целовала его в щеку. Снимок был сделан всего лишь за несколько дней до гибели девушки. На обратной стороне фотографии была надпись: «Моя дорогая Адель...»

Оказалось, что Альберт солгал, утверждая, что они с Адель лишь знакомые. На самом деле они были любовниками. Это навело на мысль, что после смерти Адель именно Поль мог сойти с ума. Он выбирал своих жертв так, чтобы подозрение сразу пало на Гоца. Возможно, это была его месть за то, что Адель была не с ним. Но если Гоц не убийца, то почему он в бегах? Видимо, это тоже было частью плана Альберта. Пока детективы искали Гоца, Шварцем все это время был Поль и его помощники.

Всех родственников Альберта опросили, их телефоны были на прослушке, а также им запретили выезд из города. По крайней мере, у него были хорошие отношения с семьей.

Астрид внимательно изучала фотографии последних жертв. Автомобиль из шиномонтажной Брюса тщательно проверили и нашли пряди волос Дагмар, но пока нет никаких зацепок по поводу местонахождения её и Лисель. Венцель записывала их имена на бумажках, пытаясь составить из них какую-то комбинацию. Альберт любит загадки. Ребята смогли разгадать ту записку из бункера: «Я не рядом, но близко. Я там, где начинается спокойствие и страх. Я тот, кто станет проводником в мир иной. Я тот, кто расскажет правду, покрытую ядом. Со мной страшно, но спокойно. В толпе людей меня не найти, но заметить можно. Я — доверие.»

Альберт всегда был рядом, на виду. Но он не участвовал в расследовании. Спокойствие и страх олицетворяли его профессию: страх людей, когда они впервые приходили на сеансы, сменялся спокойствием. Он был проводником для всех жертв, убивая их и отправляя их души в загробный мир. Доверие — это было его оружие. Если он продумал и это, то и с последними жертвами не все так просто.

Астрид внимательно смотрела на имена девушек, которые она не успела записать, а затем попробовала записать их на английском. Ее взгляд ловил первые буквы имен: ELD, LED, DLE... DEL. На последней комбинации она остановилась. В её голове возникло имя Адель — ADEL. Нахмурившись, она повернулась к Тому.

— Том, подойди, пожалуйста. — произнесла Астрид, и Том, отложив нож, подошел к ней, с любопытством взглянув на листок бумаги.

— Что это? — спросил он.

— Здесь написаны инициалы Дагмар, Евы и Лисень на английском языке. Если подставить букву А, то получится ADEL. Как ты думаешь, это совпадение? — спросила Астрид.

Том нахмурился и, взяв листок, погрузился в размышления. Спустя несколько секунд он произнес:

— Возможно, это часть какого-то обряда. Если так, то, вероятно, нужна жертва, чье имя начинается на А. — В этот миг они обменялись взглядами, осознавая серьезность ситуации. Астрид... Девушка напряглась, понимая, что и её имя подходит. Могла ли она стать следующей жертвой?

Том отодвинул листок и серьезно посмотрел на Астрид:

— Принцесса, не делай поспешных выводов. Со всей этой историей связана только Ева, ведь Микки был в неё влюблён. А вот Дагмар и Лисень не имели никакой связи ни с одним из подозреваемых, они — случайные жертвы. — Он присел перед ней, взяв её за руку. Его голос звучал напряженно, и хотя он старался мыслить рационально, эта догадка вызывала у него беспокойство.

— В любом случае, если это так, то никто тебя не тронет. Ни Альберт, ни кто-либо другой. А если даже посмеют, то их намерения быстро исчезнут. Мне, так-то, ещё нужно сделать тебе предложение руки и сердца. — Он усмехнулся, и Астрид, улыбнувшись, почувствовала облегчение.

Особенно от последнего предложения. Оно наполнило её сердце надеждой и обещанием того, что их совместное будущее будет мирным и спокойным.

— Я буду с нетерпением ждать этого момента. Но я всё равно сообщу об этом Стефану, возможно, это пригодится в будущем, — произнесла Астрид, и Том, кивнув, вернулся к своим делам. Астрид же написала своё сообщение и отправила его Стефану. Хотя она и не могла понять, как именно это может помочь их расследованию, она решила не упускать такую важную деталь.

Машина Тома остановилась у двухэтажного бревенчатого дома с тёмной крышей, окружённого деревьями. У дома были большие окна, деревянные колонны и просторная терраса, которая охватывала всё здание. Том вышел из машины и открыл дверь для Астрид, а затем помог Ханне, которая всю дорогу расспрашивала о родителях Каулитца. Вместе с ними были Олаф и Блинк, так как оставить их было не с кем.

Астрид осмотрела дом, вдыхая свежий воздух. Её голова слегка болела, а под глазами виднелись едва заметные синяки. Похороны отца вымотали её и оставили неприятный осадок. Том приобнял её за талию, поддерживая. В этот момент двери дома распахнулись, и на пороге появилась Симона. Женщина широко улыбнулась и поспешила к ним.

— Наконец-то приехали, мои дорогие! — воскликнула она, радостно обнимая Астрид и целуя её в щёчку. Астрид улыбнулась и обняла её в ответ.

— Здравствуйте, миссис Каулитц.

— Здравствуй, Астри! Я так рада видеть вас! — произнесла Симона, отпуская девушку и обращая свой взгляд на Ханну. Её глаза засияли от радости, и она присела на корточки. — А кто это тут у нас такая принцесса?

— Я Ханна! — смело произнесла девочка, улыбаясь в ответ. Улыбка Симоны стала ещё теплее, и она протянула Ханне руку.

— Очень приятно, а я тётя Симона. Пойдёмте все в дом, на улице холод собачий, — сказала она, и Ханна, взяв женщину за руку, послушно пошла за ней. Том и Астрид переглянулись и улыбнулись друг другу. Каулитц взял переноску с Блинком, и они все вместе отправились внутрь.

Дом родителей Тома был наполнен теплом и уютом. Нежные цветочные обои, красивые картины с природными пейзажами, множество растений и разнообразные украшения в виде статуэток, ваз и сервизов свидетельствовали о том, как тщательно Симона заботится о своём семейном гнездышке.

Астрид с восхищением рассматривала дом, любуясь его красотой. Её взгляд остановился на комоде, где в рамке стояла фотография маленьких братьев Каулитц. Взяв её в руки, девушка с улыбкой разглядывала близнецов. В детстве они были похожи как две капли воды. Тома она узнала сразу же по его родинке на щеке. Большим пальцем Астрид нежно погладила фотографию, с нежностью вглядываясь в лицо своего возлюбленного в детстве. В его глазах горел тот самый детский огонёк, полный азарта и счастья.

Рядом с ней появился Йорг, который приветливо улыбнулся.

— Здравствуй, Астрид! Как тебе эта фотография? — спросил он. Девушка повернула голову к нему, не скрывая улыбки.

— Здравствуйте, мистер Каулитц. Очень нравится, Том здесь такой милый. — Мужчина рассмеялся, кивая головой.

— Полностью с тобой согласен. У нас есть целый альбом с фотографиями Тома и Билла. Думаю, сегодня вечером Симона обязательно его тебе покажет.

— Буду очень этого ждать. — Ответила она, поставив фотографию на место. Из гостиной доносились голоса Симоны и Ханны. Женщина показывала девочке статуэтки в виде котиков и других зверушек. Ханна с интересом разглядывала их и задавала вопросы Симоне, которая с радостью отвечала на них. Со второго этажа спустился Том, уже переодевшийся в домашнюю одежду.

— О чём беседуете? — спросил он с улыбкой, глядя на отца и Астрид. Девушка мельком глянула на детскую фотографию, и мужчина сразу всё понял. Встав рядом, он взял рамку, рассматривая себя и брата. В его глазах проносились воспоминания о детстве, на губах появилась тёплая улыбка от пережитых моментов. В этот момент рядом с ними появилась Симона, за которой последовала Ханна.

— Идите все на кухню, я испекла яблочный пирог и приготовила глинтвейн на основе вишневого сока! — с этими словами Симона мягко подтолкнула всех в сторону кухни, откуда доносился нежнейший аромат свежей выпечки, яблока и приятных специй от глинтвейна.

После обеда Астрид прилегла в комнате Тома, чтобы отдохнуть. Похороны отца, работа и долгая поездка изрядно вымотали её, и её мозг требовал перезагрузки.

Том вошел в свою комнату, которая почти не изменилась после его переезда: на стенах из темного дерева всё так же висели плакаты таких групп, как «And One», «Scorpions», «Metallica» и «Queen». На шкафу и комоде были различные графити, написанные белым маркером. Под черным ковром всё так же находился его небольшой потайник, в котором он, будучи подростком, прятал сигареты и прочие вещи от родителей. Единственное, что изменилось, — это растения для фотосинтеза, добавленные Симоной. Раньше Том терпеть не мог растения и не позволял матери поставить в его комнату даже небольшой цветок.

Мужчина посмотрел на возлюбленную, которая сладко спала, уютно укутавшись в одеяло. Лучи солнца проникали сквозь жалюзи, полосами падая на её лицо. Том сел на кровать, и его рука автоматически поднялась к её лицу. Он мягко убрал черные пряди волос с её лица, нежно поглаживая костяшками пальцев её щеку. Хотя он и не показывал этого, но он переживал за неё. Её догадка о том, что имя Адель могло быть у одной из жертв, напрягала его. Альберт не нравился ему с самого начала, и, как оказалось, не зря. Астрид могла стать потенциальной жертвой Альберта, ведь до этого он вызвал у неё доверие.

Взгляд Тома упал на умные часы на её руке. С тех пор как на неё напали, она не снимала их. Да и сам Том стал более внимательным. В тот день он мог потерять её, если бы кто-то не нашёл её тело вовремя. От этих мыслей Том нахмурился и напрягся. В этом и заключалась проблема служебного романа. Он всё чаще и чаще начинал волноваться за неё, ведь кому, как не ему, лучше всех знать, насколько опасна их работа. Но Том также гордился ею; он до сих пор вспоминает, как Астрид, не смотря на риск и страх, вступила в бой с охранниками Аделхарда, отбиваясь обычными вешалками. От воспоминаний на губах мужчины появилась улыбка. Он устроился поудобнее, а затем аккуратно притянул девушку к себе. Она крепко спала, поэтому не проснулась от такого движения. Том поправил одеяло, укутывая её в него. От осознания их нежной любви Тому становилось тепло на душе. Рядом с Астрид он ощущал себя самым настоящим домашним котиком, как бы странно это ни звучало.

Однажды, после того как Том расстался с Рокси, Симона сказала ему: «Не переживай, Том, ты ещё встретишь свою любовь, вот увидишь». Тогда он не поверил ей, погрузился в разгульный образ жизни и создал себе репутацию хладнокровного человека.

Однако слова Симоны оказались пророческими, когда он встретил Астрид. Как бы он ни старался скрыть свои чувства, она привлекла его внимание с первой же встречи. Он помнил, как в первые дни их отношений они были как кошка с собакой, и он пытался доказать ей, что они не сработаются. Но кто бы мог подумать, что всего через две недели совместной работы он будет готов убить любого, кто причинит ей вред?

Том начал сомневаться, не спешат ли они. Ему казалось, что всё происходит слишком быстро. Но эти мысли быстро исчезли, и он осознал, что действительно счастлив.

Внезапно его приятные размышления прервало сообщение, пришедшее на телефон. Он тяжело вздохнул и посмотрел на экран. Это было сообщение от Стефана. Как бы ему ни хотелось прочитать его сейчас, это было необходимо. Открыв сообщение, он начал читать текст:

«Том, со мной связалась давняя подруга Адель, Поли Кларк. Они были очень близки и всегда делились друг с другом своими тайнами и секретами. Когда Адель начала встречаться с Гоцем, она буквально расцвела. По словам Поли, девушка постоянно говорила о нём, восхищалась его добротой и благородством. Они часто гуляли вместе, Гоц водил её в кино, парки развлечений и делал подарки, посвящал ей стихи и песни.

Однако за год до своей смерти Адель будто подменили. Она стала нервной, замкнутой, часто отказывала Гоцу в прогулках и словно начала избегать его. Поли и Адель жили в одной комнате общежития. Поли рассказала, что Адель уходила куда-то по ночам, возвращалась почти к утру и тихо плакала. На вопросы она не отвечала и говорила, что всё хорошо.

За месяц до своей смерти Адель призналась, что изменила Гоцу. Она случайно пересеклась с Альбертом, который заманил её в постель. На протяжении года он угрожал ей, что расскажет всё Гоцу. Альберт заставлял её приходить к нему, играть роль влюблённой девушки и делал множество фотографий с ней, а после шантажировал. Помимо этого, он угрожал ей убийством.

В ночь её смерти он позвонил ей, а после Адель куда-то ушла. Через час нашли её тело. Поли рассказала полицейским об Альберте и о звонке, но те даже не попытались разобраться в ситуации. У неё не было доказательств против Альберта, и следствие с ним даже не разговаривало. Кларк хотела обсудить это с Гоцем, но тот тоже не слушал её. Все сделали вывод, что смерть Адель — это несчастный случай.

Но Поли и друзья Адель были уверены, что Альберт не просто довёл её до суицида, но и сам помог ей спрыгнуть. К тому же, по словам Кларк, Адель дико боялась высоты, она не то что на крышу боялась подняться, её трясло от одной мысли о высоте.

Я более чем уверен, что Адель — это самая первая жертва Шварца.»

~Тело Евы находилось в состоянии сильного разложения. По её почерневшему и разжиженному телу ползали личинки и другие насекомые. Несколько дней её хранили в морозильной камере, чтобы замедлить процесс гниения, но затем её мучителям это надоело.

Дагмар и Лисель были ещё живы, хотя обе молились о смерти. Они подвергались насилию, пыткам, ножевым ранениям и унижениям. Обе сильно потеряли в весе, кожа их стала прозрачной, а кости были видны.

Сейчас они находились в каком-то заброшенном месте. Дагмар лежала на бетонном полу без сознания и сил, а Лисель ещё могла осознавать происходящее. Она слышала приглушённые голоса своих похитителей. Она знала их имена: одного звали Микки, о нём рассказывала Ева, когда была жива. Именно он похитил её. Другого звали Джошуа. Дагмар и Лисель познакомились с ним в клубе в ту ночь, когда их похитили. Ещё одного звали Альберт. Он был здесь главным, и именно он убил Еву на камеру.

Сейчас они вновь проводили какой-то обряд. Джошуа поймал бродячего пса и вместе с остальными забил его до смерти, а затем распотрошил. Запах был ужасным, Лисель едва сдерживала рвоту. Её взгляд упал на дыру в стене, которая вела в лес. Сейчас, пока никто не видит, она могла попытаться сбежать.

Аккуратно поднявшись, она медленно пошла к дыре. В глазах темнело от голода, но желание жить было сильнее. Ей было стыдно перед Дагмар за то, что она оставляет её. Но вдруг Лисель повезёт и она сможет найти помощь?

Протиснувшись через дыру, она оказалась на улице. Было холодно и темно. Собрав волю в кулак, она побежала. Адреналин помогал ей ускориться. Ноги не чувствовали боли от камней и палок. Она должна была бороться за свою жизнь. Ветви деревьев били и царапали её, но это не останавливало движения. По щекам шли слёзы страха и надежды.

Спустя время она услышала звук проезжающих машин. Рядом находилась трасса. Это было её спасением. Лисель бежала на звук, пытаясь ещё ближе приблизиться к людям. Но истощение дало о себе знать. В глазах стало темнеть, а в ушах появился писк. Ноги подвернулись, и она упала прямо на землю. Сознание и силы покидали её, но надежда ещё была с ней. «Бог, если ты видишь меня, то пожалуйста, спаси меня.»~