Глава 16

Не смотря на то, что предложение было заманчивым, а подкат считался бы отнюдь не банальным, я все же был вынужден отказаться от Егоркиной затеи. И прибегнуть к более простому способу — приехать самому снова.

Но как выяснилось, удача была не на моей стороне порядка трех дней. С понедельника по среду я каждый день ошивался вечером у ее офиса и все никак не мог застать. Даже ее болтушка-секретарша не могла мне ничем помочь Она могла рассказать все, вплоть о тайнах ФСБ или о проблемах внешней политики американской власти, но только не нужный мне номер. Попытка записаться на консультацию тоже провалилась. Единственный свободный день — через полторы недели. Но я уже устал ждать. Каждый раз я приезжал тогда, когда ее не было на месте, а потом узнал, что она вовсе в какой-то командировке.

Дважды я оставлял записки с просьбой перезвонить, свою визитку и приглашение на свидание, но то ли все это не доходило до адресата, то ли меня просто игнорировали, и ни один из вариантов меня не устраивал. К тому же, я тешил себя надеждой, что она все же ждет от меня каких-то действий. На каком-то интуитивном уровне ощущал это, потому и не торопился опускать руки.

Поиск в социальных сетях тоже не дал никаких результатов, да и я в целом был далек от этой цифровой вселенной. Поэтому как только я увидел, что цифра совпадений по имени и фамилии переваливает за три сотни, тут же закрыл все вкладки.

Я устало откинулся на спинку рабочего кресла и сложил руки на груди в желании как-то абстрагироваться и ни о чем не думать. Хотя в данный момент нужно было наоборот включиться в работу.

Издательство потеряло сразу двух редакторов, а это значило, что нужно было бы бросить силы на поиск новых, чтобы не останавливать работу. Но я занимался чем угодно, только не спасением своего детища, взвалив все на плечи одного из помощников.

Терентьев на работе все еще не появлялся. Попросил еще пару дней отдыха, но клятвенно обещал, что наверстает и отработает упущенное. На мои вопросы о том, что же произошло, он не отвечал, старательно избегая этой темы. Отговаривался стандартными фразами о желании отдохнуть и решить семейные проблемы. Но о какой семье могла идти речь, я не понимал. Как минимум, потому что она у него была неполная. Он точно так же, как и я рос без матери и с отцом-ублюдком.

Я предлагал ему помощь, звал к себе, но он отказывался так же, как и от предложенных денег. Вчера я приезжал к нему, чтобы проведать, но наша встреча оказалась недолгой. Друг гостеприимно принял меня, напоив чаем, а спустя полчаса мягко стал намекать на то, что мне пора. Мне ничего не оставалось делать, как уехать, лишний раз напомнив ему, что я всегда готов помочь.

Но в моей помощи он не нуждался. Да и выглядел куда спокойнее, чем неделю назад. разве что взгляд стал другим. Более безумным или скорее более живым. Он был чем-то заинтересован, чем-то горел и это было видно, но делиться со мной он напрочь отказывался. И это меня беспокоило.

— Я вернусь послезавтра и все будет огонь, — уверял он меня и при этом чуть ли не выпихивал за порог квартиры.

Мне ничего не оставалось, как поверить. Но все же внутри я переживал, но только не понимал, есть ли для этого повод.

Пожалуй, четверг выдался для меня самым сложным за прошедшую неделю. Место редактора на удивление все еще пустовало, да и в типографии начались свои проблемы. Заявки для грядущей серии тиражей увеличивались каждый день, а разбирать их одному стало невозможным.

Меня разрывали на части, постоянно кому-то срочно требовалась моя помощь. И в конце концов за один день я физически оказался вымотан сильнее, чем за прошедшие несколько месяцев. С учетом моих приступов.

Последней каплей стала ссора с Сашей. Секретарша, заметив мою усталость, хотела расслабиться, но была холодно отвергнута. В результате все вылилось в предъявление претензий и высказыванию всему, что накопилось.

— У меня нет перед тобой никаких обязательств, так же, как и у тебя. — я развел руки в стороны и пожал плечами, стоя напротив нее. — Поэтому я не понимаю, чего ты от меня сейчас хочешь. Мы не пара.

Если я был спокоен и равнодушен, то она в свою очередь была на эмоциях, уровень которых достигал максимальной отметки. Сначала она рассмеялась, а затем отвесила мне пощечину. Бежать следом за ней, когда она ушла, мне не хотелось, тем более уровень моего равнодушия ко всему происходящему оставался прежним.

Единственное за что я переживал, уже когда ехал домой, так это за то, как бы мне не пришлось искать новую секретаршу. В условиях нынешних проблем, это было бы совсем не здорово. Но все обошлось. Когда я добрался до дома и успел приготовить ужин, пришло смс от Саши, с коротким, но емким "прости".

Вечер я провел на удивление спокойно, впервые за несколько месяцев. Горыныч что-то писал в мессенджере, но я проигнорировал даже не прочитав. Не глядя я мог поспорить, что это было очередное убойное предложение, как закадрить Дашу, и я бы выиграл.

В конце концов, посмотрев пару фильмов, я устало завалился в кровать в надежде уснуть. Но бесконечный поток сменяемых мыслей не давал этого сделать. Как только я закрывал глаза, передо мной сменялась тысяча картинок в секунду, и мозг просто не успевал их обрабатывать. Мне казалось, что я в прямом смысле чувствую, как работает моя голова. Провалявшись так до трех утра, я все же уснул, но на утро очнулся с больной головой.

— Марк, пожалуйста, прости.

Этими словами меня встретила Саша. Миниатюрная секретарша семенила передо мной на своих каблуках и готова была чуть ли не падать в ноги. Я еле от нее отвязался, сухо ответив, что все в порядке. На самом же деле мне было не до нее.

Пятница оказалась ничем не лучше предыдущего дня. Разве что сегодня пришлось поработать побольше: разобрать хотя бы малую часть заявок и провести пару собеседований. Глядя на эти заинтересованные в работе лица, я поймал себя на мысли, что я что-то упустил в этой жизни. Наверное, потому что когда-то мои глаза горели так же, а сейчас все воспринималось как должное. Отчасти безынтересное, пресное должное. Подобные выводы и мысли были сигналом о том, что мне явно нужна перезагрузка.

И я ее себе устроил.

Желание выпить или просто посидеть в баре возникло практически сразу, как я покинул стены офиса и в восьмом часу вечера стоял на парковке. Одному ехать не хотелось и на помощь я призвал Юру, но тот отказал. Егор, на удивление, даже не ответил, и я не нашел варианта лучше, чем заехать к Даше и попытать удачу.

— Это снова вы, — девушка на респешене приветливо окликнула, узнав меня. — Я ждала вас вчера.

— Жаль, что Дарья Владимировна не разделяет ваших взглядов, — парировал я и встал напротив стойки. — Может, сегодня порадуете меня хорошими новостями?

— Извините, — девушка виновато покачала головой и поджала губы. — Она уехала буквально полчаса назад. Сегодня отмечают корпоратив. Юбилей фирмы и все такое.

Только после ее слов, обратил внимание, что на столе стоит не открытая бутылка шампанского. Да и сама девушка выглядела куда наряднее, чем обычно. Белая блузка, в которой я видел ее несколько дней подряд сменилась на красивое черное платье с хорошим декольте.

— А где именно празднуют?

Я понимал, что вероятность того, что мне сейчас скажут адрес, равна нулю, а то и меньше. Но пораскинув мозгами, пришел к выводу, что за спрос денег не берут, но в случае чего их можно дать. Рука медленно потянулась ко внутреннему карману куртки за бумажником, но секретарша в этот раз оказалась словоохотливее.

— На "Балконе", — ласково протянула девушка и тут же рассмеялась от того, что я явно ее недопонял. — На Петроградской бар-ресторан есть, он просто называется так — "Балкон". Но я вам ничего не говорила.

— Я все узнал сам, — довольно улыбнулся и собирался было уйти. Но остановился в полоборота, опираясь рукой на стойку. — Может, я все-таки и номер узнал?

— Не могу, — девушка кокетливо улыбнулась и отрицательно помотала головой. — Простите.

— С меня конфеты, — бросил напоследок и покинул стены адвокатской конторы.

Постепенно вечер пятницы начал налаживаться. Во всяком случае сейчас душу грело предвкушение встречи, а не какие-то дурацкие предчувствия или очередная мигрень. По дороге в бар я думал все же заехать домой и переодеться, но потом посчитал, что джинсы и синее поло вполне сойдут за праздничный наряд. Главная проблема состояла в том, что вечеринка наверняка была закрытая. И пока я уверенно давил на педаль газа приближаясь к Петроградской стороне, мой мозг накидывал варианты, как же туда пробраться.

Но все оказалось куда проще и прозаичнее. Оставив мерседес на платной парковке, прошелся пешком до нужного места и остановился. Меня как-то потряхивало и вряд ли дело было в прохладе сентябрьского вечера. Прежде чем войти внутрь, я кажется тысячу раз прогнал в голове один вопрос: "Зачем я сюда вообще приехал?". И пытался за десять секунд понять, есть ли логика в моих поступках и почему я так прицепился к девушке, которую видел всего два раза в жизни. Причем один из которых был максимально смутным.

На входе не оказалось никакого фейс-контроля, что значительно облегчило мне ситуацию. На первые несколько минут. Я не стал сдавать куртку в гардероб и просто прошел внутрь. Бар, как бар: много людей, которые кучкуются компаниями или парами, громкая музыка и еще к тому же сладкий запах, судя по всему, кальяна. На самом деле, по моим меркам, место не самое подходящее для празднования юбилеев.

Попытки выцепить взглядом из толпы нужного мне человека закончились провалом. В полутьме, да еще и со светомузыкой найти человека, чье лицо ты помнишь, мягко говоря, плохо — казалось невыполнимой миссией. Но так или иначе, пробравшись через толпу танцующих людей, с трудом дошел до бара в надежде, что оттуда будет лучше видно танцпол и часть зала. Но я ошибся. В какой-то момент подумал, что может быть я в принципе ошибся с решением явиться сюда, но я быстро передумал.

На противоположной стороне длинной полукруглой барной стойки компания людей активно скандировала "давай-давай", что почти сразу же заставило меня обратить на них внимание. Точнее, сначала на них, а затем на девушку, которая сидела буквально в метро от них и держала в руках полупустой стакан.

Но первым делом в глаза бросилась ее белая футболка. Не фасоном, не цветом, а надписью: "#Я не баскетболистка". Самоироничный хэштег заставил меня улыбнуться и даже мысленно поаплодировать такой выдумке. Окрыленный надеждой и верой в то, что я не обознался, поторопился к девушке, в который раз минуя толпу толкающихся людей.

— Колу со льдом, — озвучил я заказ бармену и присел рядом с девушкой.

Я оказался прав и ощутил, как внутри на уровне легких разливается приятное тепло. Триумф ли или простая радость — я не мог определить, да и не хотел, сейчас было не до этого. Она не обращала на меня внимания до тех пор, пока я не начал в упор пялиться на нее, подперев свою щеку рукой.

— Меня невозможно споить, поэтому можешь не ждать, — проговорила Даша, даже не удосужившись повернуться ко мне лицом. Она все еще держала в руках стакан и смотрела как в нем плещутся остатки, судя по всему, виски.

— Это не входило в мои планы, — я улыбнулся и все еще продолжил смотреть на нее, не скрывая улыбки. — Я не настолько мелочный, чтобы искать человека с целью напоить.

Даша плавно повернула голову и посмотрела на меня. Мои ожидания несколько не оправдались. Я считал, что она удивится и бросится на шею, или в худшем случае не вспомнит меня и равнодушно пошлет куда подальше. Но вместо этого она пригубила остатки напитка и присела в пол оборота. Любое ее движение казалось плавным, грациозным и невероятно женственным, как и весь образ. Белая футболка прекрасно сочеталась с красными брюками, с завышенной талией. Эдакое смешение делового стиля с повседневно-молодежным.

Она осторожно забросила ногу на ногу и склонила голову вбок, чтобы убрать распущенные волосы на одну сторону.

— Я думала, ты сдашься, — сказала она, допив виски.

— А это была проверка? — вкрадчиво поинтересовался, обхватив двумя пальцами свой стакан с колой.

— Угу, — протянула она. — На вшивость. Точнее нет, не так. Проверка, насколько люди верны своим же словам.

Даша попросила повторить заказ, не отрывая взгляда от меня. Судя по тому, что она сидела одна и глушила виски, ей было не до праздника. Да и если судить по интонации ее высказываний, она была чем-то расстроена или же изнутри её что-то грызло. Иначе невозможно объяснить акцент, который она так активно проставляла на человеческой верности и порядочности.

— Если на пути встретился один урод, не значит, что все будут такими же, — многозначительно кивнул головой и поднял стакан, обозначая свои слова негласным тостом.

— О, только не в моей жизни, — Даша рассмеялась и качнула головой. — У меня на таких радар и встроенный магнит на одни и те же грабли. Ты только что пришел, и я вижу тебя второй раз в жизни, но мысленно уже представила, каких дел ты натворил и как я страдаю. Это не лечится. И самое страшное, что я всегда оказываюсь права.

Подобная откровенность только еще сильнее распалила меня изнутри. Разговор на грани тотального откровения и легкого флирта кружил голову, а ее плавность в целом, обезоруживала меня.

— Хочешь об этом поговорить? — сделал глоток и отставил стакан в сторону. — Максимум, что я могу сделать из плохого, так это пригласить на танец и оттоптать ноги.

Она снова рассмеялась. Хоть мне и сказали, что споить ее трудно, захмелевший взгляд говорил об обратном. Нет, она не была пьяна. Такое состояние я называл тонкой гранью между "я в порядке" и "после еще одного стакана я изолью тебе душу, а на утро не вспомню".

— Прости, — она неожиданно сказала, по-доброму взглянув в мою сторону. — Я потеряла твою визитку, поэтому не могла позвонить. Не знаю, зачем оправдываюсь, но просто извини.

Даша осторожно указательным пальцем вытерла уголок губ, не размазав ярко-красную помаду и чуть улыбнулась. Я не знал, что ей ответить. Внутри поселилось какое-то странное чувство, нечто среднее между умиротворением и легким... возбуждением. Нет, не сексуальным, скорее душевным. Когда ты чувствуешь внутри легкие разряды тока и не можешь думать ни о чем, кроме как о возможности ловить взглядом мельчайшую деталь, которая кажется красивой.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — как-то игриво протянула она.

Я лишь удивленно поднял бровь и поджал губы, сдерживая улыбку. Она чуть прикусила нижнюю губу и протянула руку за своим напитком. И немного погодя добавила:

— Я не поеду к тебе.

Даша покачала головой и широко заулыбалась, не сводя с меня взгляда. На уровне грудной клетки ощутил тепло, плавно переходящее в жар. Сложилось впечатление, что по венам течет бензин, в который только-только бросили спичку. Я испытал это чувство впервые спустя десять лет и был уверен, что это все настоящее, а не очередные игры собственного подсознания.

Я ошибся и в этот раз.