Семнадцатая глава

          Меня тошнило и выворачивало наизнанку. Подсознание словно сговорилось с желудком, и они мстили наивной дурочке за беспечную доверчивость. Сначала попутчики в купе вагона, теперь дикобраз со своим жареным мясом. «Что дальше, дорогуша? Кровь начнёшь пить?» - ехидная мысль спровоцировала новый спазм.

          Лужа блевотины росла, хотя казалось, что желудок давно пуст и извергаться из меня нечему. Но самое ужасное было не это. Это лишь цветочки. Ягодкой на торте безумия был валявшийся у костра череп. Я узнала по зубам, вернее, по фиксе в верхнем ряду, кто этот несчастный, которого нечаянно попробовала на вкус.

          - Прости, Боцман! – слёзы хлынули из глаз, размазывая грязь по щекам. Я завыла как раненый зверь, свернувшись на земле в позе эмбриона.

          Заботливый людоед никак не мог понять, что со мной происходит, и суетился рядом, но не знал, чем помочь.

          Отрешённо наблюдая за ним сквозь полуприкрытые веки, я не испытывала ничего, кроме отвращения. Ни страха, ни ненависти. Начни он меня резать на куски, наверное, так бы и лежала, не сопротивляясь. Сейчас мне хотелось просто умереть, чтобы только закончить эту сумасшедшую гонку за жизнь, только больше не видеть этот осточертевший город с его безумными обитателями.

          Сон сморил меня незаметно.

          Я с великаном шла по берегу моря, держа его за руку. Тёплый песок приятно шуршал под ногами, морской бриз ласкал наши лица. В этот утренний час на пляже было пустынно, только чайки кружили над нами. Впереди показался просторный белый шатёр, и мы, не сговариваясь, побежали к нему наперегонки. Внутри стоял накрытый стол, ломившийся от деликатесов и разнообразных напитков.

          Мой галантный кавалер взял фарфоровую тарелку и с улыбкой протянул мне. Среди зелени и нарезанных овощей лежала прожаренная до румяной корочки рука, на безымянном пальце которой блестело красивое золотое кольцо с рубином. Дикобраз невозмутимо сломал палец и, сняв украшение, одел его уже на мой. Я была безмерно счастлива и, без всякой брезгливости взяв угощение с тарелки, впилась в сочное мясо зубами. Великан тем временем подхватил со стола хрустальные фужеры с красным вином и подошёл ко мне вплотную. Я откинула недоеденный деликатес в сторону и взяв протянутый напиток, звонко чокнулась фужерами с романтичным женихом. Только осушив бокал, я поняла, что это была свежая кровь, но мне она показалась нектаром богов.

          - Ты выйдешь за меня замуж? – спросил великан и, увидев мой утвердительный кивок, улыбнулся. – Я предлагаю тебе руку и сердце и обещаю сделать самой счастливой на свете.

          - Не сомневаюсь в этом! – прошептала я в ответ и резким мощным ударом сломала ему руку, а в следующий миг, с лёгкостью оторвав её, прижала к своей груди.

          Мой любимый дикобраз застенчиво улыбнулся и, неуловимым движением вырвав себе сердце, протянул его мне на ладони...

          Вздрогнув всем телом, я проснулась мокрая от пота, не сразу сообразив, где нахожусь. Слава Богу, что не на том берегу моря, где приняла предложение великана.

          Рядом всё так же потрескивали поленья в костре, а несостоявшийся жених сидел на перевёрнутом ящике и палкой ворошил угли.

          Неожиданно послышался нарастающий гул, и из-за соседних домов появилась винтокрылая машина. Нас сразу же заметили, и вертолёт стремительно стал приближаться, распугав дремавших собак.

          Великан схватил валявшийся рядом камень и, вскочив с насиженного места, бросил булыжник в стальную птицу. Бросок хоть и оказался, на удивление, точным, но не причинил вертолёту никакого вреда. А вот разозлить пилотов у дикобраза получилось.

          Пулемётная очередь безжалостно растерзала великана. Тёмная кровь забрызгала всё вокруг, тёплые капли попали и на моё лицо. Я завизжала и натянула одеяло на голову.