16.Три девушки

Валера и Мира стояли возле машины Миры, сжимая друг друга в объятиях, словно не веря в то, что происходит. Их дочь, которую они считали мертвой, спустя четыре месяца была найдена живой и здоровой. Слезы радости текли по их щекам, сердца бились в унисон, словно хотели выбиться из груди.

Валера медленно опустил руку на плечо Миры, словно хотел ей передать всю свою радость и благодарность за то чудо, которое им выпало. Его губы дрожали от эмоций, он не мог найти слов, чтобы выразить всю свою радость и счастье.

Мира, с трудом сдерживая слезы, обняла дочь крепче, чем когда-либо прежде. Она чувствовала каждый вздох и каждое сердцебиение дочери, словно проверяла, что это не сон, а реальность. Ее объятия были полны любви, тепла и нежности, она не хотела отпускать своего ребенка ни на секунду.

Дочь стояла между родителями, ощущая их тепло и любовь, которые окутали ее словно защитным коконом. Она чувствовала себя дома, в объятиях тех, кого так сильно любила и кого так долго не видела. Ее глаза блестели от слез счастья, от осознания того, что она снова дома, среди своих родных.

Валера, Мира и их дочь стояли в объятиях, словно никогда не хотели расставаться. Этот момент был для них всем: подтверждением невероятного чуда, символом непоколебимой семейной любви и веры в то, что даже самые безнадежные ситуации могут оборачиваться счастьем и радостью.

Вадим и Марина стояли возле машины Вадима, когда дверь только приехавшей машины распахнулась, их дочь вылезла оттуда. Сначала они не поверили своим глазам — это была их дочь, которую они считали ушедшей из этого мира. Словно два магнита, они притянулись к ней, словно боясь потерять снова.

Вадим, с трудом сдерживая слезы, первым подошел к дочери. Он обнял ее крепко, словно хотел убедиться, что это не сон. Его объятия были полны тепла и любви, он чувствовал сердцебиение дочери, словно каждый удар приносил ему облегчение и радость.

Марина, с руками, дрожащими от эмоций, присоединилась к объятиям. Она прижала дочь к себе с такой силой, словно боялась, что в следующий момент она исчезнет. Ее глаза были полны слез счастья, она целовала дочь по щекам, словно хотела вернуть все утраченные моменты.

Дочь стояла между родителями, ощущая их тепло и любовь, которые окутали ее словно пламенем. Она чувствовала каждый вдох и выдох родителей, каждое прикосновение и ласку. Ее сердце билось в унисон с их сердцами, словно они были одним целым, неразрывной семейной связью.

Вадим, Марина и их дочь стояли в объятиях, словно пытаясь запечатлеть этот момент навсегда. Их объятия были крепкими, их сердца были полны радости и благодарности за то чудо, которое произошло в их жизни. Этот момент стал символом воссоединения, любви и надежды на будущее.

Рома и Ульяна стояли возле машины Мирославы, словно два печальных скульптора, вылепляющих из глины свои последние надежды. Воздух наполнился тяжелым молчанием, пронизанным лишь дрожью их тел, словно листья ветром.

Дверь машины скрипнула, и оттуда вышла их дочь, которую они считали ушедшей навсегда. Рома и Ульяна словно оглушенные этим неожиданным возвращением, застыли на месте, их сердца замирали от шока. Слезы хлынули из их глаз, словно дождь после долгой засухи.

Словно два океана, встречающиеся в бурном объятии, Рома и Ульяна рванулись к дочери. Их руки дрожали, когда они обняли ее крепко, словно боясь потерять снова. Слезы текли по их щекам, смешиваясь с радостью и болью, словно реки, соединяющие прошлое и настоящее.

Рома прижал дочь к себе с такой силой, будто хотел защитить ее от всего зла этого мира. Его объятия были полны любви и страха перед тем, что это может быть сон или иллюзия. Ульяна, с лицом, искаженным от слез, целовала дочь по волосам, словно хотела вернуть каждый пропущенный момент.

Дочь стояла между ними, ощущая их боль и радость, которые обрушились на нее словно водопад. Она чувствовала каждое дыхание родителей, каждое трепетание их сердец. Ее собственное сердце билось в унисон с ихими, словно мелодия трех скрипок, исполняющих одну гармоничную песню.

Так Рома, Ульяна и их дочь стояли в объятиях, словно пытаясь смыть все страхи и боль прошлого. Их объятия были крепкими, словно цепи, соединяющие их навсегда. В этот момент времени они забыли о всем, кроме своей любви друг к другу и благодарности за чудо возвращения дочери в их жизнь.

-Ну неужели воссоединились-сказал Демид, глядя с улыбкой на обнимающиеся семьи, которые провели последние месяцы в скорби и боли. -Цыганов младший, вези их домой, если что-то случится, я с тебя не то что шкуру сдеру, я тебя на кастрацию сдам-проговорил Валера, все еще окутывая объятиями свою дочь и жену. -А я-сказал Гриша, что волшебным образом оказался с ними, и стал жалобно хлопать глазами. -А ты будешь вспоминать былые времена-сказал Вадим, что так же как и Валера с Ромой, светился от счастья, и крепко сжимал своих дам в объятиях. -Господи благослови-сказала Алена, что не отпустила своего мужа одного, и перекрестилась. -У Туркиных сидите, мы все дела сделаем и приедем-сквозь слезы говорила Ульяна, обеспокоено смотря на свою дочь. -Амина, я поседела, дома все в мельчайших подробностях расскажешь-тараторила Марина, демонстрируя дочери копны поседевших от стресса волос. -Мы едем? Там кажется за вами приехали-сказал Матвей, высовываясь головой в открытое окно, и кивая этой же головой на подъехавшие сзади черные внедорожники. -Матвей, пользоваться умеешь, не дури-сказал Демид, и протянул Матвею два револьвера. -Они поплатятся собственной кровью за каждый поседевший волос на наших головах-прошипел Валера, и заведя жену и дочь за спину, направил ствол на самую первую машину.

23 февраля 2016 год. Москва.

Солнце медленно скрывалось за горизонтом, окутывая белоснежный дом в золотистом сиянии. Тишина царила вокруг, лишь периодически нарушаемая шумом листьев под ногами. Две сестры и их подруга, хотя и подруга за столько лет стала словно сестра, которых все считали мертвыми, стояли перед высокими дверями дома, словно призраки из прошлого.

Их сердца бились в унисон, наполненные радостью и тревогой. Сестры держали друг друга за руки, словно последняя опора в этом мире. Время казалось замедляться, словно песчинки в песочных часах, каждая минута была ценна и наполнена ожиданием.

Двери дома медленно распахнулись, и из темноты вышел Макар, который верил в возвращение своих сестер и сестры своей девушки. Его глаза были полны слез радости, когда он увидел их стоящими перед ним. Он шагнул вперед, словно пытаясь убедиться, что это не галлюцинация или мечта.

Все трое бросились к нему, словно птицы, освободившиеся из клетки. Их объятия были крепкими, словно стальные оковы, соединяющие их навсегда. Слезы радости текли по их щекам, смешиваясь с улыбками и криками радости.

Макар обнял каждую из девушек по очереди, словно боясь потерять их снова. Он чувствовал их тепло и живость, словно они вернулись из мертвых. В этот момент он почувствовал, что его семья снова цела, что ничто не может разлучить их навсегда.

Трое девушек и их Макар стояли в объятиях, окруженные стенами белоснежного дома, словно ничто не могло проникнуть в эту священную обитель любви и воссоединения. Их сердца бились в унисон, исполняя одну гармоничную мелодию радости и благодарности за это чудо воссоединения.

тгк-slmnpw