Глава VII

Полутьма вновь окружала очнувшуюся Матильду. Девушка не запомнила, что ей снилось, однако остался весьма неприятный осадок и почему-то боль в затылке. С нижнего этажа послышались шаркающие шаги, мистер Саперави уже давно стоял за прилавком. Стоит ли спросить его про интересующую аномалию со временем? Ответ тут же всплыл сам собой – длинная ночь. Кажется, она спрашивала об этом раньше. Голод тоже пробудился и подал знак о важности поддержания жизни в этом теле.

Матильда взяла в руки массивную коробку, которую передал Шут, вынув оттуда прекрасное одеяние. Платье имело насыщенный бордовый оттенок, длинные рукава доходили до половины ладоней, а подол заканчивался немногим ниже коленей. Сменив наряд, она спустилась вниз.

- Предоброй ночи, мисс Шоль, - поприветствовал девушку хозяин Пряничного домика. - Советую вам перекусить на кухне, я купил вчера по дороге пару вкуснейших сэндвичей.

Поблагодарив Аттира, она прошла в крошечный кухонный уголок, где обнаружилась тарелка с обещанным угощением и кружка травяного чая. В процессе поглощения завтрака ей не давала покоя мысль о чувстве дежавю. Все вокруг стало настолько знакомым и привычным в этот миг, что делалось не по себе, но она гнала сомнения в сторону, поскольку считала важным сосредоточится на сегодняшнем Ночном Представлении.

Позже, когда девушка покинула свой ночлег, она убедилась в странности происходящего. Будто знала наперед: людей, город, события. В парке к Матильде привязалась одна женщина, которой в своем одиночестве не с кем было обмолвиться словом, не считая трех ее пуделей. Женщина долго рассуждала о прошедшей молодости, о невзгодах, а в конце перешла на обсуждение грядущих дней – ее слова только подстегивали внутренние переживания. Ясность пришла к ней лишь на каменном мосту вместе с голосом, прозвучавшем за правым плечом:

- Милая мисс скучает?

Совпадения не были случайностями, они забытый сон. Вернее, нет, его она вовсе не видела. Сегодня – это вчера, повторяющееся сегодня. Значит либо время откатилось назад, либо Матильда застряла в прошлом, и ей еще предстоит это выяснить.

Чевальер был ошарашен резко вздернутой и указывающей на него рукой девушки, даже на шаг отступил.

- Ты, отведи меня во Дворец, - уверенно произнесла она так, что юноша не посмел возразить. В любом случае он бы все равно ее туда проводил. Однако кардинально изменившееся поведение мисс юноша заметил, причину которого он обязательно выведает позже.

Во дворце с каждой секундой ее предположение становилось все более устойчивым. На ее пути мелькали уже знакомые гости, а сама Матильда с легкостью нашла вход на подготовленное ей место, где обнаружила мистера Рэбитта и тех же соседок, что и вчера.

Девушка строго посмотрела на Чевальера, который до сего момента с плохо скрываемым удивлением шел следом.

- Что ты делал вчера?

Вопрос Матильды не звучал обвинительно, скорее был уточняющим, на что парень озадаченно огляделся, вдруг это было озвучено не ему, однако упертые в бока руки девушки говорили о настойчивом желании услышать ответ.

- Даже не знаю, что именно ты хочешь услышать, - он слегка призадумался, а когда собрался с мыслями, его перебил хлопок от упавшего рядом веера. Хозяйка предмета артистично охнула и Чевальер принялся помогать даме, в которой Матильда узнала Графиню.

- Мадмуазель Шоль, счастлива лично узнать, что вы воспользовались моим приглашением, - голос ее был мягким и бархатным с наигранным иностранным акцентом. Она вежливо улыбнулась, но взгляд оставался хитрым, выискивающим что-то на ее лице, а когда юноша вручил ей веер, благодарно кивнула. – Merci. Надеюсь, представление придется вам по душе, - последнее адресовывалось девушке. – Кажется я не представлялась вам, - она приложила ладонь к сердцу, - госпожа Графиня Рутапаля.

После дама, взмахнув веером и благородно вышагивая, удалилась. Вся возникшая ситуация показалась Матильде весьма недостоверной, как и личность Графини. А как она уже поняла, от всего странного не стоит ждать ничего приятного, и если раньше она допускала мысль обратиться к ней и рассказать о будущем преступлении, то теперь она представлялась одним из подозреваемых.

- Скоро начнется, - подытожил Чевальер, не отводя глаз от направления, в котором только что растворилась женская фигура, - Доброй ночи.

В его интонации чувствовалась настороженность, но девушка не стала заострять внимания и направилась к двум обсуждающим других гостей соседкам.

Как только было объявлено о начале шоу Матильда не могла усидеть на месте. Она наблюдала то за Графиней, вызывающей непонятного рода подозрения, то за безликой красной маской на троне, которой по событиям прошлого дня должны были перерезать горло.

Девушка не была человеком, готовым броситься на помощь каждому, кто нуждался, однако, считала необходимым разобраться в произошедшем, раз знала, что должно случиться, не исключая возможную связь с собственной целью в Рутапале. В тени она пыталась разглядеть убийцу, но тот не спешил объявляться, и это немного успокаивало. Тем временем Графиня, как подметила Матильда, тоже пристально наблюдала за сценой. В ее глазах не было и намека на веселье.

Помнит ли она вчерашний день?

Представление приближалось к последнему акту: грешника ставят на колени, он отыгрывает свою роль. Красная маска смотрит на него. Шокированная Матильда не могла поверить. Актриса, которой суждено было умереть, в эту секунду спускалась со своего трона и заносила меч над головой осужденного. Девушка припала к балконному ограждению, не веря в происходящее. Мысли бегали по лабиринту памяти, силясь отыскать объяснение, но затихли, как только рука артистки дрогнула, и пальцы разжались, отпуская оружие. Мужчина, что играл главную роль вдруг повис на руках успевшей подхватить его красной маски. В след за ним, откуда-то сверху, на сцену упал белый цветок. Герои замерли, занавес вновь поспешно скрыл место преступления, а непонимающие и потому восхищенные зрители зааплодировали.

Ее внимание вернулось к Графине - та уже ускользнула, однако девушка знала где искать. Не теряя лишних минут, Матильда устремилась в закулисье, где встретила ожидаемую троицу.

- Почему же, мадмуазель, вы не проводите время среди остальных гостей на банкете? – как-то насмешливо произнесла госпожа, не отвлекаясь от осмотра незнакомого тела.

Чевальер стоял ближе всего к вошедшей девушке и, как и Графиня, отнюдь не выглядел застигнутым врасплох.

- Хочу узнать ответы, - прежде чем продолжить, она дернула головой в сторону пустого зала, проверила нет ли там затаившихся опасных личностей. – Я наблюдала за вами вчера, здесь же. И причина вашего собрания имела схожие обстоятельства.

- Но как...? – взмах цветочного веера остановил взволнованное начало Шута.

- Спрашивайте.

Спокойный тон Графини заставил девушку слегка стушеваться, но не лишил решимости:

- Сегодняшний день, вчерашний – это одно и тоже, я права?

- Верно, - женщина, наконец, оторвала взгляд от тела и медленно повернулась к ней. –  Однако вы ведь не только это хотели узнать. Разве вы явились в город не в поисках некого человека? Того, о ком ничего не знаете. Фатум, – она прошлась вдоль сцены, изучая ее детали и ни на секунду не отвлекаясь от разговора. – Что, если я могу приоткрыть эту тайну? – увидев блеск в янтарных глазах, добавила. – Но для начала, мне нужно убедиться в личности мадмуазель. Расскажите же нам о себе.

Вопрос ввел Матильду в замешательство. Как же ответить так, чтобы не только не стать подозреваемой в убийстве, но и обрести преимущество в виде дальнейшего поиска с возможностью личного содействия Графини, ведь на кону стоит правда – ключ для возвращения домой.

- Я детектив, - выпалила она первое, что пришло в голову и откашлявшись в кулак, дабы вернуть нотки серьезности своему голосу, уточнила. – Частный детектив.

Чевальер едва заметно улыбнулся краем губ, скрестив руки на груди, а вот Шут был слегка обескуражен.

- Кажется, mon cher, вы застали его врасплох своим заявлением, - имея в виду последнего, сказала дама с дружелюбной насмешкой в голосе, будто забавляясь новому витку беседы.

- Ну что вы, - смутился он подмеченному госпожой факту. – Просто совсем не ожидал от юной мисс... - по-видимому не определившись чего именно, Шут запнулся, не закончив фразу.

Усмехнувшись, Графиня медленно сложила веер, щелкнув им как закрытой книгой, затем коснулась подбородка девушки:

- Что ж, мадмуазель-детектив, дам вам шанс. Найдите причину этой временной ловушки. В виду вашей профессии, думаю, это не будет для вас затруднительно, - мягко произнесла она, но с четким надменным бахвальством, - а взамен получите ответы, которые с таким рвением ищете.

Фальшивая милость выводила Матильду из равновесия, заставляла ее чувствовать себя неспособной ничего изменить. Это раздражало.

Не ты ли возомнила себя детективом, теперь пытаешься притвориться жертвой, Мэтти?

- Найду, - отчеканила она и обвела взглядом присутствующих, – но мне нужно ваше содействие.

- Если это вам поможет, - улыбнулась собеседница, возвращаясь к мертвецу. – Так с чего же вы начнете свое расследование?

- С вас.