Глава 2 - Цветы и тени

Прошла неделя.

Поздно ночью Джерен стояла в кабинете Джорджа, не убирая пальцев с тонкой папки, как будто не хотела окончательно отпускать всё, через что прошла. Свет из настольной лампы скользил по её скулам, отблескивая на линзах очков Джорджа.

— Молодчина, — сказал он, принимая материалы. — Вот твоя награда.

Он отодвинул в её сторону два кейса. Щелчки замков разорвали тишину. Джерен молча приоткрыла один — глаза задержались на ровных пачках крупных купюр. Деньги были новыми, ещё хранили запах типографии и риска.

— Думаю, такими темпами ты станешь миллиардером, — проговорил он с привычной усмешкой, откидываясь в кресле.

— Всё может быть, — холодно бросила она, захлопывая кейс. — Беру отпуск. На месяц.

— Месяц? Не многовато?

— За такую работу — в самый раз. Или мне продолжать с полными глазами красных сосудов?

Он лишь хмыкнул, смахивая пепел с сигары на край пепельницы.

Уже дома, она задвинула кейсы в спрятанный сейф, закрыла замок с тихим металлическим щелчком и просто упала на кровать. Впервые за долгое время тишина не казалась тревожной. Ни выстрелов, ни инструкций, ни чьего-то голоса в ухе. Только мягкий матрас и прохлада одеяла.

Проснулась она от настойчивого, чуть дрожащего звонка в дверь. Было ощущение, будто реальность пытается вломиться в её сон. Взгляд на часы: 08:12. Джерен медленно встала, запахнув наспех халат, и пошла в коридор, протирая глаза. Через глазок — никого. Она уже хотела развернуться, как заметила странное пятно цвета у порога.

Открыла дверь. На крыльце лежал букет — огромный, тяжёлый, в прозрачной обёртке, прохладной от утреннего воздуха. Белые лилии и кремовые розы — её любимые. В груди что-то толкнулось. Пальцы осторожно дотронулись до стеблей. Букет был дорогой, ухоженный, свежий.

Записка.

Маленькая карточка, спрятанная между лепестками.

«Жди меня.»

Губы дрогнули. Она не знала, что должна чувствовать. Сердце отреагировало раньше разума — так резко, что внутри всё сжалось.

Это он?

Джерен обхватила букет двумя руками и закрыла дверь. Воздух показался тяжёлым. Она присела на край дивана, глядя в пустоту, а потом медленно опустила цветы на колени.

Внутри всплывали воспоминания: прикосновения, фразы, запах его парфюма, тишина после ссор… Как бы она ни старалась убедить себя, что всё давно в прошлом, скучать она не перестала.

Даже если он сотню раз сделал мне больно — я бы всё равно открыла эту дверь. И снова впустила.

Она провела пальцем по краю карточки и, закрыв глаза, вдохнула аромат цветов.

Работа могла подождать.

Её желудок напомнил о себе. На кухне не оказалось ничего, кроме кофе. Она долго смотрела в пустой холодильник, прежде чем решила: надо выйти. Подышать. Поесть. Просто почувствовать город.

Оделась неспеша. Ничего броского — базовый кроп-топ, пальто, собранные в пучок волосы. Нанесла тонкий слой макияжа, просто чтобы скрыть следы усталости. Убедилась, что глаза не выдают её чувства. И вышла.

Тёплый аромат кофе и свежей выпечки уютно обволакивал воздух, будто мягкий плед, накинутый на плечи. Джерен сидела у окна с чашкой латте в руках. Кафе было почти пустым — только пара студентов у стены, пожилая женщина с книгой и влюблённые, делящиеся кусочком чизкейка. Всё спокойно. Никто не смотрел на неё.

Она обвела взглядом интерьер, давно знакомый и почти домашний. Деревянные столы, чёрно-белые фотографии на стенах, старый граммофон в углу. Здесь время будто замирало, и именно это ей было нужно.

Но мысли были не здесь. Они всё ещё возвращались к букету, стоящему в вазе у неё на кухне.

Эти цветы…Розы, будто тронутые солнечным светом, и белые лилии, наполненные тишиной. Нежные, живые, не похожие на всё остальное в её мире. Не как награды, не как расплата. Они не просили ничего взамен.

«Жди меня».Джерен не знала, кто прислал их. Возможно — бывший. Возможно — кто-то другой.Но именно сейчас ей было всё равно.

Эти цветы разбудили в ней что-то забытое.Желание быть не нужной, не сильной, не контролирующей ситуацию — а просто живой. Уставшей. Человеком, который может позволить себе отдых. Отгородиться от мира не бронёй, а кружкой кофе и тёплым светом лампы над столом.

Я заслужила паузу, — подумала она, делая глоток. Пена ласкала губы, будто кто-то заботливо обнял.Хоть немного. На один день. Или два. Не потому что всё сделано. А потому что я уже не могу идти дальше на автомате.

Никто в кафе её не знал. Никто не задавал лишних вопросов. А ей и не нужно было ничего — кроме этой минуты, этого стола у окна, и лёгкого запаха духов, оставшегося на шарфе. Остатки жизни, которую она когда-то себе придумала, чтобы не сойти с ума.

Ветер за стеклом поднимал листья, словно всё вокруг хотело ей сказать: останься. подыши. побудь собой.

Она улыбнулась едва заметно и посмотрела на своё отражение в стекле.И впервые за долгое время не увидела в нём охотницу. Только женщину с цветами на столе и лёгкой усталостью в глазах.

Вечером город начал выцветать. Всё напоминало клиповую нарезку: вечерний шум, такси, блики от фар, замедленные кадры, где она идёт по улице и смотрит в себя. Находясь в движении, будто надеясь догнать чувство, которое давно ускользнуло.

Она не планировала идти в клуб. Просто шла — и ноги сами привели. Музыка за дверью била в живот, дёргала за плечи. Она зашла внутрь, не зная зачем.

Внутри было темно, глухо и громко. Всё сразу. Джерен уселась у бара, заказала что-то покрепче, облокотилась локтями. Одна. Всегда одна. Друзей она себе не позволяла.

Пальцы обвили бокал, но не пили. Смотрела на танцующих — чужих, незнакомых, счастливых. Пальцы нервно постукивали по барной стойке.

В голове вертелась одна фраза: «Жди меня.»

И тут что-то изменилось. Ненавязчиво. Почти незаметно. Как будто воздух в помещении стал плотнее. Её взгляд стал рассеянным. Головокружение. Ноги не слушаются.

— Всё в порядке? — чей-то голос. Мужской. Спокойный.

Она хотела ответить. Сказать, что всё хорошо. Но губы не слушались. Картинка расплывалась.

Последнее, что она увидела — вспышка мягкого света, движение, рука у её плеча. Шаг. Шаг. Тьма.

Снаружи мужчина в капюшоне наблюдал за ней из машины, стоя в тени. Когда её вывели, не сопротивлявшуюся, он молча отступил в тень, наблюдая за тем, как машина с ней исчезает в ночи.

Он не пошевелился. Просто выдохнул.

— Объект доставлен, — прозвучало в наушнике.