10

Первое, что я почувствовал - это сильное напряжение в руках. Приоткрыл глаза, попытался пошевелить руками, выпрямить ноги. Ощущения было будто руки окаменели, застыв в одном положении. Чувство времени потерялось, эмоции будто притупились, прямо как тогда.

Насколько смог уселся поудобней. Кривясь и пытаясь вытянуть руки, обнаружил в одной фонарик, а в другой дисковод. Резко дёрнув рукой в поисках рации, громко и болезненно выдохнул. Учащенно дыша от боли, уже аккуратно пощупал второй нагрудный карман. Вроде целая. Сглотнув, с опаской наклонился вперёд прислушиваясь. Никаких звуков, только умеренное дуновение ветра. Так спокойно, будто ничего не происходило здесь совсем недавно.

Шипя от боли в мышцах, неуклюже снял рюкзак, бережно уложил содержимое рук в него, вытащил обезболивающее, проглотил две последние таблетки.

Стараясь не сделать себе больнее, поднялся на ноги. Ощущение времени понемногу возвращалось, только вот ощущение реальности по-прежнему отсутствовало.

Поднимаясь наверх, краем глаза зацепился за обстановку в помещении из которого выбрался, произошедшее аукнулось где-то на краю сознания, неприятные картинки все четче всплывали в голове, то же касалось и звуков. Пытаясь отогнать от себя мираж, сконцентрировался на дыхании. Вдох, выдох. Не помогло. В попытках отогнать образы принялся думать о том, что буду делать. Пихну учёному его треклятый дисковод с данными внутри, не дожидаясь, уйду. Не нужно мне было от них ничего.

Практически поднявшись на крышу, в голову ударила нездоровая расслабляющая волна от обезболивающего, я схватился за перила, дабы не повалиться. Волна прошла по телу, оставила после себя заметную вялость. Выпрямившись и сделав шаг на крышу, я двинулся в сторону приемника чуть бодрее. Сам он мне не нужен был, но батарейки, лежавшие рядом, я все же вставил на замену севшим, отодвинул приемник в сторону с глаз долой, вытащил рацию из нагрудного кармана, не меняя настроек, нажал на кнопку связи.

- Прием, - вяло сказал я в рацию.

В ответ ничего. Задержавшись я попробовал ещё раз:

- Том, прием.

- А где Катрин? - недоверчиво вопросил тот.

Слова встали поперек горла, я предпочел смолчать, надеясь, что собеседник не дурак и сам все поймет.

- О, - коротко и глухо донеслось из рации.

Он даже притих, но я не желая ждать грубовато добавил:

- У меня мало времени.

После небольшой паузы он ответил:

- Мне жаль, я не был откровенен с вами.

Не дожидаясь моей реакции, он продолжил:

- Даже если вы нашли дисковод, Катрин не случайно выбрали на это дело, только у нее были нужные знания для решения сложившейся ситуации.

Я молча ждал продолжения.

- Наша система энергообеспечения накрылась, общаемся мы только благодаря резервному питанию.

- Как его на так долго хватило? - прикидывая сколько времени добиралась Катрин, спросил я.

- Мы договорились выходить на связь в определенные промежутки времени.

Я мотнул головой, понимая, что это бессмысленно сейчас обсуждать.

- Если она единственная, кто мог решить проблему, то на этом все, - то ли утверждая, то ли спрашивая проговорил я. Поняв, что это значит ощутил наступающее чувство разочарования и злобы.

- Человек есть, - обнадежил ученый. - Кислорода нет. Сейчас он успеет максимум добежать и посмотреть, что с системой.

- Тогда почему она? - сдерживая злость неожиданно для себя прорычал я в рацию. - Что за бред?!

- С потерей нашего человека, а после и электроэнергии, на доработку плана совершенно не оставалось времени, - нейтрально и сдержано ответили с того конца.

Я замолк, стараясь успокоиться, собраться с мыслями и обдумать услышанное.

- Инструктаж не вариант?

- Система находится под землёй, рация там не ловит. Технарю нужно провести аккуратную, продолжительную по времени работу. Но это все неважно, если у вас нет кислорода.

- Почему у вас его нет?

- Очень просто. Баллон был всего один и остался он с парнем, отправленным за дисководом.

- Ещё что-нибудь?

- Это всё.

- Мне нужно подумать, - ответил я и потянулся пальцем к выключателю.

- Без электроэнергии работу не закончить. Впустить мы тебя не сможем... - он прервался. - Энергии хватит только на один выход или вход, таков механизм двойной двери, - с ноткой сожаления в голосе проговорил ученый.

- Один из нас был обречён, - думая о плане Катрин, проговорил я.

- Мне...

Звук прервался, я убрал палец с ползунка питания.

Уперевшись руками в край крыши, я перевел взгляд на датчик кислорода, тот был разбит, стрелка указывала на максимальный показатель. Невольно повернув голову, посмотрел на приемник, на сердце стало тяжко. Сопротивляясь порыву сбросить его вниз, я скинул рюкзак с плеча, пихнул приемник к остальным вещам.

Нужно успокоиться и хорошенько подумать.

Сказать ученым, что кислорода нет, донести данные с дисководом, оставить под дверью и уйти, а там сами разберутся. Не смотря на мою принадлежность к человечеству, я не очень-то жалую возвращение социума.

Прикрыл глаза, помассировал вески. Перед глазами появился образ Нила, каким я его видел в последний раз, на его смену пришел образ Катрин, за ним письмо, оставленное Ариадной. У меня перехватило дыхание.

Собираясь с мыслями глубоко выдохнул, подняв голову, медленно обвел взглядом завораживающе опустелый и утопший в тишине город. Вдохнул и медленно выдохнул.

Взгляд остановился на здании Академии. Опустив голову, я достал из сумки запасной баллон. С минуту я смотрел на него, пытаясь понять, что я делаю. Определившись я кивнул самому себе, задержал дыхание и отсоединив ловким движением руки трубку от сумочного баллона, подключил запасной. Сделал пару вздохов более богатого кислородом воздуха, в голову приятно ударило.

Закинув сумку на плечи, двинулся в сторону пожарной лестницы. Проходя мимо того самого этажа, сглотнул и стараясь не заглядывать внутрь, поспешнее продолжил спускаться.

Став на центр дороги, я остановился. Пустота улиц и тишина меня успокаивали, даже порой завораживали. Редкое чувство покоя, пожалуй, единственное то хорошее, что я мог получить.

Повернул голову в сторону, туда откуда мы пришли, на путь, ведущий обратно, домой. Туда-то мне и нужно.

Обойдя препятствия я, стоя у Академии, огляделся вокруг, сам не понимая в поисках чего. А найдя то, что искал, отметил про себя место, затем вытащил рацию из кармана, включил.

- Том, - нейтральным голосом сказал я в рацию.

- Да, - довольно нервно и с надеждой в голосе ответил он.

- Ваше устройство. Вы сможете закончить его с этими данными.

- Нужны тесты, стадия прототипирования, возможные подводные камни и... - он запнулся поняв что-то и уже более спокойным и странно-уверенным тоном продолжил: - Да, сможем.

- Хорошо, если так.

После короткой паузы я спросил:

- Куда идти?

Том во всех подробностях рассказал, как попасть внутрь, как пройти на нужный этаж и как найти нужную дверь. Парень как не пытался быть невозмутимым, голос его выдавал трепет.

Из описанного учёным пути, ничего трудного для себя я не услышал, а вход в помещение с дверью, какую он изобразил, я бы точно не пропустил.

Пройдя внутрь Академии, я включил рацию и обозначил примерно через сколько технарь может выйти. Прощаться я не стал, не хотелось слушать, как незнакомый со мной ученый будет выдавливать из себя сожаление.

Пряча рацию в нагрудный карман, я оглядел холл и случайно краем глаза зацепился за стойку охранника. Подойдя ближе увидел полки для утерянных или оставленных вещей, на одной из них красовался белый рюкзак.

Быстрыми движениями рук опустошил и переложил в него все необходимое из своего рюкзака. Взял белый в свободную руку и двинулся дальше, следуя меткам на полу.

С каждым шагом, приближающим меня к условленному месту, в голове все сильнее звучали мысли подстегивающие мой страх, призывающие идти обратно, домой. Я ведь смогу выжить и с чего мне верить какому-то учёному, которого я не знаю. Хрен с этим Томом, жизни то оно точно не стоит!

Даже если вернусь, то недолго выдержу. Остался один спрятанный баллон, значит одна ходка, а дальше медленная утрата разума - в одиночестве наедине с собой, со своими съедающими мыслями, которых только прибавится.

Как бы я не старался, а закрыться от напарницы не смог, да и не то, чтобы старался, если подумать. Не могу же я после всего просто вернуться, зная ее путь и как он закончился для нее. Надеюсь, она прошла его не напрасно и высоколобые смогут что-то сделать.

Прошел очередную метку и начал спускаться вниз в лабораторные помещения. Осталось совсем немного.

Осветив себе путь фонариком, я кажется начал приближаться к нужной двери. Подойдя к ней я особо не церемонясь оставил белый рюкзак рядом с большой металлической дверью. Ещё какое-то время смотрел на него, иронично ухмыляясь его цвету, затем уже привычным движением отсоединил запасной баллон и положил его внутрь. Удерживая дыхание потянулся к предыдущему баллону, а подключив его, вдохнул менее удовлетворяющий мои лёгкие воздух. Развернулся и не теряя времени, в темпе двинулся к выходу, при этом одной рукой держа фонарь, другой шаря в кармане.

Выйдя на улицу, освободил руку с фонарем и уже обоими руками снял разбитую основу датчика, небрежно выпустив ее из рук, достал другую, позаимствованную у напарницы. Закрепившись, стрелка датчика медленно поплыла вниз. Приближаясь все ближе к нулю, спина все пуще покрывалась холодным потом. Наконец стрелка встала. Прикинув примерное количество оставшихся минут, я, пытаясь унять учащенное сердцебиение, снова забегал глазами по улице, обнаружив, что искал, подбежал к нему.

На одной из прилегающих парковках стоял белый велосипед. Приблизившись к нему, я сглотнул и надеясь, что цвет его был нанесен ещё в процессе производства, закинул на него ногу. Даже если на нем и были белые частицы, то в моем положении можно было не беспокоиться об этом. Только бы успеть.

С каждым преодолённым метром все тяжелее было себя сдерживать от того, чтобы оглянуться.

Невольно стали приходить мысли о том, как круто все повернулось в эти два дня - ещё вчера утром я предвкушал очередной ходку и старался не думать о том, на сколько ещё ходок хватит баллонов, а теперь... Отвлекся от мыслей, резким поворотом обогнул белое пятно. Сосредоточился на пути, взял умеренно-быстрый темп.

Спустя удивительно малое количество времени впереди замаячило знакомое дерево. Слегка расслабился и с удивлением для себя улыбнулся.

Стремительно пересекая площадь уже в какой раз отметил про себя ее чистоту, которая была мне сейчас на руку как никогда.

Доехав до входа в парк, оставил велосипед у входа, быстрым шагом направился вглубь парка.

Все ближе подходя к лавке напротив дерева, я замедлял шаг, пока вовсе не остановился.

Хлынул ветер. Я на секунду прикрыл глаза, наслаждаясь звуком шелеста деревьев и легким бризом.

Присел на лавку. Посмотрел на датчик, сердце замолотило активнее. Было бы удобно слечь сейчас от инфаркта до того, как кончится кислород. Похлопал руками по грудным карманам, пустил руку в один из них, пальцы соприкоснулись с металлом, вытащили патрон.

"Лекарство от бесконечности", - вспомнил я, слегка нелепые слова Катрин. Схватился за рукоять пистолета, вытащил его из-за спины, достал обойму, вставил патрон, передернул затвор, раздался характерный звук. Вслушиваясь в его быстрое угасание заметил, как тихо вокруг.

Оставшись наедине со своими мыслями, казалось сейчас наступит тот момент, когда я начну жалеть о своем решении. Но я не сожалел - смерть в одиночестве казалась куда страшнее принятого решения. Я прикрыл глаза. В голове промелькнули образы Катрин с унятой дрожью в руках и нервной улыбкой, пьющий горячий чай и говорящий что-то Нил, жизнерадостная и бесконечно счастливая Ариадна. На мгновение я будто почувствовал ее запах. Как-то грустно про себя ухмыльнулся. Посмотрел на свой рюкзак, вспомнив что-то с интересом раскрыл его, пустил руку внутрь. Они должны быть где-то здесь. Нащупав, вытащил на свет потрепанную книгу, взятую вчера в книжном. Повернул ее лицевой частью, чтобы прочитать название и слегка оторопел - это была та же книга, которую подарила мне Ариадна. Во всяком случае автор и название были те же. Прочитав название снова, я начал тихо смеяться, ироничным и слегка печальным смехом. Остановившись я ощутил покой и чувство завершенности - последнюю просьбу я выполнил и жалеть было больше не о чем. Я подумал об Ариадне, она понимающе улыбнулась.

Воспользовавшись умиротворяющим чувством, взвел курок, закрыл глаза, приставил пистолет к виску. Но как я не пытался, а палец не желал давить на спусковой крючок. Пока я отчаянно уговаривал себя сделать это в голове отбивали секунды. Внезапно доносящийся от правой руки звук резанул по уху. "Кислород закончился", - глухо прозвучало в голове. Перед глазами возник образ Катрин, бьющейся в конвульсиях, заходящаяся хрипами. Нерешительность уступила место страху, палец вдавил на спусковой крючок.