𝟎𝟎𝟗. Двойная проблема.

(В этой части добавится ещё один персонаж, в следующей главе скорее всего тоже, потом, думаю я остановлюсь с этими персонажами, хаха🥹Пересонажа найти можете в части «001. characters)

Коридоры школы сегодня гудели особенно громко. Казалось, что каждый взгляд лип к ней, как грязные пальцы. Суа шла, сохраняя холодное лицо, словно ей плевать. Но стоило пройти дальше, как в уши ударил шепот:

— Это она, та самая...— Господи, и с учителем...

Она ускорила шаг, будто резким движением могла отрезать их голоса, и вошла в класс. Села на свое место, уткнувшись взглядом в парту, будто если игнорировать — всё исчезнет.

Но стоило ей выдохнуть, как один парень из параллели подбежал, ухмыляясь, и сунул телефон прямо в лицо. На экране — интервью. Хёнгиль. Его голос звучал фальшиво спокойным, почти ласковым, будто он играет роль жертвы.

«Да, она проявляла инициативу. Я был в шоке, но как мужчина... трудно устоять».

Он говорил так, будто это был взаимный «роман». Но ни слова о том, что тогда ей было семь. Возможно, если бы он сказал — реакция была бы совсем другой.

Зрачки Суа едва заметно дрогнули. Она смотрела на экран, будто готова прожечь дыру, но лицо оставалось каменным. Парень захохотал и убежал, бросив:

— Вот это уровень. Никогда бы не подумал, что ты на такое способна.

Она уже собиралась подняться, когда сбоку раздался тягучий, почти сладкий голос:

— Ну надо же... какие новости!

Сохи. Суа её даже не знала. Но Сохи знала её. И улыбка той  была до ушей, ядовитая, с презрением во взгляде. Будто смотрела не на человека, а на грязь под ботинком.

Суа не повернула головы. Смотрела вдаль, будто Сохи не существовало. Казалось, ещё одно слово — и эта девочка окажется на полу.

— Эй, — протянула Сохи, приближаясь. — С кем я разговариваю?

Тишина. Суа будто стеклянная.

— Эй, блять! Отвечай, шлюха! — сорвалась Сохи, не вынося игнора.

Суа медленно повернула голову. Голос её прозвучал низко и спокойно, но в нём сквозила капля яда:

— Тише. Тебе ещё ничего не сказали, а ты уже бесишься, что всё идёт не по-твоему?

Сохи рассмеялась нервно, почти безумно.

— Ч-что? Ха-ха... да ты, гляжу, полна духа? Говорят, ты ещё кого-то хочешь соблазнить? Одного соблазнила — соблазнишь и другого.

Суа снова отвернулась. В её молчании не было слабости — только холодный расчёт. Казалось, даже если она поставит эту девочку на место, хуже станет только ей. Но в голове уже рождался новый план.

— Это то, как о тебе говорят? «Старшеклассница соблазнила своего тренера», — Сохи демонстративно листала новости на телефоне. — Эй, я с тобой говорю! Чёрт, как же ты меня бесишь... — выдохнула она и вдруг ухмыльнулась: — Кстати, этот Сонджэ, твой дружок... ой, точнее «враг». Может, ты и его соблазнить хочешь?

Стук её пальцев по парте был последней каплей. Суа дёрнулась — и в следующее мгновение уже заломила Сохи руку. Встала резко, холодно и громко сказала так, чтобы услышали все:

— Слушайте сюда. Если хоть один из вас посмеет подойти ко мне и выдать хоть слово — я клянусь, я разнесу вас всех.

Она швырнула Сохи на пол. Голоса стихли. Класс застыл.

— Хотите говорить гадости — говорите за моей спиной, я все равно слышу о них. Но, если придете, и скажете мне в лицо, то учтите, что вернетесь в новыми красками на лице.

Суа поправила волосы, словно ничего не случилось, и бросила через плечо:

— И да, Сохи. В следующий раз, если решишь опозорить меня — подготовься получше.

Она вышла из класса, в голове звенела тишина. Но шаг её был твёрдый, уверенный — как у человека, который знает: теперь они будут думать дважды, прежде чем к ней подойти.

***

В школе слухи про нее распространялись все больше и больше. Казалось, Суа не услышит ничего, кроме этого. От чего её голова раскалывалась. Ей срочно нужно было придумать новый план. Срочно. А иначе все будет плохо. А Сонджэ... пока что постоит на втором месте.

Суа пересмотрела очень много вида планов в своей голове. Но не было ничего хорошего, кроме одного, на которое она и не могла решиться.

Начать онлайн-трансляцию. Хватит и одного описания, чтобы всех заинтересовать.

«Та самая школьница, соблазнившая своего тренера, скажет всю правду».

Но, в том то и дело, что ей очень сложно это сделать. Надо снова вспоминать то детство, из за чего все ее в жизни пошло под откос. Снова надо прочувствовать этот момент ради того, чтобы доказать, что все было не так.

—И как я допустила такое? Чёрт возьми!

Суа уже подготовила трансляцию, но все не решалась её начинать.

—Ну, теперь нет другого выхода...

И Суа ни о чем не думая нажала на красную кнопку где было написано «начать трансляцию».

Первые пять секунд. Никаких зрителей. Камера отражала лишь строгий силуэт девушки, сидящей прямо, с неподвижным лицом. В комнате было тихо, настолько тихо, что слышался только её собственный вдох и лёгкий звук пальцев, ритмично постукивающих по столешнице. Она знала, что выдаёт себя этим движением, но не останавливала — это было единственным, что помогало не сорваться раньше времени.

Прошла минута. На экране высветилось первое число. Один зритель. Затем два. Пять. Двадцать. Сто. Поток был медленным, будто люди передавали ссылку друг другу и приходили с любопытством.

Суа чуть наклонила голову, взглянула прямо в объектив. Голос её прозвучал ровно, без дрожи:

—Когда наберётся пятьсот зрителей, я расскажу всё. Абсолютно всё.

Она говорила спокойно, будто объявляла сухой факт, а не бросала вызов сотням неизвестных.

Минуты тянулись. Сотня. Двести. Триста. Число росло, и вместе с ним внутри Суа поднималась волна тревоги. Но на лице не отразилось ни единой эмоции. Её взгляд оставался таким же прямым и холодным, только пальцы теперь постукивали быстрее, будто метроном ускорялся в такт её сердцу.

Ровно пятьсот. Экран вспыхнул этой цифрой, и у неё не осталось права отступить.

—Меня удивляет, — её голос прозвучал мягко, почти лениво, — как легко вы поверили словам моего бывшего тренера. Он показывал какие-то фотографии... мои фотографии. Старые, с тренировок. И вы называете это доказательством? Смешно.

Она слегка склонила голову, словно разглядывала зрителей по ту сторону экрана.

—Он был моим тренером десять лет назад. Десять. Мне тогда было семь лет. — Она сделала долгую паузу. — Скажите, могла ли я в семь лет соблазнять взрослого мужчину? Или же... это он, взрослый мужчина, воспользовался ребёнком?

Её интонация не поднималась, она не кричала, не повышала голос. И от этого слова звучали ещё тяжелее.

На секунду Суа прикрыла глаза, как будто собрала последние силы. Когда открыла — в её взгляде не было ни капли мольбы, только холодная решимость.

—Так вот, думайте сами, кто здесь чудовище. Я, которая ничего не сделала, или он, который воспользовался мной ради своего удовлетворения?

Она замолчала, выпрямилась и ушла, не произнеся больше ни слова. Камера продолжала работать, показывая лишь пустой стул.

Зрителей стало две тысячи. Чат взорвался — сотни строк мелькали каждую секунду: кто-то ругал её, кто-то восхищался её смелостью, кто-то требовал больше доказательств.

Суа специально оставила эфир включённым. Пусть спорят. Пусть жгут друг друга в комментариях. Пусть выбирают стороны.

А она... она знала, что уже сделала первый шаг.Трансляция простояла недолго. После того, как прошло 20 минут, оно выключилось. А что чувствовала тогда Суа, не прочувствовать никому.

***

Следующий день школы, где Суа надеялась, что решила главную проблему.

Все также. Все оборачивались, когда она проходила мимо. Но, конечно кто-то уже за неё. От Сонджэ, как странно, никаких вестей.

В мыслях Суа думала, что она сказала все, что должна была, а так, ей теперь все равно, что о ней говорят. Главное, правда раскрыта.

На улице дождь, значит, день обещает снова выдать что-то... интересное.

Суа обожает дождливую погоду. Лучшее время, чтобы продолжать план, и романтизировать, так скажем...

***

Конец уроков. Школа постепенно выдыхала — смех, шаги, хлопки дверей, и в этой суматохе Суа шагала так, будто каждый её шаг был актом насмешки над самим миром. У неё было одно место, куда хотелось уйти — убежище. То самое, где всё всегда казалось под контролем. Хотя теперь оно оказалось не только её. Там был и он — Сонджэ.

—Черт возьми... и я всегда должна делать это первая? — пробормотала она сквозь зубы, раздраженно. — Почему этот придурок не может сам сломаться? Как же всё меня бесит.

Она дошла до двери, толкнула её, и вошла внутрь. Тишина. Та же обстановка. Диван, слегка перекошенный столик, запах застоявшегося воздуха. Она села на диван, листая телефон, как будто так могла притушить мысли.Что будет, если он придёт? В курсе ли он про слухи? А если нет — как сказать?Внутри кипело. Она ненавидела его. Настолько сильно, что в голове крутилась лишь одна мысль: убить. Вскрыть эту ненависть, как конфету с начинкой — не растягивать удовольствие, а сразу перейти к сути. Понимаете?

Но дверь распахнулась резко. Гулко. Воздух сгустился. Суа чуть дернулась, ожидая увидеть Сонджэ.

Нет.

Это была толпа парней. Человек двадцать. Может, больше. Гулкие шаги, ухмылки, взгляды, словно они были стервятниками, которые почуяли слабую добычу.

Суа встала, медленно, спокойно. Лицо стало каменным, но пальцы чуть дрогнули.

—Вы кто такие? — её голос был хладнокровным, почти ледяным.

—А кого ты ожидала увидеть? — хмыкнул один из них.

Она сжала кулаки, дыхание ровное, взгляд прямой.

—Уходите. Сейчас же. Иначе домой вы вернётесь без конечностей.

Смех. Один, другой, разросшийся эхом.

—Ха-ха-ха... слышали, пацаны? — расхохотался тот, что стоял ближе всех.

Она медленно шагнула к ним, опустила плечи и встала в стойку. Гибкая, собранная, готовая рвать.

—Я первой не бью. Подходите сами.

Они на секунду замялись, но «главный» парень взревел:

—Ну чего стоите, мрази?! Вперёд!

И в ту же секунду всё сорвалось.

Они кинулись. Она — будто пружина. Резкий удар ногой — один полетел в стену, другой получил локтем в нос, хруст костей — как музыка для неё. Её движения были отточены годами: тхэквондо с шести лет, муай-тай с тринадцати, дзюдо с пятнадцати. Она была машиной, созданной ломать.

Первый упал. Второй. Третий. Десять тел на полу, стонущие, корчащиеся. Остальные пятятся, но глаза бегают — то на неё, то на своих.

—Что, струсили, бедняжки? — Суа усмехнулась сквозь тяжёлое дыхание. Лоб блестел от пота.

Она сама пошла вперёд. Ещё один удар — и чья-то челюсть треснула. Ловкий приём — и парень перелетел через её плечо, рухнув на пол. Она рвала их по одному, пока последние не остались лежать, сгибаясь пополам от боли.

Суа рухнула на диван. Едва держась. Грудь вздымалась. Она достала сигарету, дрожащими пальцами подожгла и сделала затяжку, будто этот дым должен был дать ей силы. Она знала, что выстоит против их всех, но ослабится.

—Десять минут... и уйду, — пробормотала она, опуская голову назад.

Дверь снова скрипнула. Шаги. Она подняла глаза — и застыла.

Пэк Хёнгиль.

Тот, чьё имя резало её сознание острее любого ножа. Фигура, которую она ненавидела. Которую боялась. Её тело дрогнуло, пальцы застыли с сигаретой. Она сидела в ленивой позе, но сердце билось так, будто вырывалось из груди.

Есть классическая «триада выживаний»—fight, flight, freeze. («Бейся, беги или замри»):

1.Борьба—человек бросается в атаку или защищается.2. Бегство—человек спасается бегством, старается уйти из ситуации.3. Замирание—теряет способность двигаться или принимать решение, буквально «застывает». Хоть это и не апокалипсис, или что похуже. Но, для Суа это было реальной катастрофой. И для неё в этот момент был третий вариант.

—Суа-я... — его голос был медовым, но в нём сквозила сталь. — Разве можно так клеветать на тренера?

Он подошёл ближе, забрал сигарету из её пальцев — и, не моргнув, затушил её об её шею. Запах жжёной кожи. Она выдохнула резко, и будто очнулась.

С рывком встала, сбив его руку, и уставилась прямо в глаза. Её взгляд был яростным, готовым прожечь дыру в его черепе.

Суа выдохнула и ударила первой — резко, быстро, в челюсть. Её кулак врезался в него так, что на секунду показалось: он отшатнётся. Но вместо этого он лишь качнул головой и усмехнулся.

—Все что умеешь?

Его кулак мгновенно нашёл её живот. Воздух вылетел из лёгких, она согнулась, но вцепилась в его руку ногтями и выдохнула сквозь зубы:—Не думай, что я буду выглядеть жалко, не увидишь этого.

Собрав остатки дыхания, она рванулась вперёд, локтем ударила в висок, потом ногой в колено. Он чуть пошатнулся, но перехватил её щиколотку и резко дёрнул вниз. Земля врезалась в спину. Мир на секунду почернел.

Он навис над ней:—Вставай. Или уже всё?

—Заткнись, ублюдок!

Суа перекатилась, поднялась на ноги. Кулаки дрожали, но взгляд оставался твёрдым. Она пошла в атаку серией ударов: по корпусу, по плечам, по лицу. Каждое движение было быстрым, отчаянным. Ей было всё равно, что больно. Ей нужно было показать, что она не сломана.

Он отвечал иначе. Медленно, методично. Каждый удар попадал туда, где слабее. В рёбра — так, что дыхание сбивалось. В челюсть — так, что зубы стукались. По печени — и ноги сами подкашивались.

Суа упала на колени. Кровь капала с губ. Она подняла руки снова. Всегда поднимала.

—Давай, — его голос был холоден. — Покажи, что ты не та маленькая, что плакала тогда.

Эти слова ударили сильнее кулаков. Она вскрикнула и рванулась вперёд, кулак разорвал кожу на костяшках. Он принял удар, даже не отшатнулся. Засмеялся.

—Хорошо. Но мало.

Его рука схватила её за волосы и потянула вниз. Колено встретило её лицо. Хруст — и мир снова пошатнулся.

Она упала, но встала. Снова и снова. Удары сыпались, как дождь: по спине, по животу, по лицу. Она всё равно поднималась, пока тело не перестало слушаться.

Последний удар — сильный, точный, прямо в висок. Глаза закатились, ноги подкосились. Она рухнула на землю. Он все рассчитал. Специально отправил парней, чтобы потом добить.

Он посмотрел сверху, молчал несколько секунд.— Всё? — тихо сказал он, почти безэмоционально.

Суа не слышала. Сознание погасло. Она не смогла встать. Нет, не сейчас. Лучше уснуть, или умереть, но не чувствовать эти удары, особенно от него.

Хёнгиль усмехнувшись, сел на корточки перед окровавленной Суа. Его взгляд был холодным, будто он изучал не человека, а сломанную игрушку.

— Эх, если бы не твой эфир... — голос звучал лениво, почти насмешливо. — Всё было бы хорошо. Умрёшь — и никто даже не подумает обвинить меня.

Он легко поднялся, небрежно стряхнул пыль с ладоней и, даже не оглянувшись, направился к выходу. У дверей его взгляд пересёкся с Сонджэ. Несколько секунд — напряжённых, как туго натянутая струна. Но Хёнгиль лишь приподнял уголок губ и вышел, растворившись.

Сонджэ остался стоять. Что-то внутри сжалось, будто знакомая тень проскользнула мимо.— Где-то я его видел... — пробормотал он. — Но что он вообще здесь делал?..

Он толкнул дверь и шагнул внутрь. И тут же ударило в нос — запах крови. Резкий, металлический, он сразу выжег остатки спокойствия.

Перед глазами — много парней, лежащих и мычащих от боли, и Суа.Она лежала на полу, неподвижная, будто сломанная кукла, выброшенная хозяином. Её кожа — бледная, в синяках и ссадинах, губы разбиты. На мгновение ему показалось, что она мертва.

Сонджэ замер. Не осознавал, что перестал дышать. И лишь спустя несколько секунд медленно подошёл, опустился рядом.

— Чёрт... — выдохнул, усмехнувшись так, будто хотел скрыть собственное раздражение. — Даже я тебя так не мучил.

Он не задавал вопросов. Не пытался встряхнуть её или привести в чувство. Просто смотрел. Смотрел на неё, впервые увидев такой слабой, такой... настоящей. Не колючей, не дерзкой — а уязвимой.

— Кто тебя так... — бормотал он. — Эти придурки?.. Да ладно, ты бы их всех на прогиб...

Его пальцы почти автоматически проверили дыхание. Она жива. Тепло ещё оставалось в её теле.

Сонджэ встал. Наклонился, поднял её легко, будто она почти ничего не весила, и закинул через плечо. Его шаги гулко отдавались по пустому коридору. И было в этом что-то странное: он нёс её так, словно это не было чем-то экстренным. Будто он всегда имел на это право.

На улицу он вышел спокойным, как всегда, даже слегка насмешливым. Под ногами хрустели мелкие камушки, а уличные фонари выхватывали из темноты его силуэт. Сонджэ не торопился. Для него всё происходящее было не трагедией, а какой-то странной игрой, в которой он внезапно оказался главным игроком.

—Ты ещё и дышишь, — усмехнулся он тихо, глядя на её волосы, упавшие на его руку. — Значит, выкарабкаешься. Хотя после всего этого... может, и не стоит?

Он шёл так, будто нарочно растягивал время. Больница была недалеко. Он не понимал, зачем вообще это делает, и в то же время ясно осознавал: оставить её там, истекающую кровью, он не мог.

Когда он наконец вошёл в приёмное отделение, врачи и медсёстры заметили его сразу. Один из них, ошарашенно уставившись, едва не выронил бумаги:

—Что вы с ней сделали?!

—Я? — Сонджэ фыркнул и поставил Суа на кушетку. — Я её спас.

Его глаза не дрогнули ни на секунду, когда несколько человек подбежали к девушке. Медсестра вскрикнула, увидев следы побоев и кровь. Врач уже отдавал резкие указания, пока кто-то другой готовил капельницу.

Сонджэ же отстранился, наблюдая со стороны, словно за театральным представлением.

И вдруг он почувствовал на себе чужой взгляд. Один из врачей, мужчина лет сорока, смотрел на него пристально и с подозрением.

—Парень, — заговорил он, — если выяснится, что это твоих рук дело...

—Тогда вы меня сразу посадите, — перебил Сонджэ холодно. — Только вот вы ошибаетесь.,—хоть и он знал, что даже если его посадят, с помощью связей он оттуда выйдет.

Он отвернулся, и на его лице скользнула почти незаметная ухмылка.

Сонджэ в последний раз посмотрел на Суа, её бледное лицо под кислородной маской, и хмыкнул.

—Ну что, красавица, — пробормотал он. — Не помирай раньше времени. Мне будет скучно.

Развернувшись, он вышел из палаты, оставив за собой ощущение холода и странной энергии.

***

В палате стоял ровный писк аппаратов. Белые простыни, капельница, запах антисептика — всё это будто стерло хаос и грязь недавней драки. Суа лежала неподвижно, её дыхание было неглубоким, но стабильным.

Врачи сработали быстро, и когда стало ясно, что она будет жить, один из них нахмурился. Девушка без документов, без родных рядом. Кто-то должен знать о ней.

—Найдите телефон, — скомандовал врач медсестре. — Нужно связаться с теми, кто близок.

Через несколько минут в руках у медсестры оказался её мобильник, треснувший, но ещё рабочий. Она разблокировала его, пролистала последние звонки и остановилась на одном имени — Баку.

—Может, он что-то знает, — пробормотала она и, поколебавшись, нажала «вызов».

Телефон зазвенел где-то далеко, в чужом кармане. На другом конце провода раздался сонный, но напряжённый голос:

—Ало?

—Здравствуйте. Это больница «...» . У нас здесь Чхве Суа. Она в тяжёлом состоянии после... нападения. Вы сможете приехать?

В трубке повисла тишина. Сначала Баку даже не понял, что услышал. Потом шумно вдохнул, резко встал.

—Что?.. Где она?!

—Мы уже сообщили адрес. Поторопитесь.

Он отключил звонок, даже не дослушав до конца. Внутри всё горело. Руки дрожали, дыхание сбивалось.Баку сжал кулаки и сорвался с места. Каждое его движение было пропитано злостью и страхом.

—Гым Сонджэ... — прошептал он сквозь зубы. — Если это твоих рук дело, я тебя разорву.

Он бежал к больнице, даже не думая, что ждёт его там. Странно, почему он так разволновался..?

***Вот такая вот глава.Тт: s6sh1l.Фф также выпускается в фф, если удобнее читать там, то можете смело туда идти.Ставим звездочки!!