Глава 11. Неудача

«Иногда честный бой просто невозможен. В жизни куда чаще приходится использовать грязные приемы.»Лиза Джейн Смит.

Всю неделю после полуфинала я почти не отходила от Теодора в лазарете. Эдриан и Ричардс уже давно встали на ноги и вернулись обратно в свои спальни. Но брат всё ещё был без сознания. Медсестры говорили, что он иногда приходит в себя, но совсем не надолго и бредит. Нам с Эдом не удавалось застать его таким, поэтому мы просто ждали, когда всё наладиться. Вот и сейчас, сидя у Тео в палате, я держала его за руку и смотрела в окно, молясь всем богам о том, чтобы он скорее очнулся и смог быть на финале. Одно осознание его присутствия там, на трибуне, придало бы мне сил. Но он лежал здесь и бормотал что-то себе под нос. Стоп! Он что-то бормочет? Я встрепенулась и сильнее схватила его за руку. – Тео! Тео! Ты очнулся! Я наклонилась, чтобы лучше слышать, что он говорит. – Ван-ни...Не открывая глаз, бегающих из стороны в сторону под дрожащими ресницами, Теодор еле слышно что-то шептал. – Воды? Что ты говоришь? – Я максимально напрягла слух и сосредоточилась. – Ва..нни... – повторил он и тяжело задышал. – Вали? – Нераслышала я, – Ты говоришь Валери? Медсестра?Не теряя ни секунды, я выбежала из палаты и позвала медсестру. Заходить обратно мне не разрешили, поэтому я осталась ждать в коридоре, нервно покусывая губы. Через долгие пару минут, сестра Валери вышла ко мне и закрыла за собой дверь. – Ну что там? – Не выдержала я, – Что с ним? – Теодор немного пришёл в себя, я сделала ему укол и он заснул. Он снова бредил и из-за этого у него поднялась температура. Лучше его сейчас оставить в покое. – Валери приобняла меня и потащила к выходу, – Тем более тебе, Эмили, сейчас лучше сосредоточиться на финале. Взглянув на медсестру, я кивнула и теперь уже сама пошла прочь из лазарета. За эту неделю я действительно совсем почти забыла про турнир и то, что я попала в финал... Эд, конечно, твердил об этом каждый день, как только вернулся в нашу башню, но я его не слушала, полностью погрузившись в мысли о брате. Но сейчас я твёрдо решила завтра во что бы то ни стало победить. Ради Тео.

С самого утра я была заряжена на победу. Сегодня ни что не помешает мне доказать отцу, что я чего-то стою. Разминаясь возле выхода на арену, я слушала наставления Эдриана. – Порви её, Эм! Сегодня вся Академия должна слышать мои победные возгласы, и все студенты будут скандировать твоё имя! – Он сложил руки возле рта и прокричал: – Найт! Найт! Найт! Я улыбнулась, воодушевленная его поддержкой. Мне была безумно приятна вера Эда в меня, но не хватало ещё одного человека.. Теодор, который всё ещё валялся на койке в лазарете. – Эй, Эмили, – Заметив редкую смену моего настроения, Эдриан обхватил ладонями моё лицо и заставил посмотреть ему в глаза, – Он будет рад твоей победе, когда очнется. Будет плясать от радости, что его любимая сестрёнка выиграла свой последний турнир в Академии. Он будет гордиться тобой, слышишь? Уверенность в его голосе передалась мне и придала сил. Не удержавшись, я влетела в него, сцепив руки за спиной и уткнувшись щекой в его грудь. Обычно такое проявление эмоций для меня не свойственно и Эд ещё пару секунд стоял в ступоре, прежде чем обнять меня в ответ и крепче прижать к себе. Вдохнув на последок его до боли знакомый запах, я отошла и уставилась на него, собираясь с мыслями. – У тебя всё получиться. Кивнув ему в подтверждение, я вышла на поле арены под громкие крики своего имени. Встав напротив Вейн, мы пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. С минуты на минуту прозвучит сигнал о начале финала и теперь уже точно победитель останется один.

***

Волшебница стояла в центре поля, её глаза светились голубым огнем, а руки были подняты к небу, призывая силыприроды. Ветер завывал вокруг неё, волосы развевались в такт его порывам, а в воздухе начали собираться электрические разряды. В её руках появилось сияющее заклинание, готовое сорваться с её пальцев и обрушиться прямо на меня. Я продолжала следить закаждым движением Вейн, подмечая момент когда бы лучше выстрелить. Лук уже давно был натянут, а стрела,окутанная молниями, была готова к выстрелу. Я понимала, что мне необходимо атаковать внезапно и точно, чтобы не дать волшебнице закончить своё заклинание. Первым действием я выпустила стрелу, направив её прямо в сторону Вейн.Стрела летела со свистом, искрив молниями, но в последний момент та взмахнула рукой, и стрелу отбросило в сторону магическим щитом. Отзвучал громкий треск, и стрела вонзилась в землю оставив за собой след светящегося дыма. Тогда Вейн не стала дожидатьсяследующего выстрела. Онапроизнесла заклинание, и из земли начали вырастать каменные шипы, устремляясь в мою сторону. Но я была готова к этому. Грациозно перепрыгнув через шипы, выпустила при этом ещё одну стрелу, которая, казалось, раздвоилась в полёте, образуя дваострых наконечника. На этот раз волшебница не успела полностью уклониться. Одна стрела задела её плечо, оставив кровоточащую рану. Вейн зашипела от боли, но её ярость казалось только усилилась. Она подняла руки к небу, и вокруг неё начали собираться тёмные тучи. Вскоре с неба обрушился град огненных шаров, летящих в мою сторону. Укрывшись под щитом, я защищалась от огненного града, но знала, что не могу долго оставаться на одном месте. Дождавшись окончания града, я выбежала из укрытия, сделалабыстрый кувырок и выпустила ещё одну стрелу в её сторону. Стрела, попав в Вейн вспыхнула ярким светом, ослепив её.

***

Джеймс сидел на трибуне в зоне для приглашённых гостей, вместе со своим отцом. Бой уже был в самом разгаре, и он всеми силами пытался сохранять самообладание, чтобы никак не выдать эмоций, которые бушевали внутри, но они всё же проскальзывали в незаметных действиях. Он сидел на краю своего места, нервно барабаня пальцами по коленям, а глаза неотрывно следили за девушками на поле. В его взгляде читались тревога и напряжение. Вокруг шумела толпа, но он не слышал ничего, кроме звуков боя. Каждый удар, который наносила или принимала Эмили, заставлял его слегка вздрагивать. Он буквально чувствовал её боль и усилия. В тот момент, когда Вейн попыталась нанести особенно сильный удар, его дыхание замерло, а время, казалось, остановилось. Когда Эмили уверенно двинулась вперёд, он почувствовал прилив гордости и облегчения. Её движения были быстрыми и точными, и он видел в них её упорство и решимость. Но с каждой секундой напряжение только нарастало. В его голове мелькали мысли о том, как сложились бы их отношения, тогда. Наверно сейчас бы он обязательно обнял её после боя, вне зависимости от исхода, и сказал бы, какая она молодец. Но всё это даже мечтами не назовёшь, так, глупость, которая пришла в голову из-за переизбытка эмоций за последнее время.

***

Не знаю сколько времени прошло с начала, но я уже порядком утомилась. Из-за бесконечных атак Вейн стихиями, ноги делались ватными, а мышцы рук забились из-за моих частых ответок. Но я попыталась собрать все оставшиеся силы, вспомнила, что на трибуне сидит отец, вспомнила лицо брата, ради которого сейчас хотела победить не меньше, и решила скорее закончить всё это. Пробираясь ближе к Вейн, я продолжала сыпать на неё стрелы, а она уклонялась. В какой-то момент оказавшись на расстоянии нескольких шагов, я крикнула: – Всё, Вейн. Хватит этих детских шалостей, пора играть по-крупному. Если бы я знала, что будет дальше, то просто молча продолжала бы бой. – Ну если ты так настаиваешь, Найт. – На её потном от напряжения лице, засияла улыбка, – Как думаешь, твой отец сильно расстроится, если ты вылетишь в шаге от победы? От упоминания отца, я нахмурилась и сжала губы в плотную линию. Заметив перемену на моем лице, она продолжала говорить, обдавая меня огненными атаками со всех сторон: – Хотя чего это я, ему будет плевать. Просто он в очередной раз убедиться в том, какая ничнемная у него дочь. – Она говорила чётко, отделяя каждое слово, – Ваш папочка ведь любит твоего брата больше. Любит просто потому что он старший сын. А ты, – Она продолжала наступать, а я впервые в жизни попятилась, не в силах противостоять, – Ты навсегда останешься худшей дочерью для него. – Заткнись! – Выкрикнула я и выпустила стрелу, которая пролетела возле её лица и полоснула щёку, заставив Вейн отвернуться. Засмеявшись, она снова посмотрела мне в глаза и заговорила дальше: – Твой папочка никогда не признает твоих больших успехов, так же, как незначительные достижения твоего братца. – Наступая всё дальше на больное, она повысила голос: – Ты никогда не добьёшься от него большей любви! Слушая всё, что говорит Вейн, я и не заметила, как вокруг меня сгустился воздух, теперь уже мешая мне двигаться. На эмоциях, пытаясь сделать хоть шаг, я выкрикнула: – Откуда тебе всё известно? Посмотрев на оскалившуюся кровавым ртом Вейн, я ужаснулась, но повторила свой вопрос. Глядя мне в глаза, она сильнее сжимала моё тело воздухом и поднимала вверх, пока я не оказалась над землёй почти на несколько метров. В надежде сделать хоть что-то я попыталась натянуть титеву, но она ещё больше сжала воздух, создавая вокруг меня вакуум. – Скажи спасибо своему братцу, Найт. Внутри всё рухнуло. Перед тем, как окончательно потерять сознание, на выдохе, я произнесла: – Теодор...И отключилась.

***

Всю ночь Теодора бросало то в жар, то в холод. Сестра Валери не отходила от него ни на минуту, лишь меняла раз в полчаса мокрую повязку. Под утро, когда за окном уже рассветало, а на деревьях пели первые птички, Валери ненадолго прикрыла глаза и провалилась в глубокий сон, так и не заметив, что Тео пришёл в себя и пытался встать с кровати. Не желая будить медсестру, он старался действовать максимально тихо, но неделя проведённая в постели без сознания дала о себе знать. Опираясь на край кровати, он попытался собрать все оставшиеся силы и дойти до двери, но ноги подкосились сразу же, едва под рукой исчезла опора. Громкий звук разбудил Валери и она вскочила со стула. Потирая сонные глаза, она ахнула, увидев Теодора лежащего на полу возле двери. Подскочив к нему, она стала медленно поднимать того на ноги и повела к постели. – Теодор, – Она уложила его обратно и накрыла одеялом, – Мальчик мой, зачем же ты встал? Почему не разбудил меня? – Вы.. так сла-адко.. спали. – Едва промолвил он и Валери налила ему стакан воды. Измерив его температуру, Валери строго наказала ему не покидать постели, пока та не вернётся в палату с завтраком. Медленно поголащая свой завтрак, под пристальным взглядом медсестры, Тео выпил все принесенные ею лекарства и попытался заговорить. – Сестра Валери, а сколько времени я провел здесь? – Неделю, дорогой, – Собирая грязные тарелки на поднос, она мысленно сосчитала дни и подтвердила: – Да, точно, неделю. Твоя сестра с парнем каждый день приходили и сидели с тобой. Теодор ни капли не сомневался, что с Эмили к нему приходил Эдриан, значит, на полуфинале ему досталось не так сильно. В тот день он не особо присматривал за другом, но был рад сейчас узнать, что с ним все хорошо. Но как же Ванни? Она ни разу не приходила к нему за все это время? Неужели ей досталось так же сильно и возможно сейчас она лежит где-то в соседней палате? – А что с остальными? – Попытался осторожно разузнать он, – Кому-то досталось сильнее или наоборот? Валери отложила поднос на тумбочку и присела обратно на стул. – Беднягам мечникам досталось больше всего, они до сих пор приходят на перевязку. Ещё парочке досталось не слабо, Брэндон всё ещё здесь, лежит в соседней палате с сотрясением. В остальном у всех всё в порядке. За своих друзей можешь не волноваться, они здесь не задержались. – Она улыбнулась, намочила в тазу тряпку и заботливо протерла его лицо. – Только вот я переживаю за твою сестру. Бедняжка места себе не находила, а сегодня ещё финал. – Финал? Уже сегодня? – Теодор резко поднялся с кровати, – Я должен быть там с ней. – Тебе нельзя вставать, милый, – Валери еле как заставила его лечь обратно, – Ты должен постепенно вставать, чтобы избежать головокружений и не нужной задержки в лазарете. – Но сестра, я должен быть там. Ей нужна моя поддержка. – Поверь мне, Тео, она чувствует её даже на расстоянии. С ней сейчас друзья и ваши родители. Упоминание родителей напрягло его ещё больше. Отец ни за что не пропустит этот бой и Теодор знал, как из-за этого волнуется Эмили. – Джеймс Ричардс попал в финал? – Теодор наконец задал вопрос, мучавший его всё время бодрствования. – Ох, милый, понимаю твои чувства. Видела, как вы боролись в полуфинале и то, как поступил Брэндон по отношению к тебе, конечно, ужасно. Но не волнуйся, Джеймс продержался дольше тебя всего на пару минут. И тут сердце ушло в пятки. Весь идеально выстроеный план оказалось рухнул ещё неделю назад. Как этот идиот не смог пройти дальше? Теодор специально держал его до последнего и уступил бы Ричардсу свое место в финале, если бы не чёртов маг, напавший со спины. Брэндон, точно он, Сестра Валери сказала, что он лежит в соседней палате с сотрясением. Если не он, не Ричардс не попали в финал, то...– Кто же тогда сегодня против Эмили? – Теодор боялся услышать ответ медсестры и глядя в её беззаботное лицо, скрестил пальцы под одеялом и задержал дыхание. – Ванесса Вейн. Волшебница. Эти три простых слова окончательно выбили воздух из лёгких. Не веря своим ушам, Теодор схватился за голову. Проклиная всё на свете, он с силой сжал волосы и потянул в стороны. Когда он придумывал свой "гениальный план" не учёл момент, что есть ещё она... Глядя на него, медсестра заволновалась и попыталась отнять руки от лица, списав всё на головную боль. Она, в который раз за это утро, насильно уложила его обратно на подушку и дала лекарство, заставив ещё немного поспать. Сопротивляясь Валери, Теодор хотел откинуть её в сторону и бежать к сестре. Он не мог спокойно находиться здесь, зная, что сейчас на арене бьются две его любимые девушки. Сделав вид, что выпил лекарство, Тео лёг и отвернулся к стене, продумывая новый план, как незаметно сбежать из палаты. Притворившись, что спит, он дождался пока Валери оставит его одного, подождал ещё двадцать минут и поднялся с кровати. Открыв дверь, он выглянул в коридор, прикидывая где сейчас могут находиться медсестры. Подумав о том, что скорее всего все сейчас на арене, смотрят за боем, он тихо прикрыл за собой дверь и выглянул в окно. – Повезло, что не на третьем этаже положили. Открыв окно, Теодор залез на подоконник, перевернулся на живот, крепко ухватился руками за край и свесив ноги наружу, спрыгнул. Приземлившись на траву, он мысленно поблагодарил годы обучения в Академии за приобритенные навыки шпионажа и оглядевшись, бросился бежать в сторону арены.

Ещё в далеке Теодор услышал рёв толпы и понял, что бой ещё в самом разгаре. Думать о том, что бой может подходить к завершению он не хотел. Слишком боялся любого исхода. Добежав до выхода на арену, он остановился и заметил Эдриана, неотрывно смотрящего в сторону поля. Недельное лежание без сознания снова дало о себе знать и сейчас Тео уже жалел о своём забеге, ноги стали подкашиваться, а голова кружилась так сильно, будто его крутили вокруг своей оси раз двести. – Эд.. – Собравшись с последними силами, позвал он. Услышав свое имя, Эдриан обернулся и не веря своим глазам, бросился к другу. Закинув его руку к себе на плечо, он повёл Теодора к ближайшему ящику. – Я из-за вашего семейства скоро седым стану. – Эд схватился за сердце и потыкал друга в плечо, – Ты точно реальный или у меня уже всё? Голова того... – Идиот... – Закатив глаза, Тео потянулся к стоящей рядом бочке. Зачерпнув оттуда воду, он мгновенно осушил кружку, – Пожалуйста, скажи, что бой только начался. – Идёт уже довольно давно.Со стороны трибун послышались неразборчивые крики. Переглянувшись, парни бросились к воротам и увидев то, что вызвало такую реакцию толпы, заставило их замереть на месте. Опустив руки, Эмили неотрывно смотрела на Ванессу, которая наступала, поднимая лучницу в воздух. С их ракурса было видно лишь лицо сестры, в котором Теодор безошибочно прочитал испуг и удивление. Он не мог поверить, что Эмили просто испугалась Ванни, но волшебница стояла к ним спиной и невозможно было разглядеть что именно вызвало у сестры такой реакции. Вцепившись в ворота, Тео с замиранием сердце наблюдал за тем, как его любимая поднимает Эмили всё выше, как безжалостно сжимает её тело потоком воздуха. В моменте время будто остановилось, и он уже не слышал криков бушующей толпы, лишь его бьющееся сердце стучало в ушах, а глаза были прикованы к выражению лица близняшки. В её глазах сейчас сочиталась сотня эмоций, которых Теодор никогда раньше не видел, отчего стало страшнее вдвойне. Открыв рот, Эмили что-то произнесла и Ванни наконец отпустила её. Вместе с телом сестры, внутри у него тоже что-то рухнуло. В эту секунду со стороны трибун послышались оглушающие крики, с боков арены взорвались пушки, разбрасывающие конфетти, директор и профессора уже спешили поздравлять Ванни с победой. А Теодор продолжал неотрывно смотреть в лицо сестры, мирно лежащей на земле.