Глава 8

Злата

Мои плечи были напряжены, глаза искали убежище в каждом углу комнаты, а руки сдирали кожу вокруг пальцев в кровь. Я пыталась вести себя расслабленно и естественно, каким бы сложным испытанием для меня это не было. Также пыталась не выпускать из виду Кирилла, после того как Янина решила привести себя в порядок, оставив меня наедине со своим братом.

Это было ужасно плохой идеей, Янина...

После того, как она ушла, я следила за всеми действиями Кирилла. Я даже вызвалась самостоятельно сделать себе кофе, боясь того, что он может мне что-то подсыпать в чашку. Его дружелюбное поведение, которое он проявлял ранее, точно не закончится чем-то хорошим.

Он не глупый, и отлично понимает, кто я такая. Я ношу фамилию врага его отца, так почему же он так мил ко мне? Почему я в его квартире, а не в каком-то сыром подвале с дюжиной мыш? Почему он поит меня кофе, а не проточной водой из ржавых труб?

Я могу свободно передвигаться по его квартире, что предоставляет для него большой риск.

Я могла зайти в любую комнату и найти там то, что могло бы разрушить его бизнес и бизнес его отца в одно мгновение.

Уверена, все крупные бизнесмены имеют свои слабые места.

И чем больше Кирилл был лоялен ко мне, тем больше я ждала подвоха. Рано или поздно должен был настать тот самый переломный момент, когда он начнёт мне угрожать и говорить о том, что не выпустит меня отсюда, пока я не дам ему информацию, в которой он нуждается.

Возможно, дело в Янине? Может он не хочет, чтобы его сестра увидела его жестокую, мрачную сторону? Возможно, именно она мешала ему выполнить свой план?

Поэтому, когда Янина вернулась к себе в комнату, я напряглась ещё больше. Я выжидала.

Но хоть я и боялась чего-то, мой язык не мог придержать колкости и наглый тон при себе. Понимала, что это только затрудняет моё положение, но человек передо мной будто пытался вывести меня из себя, каждый раз демонстрируя свою ехидную ухмылку.

Вместе с кофе, я ушла к окну, в надежде побыть на расстоянии от Кирилла, но даже тут он последовал за мной. Я даже на какое-то время потеряла бдительность, засмотревшись на виды, которые открывались из больших панорамных окон его пентхауса. Я на секунду почувствовала себя в безопасности и забыла об опасности, стоящей за моей спиной.

Когда к нам спустилась Янина, я испытала животное облегчение от её появления, будто она способна спасти меня от своего старшего брата. Все понимают, что против Кирилла даже у его сестры нету шансов. Ему стоит только захотеть.

Янина подошла ко мне, когда я поставила чистую чашку на стол.

– Пообщались? – спросила она, кидая хитрый взгляд в мою сторону.

– Ем, не то чтобы мы... – я замялась. – Он помог мне сделать кофе.

Несколько секунд она смотрела на меня, будто пыталась залезть ко мне в голову и узнать правду, которая удовлетворила бы её больше, чем то, что я сказала. Видимо, она догадывалась, что я чего-то не договариваю.

Я всеми силами пыталась не съежится под её пристальным взглядом. Передо мной стояла женская версия Кирилла Громова. Их схожесть была намного очевидней, чем казалось изначально: черты лица и глаза янтарного цвета были будто срисованы с одного человека.

Почему же я не заметила этого ещё во время вчерашнего ужина? Возможно, сейчас бы я не была здесь – в логове Громова-младшего.

– Тебе не о чем беспокоится, – сказала Янина немного тише, и да, ей всё таки удалось прочитать мои мысли. – Я знаю, чего ты опасаешься, но мой брат не причинит тебе вреда, даже если догадывается о том, кто ты на самом деле.

Сомневаюсь.

Ей неизвестно то, что мы были знакомы ранее, и то, что помимо моего имени, у него есть мой номер, и вероятно, мой адрес. И как бы она не верила и не доверяла своему брату, её слова меня вовсе не успокоили. Для неё он был старшим братом, который защитит её от всего мира, но остальным придется защищаться от него самого.

И я, вероятно, должна смешиваться именно с этой толпой.

Когда я ничего ей не ответила, она повернулась к кухонной стойке и поставила чашку, чтобы сделать себе кофе. Я начала подумывать о том, как побыстрее уехать отсюда.

– Какой здесь адрес? – спросила я, повернувшись к подруге.

– Тебе не о чем беспокоится, я отвезу тебя, – послышался уверенный голос за спиной, от которого мои плечи мгновенно выпрямились.

Я посмотрела на Кирилла, который незаметно подкрался к нам, и не обращая внимания на присутствие сестры, сверлил меня решительным и уверенным взглядом.

Я не столько испугалась его незаметного появления, как того, что он сказал. Я отвезу тебя.

Нет, точно нет. Я не позволю ему снова загнать меня в уединенную обстановку. Ещё раз с ним наедине повалит мою решительность и попытки совладать собой. Я не могу вечно скрывать свою настороженность и опасения под маской уверенности и дерзости.

– Нет, в этот раз я доеду на такси, – ответила я настолько вежливо, насколько была способна.

Он покачал головой и я кинула на него яростный взгляд, который способен был передать мои мысли без слов. Кирилл знал, что я не буду дерзить в присутствии Янины, и он, мать твою, пользовался этим!

– Я всё равно еду в офис, мне не трудно, – сказал он вежливо. Но только мы оба знали, что он буквально ставил меня перед фактом.

Я повернулась к Янине и с надеждой спросила:

– Ты тоже едешь?

– Нет, я живу в соседнем доме. Чертов консьерж стучит моему отцу о каждом моем шаге и если бы я вчера вечером заявилась туда пьяной, сегодня бы, вероятно, встречала в дверях яростное лицо папочки, – она посмотрела мне за спину, где стоял Кирилл, и притворно улыбнулась. – Как хорошо иметь понимающего братика.

Я подавила разочарованный стон. Хотелось убежать и скрыться, чтобы больше никогда не оказаться здесь, рядом с человеком за моей спиной.

Каждая моя попытка заканчивалась наказанием. А именно, стечениями обстоятельств, которые заставляли меня снова оказаться наедине с Кириллом Громовым.

Я не хотела поворачиваться лицом к человеку позади меня. Он, вероятно, не в состоянии поверить в собственную победу. Снова. Всё время в выигрыше.

Кажется, что между нами стоит судьба: к нему лицом, а ко мне чертовой задницой!

– Я спешу, у меня есть планы, – сказала я, не утруждая себя конкретикой. – Поэтому...

– Поэтому мы выезжаем прямо сейчас, – перебил меня Кирилл.

Я еще раз посмотрела на Янину, но та, как ни в чем не бывало, отпила свой кофе и улыбнулась.

– Бегите, голубки, я закрою.

Я раздраженно выдохнула и двинулась наверх, чтобы забрать свою сумку.

Не знаю, что заставило меня взбесится больше: очередная провальная попытка улизнуть или Янинино «голубки».

Забрав свою маленькую чёрную сумочку, я спустилась обратно вниз. Возле выхода меня уже ждал Кирилл, одетый в черное пальто, держа в руках мой пуховик. Он, видимо, хотел мне помочь надеть его, но я с едва контролированной резкостью и раздражением выхватила пуховик у него из рук.

Когда я оделась и стала поправляться возле зеркала, увидела в отражении Кирилла, который подошел ко мне сзади и наклонился к моему уху.

– Опять самостоятельничаешь, – пробормотал он с кривой ухмылкой на губах.

По спине пробежался табун мурашек от его хрипловатого голоса и расстояния между нами. Едва видимые сантиметры между нашими телами.

Казалось, что кислорода вокруг меня вовсе не было – только его терпкий мужской парфюм, с нотками табака и едва уловимой сладостью.

Наши глаза встретились в зеркале. Он смотрел на меня своими янтарными глазами, не моргая. В очках отражались блики света, но это не помешало мне увидеть в его глазах пристальность, внимательность и задумчивость. Будто он оценивает свою жертву, прежде чем напасть.

Я позволила себе прервать зрительный контакт первой, и перевела взгляд на свое отражение. Выражение моего лица осталось, казалось, нейтральным, безэмоциональным, но в глазах было что-то такое, что не смогла разобрать даже я. Что-то тихое и глубокое.

Услышав шаги, я отскочила в сторону. В проеме появилась Янина, которая окинула нас подозрительным взглядом, но ничего не сказала.

Натянув на ноги свои коричневые угги, я подошла к ней и обняла.

– Была рада знакомству.

– И я. Спасибо за помощь, – она подмигнула мне, давая понять, что это был только наш общий секрет.

– Я бы не поступила иначе, – ответила я шепотом, чтобы кроме неё меня никто не услышал.

Попрощавшись, Янина закрыла за нами дверь, когда мы зашли в лифт. Вниз мы ехали молча. К машине также шли в тишине. И я была рада этому, как никогда. Никаких вопросов и комментариев после минутного недоразумения.

Кирилл открыл мне дверь и я молча села в машину, не удостоив его взглядом. И всю дорогу мы ехали молча, чему я тоже была ужасно рада. В салоне не играла музыка. Только тишина, запах кожи и табачного парфюма витали вокруг. Казалось, этим парфюмом пропитан весь мой пуховик.

Мы доехали довольно быстро, на дорогах не было больших пробок, не смотря на утро рабочего дня. Прежде чем выйти, я быстро протараторила:

– Спасибо за помощь, до свидания.

Я дернула за ручку двери, но Кирилл заблокировал её. Паника охватила меня в ту же секунду.

– Не торопись, Злата, – его голос не звучал насмешливо. Он был более чем серьезным.

– Что значит «не торопись»? Мне нужно домой.

– Я не займу много времени.

Я насторожилась, даже близко не догадываясь, о чем он хочет поговорить. Я совру, если скажу, что интерес не захватил меня.

Я осталась терпеливо ждать, не сказав ни слова.

– Ты ответишь на мой вопрос?

– Вы ведь не выпустите меня, пока я этого не сделаю, правда? – он слегка сморщил нос и покачал головой. – Спрашивайте.

Он молчал пару секунд, будто нарочно тянул интригу.

– Чего ты боишься?

Меня охватил ступор.

– В каком смысле?

Кирилл посмотрел на меня, а после на мои руки.

– Ты нервничаешь и боишься чего-то, когда я нахожусь рядом.

– С чего вы это взяли?

– Ты можешь пытаться держаться уверенно, отстаивать свою позицию и дерзить, но есть вещи, которые выдают твою нервозность и страх, – он еще раз опустил свои глаза на мои руки. – Ты сдираешь заусенцы на пальцах, когда нервничаешь.

Я опустила взгляд на свои руки, и поняла, что последние минуты я занималась именно этим. Я настолько часто делаю это, что уже не ощущаю боли, когда раздираю их в кровь.

– Ещё твои плечи напрягаются каждый раз, когда я появляюсь рядом. А глаза бегают по комнате, когда я стою перед тобой, – его голос звучал так, будто это расстраивало это, но возможно, мне просто так показалось. – Этому точно есть причина. Скажи мне, что это?

Я засунула руки в карманы, хоть и нервничала больше, чем ранее. Хорошо, ему удалось раскрыть меня, и очень даже быстро.

Только могу ли я сейчас сказать ему истинную причину? То что боюсь его, потому что его отец враг моего отца, которые охотятся за головами друг друга уже более десяти лет? То что подозреваю его в том, что он может в любой момент связать меня и отвезти своему отцу, которые будет выбивать из меня всю информацию об отце?

И это не прозвучит глупо, потому что я уверена, что это правда.

– Злата, – настоял снова Кирилл. – Ответь.

Я хотела все таки солгать, но будто мимо моей же воли, изо рта полился поток правды:

– Я знаю, кто вы, Кирилл Громов. Я также знаю вашего отца и его отношение к моему отцу, – его челюсть напряглась, будто он уже наперед знал, о чем я буду говорить, но я все равно продолжила: – Я не знаю как, но мы каким-то удивительным образом встретились в цветочном моей матери пару дней назад, а после я познакомилась с твоей сестрой и уже сегодня я проснулась у вас дома. Я не верю в совпадения, Кирилл. Я больше верю в то, что это было спланировано и подстроено. Вы в любой момент можете связать меня и отправить своему отцу, который воспользуется мной, как рычагом давления на моего собственного отца. У вас есть чудесная возможность сделать это прямо сейчас. Сделай это!

Последние слова я выкрикнула с особой агрессией. Не веря, что сказала это, я откинулась на спинку кресла, не осмеливаясь посмотреть на мужчину рядом.

Какое-то время никто из нас не проронил ни слова. Мне казалось, что Кирилл ничего не ответит, но неожиданно для меня, я услышала ответ:

– Я понятия не имею, что ты успела себе понапридумывать за это утро, но позволь мне рассказать о себе чуть больше, – его голос звучал спокойно, тихо, но в то же время угрожающе. – Я знаю, кто ты и чья ты дочь. Мне стало известно это еще после нашей первой встречи, и поверь, это меня ни хрена не испугало или взволновало. Я и вправду сын Алексея Громова – врага твоего отца. Но мой отец – это последнее, что имеет для меня значение. Я не беру участие в его бизнесе и не являюсь его частью. У меня своя компания, свой бизнес и свои люди. Из общего у нас только фамилия, и даже это я хотел бы уничтожить. Я никогда не поддавался его влиянию и не лез в его дела. Мне плевать на тех, кого он ненавидит, даже если в этом списке я занимаю первое место.

Я внимательно слушала его, не веря своим ушам. Каждое слово загоняло в ступор все больше и больше, заставляя себя чувствовать одновременно неловко и неуверенно.

– Ваш отец действительно ненавидит тебя?

– Он ненавидит меня, а я ненавижу его еще больше. И я уж точно не стану мучить невинную девушку только потому, что меня заставил этот старый ублюдок.

Последнее предложение заставило меня чувствовать себя еще более неудобно. Я была так уверена в своих словах, а все оказалось вовсе напротив... Мне хотелось скрыться отсюда как можно скорее, рискуя сгореть от стыда прямо в этой машине.

Чувствуя себя виноватой, я тихо произнесла:

– Наверное... Я должна извиниться за сказанные...

– Ты никогда ничего не будешь мне должна, Злата.

Я подняла на него свои ошеломленные глаза, в то время как Кирилл уже давно смотрел на меня. Его голос прозвучал резче, чем всегда, но это не испугало меня. Я была в шоке от того, насколько серьезным и решительным был его том. Последнее время мне казалось, что мужчина рядом со мной способен только шутить и ухмыляться, но сейчас он был совершенно другим. Его глаза выражали убедительность и искренность, которая каким-то образом заставила меня поверить ему на слово.

Но не смотря на то, что он мне рассказал и показал истинную правду, которая должна заставить меня больше не бояться и не избегать его, я все равно хочу побыстрее убежать домой.

Все это кажется таким неправильным.

Будто я не должна находиться тут с ним, в его машине.

Эта правда смогла облегчить мне жизнь, но не разрушить мои принципы. Какими бы глупыми они не казались для общества, я всегда буду верна им.

Никаких парней. Никакого внимания.

Только я. Сама для себя. Ни для кого больше.

Собравшись с духом, я спросила:

– Могу я идти?

Кирилл молча нажал кнопку на панели управление и тихий щелчок разнесся по салону.

– Спасибо за помощь.

Выйдя из машины, я собралась закрыть дверь, но Кирилл окликнул меня.

– Злата, – его взгляд потеплел. – Если мой отец будет предоставлять для тебя угрозу, я скорее убью его, чем заставлю тебя страдать от его рук.

Я молча кивнула и закрыла дверь, но осталась стоять на месте даже после того, как машина скрылась из виду.

Что это, черт возьми, должно значить?***

мой тгк: Tina Alford/Author🖋️ (ссылка в био)подписывайтесь, чтобы первыми узнавать о всех новостях❤️