14-Глава. Предвкушение чуда...

Прошло семь месяцев с момента свадьбы, и вот ты — уже на финишной прямой. Девятый месяц. Живот стал тяжелее, шаги — медленнее, спина — чувствительнее, но сердце… оно было наполнено ожиданием. Вы с Феликсом почти каждый вечер сидели в комнате малыша, смотрели на крошечные носочки, одежду, держались за руки и мечтали.Он буквально обожал касаться твоего животика, разговаривать с малышом, ставить музыку и говорить:— Слушай, малыш… это папина любимая песня. Если ты будешь танцевать — я буду счастлив.Ты часто смеялась:— Ты, по-моему, больше волнуешься, чем я.Он обнимал тебя за плечи и отвечал:— Я просто очень хочу, чтобы всё прошло хорошо… я хочу быть рядом. Каждую секунду.Вы решили рожать вместе — партнёрские роды. Он прошёл курсы подготовки, консультировался с врачами, расспрашивал, как дышать, что делать, как не мешать. И каждый день смотрел на тебя с восхищением:— Ты невероятная, Лилия. Ты носишь нашего ребёнка уже девять месяцев. И ты всё равно — моё солнце. Моя королева.Наступил вечер.Ты почувствовала странную тяжесть, потом — слабую боль. Она усиливалась, медленно, но уверенно. Ты посмотрела на часы — 22:40. Сделала глубокий вдох и позвала:— Феликс?Он тут же прибежал:— Что? Что случилось? Болит?Ты кивнула, стараясь дышать спокойно:— Похоже… началось.Он побледнел, но быстро взял себя в руки. Аккуратно помог тебе подняться, обул, накинул пальто. Машина была готова заранее, и он буквально летел на всех зелёных.Роддом.22:55. Вас встретили врачи, проводили в отдельную палату. Феликс был рядом всё время: держал за руку, гладил по голове, шептал:— Ты справишься, любимая… я с тобой… каждый вдох вместе, слышишь?Часы шли. 1 час ночи. Потом 4. Потом 9. Ты кричала от боли, но не отпускала его руку.Он терпел всё. В глазах — тревога, на лице — решимость. Он знал: ты сильная. И ты подаришь ему самое главное чудо в жизни.— Держись, Лилия… ещё немного… — шептал он, прижимая твое потное лоб ко лбу.19 часов длились роды. На 20-ом часу, под утро, в палате раздался крик. Первый. Громкий, звонкий.— Это мальчик, — сказал врач.Феликс… заплакал. Он не удержался. По его щекам текли настоящие, мужские слёзы. Он поцеловал тебя в лоб и прошептал:— Ты мой герой. Ты моя вселенная. Спасибо… за него.Ты была измучена, но счастлива. Потому что сейчас… рядом — твой муж, в руках — твой сын, и в сердце — любовь, которую не разрушит ничто.

Эпилог. Счастье длиною в жизньПрошло несколько лет. Слово «семья» теперь значило для тебя гораздо больше, чем когда-либо. Маленький мальчик, рожденный в ту долгую ночь, подрос. Он бегал по саду особняка, носился за голубями, смеялся и звал:— Ма-ма! Па-па! Смотрите, я летаю!А ты… ты сидела на веранде, укутанная в лёгкий плед, с книгой на коленях и чашкой тёплого чая в руках. А внутри — вновь росла жизнь. Уже второй малыш, ваша девочка. И Феликс теперь был ещё более заботливым и трепетным, чем прежде.Каждый вечер он читал сыну сказки, укладывая его спать. А потом возвращался к тебе, прижимался щекой к животу, слушал и говорил:— Наша малышка — уже знает, что её любят.Он больше не был холодным боссом мафии. В его глазах давно поселился свет. Ты стала его спасением, его домом, его теплом. Он обнимал тебя так, будто боялся потерять. Говорил:— Всё, что я делаю — ради вас.Вы построили крепкий, уютный мир вдали от всего зла. Мафия осталась — но в другом измерении, за границами дома, за высокими воротами. А внутри — было только счастье.Спустя 10 лет…