Глава 12. Заложники судьбы

Каждая угроза — это предупреждение. Я не могу позволить себе быть наивным героем в этой игре.

Снова эта неопределённость… Кажется, что весь мир застыл около меня. Я шла к дому Ен Чжи с Чонином, и внутри меня бушевали ураганы противоречивых чувств. Холодный ветер сразу бил в лицо. В последние дни моё сердце было тяжёлым, словно камень. Чжи не приходила в университет, и каждый день без неё казался вечностью. Я просыпалась с надеждой, что, может быть, сегодня всё изменится.

И ничего не менялось. Её не было рядом.

Я не выдержала. Я устала ждать, моё терпение было исчерпано. Сжав телефон в руках прошлой ночью, я написала ей. Мысли о том, что может происходить с ней, не покидали меня ни на минуту. Увидев её ответ, я незамедлительно с того момента, как проснулась, побежала собираться, даже несмотря на время.

Я знала, что Ен Чжи должна знать о том, чего мы добиваемся с Чонином, поэтому он тоже отбросил все дела, приезжая за мной, чтобы мы поехали вместе.

Вместе.

Я краем глаза замечала, как он бросал на меня быстрые взгляды, полные беспокойства, но в этот момент я была поглощена в свои мысли.

Когда мы, наконец, подошли к дверям Ен Чжи, моё сердце колотилось так, словно пыталось вырваться наружу. Я остановилась, глядя на дверь, словно она могла дать ответ на все мои тревоги. Чонин, заметив, как я нервничаю, положил руку мне на плечо как бы успокаивая этим жестом. Моя рука наконец-то поднялась, нажимая на звонок. Я же пыталась смело смотреть вперёд.

Дверь медленно отворилась. Я увидела Ен Чжи, и сердце моё наполнилось одновременно радостью и тревогой. На сколько она была уставшей, под глазами виднелись синяки… От слёз? На ступнях были повязки, которые придавала ей вид больше подобный на зомби, нежели на человека. Но в её глазах светился тот же огонёк, тот холод испарился и заменился теплотой.

— Наён! — её голос звенел от радости, насколько он был родным. Я не могла сдержаться, бросилась ей на шею и крепко обняла. Всхлипывая, я почувствовала, как наступила долгожданная надежда, как её тепло обволакивало меня, унося прочь все переживания.

— Я так скучала, Чжи! — произнесла я, не стесняясь слёз, которые накатывали на глаза. — Я волновалась… каждый день! Ждала тебя, в каждый момент времени. Ты даже не представляешь, как мне тебя не хватало!

Она, продолжая держать меня в своих объятиях, тихо ответила:

— Я тоже, Наён. Я настолько скучала. У меня в голове было столько мыслей и эмоций, прости меня… Я каждый раз извиняюсь, но сейчас это искренне. Я сто раз успела пожалеть о том, что сказала.

Я чувствовала, как её сердце бьётся рядом с моим, и внутри меня пробуждалось безмерное счастье.

— Давайте, проходите внутрь. Чонин, привет кстати. — сказала она, мимолётно улыбаясь. Наконец-то зайдя внутрь, я почувствовала малый уют, однако всё было пропитано мрачным светом.

— А я всё думаю, когда меня заметят. Привет. — Сказал брюнет, закрывая за собой дверь.

— Я переживала, что ты не придёшь, — произнесла она, потирая свои запястья. — Я не знала, как тебе сказать…

— Я так испугалась, когда узнала, что с тобой произошло. — Прошептала я, чувствуя, как слёзы вновь накатывают. — И я готова слушать. Всё, что ты хочешь сказать. Нам всем сейчас нужно собрать все наши мысли в одно целое. Вместе.

Мы устроились в уютном углу гостиной, на мягком диване, после всего пережитого, как жизнь наигрались с нами, сидеть в такой спокойной обстановке настолько было странным. Я старалась отвлечься и успокоиться, когда Чонин начал рассказывать о том, как нашёл детектива.

— Как-то так, сейчас он мне не звонит после последнего раза. Может, действительно, слился. — говорил он, опуская голову в растерянности.

— Может, работает? Позвонит ещё, рано опускать руки.

Привычная уверенность Чжи, она была той, которая даже в самой дерьмовой ситуации старалась сохранять твёрдость в своих действиях, но даже сейчас её взгляд был потерянный.

Получив ответный кивок, парень вздрогнул, услышав резкий звонок телефона. Я посмотрела на Ен Чжи, её выражение лица насторожилось. Чонин нахмурился, посмотрел на экран телефона и выбежал из комнаты. Его шаги были быстрыми, и где-то в глубине души я предчувствовала, что что-то идёт не так.

— Что-то случилось? — тихо спросила я у Ен Чжи, но она лишь покачала головой, её лицо отражало недоумение. Однако пока парень еле слышно разговаривал, блондинка посмотрела на меня заинтересовало.

— Как Феликс? — Резко спросила она, усмехнувшись.

Она попала стрелой в цель, в самое больное место. Её брови приподнялись, ожидая моего ответа.

— Никак. Игнорировал меня не так давно, прямо в самый подходящий момент, а после прибежал с цветами и извинениями.

— Простила?

***

— Наён, я понимаю. Но и ты меня пойми, я тоже могу быть занят, — сказал блондин, смотря на меня с надеждой.

— В самый подходящий момент ты был далеко. Тогда, когда мне это нужно было больше всего.

— Я не мог быть рядом, — тихо произнёс Феликс, опуская взгляд на букет, который всё ещё сжимал в руках. — Но я здесь сейчас. Разве это не важно?

Я сжала губы, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Важно? Да, но это не отменяет того, что я пережила в одиночестве. Его слова звучали как оправдание, а не как поддержка.

Все вы оправдываетесь. Бляди.

— Ты думаешь, что простое «я здесь» может всё исправить? — прошептала я, чувствуя, как голос дрожит. — Ты не представляешь, как мне было тяжело.

Он сделал шаг вперёд, протянув руку, но я отстранилась. Мне нужно было время, чтобы понять, смогу ли я снова доверять ему. Смогу ли я позволить себе быть уязвимой, зная, что он может снова исчезнуть, когда мне будет больно.

— Дай мне время, — наконец сказала я, поворачиваясь к окну. — Я не знаю, что чувствую.

***

— Серьёзно? Так грубо, Наён? — наконец-то знакомые нотки и черты красноречивости появились у Чжи, заставляя меня улыбнуться.

— Видела бы ты, в каком тоне он это говорил, сама бы прощать не захотела.

— Прости ты его, ну провинился парень, но зато понимает свой косяк, — махнула рукой блондинка.

Минуты тянулись, словно часы, пока мы с Ен Чжи обменивались недоумёнными взглядами. Вдруг дверь резко открылась, и Чонин вернулся в комнату с таким яростным выражением на лице, что я невольно отшатнулась. Я уже готовилась открыть рот и спросить, что произошло, как внезапно он, не сказав ни слова, бросил телефон в стену.

Звука удара я не ожидала. Он раздался с оглушительным треском, и мы замерли. Мой сердце остановилось на секунду, пока я пыталась осознать происходящее. Экран телефона разбился вдребезги, однако он всё ещё ярко горел.

— Чонин! — воскликнула я, не в силах сдержать растерянности в голосе. — Что случилось?!

Он стоял перед нами сжатым кулаком и яростью в глазах, словно не мог поверить в то, что только что произошло. Я понимала, что этого парня вывести из себя слишком легко, но чтоб настолько…

— Детектив отказался от дела, — произнёс он, и его голос, хотя и был громким, звучал сдавленно, будто сдерживая слёзы. Он прикрыл глаза, падая на диван, спрятав голову в ладонях.

***

Длинноволосый парень, с самодовольной улыбкой на губах, слушал запуганного парня, который явно был не в себе. Он действительно боялся собеседника, но подчинялся ему, потому что ему не оставалось никакого выбора.

— Он требовал записи с камер наблюдения, — тихо произнёс запуганный парень. — Он хочет понять, что произошло, и кто…

Длинноволосый парень усмехнулся, прерывая его на полуслове. Его смех был холодным, и в нём чувствовалась уверенность, которая пугает. Он наклонился ближе и, с явным пренебрежением, произнёс:

— Ох, я уже знаю всё, что мне нужно. Не переживай, друг, ты будешь в безопасности. — Хитро улыбаясь, оскалив клыки, он посмотрел на парня, — Но я не хочу, чтобы этот детектив узнал что-то лишнее. Будь умнее: ничего ему не давай.

Запуганный парень кивнул, боясь поднять глаза. Его страх был очевиден, но он не осознавал, что на самом деле глубоко погружён в самую тёмную часть этой игры. Он был лишь пешкой на шахматной доске, которой управлял длинноволосый парень.

На самом деле, он уже держал детектива под угрозой, и ни один из его шагов не остался без должного внимания. Каждый шаг, который делал детектив, приближался к глубокому дну, где его тайна станет явной.

— Помни, — произнёс он, его голос стал более строгим, — ни слова никому. Этот детектив думает, что у него есть власть, но он не знает, кто на самом деле держит его за горло. И, если он продолжит копать, ему не поздоровится. В принципе, как и тебе.

Резко, обеспокоенно парень поднял голову, смотря на виновника его слёз. Руки дрожали, однако он нашёл уверенность прошептать:

— Т-ты же обещал…

— Расслабься, пёсик, я просто шучу, ты мне очень нравишься. Послушный, не такой, как все.

Тихий смех заполнил комнату, а после стих. Резкий хлопок двери. Запуганный парень опустился на колени, сжимая свои запястья.

***

Лицо Чонина искажали эмоции — гнев, разочарование, но самое главное — в нём ещё была надежда. Я понимала, что он был готов что-то изменить. Мне хотелось в это верить, но когда единственный путь к решению ушёл от нас — становится тяжелее.

— Я не собираюсь сдаваться, — сказал он, вставая на ноги. Я посмотрела на него и почувствовала, как моё сердце сжалось. — Он говорил о том, что детектив упомянул возможность других контактов, которые могли бы помочь, а также записей с камер наблюдения.

— Чонин, — тихо произнесла я, но он не стал меня слушать.

— Я поеду и посмотрю записи, — сказал он, и в его голосе не было ни капли сомнения. Он говорил, как будто у него не было ничего, что могло бы его остановить. Я поняла, что он не сможет прекратить это. Если у него есть хоть малейший шанс разобраться в том, что произошло.

Он будет хвататься за всё. Любую деталь.

Я хотела сейчас поехать с ним, но моё состояние мне не позволяло. Такие же страшные ночи мучили меня, не давая даже сомкнуть глаз. Я приняла решение, что Чонин справится, а сейчас я могу немного позаботиться о себе.

— Я... я не могу быть здесь, — еле произнесла я, как будто каждая буква давалась мне с трудом. Я надеялась, что он не заметит боли в моём голосе, когда смотрела на него.

Я не хотела видеть, как ему снова разбивают надежды, и не хотела становиться частью этого процесса. Он должен был действовать, а я, к сожалению, была слишком слаба, чтобы идти за ним.

— Наён, — он обернулся, и в его глазах мелькнуло нечто. Я знала, что это забота, но я не могла позволить себе это. Я стиснула зубы и, не дождавшись ответа, развернулась и вышла из комнаты, а затем из дома, бросив напоследок слова о том, что я дойду к себе сама. На что получила ответ:

Будь осторожна.

Я даже перестала уже видеть счёт времени, с течением осени на улице стало темнеть быстрее. Идя вперёд, я чувствовала, как мои глаза стали закрываться, а движения стали медленными. Часто моргая, я пыталась о чём-то задуматься, однако всё было бесполезно. Впереди я увидела знакомый силуэт, пошатнувшись, я хотела развернуться, но голова закружилась и стала тяжёлой как камень. Тёплые руки словили меня, не позволяя упасть на тротуар и разбить себе что-нибудь. Ладони сжимали мои плечи, пытаясь привести в сознание, а слова в сознании размывались, будто я находилась под водой.

— Эй! Наён, слышишь меня? — последние отчётливые слова донеслись до меня. Тёмные пряди волос парня щекотали мои щёки. Вдруг руки сильнее сжали мою талию, и я почувствовала, что кто-то не собирается отпускать меня.

Внутри меня всё закрутилось от смешанных эмоций — недоумения, страха и, возможно, даже облегчения. Я хотела ответить, но вместо этого из уст вырвалось лишь еле слышное шептание:

— Помоги мне. Прошу тебя. — Прошептала я перед тем, как полностью погрузиться в темноту.