Глава 2: Надписи на костях

Лея проснулась среди ночи, сжав в руке карандаш, которым едва ли не в полусне нацарапала на обрывке бумаги:«Истина спит в земле. Слова впитаны в кость».

Она не помнила, как это написала. Но рука дрожала, как будто знала больше, чем разум.

Утром на раскопках творился хаос: часть захоронения будто кто-то перелопатил. Символы, ранее выложенные аккуратно, были нарушены. Один из стажёров, Влад, клялся, что слышал ночью голоса с того участка. Профессор отмахнулся — списал всё на усталость и чрезмерную впечатлительность.

Лея же молчала. Её взгляд то и дело возвращался к черепу. Ей казалось, что надписи на нём становятся чётче. Будто кости не лежали веками в земле, а дышали, медленно открываясь.

В этот день Лея принесла череп в свою палатку, чтобы исследовать символы вблизи. Она направила свет настольной лампы под нужным углом — на поверхности проступили едва заметные дополнительные знаки, будто царапины, сделанные ногтями. Между узорами скрывалась фраза, теперь понятная ей без перевода:«Тот, кто солгал, спит под камнем. Разбуди — и заплатишь кровью».

В тот же вечер из лагеря ушёл один из студентов — Никита. Он не сказал, куда и зачем. Его палатка оказалась пустой. Все подумали, что он просто сорвался и ушёл в деревню, как это бывало раньше. Но Лея знала: он прошёл мимо её палатки. И у кромки раскопа она видела его силуэт, неподвижно стоящий среди дождя, с лицом, обращённым к яме.

Этой ночью сон был куда страшнее. Лея стояла по колено в грязи среди скелетов, которые ползли к ней, шевеля челюстями. Но не для нападения. Они умоляли:«Мы знаем. Мы помним. Мы ждали. Скажи им...»

И среди них стоял Никита. Его глазницы были пустыми, но он шептал в ухо Лее:«Он среди вас. Он привёл проклятие. Не слушай старого — он солгал…»

На следующее утро Никиту не нашли.