«Другая Жизень»

Минхо вернулся в гостиную — но там уже никого не было. Что-то внутри него стало странно пусто. Без Хёнджина вечер потерял краски. Он прошёл в спальню, лёг, глядя в потолок, и снова подумал о словах, что крутятся в голове уже не первую неделю: «Может, мне стоит отпустить тебя...»

Он устал. Но больше устал держать рядом человека, которого любит, если не уверен, счастлив ли он. А значит... Завтра всё изменится.

Минхо закрыл глаза, решив: он даст Хёнджину свободу. Но сердце подсказывало — даже если тот уйдёт, он всё равно будет рядом. В мыслях, в памяти. Или, может, и правда... вернётся

Прошло почти полгода.

Минхо больше не говорил, что отпустит его.Он вообще говорил меньше. Словно то единственное признание — «может, мне стоит отпустить тебя…» — так и осталось где-то в затхлой тишине их спальни, растворившись между потолком и постелью.

С тех пор ничего не изменилось.

Хёнджин всё ещё жил рядом. Всё ещё ел за тем же столом, носил вещи, которые для него выбирал Минхо. Всё ещё просыпался от снов, где бежал — но просыпался на том же матрасе, в том же доме, с тем же тяжёлым браслетом на щиколотке.

Минхо больше не бил.Он не кричал. Не запрещал. Даже стал тише, осторожнее, будто боялся лишним словом разрушить тонкую оболочку между ними. Но от этого было только хуже.

Хёнджин умирал медленно.Тихо.Внутри.

Свободы не было. Только видимость. Только медленно удушающая забота, под которой пряталась та же клетка. Только теперь она была выложена плюшевыми подушками и пахла дорогим парфюмом Минхо.

И в этом было ещё страшнее.

Минхо, наверное, верил, что даёт ему время. Что даёт выбор. Он даже отпустил его на пару мелких заданий — под охраной, под контролем. И не трогал. Не спрашивал. Но Хёнджин чувствовал — он всё видит. Он всегда знал, где он.

Электронный шокер на ноге был чёрным кольцом с холодным блеском. Лёгким, почти невесомым — как приговор.

Однажды вечером, за ужином, Минхо вдруг посмотрел на него долго.– Завтра, – сказал он. – Последнее. И… ты сможешь идти.

Хёнджин не ответил. Только кивнул. Он не верил.Он уже никогда не верил.

Наутро он ушёл. Один. Без охраны. С папкой в руках. С адресом.

И кольцом на щиколотке.Тем самым.

Сначала он думал — это проверка. Камера. Ловушка.Он шагал осторожно. Пальцы дрожали. Шея горела — будто кто-то дышал в затылок.

Он дошёл до станции.Он пересёк улицу.Сел в такси.И только спустя двадцать минут понял —ток не ударил.

Он посмотрел вниз.

И понял: сигнал не проходит.

Система — не работает.Кто-то допустил ошибку.Сбой.

Шанс.

Хёнджин выдохнул. В груди было пусто. И страшно.Он подумал — может, это тоже ловушка. Но не остановился.

Он вышел из машины посреди дороги, побежал, свернул в подворотню. Перешёл на бег. Через улицы, переулки, сквозь рынок, под толпы.Он слышал, как сердце колотит в висках. Он не чувствовал ног.

Потом — остановился. Где-то на мосту.

Подул ветер.

Он медленно стянул с себя шокер.Тот упал на землю.

Тихо. Без вспышек. Без сигналов.

Просто упал.

И тогда Хёнджин рассмеялся.

Сначала тихо.Потом — с надрывом, со слезами, которые сам не заметил.

Он был свободен.

Он не знал, куда идти. Не знал, кто он теперь.

Но он знал — не вернётся.

Не сейчас.И, может, никогда.

Хёнджин бежал туда, где, как он надеялся, его никто не найдёт.Он не чувствовал тела — только пульс, который стучал в горле, будто крик. Дорога была долгой — больше четырёх часов. Он шёл пешком, ехал автостопом, благодарил тех, кто останавливался. Один мужчина дал ему бутылку воды, женщина — немного наличных.Кто-то даже проводил его до поворота.

Когда он, наконец, оказался у дома — сердце ударило глухо.

Он стоял на другой стороне дороги и смотрел.Никаких следов прошлого. Его вещей не было. Его окон — тоже.Дом был продан.

На крыльце стояла пожилая пара. Мужчина держал ребёнка на руках, женщина поливала цветы в горшке. Хёнджин смотрел молча, сжав руки в кулаки.Он не решился подойти ближе.

Он развернулся — и постучал к соседям.

Та же семья, что жила по соседству ещё до всего этого.Женщина в халате удивлённо посмотрела, но сразу впустила.

Он был чужим. Заросшим, с пустыми глазами и щиколоткой, на которой остался след от шокера.

– Прости… – прошептал он. – Я… это Хёнджин.

Соседи узнали. Дали ему еду. Телефон. Одеяло.Он сел в углу и не знал, с чего начать.

Через их старенький телефон он нашёл свои старые документы. Старый банковский счёт. Система подтвердила личность. Пароль он помнил.

На карте была приличная сумма — кто-то продолжал пополнять счёт. Или остались дивиденды.

Он отдал часть денег соседям. Сказал спасибо. Эта ночь была первой, где он спал не в страхе, а в пустоте.

На следующее утро он подал заявление на восстановление паспорта. Потом — сменил имя.

Теперь он был Хван Джинни.

Никаких следов. Новый номер. Новая личность.

Он купил маленькую квартиру в далёком городе. Пыльном, неинтересном, где никто не задаёт вопросов.

Он начал всё с нуля.

Сперва работал кем попало. Помогал, подрабатывал, жил экономно. Потом — вернулся к тому, что знал лучше всего. К делу семьи.

Он не хотел. Но этот мир тянул. Этот навык, выработанный годами, не исчезал. Он не был просто наёмником. Он был тем, кто делал свою работу чисто. И быстро.

Прошло почти четыре года.

Хёнджин изменился. На его лице не осталось прежнего. Ни мягкости, ни испуганности. Он говорил мало. Жил — ещё меньше.

Он был свободен.

Но по ночам просыпался в поту.

Вспышками — лицо Минхо. Запах. Его руки. Боль. Голос, полный власти и любви одновременно.

Иногда, среди толпы, он будто чувствовал, как кто-то идёт за ним.

Но всё было тихо.

До одного дня.

На почту пришёл заказ. Сперва — просто имя.Он почти пропустил. Но потом, увидев адрес, заметил, как пальцы дрожат.

Он перечитал письмо трижды.И понял — этот заказ вернуть нельзя. Не выполнить — тоже.

Если он откажется, его найдут. У него были враги.Но этот адрес…

Он почти не спал ночью.Смотрел в потолок. Снова. Как тогда.

И наутро собрал вещи.

Хван Джинни — отправился туда, откуда однажды сбежал.

В место, где умер Хёнджин.

А, может, и не умер.

_______ Ну че, я вернулась с другим концом😊