Глава 52. Особые обстоятельства

Шен помахал рукой перед лицом молодого господина И. Глаза того все еще были широко распахнуты, но осознанности во взгляде не наблюдалось.

«Ты меня обманула!» - в сердцах мысленно воскликнул он, совершенно не уверенный, что «нечто», с кем он заключил сделку, его услышит. (На самом деле, лучше бы не услышало, а то стало бы совсем жутко.)

Шен ущипнул его за щеку. Подергал за волосы. Загнал иголку под ноготь. Ничего не заставило господина И отреагировать. Удрученный, он сел с краю кровати, отвернувшись от него.

Лучше бы, наверное, он дал ему умереть еще тогда. Теперь совсем не было понятно, жив он или мертв. Кажется, Шен начал уподобляться старосте, который никак не хотел верить в смерть своего сына. Старейшина Проклятого пика так на него ругался тогда. А сейчас сам же повторяет его ошибки.

Вероятно, милосерднее было бы прекратить существование этого никчемного тела, дать душе возможность идти дальше, не томиться в этой испорченной оболочке. Шен представил, как загоняет лезвие в его сердце. Это сложно или не сложно сделать? Но вправе ли именно он совершить подобное?

Даже если ничего не предпринять, это тело без подпитки энергии черного омута вскоре не сможет дышать. Возможно, стоит признать свою ошибку и просто оставить все, как есть? Но, раз уж все равно ничего не вышло, может, и это заодно попробовать? Не слишком ли надуманно? Но, те сектанты Хладного пламени первыми начали восторгаться его особой кровью. И все-таки Шен чувствовал себя крайне нелепо, когда порезал свою руку и дал паре капель крови скатиться по ладони и упасть на губы молодого господина И. «Вот уж не думал, что когда-нибудь почувствую себя вампиром, проводящим инициацию...» - заметил он Системе.

Убрав руку, он выжидательно всмотрелся в лицо молодого господина И. Губы того окрасились в алый, контрастируя с молочно-бледным лицом, но ничего так и не произошло. Разочарованно отстранившись, Шен отвернулся, вздохнул, а затем быстро вышел из комнаты.

Видимо, на этом все.

- И это ты назвал «экипажем»?!

На пороге перед главными воротами стояла открытая повозка, на которой обычно перевозились товары, запряженная дряхлой клячей.

- Ты не представляешь, с каким трудом мне удалось выторговать хотя бы это в этой забитой деревне, - сухо отозвался Муан.

- Вот бы и оставил бедным жителям транспортное средство, зачем им твои деньги посреди ничего?

Так как аргументы у Муана закончились, он вновь протянул вперед руки, предлагая Шену забираться.

- Мне на самом деле уже гораздо лучше, - заметил тот.

- И я на самом деле не позволю тебе лететь на мече, несмотря на любые твои аргументы, - парировал старейшина пика Славы.

- Знаешь, что хуже сверхзаботливого товарища? – пытливо поинтересовался Шен.

Чувствуя в его словах подвох, Муан отрицательно покачал головой.

- Не очень умный сверхзаботливый товарищ, - тут же припечатал Шен.

Вместо ответа Муан одним неуловимо-быстрым движением схватил его поперек туловища и поднял в воздух. Шен опомниться не успел, как стоял в повозке.

Он в замешательстве застыл на месте, пытаясь вспомнить череду движений, как Муан это сделал. Осознав, что тот все же не зря занимает свой пост, Шен заявил:

- Не нарывайся. Если я применю против тебя свои силы – ты тоже не сможешь защититься.

- Ты не станешь этого делать, - с абсолютной уверенностью отозвался Муан.

Шен с удивлением посмотрел на него. Вот уж не думал, что заслужил у старейшины пика Славы такое безоговорочное доверие.

Они еще только-только въехали в лес, а Шена уже начали одолевать сожаления по поводу того, что он был слишком резок с Алом. Парень шел впереди повозки, низко опустив голову и ссутулившись, и взгляд Шена то и дело за него цеплялся. Шен разозлился так сильно не потому, что поступок Ала такой уж ужасный (он прекрасно осознавал, что учеником двигало искреннее беспокойство за его персону), просто на фоне того, как сильно его гордость уязвляла вся эта ситуация с веревками мертвеца и тем, как Муаны бесчестно посмели их на него нацепить, спустить подобную ситуацию дважды на тормозах было выше его сил. Он почувствовал себя глубоко уязвленным и как профессионал, и как личность, раз даже ученик ни во что его не ставит, позволяя себе столь дерзкие поступки! Ррр, как подумал, так снова злость взяла! Захотелось приехать в орден и тут же воплотить свои угрозы в жизнь.

[Вы не забыли, что Ал – главный герой новеллы?] – саркастично уточнила Система, отжившая и поприветствовавшая его некоторое время назад.

Шена словно молния пронзила. Он на самом деле забыл!

«А-а-а! – мысленно завопил он. – Как раздражает!»

[Не такой уж плохой поступок он совершил. Это просто у вас пунктик.]

«Я знаю»

[Тогда не стоит так сильно злиться по пустякам.]

Шен промолчал.

[Могу заметить, стоило бы несколько усмирить свою гордость и принять от него целительный кулон. Учитывая ваше везение, вам он на самом деле необходим.]

Шен недовольно дернул щекой. Еще раз обдумав все более спокойно, он с досадой заметил:

«Теперь-то я уж точно не смогу принять его кулон назад. Боюсь, как бы он снова не начал меня недолюбливать. Ведь я так жестоко отреагировал на его добрые побуждения»

[Как педагог вы так себе], - резюмировала Система.

«Да ты уж договаривай, что я и как личность не слишком приятен»

Разговор с Системой прервала неожиданная остановка повозки. Шен поглядел вперед и заметил, что дорога скрывается под водной гладью. Разлив не заканчивался до самого горизонта.

- Похоже, болото разлилось, мастер Муан, - ехидно заметил Шен. – Надеюсь, теперь ты не будешь противиться более адекватным способам передвижения?

- Это ты противишься адекватным способам передвижения, - ответствовал Муан, задумчиво глядя на разлив.

- Ну же, старейшина, вам не пора смириться?

Муан повел клячу к воде, но возле самой кромки та остановилась и ни в какую не желала ступать в воду. Тогда старейшина пика Славы спешился и первым ступил в воду, натягивая поводья и заставляя лошадь идти следом. В какой-то момент стало казаться, что Муан тащит и лошадь, и повозку.

- Тебя ничего не смущает в этой ситуации? – любознательно спросил Шен.

Он стоял посреди повозки и с видом увлеченного исследователя дикой фауны в ее естественной среде обитания наблюдал за Муаном и лошадью.

- Тут не глубоко, - решительно заявил Муан.

- Отпусти лошадку домой, пока еще можно. А то издохнет прямо в этом болоте. Все равно повозку ты тащишь, так может, сам уже и впряжешься?

Как раз в это мгновение натянутые поводья лопнули и выскользнули из руки Муана, а кляча всхрапнула и дернулась, становясь на дыбы. Повозка накренилась и зашаталась, и Шену пришлось балансировать, размахивая руками. Однако резвости старой клячи было недостаточно, чтобы начать волноваться.

Лошадь постепенно успокоилась, развернулась и вывезла повозку на сушу.

- Я ее распрягу, - вздохнув, решил Шен.

- Нет!

- Почему ты так остро реагируешь?

- Ты не представляешь, как долго мне пришлось упрашивать местных жителей, чтобы они продали мне ее! Я буду чувствовать себя полным дураком, если после всех моих стараний мы просто вернем ее.

Шен с удивлением приподнял правую бровь.

- А разве ты не всегда так себя чувствуешь?

Муан проигнорировал подколку, пытаясь ухватить порванные поводья.

- Ладно, хватит.

Игнорируя мнение прославленного мечника, Шен в два счета перерезал веревки, удерживающие оглобли, после чего взмыл в воздух на мече.

- Догоняйте, - заявил он остальным.

Муан очень возмущенно смотрел ему вслед. Аннис и Ал выхватили свои мечи и взмыли в воздух. Девушка вздохнула с облегчением, а Ал только сильнее забеспокоился – ведь, если они полетят на мечах, времени, когда он может объясниться с учителем, станет катастрофично мало. А он уже обдумал произошедшее и решил, что готов на коленях его умолять, только бы он сменил гнев на милость.

С их нынешнего местоположения до ордена РР лететь было не меньше шести часов. Через столь большой промежуток времени Шен чувствовал себя выжатым, как лимон, но упорно не желал снижать скорость или делать привал. Впереди уже маячили знакомые пики, и сердце его екнуло от радости, когда он их разглядел сквозь подступающие вечерние сумерки. Шена охватило ощущение возвращения домой, и он поразился собственным чувствам. Вот он разглядел пик Черного лотоса. Раньше казалось, что для него, странника другого мира, нет здесь пристанища, но теперь, рассматривая далекий черный пик, он готов был признать его своим родненьким. И Глубинная тьма внутри такая веселая и задорная, и нудные лицемерные старейшины не испортят ему настроение, и ученики его страшатся и трепещут (не то, что эта пара, которая видела слишком много лишнего, умаляющего его высокий авторитет). В общем – возвратился домой.

К нему подлетел Муан и крикнул, что полетит сначала отчитаться перед Шианом. Шен отозвался, что присоединится к ним, когда приведет себя в надлежащий вид.

- И да, старейшина Муан, посчитай, сколько я тебе денег должен? Я, наконец, имею возможность их тебе вернуть.

Муан ничего на это не ответил и направил свой меч к пику Золотой зари. Шен полетел к Черному лотосу, а ученики последовали за ним.

Стоило ногам старейшины коснуться земли, как тут же разразилась Система:

[Поздравляем!! +200 к силе главного злодея. +300 к силе главного героя. -150 к морали главного героя. Бонусный предмет «Меч души» успешно записан как ваше второе оружие. Завершена арка «Обретение Ал Луаром бессмертного меча». Выполнено сюжетное задание «Поручения совета старейшин». Сюжетное задание «Доверие старейшины Лева» успешно разморожено.]

Шен развернулся к ожидающим распоряжений ученикам.

- Отправляйтесь на свои пики и отдыхайте. Увидимся позже.

- Да, учитель, - кивнула Аннис и поспешно улетела.

А вот Ал остался на месте. Шен посмотрел на него, раздумывая, как сгладить сказанное им ранее и при этом не растерять остатки своего авторитета. Хотя, с другой стороны, у оригинального Шена настроение тоже было переменчивым, но никто не смел ставить это ему в вину.

Шен открыл уже рот, чтобы попросить Ала не понимать его слова буквально, как ученик кинулся ему под ноги и упал на колени. Шен потрясенно смотрел на него, не ожидая от мальчишки столь уничижительного порыва, а тот подполз чуть ближе и обхватил его колени, видимо, чтобы учитель не сбежал.

- Учитель! – при этом заголосил Ал. – Прошу вас, учитель! Назначьте мне наказание! Любой наказание! Самое ужасное наказание, только не прогоняйте меня!!

Шен с трудом удержался на ногах. Захотелось треснуть этого оболтуса по светлой макушке.

- Я был не прав, учитель! Я был не прав!

Кажется, он мочит подол его одежды слезами.

- Эй, Ал...

- Учитель, прошу вас! Учитель!! – еще сильнее вцепился в его ноги Ал.

Шену пришлось какое-то время подождать, возведя очи горе с выражением лица уставшего мученика, пока ученик не наголосится.

Наконец, когда Ал слегка поутих и у Шена появилась возможность поговорить с ним, не повышая голос, он произнес:

- Иногда не стоит навязывать даже хорошие, как тебе кажется, поступки из благих побуждений. У людей могут быть разные точки зрения на одни и те же вещи, и не нужно спорить, доказывая свою правоту.

Ал в робкой надежде поднял взгляд на учителя.

- Вставай, - вздохнул Шен и потянул его вверх, взяв под локоть, - я не стану говорить главе ордена, что мне нужен новый ученик.

Ал поднялся и недоверчиво посмотрел на Шена.

- Ну чего еще? Почему такой взгляд не радостный?

- Это... - неуверенно начал главный герой, - это значит, что... я все еще ваш личный ученик? Или вы не будете пока подбирать замену?

Шун хмыкнул. Мальчишка неплохо придрался к его словам.

- Это значит, что я оставляю тебя свои личным учеником.

Заплаканное лицо Ала озарилось счастливой улыбкой. Главный герой тут же переменился, Шену показалось, что он почти воочию видит вокруг него заискривший ореол.

Еще раз вздохнув, он заметил:

- Думаю, ты достаточно поразмыслил над своим проступком и дважды не повторишь подобное.

- Да, учитель!

- Но насчет наказания я еще подумаю.

- Спасибо, учитель!

- А теперь иди, у меня еще много дел.

Ал кивнул и тут же поспешил прочь, пока учитель не передумал.

«Думаю, неплохо вышло, а?» - сказал Шен Системе, глядя вслед удаляющемуся гг.

[Вам хотя бы не пришлось умолять его простить вас], - согласилась та.

«Он умолял меня. Хм. Мне нравится такое положение вещей»

Система неодобрительно промолчала.

«Лучше б он не вырастал», - резюмировал Шен.

Несмотря на то, что его ждали неотложные дела в виде отчета Шиану (ну и в целом стоило его проведать, пока он сам сюда не прибежал, походя снеся входные двери), перво-наперво, переодевшись в родные серебристые одежды и приведя в порядок волосы, он отправился навестить Глубинную тьму. И хотя двигало им скорее желание пообщаться с писакой, немаловажно было и проверить, не разрослось ли темное облако до неприлично больших размеров.

«Скажи, он часто обо мне спрашивал?» - пытал Шен Систему, спускаясь на первый этаж.

[Как вы оцениваете слово «часто»?] – уточнила та.

«Сколько раз на дню?»

[Не так часто.]

«Раз в день?»

Система дипломатично промолчала.

«Так. Он вообще обо мне спрашивал?»

[Да.]

«И?»

[Попросил сообщить ему, если с вами случится что-нибудь необратимое. И больше не беспокоить.]

«О боги! – ужаснулся Шен. – Неужели нас ждет еще плюс тысяча глав?!»

Он толкнул тяжелые двери и вошел в залу с Глубинной тьмой. Злобное облако чуть выползло на поверхность, но в целом пространство занимало довольно скромно. Деловито окинув залу взглядом и оценив сложившуюся обстановку довольно положительно, Шен расплылся в карикатурной улыбке.

- Эй, графоманный хрыч, как ты тут поживал? – тепло поприветствовал он писаку, подходя ближе.

Темное марево перед ним заколыхалось.

- Не отвлекайте меня, я занят! – деловито пробормотал писака Ер.

Шен несколько разочаровался таким прохладным приемом.

- А я вот по тебе даже слегка скучал! – обвинительно произнес он.

- Не так уж много времени прошло. Это у тебя каждый день – как на три жизни событий. У меня тут, знаешь ли, дни текут один за другим довольно однообразно. Что неделя, что месяц – мне без разницы.

- Я думал, как раз-таки поэтому ты и мог бы жаждать живого общения.

- Это если ничего не делать. Но у меня Великий творческий процесс в самом разгаре!

- Ты еще не дописал ту новеллу?

- Я отложил ее и начал другую.

Шен против воли вздрогнул.

- Почему?

- Я решил, что слишком поспешил с созданием образа главного героя. Здраво оценивая, я действительно немножко переборщил с его способностями.

«Немножко! - саркастичным тоном мысленно повторил Шен. – Да это была такая дичь неуязвимая!»

- В общем, теперь я пишу совсем в другом жанре и главный герой у меня девушка.

- Ты хочешь переродиться девушкой?

- Мне уже вообще все равно, но хотя бы чтоб оно бегало!

Шен умилился столь сниженным стандартам. Кажется, Еру тут грустнее, чем он пытается показать.

- Ладно, иди! Не отвлекай меня! Я закончу первые триста глав и дам тебе почитать!

- Эм... жду с нетерпением.

Кивнув мареву в знак прощания, Шен развернулся и покинул залу.

Ощущения от встречи остались смешанными. Решив, что бессмысленно над этим долго размышлять, Шен направился на пик Золотой зари.

«С утра с матраца встать не мог, теперь после шестичасового полета бодрячком, - запоздало оценил он. – Дома и стены лечат!»

Вообще, конечно, Шену необходимо было рассказать о своих успехах в выполнении поручений не Шиану, а совету старейшин, но, во-первых, он не был уверен, что все из глав пиков так уж и откликнутся на его зов, а во-вторых, что более важно, он не хотел вновь оказываться в центре порицающего кружка. Если была возможно избежать подобного испытания – он, не сомневаясь, ею воспользуется. Поэтому он полетел на пик Золотой зари в надежде, что в двух словах опишет все Шиану, а тот уж доведет до сведения остальных старейшин.

Шен уже достаточно изучил резиденцию своего старшего братца, чтобы без лишних сомнений добраться именно до комнаты для приема посетителей, граничащей с личным кабинетом. Еще не отворив двери, он услышал голоса и поздравил себя, что пришел точно по адресу и даже не слишком опоздал.

- Значит, ты думаешь, что опасно будет оставлять все как есть? – Услышал Шен знакомый голос.

- Нет... - запнулся другой. – Я не...

- Ты сказал, что высока вероятность, что он обратится демоном, если ничего не поменяется в ситуации.

- Я просто сказал, что не могу о нем не волноваться! Все слишком сложно.

- Как я уже говорил, если он обратится демоном – это будет означать конец. Он не сможет сдерживать Глубинную тьму в такой ипостаси.

- Мы не уверены, что подарок девятихвостой лисицы именно обратит его демоном! Мы никогда с таким не сталкивались – это всего лишь предположения!

- Мы и с Глубинной тьмой до светлого явления Шена не сталкивались, - устало вздохнул Шиан. – Неужели после всего произошедшего в прошлом ты еще можешь надеяться на удачный исход событий?

- Я все-таки надеюсь.

- Хорошо, предположим, вероятность того, что он обратится демоном – шесть из десяти. Что же будет в оставшихся четырех пунктах? Уж не светлое будущее.

- Что вы хотите этим сказать, глава Шиан?

- Ничего, - раздраженно прошипел тот. – Ты – просто должен держать происходящее в тайне, большего от тебя и не требуется. Я сам разберусь со сложившейся ситуацией.

Шену очень захотелось в этот момент толкнуть дверь и войти, нагло интересуясь, как именно тот планирует в этом разобраться. Усилием воли он все же сдержал этот порыв.

- Никто из старейшин не должен узнать, что с ним происходит, - заключил Шиан. – Иначе они порвут его на клочки. А сама трансформация... Если это все же произойдет, у нас останется не много вариантов.

От этих слов у Шена мурашки пробежали по коже. Не столько от угрозы, содержащейся в них, сколько от осознания того, что их произнес такой милый и заботливый Шиан, который всегда представлялся ему идеальным старшим братом (за неимением опыта в данной сфере Шен руководствовался общими моральными принципами и идеалами, а также некоторым количеством новелл про братиков и сестричек). Вместо должного возмущения, его сердце заполнила обида на человека, которому он интуитивно доверял.

Прождав еще некоторое время под дверью, чтобы они точно не решили, что он мог случайно услышать их слова, Шен толкнул створку и вошел.

Шиан тут же обернулся к нему и просиял счастливейшей улыбкой.

- Брат! Как я соскучился! – с этими, кажущимися очень искренними, словами, Шиан бросился к нему и обнял.

Шен застыл на месте, с трудом подавляя желание уклониться от объятий. Вместо этого он похлопал брата по спине и произнес пару незначимых фраз.

- Я пришел сообщить тебе, что задания совета старейшин полностью выполнены, - сказал он, когда Шиан отстранился и стал во все глаза рассматривать его лицо и облик в целом.

- Да-да, старейшина Муан уже рассказал мне об этом.

«Слышал я, что старейшина Муан тебе рассказал!» - в сердцах подумал Шен.

- Выпей чаю, - предложил его брат, приглашая проследовать за стол.

Шиан переместился во главу стола и взял чайничек, чтобы собственноручно налить чай Шену. Тот, вздохнув, сел справа от него, напротив Муана. Подняв на того испытующий взгляд, Шен заметил в его глазах некоторое замешательство.

«Надеюсь, этот гений мысли додумался не рассказывать об источниках»

- Меня беспокоит эта секта Хладного пламени, - заметил Шиан. – Я, признаться, был уверен, что в тот раз мы уничтожили основные их силы. Но, похоже, мы недооценили противника.

- Да. Если бы мы случайно не обнаружили их планы в той деревне, спустя несколько лет они могли уничтожить всех ее жителей и воплотить в жизнь идею возрождения своего темного бога. И это только одна маленькая отдаленная деревушка. Не известно, сколько экспериментов подобного рода проводят сектанты.

- Старейшина Летис Лис занималась зачисткой остатков гнезда секты. Возможно, она проглядела какие-то ниточки. Я поговорю с ней завтра.

Летис Лис? Шен ее недолюбливал после того собрания старейшин, но это была его личная неприязнь, он почти ничего не знал о ее профессиональных навыках.

- Что ж, ладно. Брат, ты поговоришь с остальными главами пиков по поводу выполненного мной задания? Я надеюсь, они признают мои заслуги. В конечном итоге, мы выполнили все шесть довольно качественно. Некоторые из них оказались сложнее, чем можно было ожидать на первый взгляд.

- Я понимаю твое нежелание стоять перед советом, но тебе все же придется это сделать. Готов поспорить, они выкажут безоговорочное желание задать тебе уточняющие вопросы. Но, если хочешь сократить длительность этой встречи до минимума, тебе стоит подготовить письменный отчет, который я заранее раздам старейшинам.

- Конечно, я это сделаю, - кивнул Шен.

Муан одним глотком осушил маленькую пиалу с чаем и поднялся из-за стола.

- Что ж, я пойду, глава, - слегка склонил голову он. – Это была долгая дорога, да и ночь уже на дворе.

- Да-да, старейшина Муан, конечно, - кивнул Шиан.

- Я тогда тоже пойду, - тут же подскочил со своего места Шен.

- Ты не останешься? – разочарованно протянул глава ордена. – Мы так давно не виделись!

- Ну... - несколько смутился Шен. (Не говорить же ему, что он хочет поговорить с Муаном и уточнить у того, что именно он успел рассказать. И если все-таки не все, заставить эту бесхитростную бестолочь говорить поменьше.) – Это все же было длительное путешествие, я бы хотел отдохнуть. Раз я вернулся, мы сможем видеться довольно часто.

Шиан нахмурился, но лишь любезно произнес:

- Иди. Похоже, тебе на самом деле необходим отдых.

Что он этим имел в виду? Шен смотрелся в зеркало перед выходом – он не вызывает жалость одним своим видом!

Решив не уточнять, он кивнул и покинул резиденцию вслед за Муаном.

Они молча дошли до моста, молча прошли до его середины и лишь тогда нарушили царящее вокруг живое молчание, в котором ухали далекие совы и шелестели голые ветви деревьев.

- Ты не рассказал Шиану про источники?

- Нет.

- Однако... взял на себя заботу сообщить о моей «демонической трансформации». Перечислил все подозрительные моменты или только самые основные? Со своими домыслами по этому поводу или же без?

- Шен.

- Что? Я думал, ты отчитаешься перед главой ордена о выполненных заданиях. А не будешь как баба распускать за моей спиной сплетни.

- Шен.

- Что? Я уже предупреждал тебя – не смей использовать против меня мои слабости. Что вы обсуждали с Шианом за моей спиной? Что будет, если я все-таки как-то изменюсь? Ты возьмешь на себя эту задачу? Ведь вряд ли кто-то другой справится, не так ли? Значит, Шиан попросит тебя. Или уже попросил?

- Хватит нести чушь! – не выдержал Муан.

Он схватил Шена за руку и резким движением разорвал охватывающую запястье веревку мертвеца.

Шен оторопело уставился на свою руку. Такого эффекта от своих слов он, признаться, не ожидал.

- Так лучше? – все еще зло произнес Муан. – Теперь мои слова имеют больший вес?

- Что ты имеешь в виду?

- Я говорю о том, - произнес Муан, развязывая веревку на второй его руке, - что если умрешь ты – умру и я. Теперь ты веришь, что мне очень невыгодна твоя смерть?

- Ну...

Пока Шен думал, Муан опустился на корточки и развязал веревки, охватывающие его лодыжки. Для этого ему пришлось сначала заставить его снять сапоги.

- Эра ведь говорила, что эти веревочки – всего лишь защита от злых духов, - произнес Шен, глядя на него сверху вниз.

Муан поднял голову и посмотрел на него. По его лицу было видно, что в голове проносятся какие-то хмурые мысли. Затем он криво усмехнулся.

Поднявшись, он ухватил Шена за ворот одежды и чуть притянул к себе. Пальцы нащупали последнюю веревку, в какой-то момент Муан так ее натянул, что Шену подумалось, что это петля для его повешенья. Однако старейшина пика Славы всего лишь не мог развязать узелок. Шен терпеливо ждал, пока Муан уже терял терпение. Две фигуры надолго застыли посреди моста.

Наконец, узел поддался и веревка упала к ногам Шена.

Тут же Муана охватило странное ощущение, будто дыру в груди заполнила теплота. До этого момента он и не замечал никакой дыры, но стоило этой теплоте появиться внутри, как он осознал, как сильно ее недоставало.

- Ты что-нибудь чувствуешь? – спросил он у Шена.

Старейшина Проклятого пика ответил не сразу.

- Я хочу спать.

Муан развернулся и пошел по мосту в сторону пика Таящегося ветра.

- Спокойной ночи! – крикнул ему вслед Шен.

Муан ничего на это не ответил. 

КОНЕЦ ТОМА 1-2 

(далее ознакомительный фрагмент тома 3-4, полный том находится на litnet.com)