Глава 31.

Айрин чувствовала себя так, словно её ведут на эшафот. Руки связаны за спиной, на лбу небольшая рана с подсохшей кровью, ноги с трудом держат собственный вес. Колин тащил её за плечо не думая оглядываться по сторонам. Его мало волновали возможные последствия, если кто-то из соседей заметит, как девчонку грубо вытаскивают из машины и нетерпеливо толкают к дому. Это уже не его заботы.

Не смотря на боль в руке от крепкой хватки, головокружение и слабость, Айрин старалась выдавать как можно меньше эмоций. Видит бог, она всеми сила сдерживала свою злость. Распирающее изнутри чувство перекрывало кислород, отчего Палмер могла запросто слечь замертво, если бы не одно «но» ... Она не позволит Далласам с удовольствием наблюдать за этим.

Распахнув дверь, Колин впихнул девушку внутрь и резко отпустил, мало волнуясь о том, что та упала и с силой приложилась лицом об пол. Рана на лбу начала ныть. Палмер ощущала, как пачкает белый ковёр кровью, но едва ли до этого кому-то было дело.

— Отец!

Крик Колина разнёсся по первому этажу. Навряд ли мужчина мог его услышать из кабинета, и было настоящим везением, что именно сейчас мужчина спускался по лестнице. Притормозив, мистер Даллас смерил взглядом представшую картину и нахмурился. Его непониманием разило на весь дом.

— Какого чёрта?

Колин ожидал чего-то более... впечатляющего? Крики с негодованием, злость, вполне обоснованная агрессия, на крайний случай похвалу. Однако недоумение преобладало над всеми остальными эмоциями.

— Ты же её искал? Я услышал разговор краем уха и решил посодействовать.

Моргнув, мистер Даллас перевел потерянный взгляд с Айрин на Колина. Тогда-то на его лице отобразилось что-то помимо удивления. Неприкрытое отвращение, раздражение и что-то ещё. Что-то, что не мог охарактеризовать пристально наблюдающий парень и смотрящая исподтишка Палмер.

Сорвавшись с места, мужчина мигом преодолел разделяющее их с сыном расстояние, и схватил того за футболку. Сжав ткань, Даллас толкнул Колина и беззастенчиво прижал к стене.

— Ты, щенок, подслушивал?

Переместив руку на шею, мужчина с силой сжал ладонь, отчего Колин стал безуспешно ловить ртом воздух, пытаясь выдавить из себя что-то членораздельно:

— ... твоя... благодар...

— Благодарность?! — взревел мужчина, сильнее сдавливая глотку. — Ты идиот! Кретин!

Откинув от себя сына, мужчина проследил как тот приземлился рядом с Айрин и принялся судорожно вдыхать воздух, хватаясь пои этом за горло. Палмер с ужасом переводила взгляд с шокированного Колина на злого Далласа старшего. Зарывшись пальцами в волосы, мужчина сиюминутно развел на голове беспорядок.

— Тебя кто-то видел? Что ещё ты успел натворить?

Содрогаясь, парень согнулся и мимолётом взглянул на Палмер, заметив, как та еле покачала головой. Совсем легко, словно пыталась скинуть прилипшую к лицу кудрявую прядь.

— Ты о шерифе? Ничего. — Подняв голову, Колин хмуро посмотрел на отца. — Я его даже не видел.

Смерив сына недоверчивым взглядом, плечи мужчины чуть расслабились, но лицо все ещё выпадало недовольство. Оттолкнувшись от испорченного ковра, парень покачал головой:

— В чём проблема? Разве я не должен был рано или поздно начать участвовать во всем этом?

— Ты нихрена не знаешь, - прошипел мистер Даллас.

— Так объясни мне.

— Не здесь. — Глянув на Айрин, мужчина резко развернулся и двинулся в сторону лестницы. — Следи за ней, я сейчас вернусь.

Сжав губы, Колин мысленно послал мужчину к чёрту. Дураку было понятно, что отцу не понравилась инициатива сына. В голову закралась мысль: «А что, если он не собирался выполнять приказ? Что если так разозлился из-за того, что имелись другие планы?».

Как бы то ни было, раскрывать карты перед Палмер он был не намерен.

Дождавшись, пока старший Даллас скроется на втором этаже, Колин сделал пару шагов, и нагнувшись, приподнял Палмер, усадив её на пятую точку. Голова девушки раскалывалась сильнее.

— Извини, — виновато произнёс Колин.

— Нормально. Всё хорошо, — тут же принялась шептать Айрин, поглядывая на лестницу. Не хватало, чтобы их заметил его отец. — Расспроси его о причине и расскажи шерифу.

— Само собой.

Кивнув друг другу, парень сжал плечи девушки. Лицо ещё было красным, после недавнего удушения, но кашель сошёл на нет. Айрин стоило отдать должное, Колин хорошо держался. До момента, пока мистер Даллас не скрылся с их глаз, он не смотрел в сторону Палмер, боясь не сдержать эмоций. Он все ещё не мог поверить, что участвует в этом.

На секунду между ними повисло молчание. Ладони на плечах не приносили Айрин дискомфорта. Ей казалось, что после их последних дней в качестве пары, прикосновения Колина, какими бы они ни были, будут вызывать у неё отвращение.

Что изменилось?

Она не чувствовала к нему что-то великое, как описывали в любовных романах, не чувствовала того, что когда-то ощущала по отношению к брату. Это было другое. Словно давний друг поддерживал в очень трудный момент.

Снова это самое подходящее слово. Благодарность.

Смерив Палмер последним взглядом, Колин на мгновение прижал её к себе, погрузив в объятия и прошептал:

— Вернись живой.

Хмыкнув, Айрин приподняла край губы, выдавая кривую ухмылку, которую Колин не мог увидеть и повторила его слова:

— Само собой.

***

Зак был настроен скептически. Мягко говоря. Он не доверял Айрин, ещё больше не доверял Колину. Да и план, честно говоря, оставлял желать лучшего. Какой идиот захочет быть приманкой для ненормального психа с полным пониманием, чем это может грозить? Видимо, Палмер была той самой недальновидной особой.

Шериф вновь окинул гостиную и хмыкнул.

Это место не было похоже на жилой дом, наполненный теплом и уютом. Возможно, когда-то так и было. Но не сейчас. Поверхности покрылись толстым слоем пыли, что летала в воздухе, заставляя задыхаться в нескончаемом кашле. Паркет на полу неприятно поскрипывал, обои отходили от стен из-за повышенной влажности. Зак уверен, мало кого заботило состояние этого дома, и навряд ли кто-то приезжал, чтобы включить отопление.

Зак сильнее укутался в теплую куртку. Вопрос тепла стоял ребром. Нельзя было подавать признаки нахождения здесь, но и умереть от обморожения не сходило в его планы.

Этот дом Колин предоставил, как укрытие. Старое здание, что когда-то было его отдушиной. Местом, которое напоминало о беззаботном детстве, когда родители ещё не были в позиции обиженных чужих друг другу людей. Даллас сказал, что поездки сюда закончились лет семь назад, не меньше и, более чем уверен, что продажа дома стоит у матери в приоритете. Однако вряд ли она будет ездить сюда зимой, потому предложил воспользоваться шансом.

— Ваш план полное дерьмо, — не сдерживаясь произнес шериф.

— Я полностью согласен, доверять этому... кретину я не собираюсь.

Джек был полностью солидарен с отцом, что случалось крайне редко. Еще десять минут назад он был готов послать его куда подальше, но после того, как в палату ворвались Палмер с Далласом, всё его недовольство сосредоточилось на этих двух.

— У вас есть идея получше? — прошипела Айрин. Она начинала выходить из себя. Не имея никаких предложений, эти двое критиковали её задумку, что была крайне логичной. — Расскажите мне, я послушаю.

Зак недовольно сжал губы, пытаясь проклясть девчонку одним только взглядом. Весь её план полный бред. И какова вероятность, что она придумала его сама? Шериф перевёл взгляд на Колина, стоящего у неё за спиной. Его отец работает с Оливером, с тем человеком, кого им нужно найти и остановить. Что если это его идея? Хоть Палмер и говорит, что придумала все сама, но... Колин мог ее подтолкнуть. Направить в нужную ему сторону. Подставить.

Это было чертовски опасно.

— Окей, допустим ты действительно доберешься до Оливера и найдешь Дилана. Дальше что? Он все еще хочет убить моего отца. Или это ты в расчет не берёшь?

Айрин рассказала лишь малую часть того, что успела продумать, пока бежала до палаты Сьюз. Она передала слова Колина о том, что его отцу приказали избавиться от шерифа и привести Палмер к Оливеру. Предложила притвориться пойманной, словно Колин, услышав разговор Далласа старшего, самовольно выполнил часть задания. На этом её прервал Зак.

— У моей семьи есть дом...

— Я не с тобой разговариваю, — тут же перебил Колина Джек.

— Сохраняйте нейтралитет, мы всё же движемся одной целью. — Айрин подняла руки в защитном жесте, стараясь успокоить накаляющуюся атмосферу.

— Защищаешь его? — хмыкнул Джек, вставая со стула, стоящего около койки. — Как быстро ты встала на его сторону. Так быстро забыла Дилана? Стоило ему исчезнуть, как прыгнула в объятья бывшего.

— Что?

Айрин нахмурилась, наблюдая за резкими движениями Джека. Только идиот не заметил бы, как тот нервно облизывал губы, перемещал взгляд с пола на стену, на окно и снова по кругу. Он не смотрел на Палмер, у которой в секунду щёлкнуло осознание.

Она так и не объяснилась.

— Слушайте, я не собираюсь участвовать в ваших любовных разборках, каждая минута играет роль. И я уже против этого плана. — Вмешался в напряжённую тишину Зак.

— Тогда вам не понравится роль, которую играют остальные, — прошептала Айрин, переводя на него взгляд. — Вы должны узнать, что задумал Оливер. Мы должны не только вытащить Дилана, но и прекратить всю эту деятельность, и вы как никто другой понимаете это.

Сузив глаза, Зак пристально посмотрел на Палмер, пытаясь осознать сказанное ей.

— Предлагаешь мне пытать человека?

— Разве не за этим мы забрали его оттуда?

Айрин не стоило уточнять. Все, кроме Колина поняли о ком говорит девушка. Парень же не стремился вникать в то, что не относилось к нему напрямую. Хотя, стоило признать, фраза Палмер вызвала у него волнение. Колин не хотел быть человеком, который участвует в незаконных схемах. Но он прекрасно понимал, что, если пойдёт на попятную, будет вариться в этом котле ли конца своих дней.

— Как насчёт тебя? — спросил шериф, пытаясь проследить связь и прийти к единому заключению. — Как ты вытащишь Дилана? Как выберешься сама? Как передашь свое местоположение?

— Здесь понадобится Джек.

Беннет, стоящий до этого около окна и смотрящий на заполняющуюся людьми парковку, обернулся. Посмотрел на Айрин, после чего мимолетно взглянул на Сьюз и покачал головой.

— Я не брошу её.

— Не потребуется, за ней приглядят.

— Кто? Колин?

Ехидный смешок перекрыл удивление, возникшее в воздухе. Кажется, Джек впервые назвал Далласа по имени. Не идиот, кретин или бывший Палмер. Однако яд, сквозивший в каждой букве, не давал шанса на реабилитацию парню.

— Слушай, ты мне не доверяешь... — начал Колин, но тут же был перебит Джеком.

— Думаешь?

— Чувак, серьёзно, мы, конечно, не ладили в школе, но сейчас мы в одной лодке.

— Твой отец собирается убить моего. Едва ли мы в одной лодке.

— В любом случае, — прорычав сквозь зубы, Колин обошёл Айрин, не скрываясь более за её плечом. — Я знаю Сьюз куда дольше, чем ты. И не наврежу ей.

— Мало верится, — ответил Джек, делая шаг в сторону парня, и останавливаясь вплотную к нему. Казалось, воздух вокруг них наэлектризовался. Вот-вот рванёт.

— Всё! — Не выдержал Зак и оттолкнул парней друг от друга. Встал между ними и посмотрел сначала на Джека, потом на Колина. — Заткнитесь. Не мешайте думать.

Хватило пары секунд, чтобы сын мистера Беннета хмыкнул и покачав головой развернулся. Отошёл и приземлился на стул. Колин же скрестил руки на груди и сделав пару шагов назад, прислонился к стене.

— Значит, ты хочешь, чтобы Колин отвёл тебя к своему отцу и тебя переправили к Оливеру?

— Джек проследит куда меня отвезут и будет знать моё местоположение, — наконец сказала Палмер смотря на шерифа.

— А я должен узнать что-то, что поможет нам избавиться от Оливера.

— Верно.

Зак покачал головой. Прикрыл глаза и потёр веки пальцами. Дерьмовый план. Отвратительный. Нет, Зак мог представить, что возможно у них всё получится, но чёрт... Это слишком опасно.

— Я отдаю себе отчёт. Я понимаю, что может произойти. Но это единственное логичное решение. — Айрин прошлась взглядом по всем присутствующим, осознав, что никто на неё не смотрит. Словно не слушают. — Он не оставит нас в покое. К тому же, сколько ещё должно погибнуть людей ради его бизнеса? Вы же шериф, вы должны быть первым, кто захочет остановить это.

Это режущая истина. Он шериф и благополучие окружающих должно быть в его приоритете. Что стоит одна жизнь на весах с массой других? Но по его подсчетам, если всё пойдёт не так, как они продумали, одной жертвой навряд ли можно будет ограничиться.

Кинув скуренную сигарету в тарелку, наполненную бычками, шериф встал. Вышел из кухни и прошел по длинному коридору, украшенному семейными фотографиями. Этот дом явно был чем-то важным для семьи Даллас. Их местом душевного равновесия, наполненного теплом и любовью. Место, где не было жестокости и кровавых расправ. Интересно, как бы отреагировали мистер и миссис Даллас, узнав, что в их спальне сидит связанный человек, на котором не осталось живого места. Одежда изорвана, кожа покрыта синяками и кровоподтеками, а сам незнакомец корчится от боли из-за сломанных рёбер.

Распахнув дверь, Зак смерил парня скучающим взглядом. Услышав шаги, незнакомец исподлобья уставился на мужчину и усмехнулся, тут же нахмурившись:

— Не прихватил чего-то более действенного?

Голос парня был с хрипотцой. Крики, раздирающие горло, сделали его ещё более хрипящим, словно тот болел гнойной ангиной не первую неделю.

Они находились в этом доме второй день. Каждый час Зак приходил к своему заложнику с чем-то новым. По началу мужчина действовал лояльно, но с каждым смешком, претензией и попыткой подначивания парня, — его терпение натягивалось, как тетива на луке. Сегодня он захватил с собой горелку и нож.

Зак не был кровожадным. Ему ни разу не приходилось мучить людей. Будучи шерифом, он привык добывать информацию другими способами. Разговоры, угрозы, всплывающие факты, подкуп. Физическое насилие – никогда.

Поставив стул напротив заложника, Зак сел, широко расставив ноги, и облокотившись грудной клеткой на спинку.

— Проясним ситуацию, дружище. — Подняв горелку, мужчина нажал на кнопку и из длинной железной трубки вырвалось нетерпеливое пламя, умерив пыл парня и в секунду стерев с его лица улыбку. — Ты уже говорил мне, что Оливер убьет тебя, если ты расскажешь о его местоположении. Отсюда следует вывод, что ты знаешь, куда и зачем он уехал.

— А ещё я сказал, что и тебя убьют.

— Это мы в расчет не берём. — Отодвинув от себя пламя, шериф наклонился ближе и прошептал: — Где. Оливер?

Сглотнув слюну, парень ухмыльнулся, после чего собрал все возможные силы и плюнул в лицо шерифу. От вида удивлённого Зака, парень разразился хохотом.

Встав со стула, мужчина вытер с лица слюну, смешавшуюся с кровью из треснувшей губы, и тяжело вздохнул. Взяв в руки нож, который мужчина отложил ранее, направил на сталь пламя, замечая, как острая поверхность меняет цвет от нагрева.

— Знаешь, я никогда этим не занимался. Не мучил людей, — уточнил Зак. — Однако мой сын обожает ужасы. Представить себе не можешь, сколько интересного можно почерпнуть в подобных жанрах кинематографа.

Растянув губы в широкой улыбке, Зак щелкнул кнопкой горелки и потушив её, поставил на стул. Сделал шаг и наклонился к напряженному парню.

— Последний раз спрашиваю. Где Оливер? И что он там делает?

Хмыкнув, заложник перевёл взгляд с раскалённого ножа на шерифа и нервно покачал головой:

— Пошёл ты.

Закатив глаза, Зак прислонил остриё к плечу парня и медленно, но с нажимом провёл по коже, разрывая остатки ткани и слушая истошный крик.

— Где Оливер?!

Провёл по тому же месту, надеясь с болью выбить правду. Однако слышал только срывающийся крик и просьбы остановиться.

Зак будет всю жизнь вспоминать это. И не как что-то, что принесло ему удовольствие. Мужчина уверен, ему будут сниться кошмары. Уже снятся. Он окажется в аду за подобные действия. Быть может, когда всё закончится он сознается в содеянном и пойдёт под следствие.

Но сейчас, когда Джеку и его друзьям нужна была помощь, он закрывал глаза на свою совесть, твердящую, что так поступать нельзя.

Сейчас он не думает. Лишь режет. Нагревает и снова режет. И слушает крики.

***

Палмер не могла проследить за ходом времени.

С момента разговора с Колином прошло не меньше пары часов. Мистер Даллас вернулся незамедлительно и незаметно для нее достав шприц всадил иглу в кожу. Ввел раствор, от которого в глазах Айрин потемнело. Она отрубилась почти сразу, успев заметить неприкрытый ужас в глазах Колина.

Держи лицо.

Палмер готова была накричать на парня, чтобы тот не терял маску. Меньше всего из-за его испуга они должны были отходить от плана. Даллас не должен был догадаться.

Она понятия не имела сколько времени прошло.

Очнувшись в каком-то месте, она не могла рассмотреть ничего. Вокруг было темно, словно её запихнули в герметичный ящик. Внутрь не проходили ни звуки, ни свет. Одно Палмер чувствовала точно.

Качка.

Ее всю жизнь поташнивало на воде. И если в небольшой лодке на озере это не было заметно, то на кораблях или яхтах это ощущалось во всей красе.

Айрин стошнило.

Кажется, не видя ничего дальше собственного носа, по правде говоря, она и его не видела, девушка влезла в свою же рвоту, ощутив вновь подходящий позыв. Последнее, что могло её волновать, — возможность запачкаться. Но, почему-то именно это, — то чувство, на котором она сосредоточилось.

Айрин принялась просчитывать свои шаги. Что она могла? Ей требовалось сделать вид, что поимка Колином была против её воли. Палмер должна была сыграть роль жертвы и идти с этим настроем до конца. Не важно чьего именно, — Оливера или её.

Она должна была найти Дилана. Не важно какой ценой. Всё это было задумано ради того, чтобы его вытащить. Пусть Заку она приплела важность покончить с Оливером из-за его противозаконного бизнеса, но все знали главную причину.

Дилан Адамс.

Айрин все ещё просчитывала варианты покончить с Оливером самостоятельно. Она помнила обещание, что дала на могиле брата. Отомстить. И пусть Оливер не был причастен к смерти Евгения, именно он — тот человек, что лишил ее этого сладкого, как мёд, чувства. Закрытого гештальта.

Так прошли часы. В бездумных размышлениях и постройке идеального плана, которого Айрин так и не смогла достигнуть.

Палмер не заметила в какой момент качка прекратилась. Когда прозвучал звук грохочущего железа её все еще тошнило. Девушка догадывалась, что организм не скоро придёт в норму. Плохого самочувствия подкидывало ещё и неизвестное лекарство, находящееся в шприце. Айрин подозревала, что это обычное снотворное, но чёрт его знает, что на самом деле мог вколоть ей Даллас.

Открывшиеся огромные двери пропустили неяркий свет фонарей, но и этого хватило, чтобы девушка зажмурилась. После нахождения в полной темноте любой источник света режет глаза не хуже колющего предмета.

Послышались шаги. Быстрые, словно кто-то торопился. И Айрин могла дать руку на отсечение, что резко поставивший её на ноги человек сморщился, заметив лужу рвоты, в которой лежала девушка.

Глупо было ожидать лояльного отношения. Палмер не билась в догадках, что с ней будут делать. Резкие дёрганые движения, не сдержанная ругань, плотно сжатая веревка вокруг запястий. Это было не самое худшее, на что настраивалась Айрин.

Вытащив девушку из рефрижератора, который Палмер узнала за секунду и ужаснулась от понимания, что именно так перевозят остатки людей в другие штаты, её поволокли по пристани, максимально огороженной и скрытой от чужих глаз.

Айрин старалась запомнить всё в деталях, но те ускользали от неё, словно песок сквозь пальцы.

Ее доволокли до минивэна и запихнули в багажник, захлопнув дверцу с такой силой, что попади туда палец, — можешь забыть о существовании конечности.

Айрин удивил выбор машины не только из-за того, что подобная марка слабо ассоциировалось у неё с бандитской группировкой, но и из-за того, что задняя дверь не глушила мерцающие на улице огни. Окно было затемнено, но давало возможность осмотреть путь, по которому двигался автомобиль.

Приложив уйму усилий, Палмер приподнялась и выглянула наружу.

Лесополоса. Изредка разбавляемая фонарями.

Не густо.

Почувствовав прилив тошноты и головокружение, Айрин опустилась на место и свернулась калачиком. Принялась отсчитывать секунды. Она почти добралась до семисот, когда машина свернула с ровной дороги и поехала по буграм. Палмер чувствовала каждую кочку. Еще чуть больше трёхсот секунд и автомобиль затормозил.

Айрин слышала, как открылась и хлопнула дверца машины. Затем вторая. Она не слышала шагов, потому пропавшая преграда с улицей в виде двери стала для неё неожиданностью.

Почувствовав подкатывающую панику, девушка дёрнулась, когда её вытаскивали из багажника, на что тут же получила сильный шлепок по спине и согнулась. Как бы ни был продуман план, а продуман он на деле не был, страх от происходящего уперто стоял комом в горле. А вдруг её не доведут до Оливера? Вдруг он так разозлился на то, что девушка полезла не в своё дело, что решил преподать урок другим способом? К примеру, дать своим шавкам разрядку в виде девушки. Палмер не была уверена, что она единственная особь женского пола в этом захолустье и сможет избежать участи, которая настигла ее в том клубе.

Айрин старалась рассмотреть хоть что-то исподлобья, но единственное, что она могла заметить помимо чёрного густого леса, не шибко большое каменное здание. Как мельница, в которой она была ранее. Только в разы меньше. Попытка оглядеться вышла боком, когда, ведя её согнутую пополам, незнакомец с силой ударил по затылку, в немом приказе опустить голову ниже.

Теперь она видела лишь землю, что резко сменилась на бетонный пол. Она высчитывала. Десять шагов вперед, поворот налево, двадцать шагов, поворот направо, пять шагов. Дверь.

Затолкав девушку внутрь, незнакомец довел её до пола из плитки и с силой оттолкнул от себя. Приземлившись лицом в пол, Айрин почувствовала, как вновь начал саднить лоб. Связанные за спиной руки доставляли неудобство.

— Раздевайся.

Глубокий голос мужчины мог показаться Палмер красивым, если бы не ситуация, в которой он прозвучал.

Айрин ощутила нетерпеливую хватку и дёрганые движения, когда верёвка на запястьях ослабла. Притянув руки к груди, девушка потёрла красную кожу, успевшую покрыться кровоподтёками в некоторых местах, села и осмотрелась.

Помещение определённо являлось общей душевой. Никаких перегородок или шторок не было. Стены и пол обложены однотипной белой плиткой, местами треснувшей и покрывшейся склизким слоем. В пол вмонтированы сливы, находящиеся под каждой лейкой. На одной стене сбоку расположились умывальники с зеркалами, на противоположной – унитазы. Внутри стоял затхлый запах, смешивающийся с вонью канализации.

— Раздевайся, — повторил приказ незнакомец.

Палмер наконец смогла рассмотреть мужчину. Ростом чуть выше неё, широкий, темные волосы, пи... пистолет в руке. Чёрт, это было ожидаемо. Учитывая его физическую силу и изнеможённость Айрин, исход от возможной борьбы был заведомо понятен, но он даже не стал тратить ресурсы. Направил на неё пистолет, стремясь снизить физический контакт на минимум.

— Что вам от меня нужно?

Голос Палмер дрожал. И что самое отвратительное – это не было притворством.

Хмыкнув, незнакомец подошел к девушке. Присел на корточки, внимательно осмотрел, словно пытался что-то разглядеть и пальцем руки, в которой находился пистолет, смахнул прилипшую прядь волос с щеки.

Слишком близко.

— Мне нужно поскорее от тебя избавиться, а для этого нужно, чтобы ты привела себя в более надлежащий вид. — В глазах мужчины мелькнул огонек. Дуло, находившееся в опасной близости, прошлось по футболке, невесомо касаясь ткани и, достигнув края, прислонилось к животу. — Или тебе помочь?

Палмер трясло. Не сколько из-за того, что на улице было около нуля, а она сидела в неотапливаемом помещении, сколько от страха. За всё время в изоляции собственного дома, девушка забыла какие психи окружают Оливера.

Увидев, как девушка нервно качает головой, боясь пошевелиться, мужчин кивнул, мол так и думал, и быстрым движением встал с пола.

Собрав мысли в кучу, Айрин постаралась сосредоточиться на чём-то другом. На чём угодно. Раздеваясь, Палмер думала о Дилане. Не в том пошлом смысле, о котором можно было предположить. Нет. Она думала об их будущем. Какова вероятность, что оно наступит? И если так, то что дальше? Они закончат школу, университет, поженятся и заведут детей? Дилан любит детей? Он хотел бы переехать или остаться в родном городе? Хотел ли он быть с ней до конца дней? Айрин вдруг поняла, - она мало что знала о Дилане.

Он полиглот.

Сняла одежду.

Любит астрономию.

Включила холодную воду и задохнулась от дикого перепада температуры. Воздух не обжигал так, как это делала ледяная вода.

Он чертовски несносный тип, который не признает зависимость от других, но при этом сделает всё ради их благополучия.

Смысла с кожи и волос остатки рвоты. Выключила воду.

Она ему нравится.

Подняла брошенные на раковину вещи и принялась как можно быстрее натягивать их на себя, в попытке согреться и укрыться от чужих назойливых глаз.

— А ты хороша.

Смешок, слетевший с губ незнакомца, усилил пробегающий по коже табун мурашек. Натянув на себя огромную мужскую футболку и такие же большие штаны, Палмер повернулась с явным напряжением следя за движениями мужчины.

— Не волнуйся, не претендую. — Успокоил её незнакомец, кивнув в сторону выхода. — Хотя я был бы не прочь с тобой поразвлечься. Если выберешься живая из кабинета главного.

В голове щёлкнуло. Кабинет главного. Речь, без сомнений, была об Оливере.

Несмотря на то, что снаружи здание, которое Айрин успела разглядеть лишь мельком, показалось ей не таким большим, внутри оно словно довольно громоздким. Бесконечные лабиринты, лестницы, множество дверей. Палмер готова поклясться, что они только что прошли мимо комнаты, в которой раздавались приглушённые крики.

Что это за место? Что здесь делают? И где они вообще находятся? Штат, город? Быть может страна?

Девушка не могла узнать всё это, оставалось надеяться, что Джек не упустил ее след.

Спустя несколько минут ходьбы по лабиринтам, Айрин остановилась у двери, что была тупиком. Тут не было поворота налево или права. Одна дверь. Больше ничего.

Теряя терпение, мужчина толкнул девушку в спину дулом и приказал зайти внутрь, предварительно постучав.

Айрин не медлила. Услышав разрешение войти, Палмер нажала на холодную ручку и потянула на себя преграду. Она ожидала, что дверь скрипнет. Как в самых напряженных моментах ужастиков. Этого не произошло. Та тихо открылась, но, как и ожидала Айрин, внутри действительно оказалось чудовище. Сидело, развалившись в кресле за столом и скалилось.

Палмер собиралась отыгрывать свою роль на максимум. Испуг, непонимание. Вот, что она должна была выдать не задумываясь. Однако притворяться не пришлось.

К ней спиной, напротив Оливера сидел человек, лицо которого разглядеть было невозможно. Но Айрин знала эти волосы. Знала эту прямую спину в стрессовых ситуациях — ещё чуть и сломается. Она знала его так же хорошо снаружи, как не знала внутри.

— Дилан?