Эпилог 1. Тан И & Шао Фэй

N лет спустя, здание корпорации Ши Хао

Секретарша в строгом ансамбле из пиджака и юбки карандаша, дополненного высокими каблуками, держа в руках только что распечатанный контракт на строительный проект, вошла в конференц-зал.

Она слегка наклонилась, стоя рядом с генеральным директором и мягко проговорила:

«Босс, это второй вариант контракта, могу ли я попросить Вас проверить его?»

«Угу, просто оставь это здесь, я посмотрю позже. А также назначьте встречу с Боссом Ченом на завтра вечером в 19:00, в…»

Одетый в элегантный костюм мужчина, одновременно давал своему секретарю распоряжения и слушал, как каждый руководитель отдела сообщал о своем прогрессе. Внезапно из кармана пиджака донесся звук вибрации телефона, и все подчиненные, сидевшие поблизости, стали обмениваться взглядами и без звука что-то говорить, понимая, что происходит. При этом даже руководитель отдела, который в настоящее время проводил свою презентацию, перестал говорить, и направив пульт на проектор остановил презентацию.

«Бывший начальник, капитан Мэн получил травму, и его уже отправили в частную больницу доктора Цзяна».

«Угу».

Завершив разговор, мужчина немедленно встал со своего места и расправил складки на рубашке, прежде чем с расстроенным лицом выйти из затихшего конференц-зала. Только когда генеральный директор полностью исчез из поля их зрения, все нервно выдохнули, как будто только что с уходом этого человека был снят запрет.

«Уф…. Скажите ребятам, чтобы они отправились в больницу доктора Цзяна и остались там. Не позволяйте Боссу или капитану Мэн больше столкнуться с проблемами».

После стольких лет работы над реформированием, Синь Тян Мэн, известного в преступном мире, больше не существовало. Хотя было совершенно неизбежно то, что ещё сохранялось какое-то влияние, основные отделы компании активно пытались не оказаться снова в преступном мире.

«Должны ли мы позвонить генеральному директору Цзо, чтобы она вернулась и заняла пост?» - задал вопрос присутствующим менеджер, который был вынужден приостановить свой доклад.

«Ты, твою ж ...»

Привыкший использовать ругательства в начале любого предложения, сотрудник, автоматически замолчал. Вместо этого он посмотрел на менеджера отдела, неловко прокашлялся и спросил:

«Ты хочешь умереть? Даже если генеральный директор Цзо скажет «да», брат Дао И никогда с этим не согласится».

Все остальные горячо закивали.

Правильно, генеральный директор Цзо и брат Дао И прошли через много трудностей, и, наконец, спустя три года после свадьбы, директор Цзо забеременела и уже скоро должна была родить. В связи с такими обстоятельствами никто бы не осмелился просить ее вернуться в офис чтобы работать. Босс рассердиться это - одно, но сначала им пришлось бы пройти через брата Дао И.

Господи! От одной мысли об этом все дрожали и покрывались холодным потом.

«Забудьте об этом. Давайте сначала решим те вопросы, которые не требуют участия босса, а с остальным мы подождем, пока босс не вернется».

«Ты прав».

Все присутствующие в зале находились на управленческих должностях, поэтому они немедленно придумывают замену сегодняшней повестке дня и продолжили запланированное собрание Корпорации Ши Хай, ожидая возвращения своего босса, хотя и не было известно сколько на это потребуется времени.

Больница

«Блядь! Мэн Шао Фэй, ты думаешь, у меня куча свободного времени каждый день? Разве я не предупреждал тебя не спешить на передовую и не брать все и сразу на себя каждый раз когда сталкиваешься с трудностями? Мне еще предстоит провести две операции, а я, в итоге, должен быть здесь, чтобы залатать тебе твои раны. Боже, моя жизнь такая тяжелая. Очевидно, что это можно поручить медсестре, чтобы она занялась этим, но из-за чьих-то приказов мне приходится неоднократно пересматривать свой курс первого года по базовому медсестринскому делу».

Доктор Цзян сердито смотрел на капитана, которого лично сопровождали в его больницу из-за небольшой 10-сантиметровой раны, нанесенной преступником с ножом.

«Хе-хе, спасибо!» - Шао Фэй, задыхаясь, широко раскрыв рот смеется, сидя на больничной койке и наслаждаясь особым обращением, какое обычно бывает только с высокопоставленными лицами.

В том году прокуратурой было проведено тщательное расследование по делу капитана Ши, в котором он фигурировал как лицо причастное к незаконной контрабанде наркотиков и к делу о двойном убийстве. По итогам расследования ему пришлось уйти из полиции. И в ту же ночь, когда капитан Ши забрал у Шао Фэя поздравительную выпечку со свадьбы своей дочери, он кое-что оставил Шао Фэю.

«Шао Фэй, я поручаю Команду 3 тебе».

Вначале он не понимал, что имел в виду капитан Ши, пока не пришел новый приказ о перестановке кадров, и именно тогда он узнал, что капитан, давая признательные показания, также предложил кое-что своему командиру.

«Если вы, ребята, ищете кого-то, кто займет мою должность и продолжит руководить Командой 3, то я рекомендую Мэн Шао Фэя на должность капитана».

После периода обучения и аттестации, он занял место прежнего начальника. Раньше команда 3 чаще всего слышала крики Шефа, а теперь ответственность за обучение новичков легла на голову Шао Фэя.

«Мэн. Шао. Фэй!» - из проема распахнутой двери раздался холодный голос и каждое слово проникало прямо в уши Шао Фэя.

Шао Фэй сразу замер и, не осмеливаясь пошевелиться, широко раскрытыми глазами смотрел на приближающегося к нему Тан И.

«Наконец-то ты здесь», - доктор Цзян искоса посмотрел на мужчину, появление которого было вполне ожидаемо, и голосом полным сарказма, заговорил:

«Тан И, на рану твоего любимого малыша наложены швы, и вся рана обработана должным образом. Поторопись, забери его домой и накажи, и перестань тратить мои бинты и антисептический раствор! А также занимать VIP-палату!»

Закончив, доктор Цзян одернул на себе халат и вышел из палаты прихватив аптечку для оказания неотложной помощи.

Тан И подошел к краю кровати. Осторожно взяв перевязанную левую руку Шао Фэя, он, нахмурив брови, спросил:

«Что случилось на этот раз?»«Откуда мне было знать, что у преступника есть второй нож? Момент беспечности… и… это случилось».

Шао Фэй тяжело сглотнул и решил опустить ту часть, где нож действительно близко подошел к артерии на его шее, чтобы «наказание» не стало более суровым.

Внезапно Тан И достал металлическую ручку из нагрудного кармана, сорвал колпачок и злобно провел по своей руке в том же месте, где у Шао Фэя была рана.

«Что ты делаешь?!» - Шао Фэй сердито закричал и выхватил ручку у Тан И.

«У тебя болит душа?»

«Чушь!»

Шао Фэй скрипя зубами потянулся к кнопке вызова, чтобы позвать доктора Цзяна, который только что вышел из комнаты. Как раз в этот момент Тан И крепко сжал руку Шао Фэя за запястье, чтобы остановить.

«Насколько это больно?»

«Это очень больно! Тебе лучше, черт возьми, отпустить меня, я найду доктора Цзяна ...»

Тан И внезапно приблизился к лицу ругающегося Шао Фэя и поцеловал его.

Шао Фэй привык к близости с Тан И и, по привычке, просто страстно отвечал на поцелуй, пока к нему не вернулся здравый смысл. И тогда он оттолкнул Тан И. Он мысленно упрекал себя за то, что в такой момент позволил своему разуму отвлечься на другие вещи.

«Ты остыл?»

«Это невозможно», - сказал Шао Фэй, взял кусок ткани и надавливая на рану, которую Тан И оставил на своей левой руке, обрабатывал порез самым грубым способом.

«Мэн Шао Фэй, так как ты не можешь хорошо защищаться и не заставлять меня волноваться, то, как только ты получишь травму, на том же месте появится травма и у меня. Если ты не хочешь, чтобы я продолжал причинять себе вред, тогда, пожалуйста, сдерживайся и хорошо защищайся. Твое тело больше не только твое, потому что оно является продолжением меня, наши тела теперь принадлежат друг другу».

«Мне жаль…. Тан И, мне очень жаль ...» - виновато говорил Шао Фэй, прижимаясь губами к уху Тан И и крепко обнимая его.

«Мы наконец-то вместе после стольких трудностей, я действительно не хочу тебя терять».

«Я знаю…»

«Так что сегодня вечером забудь о сне».

«А?»

Внезапное изменение настроения Тан И ошеломило Шао Фэя, который секунду назад чувствовал себя виноватым. Теперь он просто издавал странные звуки с широко открытым ртом.

«Ладно, мне нужно вернуться в офис и заняться работой».

Теперь, уверившись, что жизни Шао Фэя ничего не угрожало, Тан И нежно поцеловал его в лоб и с улыбкой покинул VIP-палату.

«Какой хитрый стратег».

Доктор Цзян, прислонившись к стене снаружи, ожидал пока Тан И выйдет из палаты.

Тан И покосился на него и криво усмехнулся:

«Могу сказать то же самое. Я не могу сравниться с доктором Цзяном, который воспользовался сострадательным сердцем Сяо Шу Гуна и, действуя совершенно невинно, обманом заставил того проникнуться чувствами».

«Тан И, ты сейчас счастлив?»

«Очень».

«Тогда все хорошо», - сказав это, доктор Цзян, у которого еще было две операции, немедленно развернулся, и, не оборачиваясь больше, холодно помахал рукой другу, которого знал уже много лет.

Рядом с дорогой

«Бывший начальник, капитан Мэн получил травму, и его уже отправили в частную больницу доктора Цзяна».

Передав «информацию» Тан И, Джек положил телефон в карман пиджака и продолжил наблюдать за своим маленьким вспыльчивым полицейским.

«Ты! И ты! Верните его и приступайте к допросу, и не забудьте подать заявление о выдаче ордера на арест в прокуратуру».

«Есть!»

Чжао Цзы стоял внизу и очень естественно приказывал другим членам команды закончить свою работу здесь.

Молодой полицейский, которого перевели в команду 3 всего полмесяца назад, с беспокойством спросил:

«С капитаном все будет в порядке?»

«Не волнуйся! Этот сомнительный доктор очень хорошо выполняет свою работу, а ...», - Чжао Цзы быстро прикрыл рот, поняв, что он только что сказал. Он смущенно огляделся по сторонам, убедившись, что никто в пределах слышимости не выдаст его этому «сомнительному доктору». Чжао Цзы похлопал молодого офицера по плечу и сказал:

«Кое-кто другой позаботится обо всем что случилось с А Фэем. А нам нужно закончить здесь».

«Хорошо, Чжао Цзы Гэ».

Молодой офицер уважительно поклонился Чжао Цзы, затем побежал к ближайшему магазину, чтобы попросить посмотреть записи с их камер наблюдения.

«Хе-хе, он называл меня Гэ!»

Теперь, когда его, наконец, повысили с «Чжао Цзы» до «Чжао Цзы Гэ», Чжао Цзы с по-настоящему счастливой ухмылкой почесал затылок, но внезапно услышал урчание собственного живота. Он наклонил голову и посмотрел на свой живот.

«Ах! Уже 18:00!»

Его биологические часы работали точнее механических: желудок всегда сигнализировал ровно в 18:00, чтобы напомнить ему поесть. Когда он стал озираться в поисках ресторана, то услышал знакомый звук сигнала и громкий голос, позвавший его:

«Коротышка! Иди сюда!»

«А?»

Чжао Цзы посмотрел налево и сразу же обнаружил огромный грузовик с едой, припаркованный рядом с дорогой, а на вывеске грузовика было написано сегодняшнее меню: жареная говяжья лапша, говяжий хор фан, говяжий муй фан, жареный рис с говядиной и говяжья лапша.

«Вот это да…»

Внимание Чжао Цзы привлекла вкусная еда. Он сглотнул, пошел к грузовику, и загоревшимся взглядом посмотрел на Джека, который уже оставил свою прежнюю жизнь в качестве наемника Син Тянь Мэн.

«Как ты узнал, что я хочу все это съесть?»

«Я твой личный повар, конечно, я знаю, о чем ты думаешь».

Джек, который теперь стал Фанг Лян Дянь, наконец вернулся к жизни обычного человека. Хотя на его счету в швейцарском банке было достаточно сбережений, чтобы обеспечить себе более трех жизней, он считал, что праздная жизнь ему не подходит, и поэтому теперь он был мужем-домохозяином Чжао Цзы. Помимо того, что он отвечал за питание коротышки после того, как тот возвращался домой, он также купил грузовик-ресторан, и каждый день гонялся на нем за своим маленьким полицейским по всему Тайваню, чтобы обеспечить Чжао Цзы горячей и вкусной едой в любое время.

«Ух ты, я хочу тарелку жареной говяжьей лапши, говяжий хор и еще один жареный рис с говядиной!»

«Без проблем.»

Внезапно к грузовику приблизилась полицейская машина и Лу Цзюнь Вэй с любопытством высунул голову из окна, а затем бесцеремонно приказал:

«Ты снова здесь? Как раз вовремя, я тоже проголодался, можно мне тарелку муи из говядины, пожалуйста?»

«Конечно, тогда с тебя мне придется взять 1000 NTD», - сказал Джек с улыбкой этому незваному гостю, который прервал разговор между ним и его коротышкой.

«Что?! 1000NTD? Ты меня обманываешь?»

Джек презрительно посмотрел на него и покачал головой:

«Если я скажу тебе, что эти блюда были приготовлены из японской говядины Вагю А5, ты все равно скажешь, что я тебя обманываю?»

«…»

Что, говядина A5 Вагю?! Всего несколько маленьких кубиков обойдутся в 2000 или 3000 NTD, а он действительно так роскошно использует эту говядину в блюде с жареной лапшой, в жареном рисе и жареном хор? И даже в лапше с говядиной?

«Боги накажут тебя», - сказал Цзюнь Вэй, но все же достал из бумажника две банкноты по 1000 NTD. – «Я все равно хочу отведать говяжьего рога и тарелку говяжьей лапши».

Несмотря на то, что ему жалко было тратить столько денег, когда его кошелек только что наполнился зарплатой за месяц, но цена была доступной, и если бы он не поел, то это было бы упущением.

«Вовсе нет проблем, я приготовлю твой заказ, но в первую очередь всегда коротышка».

«Да… я понимаю…»

Это не первый день, когда Цзюнь Вэй встретил Джека, как он мог не знать, что принцип этого человека ставить своего Чжао Цзы на первое место?

Чжао Цзы коснулся своего уха и, немного смущаясь, сказал:

«Цзюнь Вэй, извини за это. Я подошел на несколько минут раньше, чем ты».

Цзюнь Вэй закатил глаза на своего младшего, который всегда так медленно усваивал, но не стал объяснять Чжао Цзы, почему именно его очередь отстает.

В родильном зале

«Гу, Дао, Йи», - сердито закричала Хун Е, лежа на операционном столе и готовясь к родам, и держа Дао И за руку.

«Не сердитесь, не сердитесь. Помните, что Вам нужно дышать, вдыхать и выдыхать… Верно, вдыхать, выдыхать… Очень хорошо. Мисс, у Вас все хорошо.

«Разве я не говорила, что тебе больше нельзя называть меня «мисс»? Черт! Куда подевался этот доктор?»

«Прошу прощения, не надо так волноваться, доктор Цзян уже назначил своего младшего из родильного дома ответственным за ваши роды, так что не беспокойтесь. В конце концов, доктор Цзян не специализируется на этом».

«Младший?! Можно ли доверять младшему доктору? Ах…. Мне так больно ...»

«Не волнуйся, дорогая, репутация доктора Ву в этой области опережает его, просто оставь себя и ребенка в его руках!»

«Гу Дао И, я говорю тебе: я точно не пойду на это во второй раз!»

Черт возьми, если бы она так сильно не любила бы этого человека, Хун Е никогда бы не настояла на собственном ребенке, рискуя разрушить свою фигуру и взять на себя беременность и роды.

«Хорошо, хорошо, мы не будем, не будем. Все равно мы будем достаточно заняты и одним ребенком».

«Ах… Ой!»

Через несколько часов Хун Е успешно родила симпатичную дочку, и новую маму, которая израсходовала все свои силы во время родов, увезли в одиночную палату, чтобы отдохнуть.

Спустя неделю дяди новорожденной наконец-то смогли навестить ее в больнице и выстроились в очередь в коридоре, ожидая, когда откроются шторы.

После того, как занавески отодвинули, Шао Фэй первым бросился к окнам с номером палаты Хун Е, а внутри медсестра быстро нашла ребенка среди всех младенцев в комнате и поднесла ее к окну.

Шао Фэй взволнованно посмотрел на младенца и сказал:

«Ух ты, какая милая! Тан И, в следующий раз маленькая принцесса назовет тебя дядей!»

«Не волнуйся! Я научу ее сначала называть тебя «тетя»!»

Тан И ухмыляясь посмотрел на своего возлюбленного, а Шао Фэй ответил на это закатив глаза.

«Тц!»

Джек подошел к Дао И, улыбнулся и кивнул:

«Дао И Гэ, ты хорошо поработал».

С тех пор, как началась беременность Хун Е, ее характер стал еще хуже, чем раньше, и даже Тан И, который обожал ее больше всего, несколько раз злился настолько, что просто уходил, кипя от ярости. Шао Фэй обычно ругался с Хун Е каждый раз и в обычные дни, не говоря уже о том периоде, когда она была беременна. Только Дао И, у которого такой спокойный характер, мог справиться со своей женой, глядя на это с улыбкой с первого дня.

«Мисс Хун Е работала еще усерднее», - улыбался Дао И.

Несмотря на то, что они были женаты уже несколько лет, старые привычки трудно было изменить, и он часто называл ее «мисс», в результате Хун Е в гневе покидала дом, потому что она очень этого не любила.

За эти девять месяцев они доставили много неудобств продавцу магазина мороженого. Обычно продавец довольно часто менял ассортимент, но, чтобы успокоить свою Хун Е, Дао И просил его всегда включать в меню мятный шоколад и манговый щербет, на случай приезда Хун Е. Это также помогало Дао И точно определить, откуда он мог забрать Хун Е, когда она в гневе сбегала из дома.

Джек, улыбаясь подошел к Чжао Цзы, который прижавшись к оконному стеклу, развлекал маленькую принцессу, и обняв его за талию, спросил:

«Ты так сильно любишь детей?»«Конечно! Младенцы такие очаровательные, кому они не понравятся?»

«Мне. Они шумные, неприятные и не понимают человеческую речь».

Самое главное, нельзя ведь запереть ребенка в клетке, как домашнее животное, потому что тогда будут предъявлены обвинения в жестоком обращении с ребенком.

Тогда Чжао Цзы стал вдруг задумчивым и сказал:

«Так ты не любишь детей? А я думал, что во время Лунного Нового года мы проведем весеннюю уборку и достанем мои детские фотографии, чтобы ты их увидел. Тогда забудь об этом!»

«Погоди! Ты сказали ... чьи детские фотографии?»

«Мои! Чьи же еще?»

В тот момент, когда Джек услышал, что это фотографии Чжао Цзы, он потребовал:

«Я хочу увидеть!»

«Разве ты не говорил, что не любишь детей? Они же шумные, неприятные и не понимают человеческую речь. Я думаю, нам следует просто забыть об этом, что, если ты увидишь меня, когда я был ребенком и я разонравлюсь тебе?»

«Невозможно», - немедленно ответил Джек.

«Но что, если?»

«Пока это ты, маленький или взрослый... Мне все нравятся».

Чжао Цзы почувствовал, как его щеки горят, и повернулся, чтобы посмотреть на Шао Фэя, который смеялся над ним со стороны.

«Тише ты! Ты напугаешь маленькую принцессу».

«Меня это не волнует, достань все фотографии и отдай их мне. Все твое – мое».

«Хорошо!»

Как только Джек получил согласие от Чжао Цзы, лицо которого было полностью красное, он улыбнулся и наклонился посмотреть на ерзавшего по ту сторону стекла младенца.

«Эй, коротышка».

«Что?»

«Ты действительно так сильно любишь детей?»

Чжао Цзы посмотрел на своего возлюбленного и поддразнил:

«Разве только что ты не спросил меня об этом?»

«Тогда…», - Джек, глядя на лицо малышки со стороны, с озорством продолжил: «…мы родим одного?»

«…»  - Чжао Цзы просто вытаращился на него широко раскрытыми глазами.

«Нет, одного недостаточно, ты должен дать мне двоих. Им обеим лучше быть девочками, и они должны быть похожи на меня. Когда они вырастут, они гарантированно станут красавицами», - начал фантазировать Джек, о своих будущих дочерях.

Он был уверен в своей внешности и очень гордился ей.

«Фанг, Лян, Дянь!» - слог за слогом проговорил Чжао Цзы сквозь стиснутые зубы.

«Хм?»

«Роды? Черт побери, я мужчина! Иди и умри!»

Чжао Цзы поднял ногу и нацелился в одну из ног Джека, но тот легко уклонился от удара. Один продолжал пинать, а другой уклонялся, в итоге от этого было так много шума, что медсестра просто вышвырнула обоих из послеродового отделения.