Тёмное крещения

Элис открыла глаза и долго смотрела в потолок, не моргая. Прежние тревоги ушли, вместе с ними исчезло всё, что когда-то цепляло её за живое. Глядя на разбросанные вещи, на скомканное одеяло, на пустую банку из-под таблеток, она чувствовала странное удовлетворение. Комната была отражением её разума — хаос, на который уже не было сил смотреть, но и желания исправить тоже не осталось. Она медленно поднялась с кровати, босые ноги коснулись холодного пола, и по телу прошла дрожь, не от холода, а от чего-то внутри — от пробуждающегося зверя. Девушка обхватила себя руками и зашептала: 

— Я готова. Я знаю, что готова.

Тихий голос в её голове, знакомый, но всё ещё чужой, ласково отозвался:  "Иди. Пора начать".

Элис машинально взглянула на стол, где стояла та самая банка. Она потрясла её, раздался пустой гул. Внутреннее раздражение поднялось в груди — это был уже не страх, а злость на свою собственную слабость.  — Чёрт, — процедила она сквозь зубы и, открыв крышку, вытряхнула на ладонь последние крупицы белого порошка. Лизнув палец, она провела им по ладони и стряхнула остатки себе в рот. 

Горечь прилипла к нёбу, но Элис не поморщилась. Она будто даже наслаждалась этим вкусом, как последней рюмкой алкоголя перед вечным протрезвлением.

Элис медленно огляделась. Шторы были сдёрнуты, на полу лежали книги с разорванными страницами. Зеркало над комодом было разбито, и осколки хищно поблёскивали на полу. Она разглядела своё искажённое отражение в одном из них: размытое, рваное, как будто кто-то раздробил её лицо и собрал заново, но уже небрежно.

— Это я, — шёпот слетел с её губ, и в нём не было ни ужаса, ни сомнений. 

В этот момент взгляд её упал на телефон. Он лежал на столе, подсвечивая тьму своим тусклым экраном. Элис взяла его дрожащей рукой и почти машинально набрала номер. Сигнал пошёл.

Голос на другом конце линии раздался мгновенно, как будто Он действительно ждал.  — Моя Элис, — голос был мягким, как тёплый бархат, но в нём было что-то неуловимо тёмное, хищное. — Я знал, что ты позвонишь. Я знал, что ты решишься. 

— Я хочу у тебя узнать... — начала Элис, но он прервал её. 

— Знаю. Жду на нашем месте. 

Гудки. Он сбросил. 

Элис секунду смотрела на экран телефона, её грудь сжалась от ненависти.  — Что за манера бросать трубку... — прошептала она, но злость тут же испарилась. Она подняла с пола куртку, одела её и застегнула, как доспех. Теперь ей было всё равно. Страх исчез, вместе с ним ушло и прошлое. Что-то новое вставало в её душе — тёмное и всепоглощающее.

Она взглянула на себя в осколок зеркала ещё раз.  — Пора. 

Выходя на улицу, Элис ощутила, как холодный утренний воздух ударил в лицо. Город ещё спал, но ей казалось, что туман окутал его не просто так — он прятал её путь, защищал её, как мантия. Лишь эхо шагов раздавалось в тишине, когда она шла по тротуару. Фонари уже начали гаснуть, как умирающие огоньки. 

"Готова ли ты?" — голос внутри звучал мягко, как убаюкивающая колыбельная. 

— Готова, — прошептала Элис себе под нос, ухмыляясь.

Когда Элис подошла к заброшенному зданию, она на мгновение замерла. Деревянные доски на окнах были обуглены, стены испещрены чёрной плесенью, а изнутри доносился слабый скрип — словно само здание дышало и ждало её.

Она открыла тяжёлую дверь, и ржавые петли завыли ей вслед. Внутри пахло затхлостью, сыростью и чем-то ещё, едва уловимым — как смесь железа и прелой земли. Поднимаясь по лестнице, Элис касалась стен пальцами, ощущая под ними шероховатую, гниющую штукатурку. Она поднялась на второй этаж, где в пустой комнате, раскинувшись в старом кожаном кресле, сидел Он.

Он ждал её

— Я готова, — голос Элис прозвучал глухо, но уверенно. 

Он медленно повернул голову в её сторону. Сквозь маску пробился смех — низкий, вибрирующий, почти гипнотический.  — Ты уверена? — его голос был одновременно мягким и жёстким. — Пойми, с этого момента нет пути назад. 

— Я всё решила, — Элис подошла ближе. — Я хочу быть тем, кем велела мне быть природа. 

— Моя дорогая, — почти нежно сказал он и протянул ей руку. 

Элис не сопротивлялась. Она опустилась на колени перед ним — не в покорности, а в принятии своей природы. Он смотрел на неё сверху вниз, словно создавал её заново.

— Начни с малого, — прошептал он, обводя рукой воздух, как художник, очерчивающий пространство. — Убей того, кого не жалко. Преврати их в свой холст. Ты не просто уничтожаешь — ты творишь. 

На этих словах он достал вторую маску, идентичную своей, и протянул её Элис. Она взяла её обеими руками, будто приняла саму себя. 

— Она моя... — прошептала она с трепетом. 

— Теперь и ты моя, — его слова утонули в тишине. 

Элис возвращалась домой в состоянии, близком к трансу. Маска была с ней, словно вторая кожа, словно уже приросла к её рукам. Она не выпускала её, обнимая, как нечто священное.  Город был безмолвен. Туман так и не рассеялся, как будто весь мир замер, пока Элис проходила по улицам, ступая так легко и беззвучно, что даже старые доски на крыльце не скрипнули, когда она вошла в дом.  Поднявшись в свою комнату, она рухнула на кровать, сжимая маску в руках. Она чувствовала его присутствие, его запах, его силу. Маска была холодной, но Элис казалось, что она пульсирует, дышит вместе с ней.  Её дыхание стало частым, руки дрожали, но это была не тревога, это было возбуждение. Она почувствовала, как мурашки пробежали по телу, с каждой секундой накаляя её разум. 

— Это правильно... — прошептала она, прижимая маску к лицу. — Всё правильно. 

В голове вдруг начали звучать голоса. Тихие, слипающиеся в липкий шёпот. Они звали её. 

"Покажи им. Пусть они увидят, что ты можешь. Первая кровь — это только начало."

— Да... — Элис закрыла глаза, и тьма, обволакивая её, превратилась в сладкий омут, затягивающий глубже.

Проснувшись вечером, Элис чувствовала себя другой. Лёгкость, свобода и странное спокойствие. Она больше не искала таблеток — они не были нужны. Голос, звучащий в её голове, теперь заменял всё.

Она нашла нож, подаренный Им. Положила его на кровать и долго на него смотрела. Лезвие сверкало тусклым светом лампы, а его холодный металл словно манил её прикоснуться. 

— Я сделаю это. 

Элис подошла к шкафу и начала искать одежду — что-то тёмное, удобное, чтобы ничего не мешало. Она достала чёрную толстовку и джинсы, натянула перчатки, нашла кроссовки. 

— Готова, — прошептала она. 

Маска была последним штрихом. Она надела её, и мир вдруг изменился. Все звуки стали приглушёнными, дыхание стало ровным. Сердце больше не билось бешено — оно стучало медленно, почти механически. 

Элис подошла к зеркалу. Из отражения на неё смотрела пустота. Человек исчез. Осталась только маска.

Список был коротким. Подруги Кэсси. Они не значили ничего. Пустые люди, как сухие листья, шуршащие под ногами и никому не нужные. 

Первая — Лорен. Она всегда раздражала Элис своей фальшивой улыбкой и бесконечным щебетанием. Элис знала, где её искать. Лорен часто гуляла в парке по вечерам — наивная, как ягнёнок.

Элис шагала по парку, а туман стелился по земле, превращая деревья в тёмные, жуткие силуэты. Фонари горели тускло, как будто боялись освещать её путь. Вдалеке послышался звук шагов — лёгких, неосторожных.

Элис стояла в темноте, вглядываясь в силуэты деревьев, пока туман клубился вокруг, делая парк похожим на сюрреалистичный лабиринт. Сжимая нож в руке, она чувствовала, как сталь нагревается от её пальцев, словно впитывая её ярость. 

"Художник и холст,"— снова шептал голос. — "Создавай свою картину."

Лорен, ничего не подозревая, шла навстречу своей судьбе. Она переписывалась в телефоне, изредка останавливаясь, чтобы посмотреть вокруг. Её дыхание было спокойным, а сердце билось ровно. Это бесило Элис. Она хотела услышать этот сбивчивый ритм страха.

Она двинулась вперед — шаг за шагом, бесшумно, как хищник. 

— Кто здесь? — голос Лорен прозвучал испуганно, когда она заметила силуэт в тени. 

Элис не ответила. Она замерла, как статуя. Нож сверкнул в её руке на короткий миг. 

— Эй! Я тебя вижу! — Лорен сделала шаг назад, её голос дрогнул. 

Элис двинулась вперёд. В одно мгновение пространство между ними сократилось. Лорен взвизгнула и развернулась, бросаясь бежать, но её каблуки скользнули по мокрой траве. Она упала, больно ударившись локтем. Телефон выпал из руки и отлетел в сторону. 

— Пожалуйста! — всхлипнула она, оборачиваясь. 

Элис уже была рядом. Медленно, с жуткой грацией, она опустилась на корточки перед Лорен, склонив голову набок, как птица, изучающая добычу. Из-за маски она выглядела нечеловечески. 

— Почему ты плачешь? — раздался приглушённый голос Элис. — Разве ты не рада? Ты станешь первой. Первой частью меня. 

Лорен попыталась отползти назад, но Элис резко схватила её за волосы и рванула голову вверх, заставив посмотреть на себя. Лорен закричала, но Элис одной рукой зажала ей рот, а другой подняла нож к её лицу. 

— Тш-ш-ш... Не бойся. Это недолго. 

Лезвие скользнуло по щеке Лорен, оставляя тонкий багровый след. Кровь тут же потекла вниз, смешиваясь со слезами. 

— Пожалуйста... — умоляюще всхлипнула она сквозь пальцы Элис. 

Элис замерла, наслаждаясь моментом. Запах крови наполнил воздух, сладкий и тёплый. Она сделала глубокий вдох, чувствуя, как внутри что-то расправляет крылья. 

"Режь," — прошептал голос. — "Медленно. Смакуй каждое движение."

Элис медленно провела ножом вдоль ключицы Лорен, сдавливая рукоять так сильно, что костяшки пальцев побелели. Лорен дёргалась, пытаясь вырваться, но Элис крепко держала её. Её глаза, спрятанные за маской, пылали наслаждением. 

— Вот так... — прошептала она. — Смотри, как красиво. 

Она резко вонзила нож в живот Лорен. Глухой звук пронзил туман, а Лорен захрипела, выгибаясь в агонии. Элис не остановилась. Она двигала лезвие внутри, словно исследуя живое тело, как скульптор, обрабатывающий глину. 

Тёплая кровь хлынула на руки Элис, заливая перчатки, стекая по рукам. Она ощущала, как жидкость капает на её колени, собираясь в небольшую лужицу под ней. 

— Ты чувствуешь это? — прошептала Элис Лорен на ухо. — Это момент освобождения. Твой страх, твоя боль... всё это теперь моё. 

Она медленно вытащила нож. Лорен обмякла, её глаза стекленели, но ещё не потухли полностью. Элис взяла её за подбородок и повернула лицо к себе. 

— Вот и всё... — голос её был тихим, ласковым. 

Она подняла нож и провела им по горлу Лорен, как заключительным мазком кисти. Горячая кровь хлынула фонтаном, брызнув на маску Элис. Она замерла, позволяя себе почувствовать каждую каплю на коже. 

Когда всё стихло, она медленно поднялась. Тело Лорен лежало без движения, её лицо застыло в выражении ужаса. Элис наклонила голову, наблюдая за своей "работой". 

— Неплохо для начала, — прошептала она, проводя пальцем по маске, оставляя кровавый след. 

Туман продолжал сгущаться вокруг, скрывая тело и делая его частью ночного пейзажа. Элис взглянула на свои руки. Кровь. Тёплая, липкая. Она разжала пальцы, и нож упал на землю с глухим звуком. 

"Ещё. Тебе мало. Ты чувствуешь это? Жажду."

Элис улыбнулась под маской. Она наклонилась, подняла нож и одним движением вытерла его о рубашку Лорен. 

— Да... — прошептала она. — Я чувствую это. 

Она поднялась на ноги и медленно пошла прочь, растворяясь в тумане. Каждый её шаг был лёгким и уверенным, как у человека, нашедшего своё предназначение. 

Теперь её путь вёл к Кэсси. Настоящей цели. Той, что была причиной её боли и ярости. 

"Она не избежит этого," — подумала Элис, сжимая нож. 

Элис стояла в ванной, опершись руками на раковину. Её отражение в зеркале смотрело на неё, искажённое кровавыми разводами, которые никак не смывались с её рук. Она склонилась ближе, глядя в собственные глаза, словно пытаясь заглянуть вглубь. Маска лежала на краю раковины, как немой свидетель её превращения.

"Ты чувствуешь это? Сладость, которую не заменить ничем другим?" — голос звучал внутри неё всё отчётливее, сливаясь с её мыслями.

Элис улыбнулась своему отражению — улыбкой, в которой не осталось ни капли человечности. Она сняла с себя окровавленную одежду и бросила в раковину. Кровь расползлась по воде, как чернильные пятна на бумаге.

— Пора, — прошептала она.

Девушка стояла на пороге квартиры Кэсси, сжимая нож в руке. Её пальцы обтягивали рукоять так сильно, что ногти впивались в ладонь. Маска была на лице — её новая кожа, её настоящая сущность. Она не слышала ничего, кроме собственного дыхания и пульса, отдающегося в ушах.

"Ты знаешь, за что ты здесь. За их слова. За их смех. Она распускала слухи, она устроила тот позорный спектакль. Она заслужила это."

Туман медленно окутывал здание, как будто и сам мир готовился к её делу. Элис глубоко вдохнула и нажала на дверную ручку. Дверь не была заперта.

"Как глупо, Кэсси."

Квартира была слишком уютной, словно Кэсси пыталась спрятаться за подушками и пледами от собственной вины. Тишина разбавлялась лишь приглушённым звуком воды в ванной комнате.

Элис шагнула внутрь, тени в коридоре растянулись вслед за ней, как безмолвные соучастники. Она двинулась вглубь квартиры, её шаги почти не издавали звука. На столике в прихожей лежала открытая сумка Кэсси, из которой торчала помада и блокнот. Элис остановилась, взяла его в руки и пролистала.

"Она даже здесь пишет обо мне."

На одной из страниц было коряво выведено:"Элис — сумасшедшая. Всем теперь это ясно. Бедная девочка с проблемами. Лучше держаться от неё подальше."

Нож в руке дрогнул.

— Лицемерная дрянь, — прошептала она.

Звук воды прекратился, послышался шум шагов и скрип открывающейся двери. Элис замерла, её зрачки расширились от возбуждения. В коридор вышла Кэсси — в домашнем халате, вытирая волосы полотенцем. Она даже не сразу заметила Элис.

— А? — удивлённо пробормотала Кэсси, прежде чем взглянуть вперёд и замереть. — Кто это? Кто ты?!

Элис не отвечала. Она стояла в полумраке, дыхание прерывалось от нетерпения. Маска на её лице была пуста, но её глаза сияли ненавистью.

Кэсси сделала шаг назад.— Я... Уходи! Убирайся из моего дома! — голос её сорвался, в нём появился страх. — Я вызову полицию!

— Полицию? — голос Элис, приглушённый маской, прозвучал холодно и ровно. — Как в тот день ты вызвала их на меня? За что? Только за то, что я была не такой, как вы?

Кэсси замерла. Она широко распахнула глаза и вдруг вспомнила.

— Элис? — её голос дрогнул.

Элис молчала. Она наслаждалась моментом, когда по лицу Кэсси проскользнула паника. Та начала пятиться к спальне, не сводя взгляда с убийцы.

— Элис, я... — начала было она, запинаясь. — Это... это был всего лишь слух. Понимаешь? Просто слова, я...

— Просто слова? — прервала её Элис, медленно двигаясь вперёд. Нож в её руке блеснул в тусклом свете. — Твои слова запустили лавину. Твои слова — это яд. Помнишь туалет? Помнишь, как они смеялись?

— Я... — Кэсси уже не слушала себя, она резко рванулась к спальне, захлопывая дверь.

Но Элис не собиралась дать ей шанса. Она толкнула дверь с силой — замок треснул, и Кэсси вскрикнула, забившись в угол комнаты. Она упала на колени, держась руками за голову.

— Элис, прости меня! — закричала она. — Я не хотела! Честно! Это просто... просто шутка была! Пожалуйста!

Элис замерла посреди комнаты. Она смотрела на жалкую фигуру Кэсси, дрожащую от страха. Голос внутри неё был холоден:

"Они никогда не остановятся. Она бы сделала это снова. Она заслужила это."

— Это не шутка. Это приговор, — прошептала Элис.

Она подошла к Кэсси и наклонилась к ней. Их взгляды встретились. В глазах Кэсси плескался дикий ужас, а в глазах Элис — спокойствие хищника, готового нанести последний удар.

— Ты сама создала монстра, — прошептала Элис.

Кэсси закричала. Элис подняла нож и вонзила его ей в живот. Крик превратился в хрип.

— За каждое слово, — прошептала Элис, нанося ещё один удар. — За каждый взгляд. За всё, что ты сделала со мной.

Кэсси попыталась сопротивляться, но силы покидали её слишком быстро. Её глаза стекленели, дыхание стало редким, а кровь растекалась по полу, собираясь в лужи. Элис не останавливала руку до тех пор, пока тело не обмякло окончательно.

Она отступила назад и рухнула на пол, тяжело дыша. Кровь покрывала её руки, одежду и даже маску.

В комнате было тихо. Лишь тиканье часов напоминало о времени. Элис медленно сняла маску и посмотрела на свою жертву. Уголки её губ дрогнули.

— Теперь ты больше не будешь смеяться, — прошептала она, вытирая лицо тыльной стороной руки.

Она встала, подошла к зеркалу и долго смотрела на своё отражение. Кровь стекала с её подбородка, оставляя алые полосы на коже.

— Это только начало, — проговорила она, надевая маску снова.

Элис вышла из квартиры так же тихо, как и пришла. За её спиной остался мир Кэсси — разбитый, кровавый и мёртвый. Впереди её ждал туман и ночь, которые готовы были скрыть её следы.

Теперь она знала, что это за чувство. Чувство власти.