Информация о продолжении + Небольшая мораль сей басни от автора.

ВАЖНО! У ЛАМПОЧКИ ЕСТЬ ВТОРАЯ ЧАСТЬ, в которой будет долгожданный ХЭ для наших любимых героев, которая на данный момент находится в процессе написания, найти ее можно в моем профиле — название ОСКОЛКИ СВЕТА!!!

ВСЕ ПОДРОБНОСТИ, ВИЗУАЛ КРИС, ЗАКАДРОВЫЕ И БОНУСНЫЕ СЦЕНЫ, ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ И СОБСТВЕННО ВЕСЬ ПРОЦЕСС СОЗДАНИЯ МОЖНО НАЙТИ В МОЕМ ТГК KILAART👇🏻

Небольшая мораль сей басни от автора

(для тех, кто хочет лучше понять персонажей, и для тех, кто просто хочет понять почему сложилось, как сложилось).

Изначально я не планировала хэппи-энд.

Я знаю, что сейчас, возможно, вам хочется меня проклясть за то, что я не подарила здесь героям заслуженного счастья. Но, если бы все закончилось хорошо — это было бы нечестно по отношению к той реальности, которую я пыталась отобразить.

Как завещал Таро Окамото: Цель искусства — вызвать у зрителя эмоции.

Если бы меня спросили, в чем главный посыл этой истории, я бы ответила: «Все сложно». Нет простых решений, нет однозначных героев, нет идеальных отношений. Я хотела показать, что жизнь — это всегда запутанный клубок из разных эмоций, мотивов и обстоятельств.

Я не хотела делить персонажей на «хороших» и «плохих».

Я хотела показать, что у каждого есть свои причины поступать так или иначе, что их поступки могут быть обусловлены сложными обстоятельствами, что они могут ошибаться, меняться, быть противоречивыми, хотелось показать жизнь с ее неоднозначностью.

Моя задача была погрузиться в мир, где мораль относительна, а выбор всегда сопряжен с последствиями — пускай, порой я действительно устраивала акты психологического насилия над читателями, выкладывая главы на 30+ стр...

В любом случае, оставив вас с этой грустной нотой, я не стремлюсь посеять отчаяние.

Эта грусть не точка, а многоточие.

Она говорит о том, что история не заканчивается здесь, что жизнь продолжается со всеми ее сложностями, противоречиями и возможностями. Возможно, мои герои не нашли идеального решения, — возможно, они допустили ошибки, которые невозможно исправить.

Но, как я уже сказала, в моей первоначальной задумке не было хэппи-энда — жизнь редко дарит нам идеальные развязки, где все счастливы и довольны. Чаще всего мы остаемся со шрамами на сердце, с неразрешенными конфликтами, с осознанием того, что можно было поступить иначе — и это нормально! — это часть нашей человеческой природы.

Кирилл, пожалуй, самый яркий пример этой «сложности».

Он, казалось бы, закоренелый мудак — продукт своих собственных ошибок и слабостей. И да, он почти сломался. Это «почти» — самое важное. Он не стал идеальным героем, он не избавился от своих демонов полностью — но он попытался! — пусть, спотыкаясь и падая.

Именно поэтому, его финальная ошибка так трагична и так показательна.

Он почти прошел свой путь искупления, почти освободился от оков своих предрассудков, почти стал тем человеком, которым мог бы гордиться, но старые привычки, въевшиеся в него убеждения, страх перед тем, чтобы довериться другому человеку, оказались сильнее.

Его финальный срыв — это не оправдание, но это объяснение тому, как сложно вырваться из порочного круга. Это показывает, что даже, когда кажется, что ты уже почти достиг цели, всегда есть риск сорваться назад, в привычную тьму. Он, как человек, который годами копил яд в душе, а потом попытался выпить противоядие за один вечер. Организм отвергает.

Тем не менее, он доказал, что даже самый закоренелый мудак способен на любовь.

Просто иногда, к сожалению, этого бывает недостаточно.

Иногда предрассудки и страхи оказываются слишком сильны.

Я не хочу романтизировать его образ именно в «Лампочке», потому как прописанный мною Егоров — сплошной ред-флаг — однако, я уже говорила, что не хочу делить персонажей на «плохих» и «хороших».

И в этом, наверное, и заключается суть моей «Лампочки» — в исследовании этих самых граней между светом и тьмой. Ведь, если бы все было черно-белым, если бы все герои четко делились на «положительных» и «отрицательных», то и этой истории бы не было.

Кирилл не заслуживает ни похвалы, ни восхищения.

Он, лишь предостережение, напоминание о том, что, если не бороться со своими демонами — они рано или поздно поглотят тебя целиком. Но и осуждать его я не буду, ведь в каждом из нас есть частичка Кирилла: страхи, предрассудки, эгоизм.

Он не герой, не рыцарь в сияющих доспехах, но я не хочу навешивать на него ярлык «злодея».

Вы даже не представляете, как сложно было его писать, оставаясь в рамках канонного характера и, при этом, не скатиться в оправдание его косяков. Хотелось одновременно и показать, какой он мудак, и при этом не скатиться в банальное: «он плохой, потому что плохой», или же «он всегда базово был хорошим, но обстоятельства его вынудили притворяться плохим».

Надо было как-то объяснить, почему он такой, но не оправдывать его косяки. И тут я чуть не вывихнула себе мозг, потому что, шаг влево, шаг вправо — все! — взорвалась и оправдала абьюз и явно токсичные отношения...

Мне хотелось показать, что Кирилл — это результат множества факторов: воспитания, окружения, личных выборов, страхов и травм.

Он не никогда не был монстром, но и ангелом его назвать нельзя.

Он человек, который совершал ошибки, и эти ошибки сделали его тем, кто он есть. И, самое важное, он не жертва обстоятельств — он сам несет ответственность за свои поступки. Обстоятельства могут влиять на нас, но они не оправдывают наши действия.

Именно поэтому было так важно показать его внутреннюю борьбу, его попытки измениться, его срывы и его осознание последствий своих поступков.

Он не хороший и не плохой — он «сложный».

И эту сложность было так важно передать, не скатившись ни в упрощенную демонизацию, ни в лицемерную реабилитацию. Это был долгий и извилистый путь.

Он пытался строить «щиты», механизмы защиты, которые казались ему надежными: цинизм, безразличие, жестокость — это были не стены, а скорлупа, которая защищала его «я» от боли, но одновременно усугубляла его проблемы и отталкивала людей.

Он ломался. Много раз.

Он снова становился тем самым мудаком, которого так старался преодолеть, и это усиливало чувство вины и бессилия.

Кирилл не изменился по щелчку пальцев.

Его преображение — это не сказочная трансформация, а изнурительный, долгий процесс, полный ошибок и срывов.

Каждый кирпичик новой личности укладывался с трудом, и часто казалось, что все рушится снова. Он много раз спотыкался, много раз падал, много раз возвращался к своим старым, токсичным поведенческим паттернам.

Я была привязана к канону, к установленным рамкам персонажа, и при этом мне нужно было показать его реальную эволюцию, не искажая его суть. Каждый шаг, каждое решение требовали тщательного продумывания, постоянного анализа и переосмысления.

Задача была не оправдать его, а понять.

И, надеюсь, у меня это получилось.

Кристина — «сложная».

Как и любой другой человек. Крис — это тот персонаж, который задумывался, как копия Кирилла, чтобы соответствовать Егорову, однако в итоге, она превзошла своего «оригинала». Она смогла совершить то, что он не смог — отбросить маску, которую носила так долго, чтобы защититься от мира, от боли, от предательств. Она не побоялась признать свои слабости, рискнуть быть уязвимой.

Изначально задуманная, как отражение, она стала самодостаточной личностью, прошедшей свой собственный путь, пусть и отмеченный болью и разочарованием. Она показывает, как важно видеть в людях их уникальность, — как важно не навешивать на них ярлыки, и как важно давать им шанс быть самими собой.

Ее история — это история о том, как важно оставаться верным себе, даже если тебя не понимают и отвергают.

Она показывает, что даже, если ты создан для какой-то определенной роли у тебя всегда есть возможность ее переписать, создать свой собственный сценарий, стать тем, кем ты хочешь быть.

Она доказала, что даже если ты рожден в токсичной среде, у тебя всегда есть выбор: остаться там или вырваться на свободу.

Она не шаблонная «хорошая девочка», которую обидели, но она все равно осталась доброй и светлой. Потому что, она не такая.

Кристина «сломалась» задолго до встречи с Кириллом.

Это не он её сломал — он лишь воспользовался её уже имеющимися трещинами, потому что она уже была надломленной, с выработанным механизмом защиты, с цинизмом, прикрывающим уязвимость.

Она уже знала, что мир жесток, что людям нельзя доверять, что надеяться можно только на себя. Именно поэтому она так легко приняла правила игры, которые предложил ей Кирилл — это был её способ выжить, её способ защититься от новой боли.

Кристина — не жертва обстоятельств.

Она не идеальна. Она обычный человек, и у нее, как и у всех нас, есть свои демоны.

Демоны прошлого, которые преследуют ее и напоминают о боли, предательстве и разочаровании. Демоны неуверенности в себе, которые шепчут ей, что она недостаточно хороша, недостаточно красива, недостаточно умна. Демоны страха, которые парализуют ее и не дают двигаться вперед.

Она борется с ними каждый день. Иногда побеждает, иногда проигрывает. Но она не сдается. Продолжает идти вперед, несмотря на то, что эти демоны всегда рядом. Она не позволяет им контролировать ее жизнь — она учится с ними жить, использовать их в качестве топлива для движения вперед.

Ее история — это не история о том, как избавиться от демонов, а о том, как научиться их контролировать. О том, как принять свои недостатки и превратить их в свои сильные стороны. О том, как оставаться человеком, даже когда вокруг бушует тьма.

***

«Персонажи должны иметь возможность разбить ваш сюжет вдребезги — только тогда они по-настоящему живые».

Кирилл и Кристина именно такие. Они не вписывались в шаблоны, отказывались следовать готовому сценарию и в итоге разорвали его на куски. Они не получили классического хэппи-энда, потому что ни один из них не был готов к нему. Кирилл с его страхом ответственности, Кристина с её недоверием ко всему миру. Они зажгли друг в друге огонь, но не сумели удержать его в руках.

Они оба слишком упрямы, слишком ранены и слишком привыкли защищаться, чтобы просто взять и «починить» друг друга.

Почему «Лампочка»?

Помимо песни Асии, которая стала саундтреком Кристины, название — намёк на ту самую мысль, что мелькает, как лампочка, в момент, когда понимаешь: «Всё. Точка невозврата пройдена».

Для Кирилла это осознание, что он не просто играет — он тонет. Для Кристины — момент, когда она больше не может врать себе. Для читателя — щелчок, после которого ясно: концовка не будет сладкой.

Лампочка хрупкая, но упрямая. Может годами висеть в подъезде, мигая, но не гаснув. Может ослеплять или едва теплиться. Может перегореть в самый неподходящий момент. Но, главное — она загорается только тогда, когда через неё проходит ток.

Так и эти двое: они вспыхивают, обжигают, светят то ярко, то тускло, но лишь потому, что между ними есть напряжение. Без него — просто стекло и металл.

Для кого-то эта история завершается здесь, — в точке, где два острых угла так и не сложились в ровную линию. Но если вам, как и большинству читателей, не хватило этой горьковатой искренности — добро пожаловать во вторую часть. Там будет: ещё больше сарказма — Кирилл бьёт рекорды по язвительности, а Кристина парирует так, что искры летят; химия, которая граничит с физикой — притяжение-отталкивание на уровне молекулярных связей... и да, тот самый хэппи-энд — добытый ими через такую нервотрепку, что вам захочется швырнуть телефон в стену.

Выбор за вами.

Независимо от того, что вы выберете, я искренне надеюсь, что вам было хотя бы немного интересно, хотя бы немного грустно, хотя бы немного смешно.

p.s. если решитесь идти дальше, прихватите огнетушитель. Они горят.

Напоминаю: название второй части — Осколки света!