7

— Спасибо. Наверное. — Итак, ты хочешь, чтобы я тебя защитил? Соня нерешительно кивнула. — Иначе я бы здесь не торчала. Я имею в виду, тут не очень-то хорошо живется. — Ну, тогда я хочу что-нибудь взамен. — Ты всегда такой извращенец? — спросила девушка. — У тебя хотя бы иногда бывают мысли, которые не включают в себя секс? — Нет, я всегда думаю о сексе. И иногда об убийствах. — То есть ты заявляешь, что, если я не буду с тобой спать, ты вышвырнешь меня вон? — Именно это я тебе и толкую. И должен сказать, меня веселит, как ты отрицаешь тот факт, что тебе это понравится. — Кто сказал, что понравится? Ты просто сумасшедший убийца одержимый сексом. Мой смех прозвучал злобно, когда я наклонился к ней настолько близко, что, наверное, Соня почувствовала запах засохшей крови, который, на самом деле, никогда не выветривался. Который пропитал кожу и волосы и остался со мной на долгие года. — Каждый раз, когда ты на меня смотришь. Каждое движение, которое ты делаешь своим прекрасным телом. Каждый раз, когда ты произносишь мое имя — все это говорит о том, что ты меня хочешь, — прошептал я, пристально взглянув ей в глаза. — Я уже говорила, что не шлюха, — мягко ответила Соня, не отводя от меня взгляда. — И уже сделала то, что ты хотел. — А я уже говорил, что не работаю бесплатно. Тебя преследуют очень опасные люди. Я знаю, что тебе страшно. И я тебе нужен. Поэтому я решил сделать тебя своей секс-игрушкой. Хочу использовать твое тело, когда и где захочу. — Стоп. Подожди минутку, — Соня отпрянула от меня. — Я не тот человек, который несет всякое дерьмо. Но не стоит притворяться, что тебе это не понравится. — Ты слишком самоуверенный! — Просто честный. — Хочешь, чтобы я стала твоей секс-рабыней в этом грязном убежище? А вдруг я уйду прямо сейчас? — Попробуй, — я злобно усмехнулся. Мне это нравилось. — Ну, а если я обращусь в полицию? Они защитят меня и поймают… — Удачи, — ухмыльнулся я, скрестив руки на груди. — Они составят протокол и начнут «расследование». А пока ты будешь ждать… Кто защитит тебя? — Поверить не могу… — У меня нет проблем с бандитами, пока мудаки держатся подальше от моей территории и не лезут ко мне. Это у тебя проблемы с ними, и ты расскажешь, что на самом деле происходит. — Разве у тебя нет жены или подружки? — спросила Соня. — Вдруг сейчас войдет твоя девушка и увидит меня? Что тогда? — У меня никогда не было никаких девушек, и никогда не будет жены. — Никогда? — Никогда, — ответил я. — Ты девственник что-ли? На секунду я подумал, что она серьезно, но потом заметил ее хитрую улыбку.— Да, я девственник. Я чертов миленький цветочек, который так и ждет, чтобы его сорвали. Девушка старалась не хихикать, учитывая опасность и сумасшествие всего происходящего. — Ты можешь быть смешным, когда захочешь, Егор. — Наверное. — Ты всегда просишь женщин стать твоей… секс-игрушкой после того, как спасаешь их? — Я никогда не спасаю женщин. — Не любишь геройствовать? — Неа. — Но ты спас меня. — Ага. — Почему? — Потому что мне было скучно, и я не мог выносить твоих криков. — Они настолько тебя раздражали? Может, мне надо было спеть «помогите мне! О, пожалуйста, помогите мне!» — пропела Соня, и от ее мелодичного голоса дернулся член. — Возможно, но ты уходишь от темы. — Нельзя ожидать, что женщина вот так просто согласится на нечто подобное. — Можно, когда эта женщина в такой ситуации, как твоя. Соня теребила свои коричневые, длинные волосы. — Ты сегодня уже получил свое… — Думаешь, мужчине этого достаточно? Думаешь, можно смотреть на тебя и хотеть лишь подрочить? Нет, ты чертовски сексуальна. Я хочу всю тебя. Жестко оттрахать, почувствовать, как ты кончаешь на мой член. Ее лицо покраснело, а глаза расширились. — Может, я не хочу, — выдохнула Соня, но тело начало предавать девушку. — Обманывай себя сколько угодно. Но я знаю, что ты была бы счастлива, трахни я тебя прямо здесь и сейчас. — Вовсе нет! — отрицала она, отведя взгляд. — Нет? — я снова пожал плечами. — Если хочешь, можешь попытать счастье на улице с бандитами. Без проблем. — Потянувшись, я продолжил: — Или отправляйся к ним, или выполняй мои требования. Я прикусил губу и наклонился к Сони так близко, что легко мог вцепиться в ее сочные губки. Ее грудь вздымалась и опускалась, я чувствовал запах желания, исходящий от девушки, и заметил, как она поджала пальцы ног. — Что ты делаешь? — выдохнула Соня. — Ты представляла мой член внутри себя. Я вижу это. Представляла, как я буду трахать тебя сзади. Представляла, как я отшлепаю твою упругую попку, пока буду иметь тебя. Так что или обманывай себя, или сдайся и сделай то, что действительно хочешь. Выбор за тобой. Я откинулся на спинку, а Соня сделала глубокий вдох, будто все это время не дышала. Затем кивнула, закусив губу. — Хорошо… — Хорошо? — Да, я согласна.— Правильный выбор, — усмехнулся я, обрадовавшись, что она, наконец, сдалась. — Итак, чего ты хочешь? — Соня снова прикусила губу. — Прямо сейчас? Я хочу посидеть и немного расслабиться. Может, попить пива. — То есть ты мне все это высказал, а теперь хочешь просто выпить пива? — Ага. Я просто хотел убедиться, что мы на одной волне. Поверь, я буду брать тебя, когда и как захочу. Вот увидишь. Соня скрестила руки на груди и притворилась расстроенной. Я был в курсе, что раздвинь я сейчас ее бедра, то киска девушки окажется влажной. Но я знал и еще кое-что. Если бандиты попытаются отобрать у меня эту сексуальную злючку, то я устрою им адскую бойню. ******* — Да, да, — стонала Соня. — Нравится, а? — Да, — прошептала девушка, и я представил, как та кусала свою губу, чтобы не произнести пошлые словечки, которые бы порадовали мой слух. Минус позы догги-стайл — невозможность видеть наслаждение на лице женщины, пока хорошенько их трахаешь. К счастью, это практически единственный недостаток. Теплая киска Сони (Вали ) сжимала мой член, пока я впивался пальцами в ее бедра. Она была такой влажной и манящей. Бархатные ножны, словно специально созданные для моего стального стрежня, которым я наказывал ее или же наоборот удовлетворял. Я чередовал эти чувства с каждым движением назад и вперед. Выходил из нее чуть ли не полностью… а затем резко толкался в киску настолько глубоко, что яйца ударялись о внутреннюю сторону женских бедер с характерным шлепком. Одной рукой я вцепился в длинные коричневые волосы Сони, переплел их между пальцами и намотал на кулак, как поводья. Дернул на себя, отчего голова девушки запрокинулась, а из- за попытки сдержаться и сохранить контроль с ее губ сорвался громкий хриплый стон. Это было потрясающе. Затем последовал резкий шлепок по ее заднице, и бледная женская плоть покраснела под моей ладонью, а Соня испуганно вскрикнула, содрогнувшись всем телом. — Еще, — умоляла она, и я, как джентльмен, не стал отказывать. Я объезжал ее жестко и бесцеремонно, наслаждаясь ощущением ее киски. Она будто обтекала мой член. Райские ощущения в ней навсегда отпечатаются в памяти. — Ты такая охрененная, — выдохнул я. Моя грудь блестела от пота. Все теряло смысл, когда я находился в объятиях киски исключительного качества, но киска Сони(Вали) оказалась совершенством. Я не знал, как долго трахал ее, но мы оба дошли до предела, запыхались и были чертовски возбуждены. Я неустанно шлепал ее по заднице, сначала по одной стороне, потом по другой. От резких, жалящих ударов Соня стонала, дрожала и громко хныкала. — Пожалуйста, Егор… Невнятная мольба оборвалась, когда я сильнее накрутил волосы Сони на кулак, так, что девушке пришлось уставиться в потолок. Изгиб ее шеи напоминал форму полумесяца, а спина изогнулась по-кошачьи. В это же время она пальцами отчаянно цеплялась за небрежно скомканные на кровати простыни. Я двинул бедрами, добавив мощи к следующему «карательному» толчку, и вдавил Соню в матрас. Она отчаянно и непристойно всхлипывала и, боже, это были такие прекрасные звуки. — Скажи, — прорычал я. — Скажи, как тебе нравится, когда тебя берут вот так.Трахают вот так. — Нравится, Егор. — простонала Венди, прижавшись ко мне всем телом. Я навалился на девушку своим весом, прижав ее к матрасу, пока она извивалась подо мной. Каждое наше движение создавало идеальное трение. Я вздрогнул, сжал хрупкое плечо Сони и прижался губами к ее уху. — Даже инструкций не потребовалось, детка, — выдохнул я. — Ты самая настоящая шлюшка, судя по всему. А я в них знаю толк. Соня стонала и брыкалась, словно животное, словно отчаянная маленькая распутница. Я провел пальцами по ее бокам, потом прижал руки к покрывалу и приподнялся так, чтобы прохладный ночной ветерок прошел между нами. Я покачивал бедрами взад и вперед, входя и выходя из ее киски. Коленями шире раздвинул бедра Сони потянулся руками и нащупал сочные сиськи. Затем ущипнул и сжал соски, и, боже мой, маленькой шлюшке пришлось это по душе. По всей видимости, с ней никогда так не обращались. Держу пари, у нее даже не было возможности узнать, что именно ей нравилось. Напомню ей поблагодарить меня позже. Я чувствовал, как яйца подтянулись ближе к основанию члена, и как внутри меня зародился оргазм. Он начал брать надо мной верх, я и так сдерживался сколько мог. Дерьмо, ведь раньше я мог трахаться часами. Но погрузившись глубоко в Соню (Валю) и ощутив ее обволакивающее тепло, я готов был кончить в считанные минуты, однако растягивал желание, чтобы не лишать себя удовольствия. Я продержался еще немного, но напряжение в яйцах стало почти болезненным, а потребность в оргазме дала о себе знать, превратившись в неудовлетворенность. — Скажи, как сильно ты хочешь почувствовать мой оргазм, детка, — запыхавшись, произнес я. — Да, черт возьми, да, Егор! — простонала Соня(Валя)  прижавшись задницей к моим бедрам. — Я хочу почувствовать, как ты кончаешь, мне это нужно, пожалуйста! Я всегда заставлял сучек желать большего, поэтому, приняв ее слова за сигнал, я со стоном вышел из киски. Внезапный резкий переход от ее горячего жара к прохладному ветерку, гулявшему по комнате, оказался тем необходимым стимулом. Мне даже особо не пришлось касаться себя, прежде чем я взорвался, кончив на задницу, талию и бедра Сони. Рухнув на нее с удовлетворенным хрипом, я почувствовал свою сперму на ее коже — все это липкое месиво оказалось между нами. Соня застонала подо мной, но все, на что я был способен — с гортанным смешком шлепнуть ее по заднице в последний раз. Лежа в постели той ночью, я думал о том, как поступить. Теперь, когда дело касалось Сони, у меня было два выхода. Я мог держать ее как домашнего питомца, трахать, когда захочу, и защищать в случае чего. Или я мог выяснить наверняка, что, черт возьми, произошло между ней и бандитами. Понятно, что легче всего было просто пустить все на самотек. Не было смысла лезть к бандитам. Нужно было держать себя в руках, не высовываться, продолжать работать. Но мне было любопытно, я ведь не мог притворяться, что не спас Соню от трех бандитов. Кто-то хотел ее смерти. Разумеется, правильным выбором было не лезть во все это. — Черт, — пробормотал я, поднялся и закричал. — Иди сюда! Через минуту Соня вошла в комнату в серых спортивных штанах и мешковатой белой футболке до колен. Даже в этом наряде девушка выглядела сексуально. Спортивные штаны были обтягивающими, и изгибы ее миниатюрного тела радовали глаз.— Не надо так орать, — ответила она, остановившись в дверном проеме. — Я буквально в пятнадцати шагах от тебя. — Ты же принимаешь противозачаточные? — Да. Ты меня из-за этого звал? — Нет. Расскажи мне все, — потребовал я. — Ничего не скрывай. Я хочу услышать каждую деталь. Мне нужно знать, кто охотится за тобой и почему, кого убивать и в каком порядке. Ясно? Я сидел на кровати без футболки и наблюдал за Соней. Выражение ее лица было мне знакомо. Я видел его десятки раз на лицах людей, которых меня посылали убивать — страх, когда ты слишком много знал о ком-то опасном. — Ну, во-первых, давай поговорим о том, почему ты выглядишь, словно мраморная статуя ? — Перестань нести чушь, — возразил я, не в настроении слушать ее дерьмо. — Ладно, — пробормотала Соня, разгладив футболку. Она пересекла спальню и присела на край кровати. Снаружи воздух наполнился оживленными ночными звуками: лаем собак, сработавшей сигнализацией, полицейскими сиренами и громкими голосами. — Но сначала мне нужно в туалет. Она встала с кровати и направилась в ванную, располагавшуюся между моей спальней и гостиной. Я услышал, как деревянная крышка лязгнула о фарфоровый унитаз, а затем громкое «фу!». Я громко зевнул, хрустнул шеей и вылез из постели. Надел черные боксеры, поправил яйца и тоже пошел в ванную. — Что? — поинтересовался я, подперев рукой дверной косяк. — Унитаз не смывает, — Сони подняла нос выше, попытавшись снова смыть воду. Я услышал бульканье грязной воды, а девушка содрогнулась от отвращения. — Отойди, — велел я, отодвинув ее в сторону. Соня облегченно вздохнула и прошла мимо меня. Я наклонился и открыл тумбу под раковиной в ванной. Достал оттуда чистящие средства и ящик с инструментами, в котором выбрал все необходимое, чтобы исправить проблему с сантехникой.Соня наблюдала за мной у двери, скрестив руки на груди, и пыталась вести какой-то пустой разговор. — Это надолго? — Неа. — Надеюсь, ты не думаешь, что я… — Просто трубы старые. Спустя несколько минут я вылез из-под раковины и спустил воду в унитазе. — Готово. — Спасибо, — поблагодарила девушка, накрутив на палец прядь волос. Я прошел мимо Сони и вернулся в спальню. Плюхнувшись обратно на кровать, я закинул руку за голову и слушал, как она писала и мыла руки в раковине. Соня вышла из ванной и села на край кровати рядом с моими ногами. Глубоко вздохнув, она уставилась в пол. — Егор? — Да? — Ты даже не знаешь моего настоящего имени, — она отвела взгляд, будто ее слова смущали.